Литература к зачету Кириллова (часть 3) / Миронов Б.Н. - Благосостояние населения и революции в имперской России - 2012

6. Биологический статус российского населения в XIX — начале ХХ в. и его факторы

Таблица 6.38

Региональные различия в производительности труда в зерновом производстве без применения машин и удобрений в Европейской России XVIII–ХХ вв.

Примечания: * По результатам исторических экспериментов. ** Производительность труда.

Источники: Естественноисторическое районирование СССР: Труды Комиссии по естественноисторическому районированию СССР / С.Г. Струмилин (ред.). М.; Л., 1947. Т. 1. С. 353; Материалы Комиссии 1901 г. Ч. 1. С. 155–177; Сборник статистико-экономических сведений по сельскому хозяйству России и иностранных государств. Год десятый. С. 8–62; Сельскохозяйственный промысел в России. Пг., 1914. С. 103.

6.2з. Социально-экономическая политика верховной власти

Помещичьи крестьяне

С конца XVIII в. правительство стало делать более решительные попытки по ограничению власти помещиков и возвращению крестьянам некоторых утраченных прав. Павел I в 1797 г. своим манифестом ограничил барщину тремя днями в неделю. В 1803 г. указ о вольных хлебопашцах разрешил помещикам отпускать на волю целые деревни по договору со своими крестьянами. В 1842 г. этот указ был дополнен так называемым законом об обязанных крестьянах, разрешавшим помещикам по согласованию с крестьянами передавать им в вечное пользование землю за установленные по обоюдному согласию повинности; при этом крестьяне получали личную свободу, но вся земля и вотчинная полиция оставались в руках помещиков.

Указы 1802, 1804, 1808, 1827, 1833 и 1841 гг. ограничили определенными условиями право помещиков продавать и дарить своих крепостных и ссылать в Сибирь. В 1847 г. помещичьи крестьяне получили право перейти в государственные крестьяне в том случае, если помещичье имение продавалось на аукционе за долги. Образованное в 1837 г. Министерство государственных имуществ (МГИ) к 1861 г. выкупило у помещиков 178 имений с переводом крестьян в разряд государственных227.

280

6.2. Факторы динамики биологического статуса населения в XIX — начале ХХ в.

Права частной собственности у крестьян в XVIII в. были ограничены, даже сравнительно с XVII в.: по закону они не имели права покупать и продавать землю, вступать в подряды и откупа, заниматься торговлей и промышленностью, не могли обязываться векселями, вступать в поручительства. Эти запрещения, правда, обходились (крестьяне совершали, например, гражданские сделки на имя подставных лиц), но все равно серьезно сдерживали развитие прав собственности. Государственные крестьяне сравнительно с помещичьими крестьянами имели одно серьезное преимущество: сохранили право собственности на движимое имущество. Однако с конца XVIII в. и в этой сфере происходили изменения. Указы 1798, 1799 и 1812 гг. возвратили всем категориям крестьян право заниматься торговой деятельностью, указы 1818 и 1824 гг. — также и промышленной деятельностью. В 1827 г. крестьянам разрешили иметь собственные дома в городах, кроме столиц, а в 1848 г. и в столицах. В 1801 г. казенные крестьяне и вольноотпущенники получили право покупать землю. В 1848 г., 47 лет спустя, и помещичьи крестьяне получили право покупать землю с согласия помещиков и на их имя228.

Широко распространено в специальной литературе и учебниках мнение, что крестьянам по закону запрещалось подавать жалобы на помещиков229. На самом деле прямого запрещения не существовало. Крестьяне об этом знали и обращались во все инстанции вплоть до императора, причем, начиная с Александра I, коронные власти стали снисходительнее смотреть на жалобы и лучше на них реагировать230. Подача прошения рассматривалась крестьянами уже как выход из-под власти помещика: они прекращали ему подчиняться и платить повинности. В ответ на жалобу обычно создавалась комиссия, куда входили губернский

иуездный предводители дворянства и несколько помещиков, пользующихся репутацией образцовых хозяев, иногда губернатор или назначенный им чиновник. Комиссия определяла тяжесть повинностей и качество управления имением, принимая за критерий средний размер повинностей и строгости в конкретной местности. В случае, если поместный уровень его превосходил, душевладельцу вменялось в обязанность его понизить; если помещик упорствовал, имение отбиралось в опеку231.

Помещичий патернализм. В XVIII — первой половине XIX в. помещичий патернализм оставался важным элементом деревенской жизни232. Еще Уложение 1649 г. возложило обязанность заботиться о холопах, когда они попадали в тяжелую ситуацию, на их владельцев. В XVIII в. это правило распространилось на помещичьих крестьян233. С конца XVIII в. государство стало более активно вмешиваться в отношения между крепостными и их владельцами. В Свод законов 1832 г.

ипоследующие его издания 1842 г. и 1857 г. вошли нормы, обязывающие помещика заботиться о продовольствии крестьян во время голода и помогать в несчастных случаях, удерживая их от нищенства. За каждого, уличенного в нищенстве, с владельца взыскивался большой штраф234. С 1761 г. по указанию правительства помещики на случай неурожая создали хлебные запасы235, а с 1799 г. устроили хлебные запасные магазины и выдавали из них ссуды в годы неурожаев236. То же делалось в удельной и государственной деревне. Продовольственная помощь, оказываемая под эгидой государства всем категориям крестьян, регулировалась законом237 и продолжалась в пореформенное время. Она смягчала последствия неурожаев, хотя по ограниченности ее размеров не могла их полностью устранить238. В дореформенное время помещичий патернализм приобретал новые формы: просвещение

281

6. Биологический статус российского населения в XIX — начале ХХ в. и его факторы

(создание общих и сельскохозяйственных школ, борьба с пьянством) и разнообразная рационализаторская деятельность (внедрение травосеяния, новых видов удобрений и усовершенствованной земледельческой техники), оказывавшая влияние и на крестьянское хозяйство239. Известный деятель в области сельского хозяйства первой половины XIX в., П.М. Преображенский, считал помещиковрационализаторов «двигателями» и «пробудителями» мертвых сил земли, внесшими существенный вклад в развитие народного благосостояния240.

Вотчинная власть помещиков в XVIII в. слабо регулировалась законом. Известны немногочисленные случаи их привлечения к ответственности за дурное обращение со своими крестьянами. В XIX в. и в этом отношении произошли важные перемены. «Свод законов» 1832 г. урегулировал порядок наказания, а «Свод законов» 1845 г. четко определил компетенцию помещичьего суда и смягчил наказания крестьян. Несмотря на это, некоторые помещики все равно превышали свои права. Когда это происходило, коронная администрация, согласно указам 1817 и 1826 гг., привлекала их к суду или брала их имения в опеку. Имеющаяся информация, несмотря на ее неполноту, позволяет предположить: число душевладельцев, привлеченных к суду и осужденных за злоупотребление властью, было достаточно велико. Например, за 12 лет, в 1834–1845 гг. коронная администрация привлекла к суду 2838 человек, из них осуждено 630. В 1836, 1851–1853 гг. в среднем в каждом году в опеке находилось 212 имений. Интересно отметить, что преследование государством помещиков за злоупотребление властью и крестьян за неповиновение своим владельцам находилось примерно на одном уровне: за указанные правонарушения в 1834–1845 гг. по всей России было осуждено 0,13% крестьян и 0,13% помещиков от общего числа тех и других в стране241.

Отмена крепостного права в помещичьей деревне. С момента обнародования Манифеста 1861 г. помещичьи крестьяне переставали рассматриваться как собственность помещиков — запрещалось их продавать, переселять и т.п., они приобрели ряд личных прав — свободу вступления в брак, самостоятельное заключение гражданских сделок и ведение судебных дел, беспрепятственное занятие промышленностью и торговлей, возможность отлучаться с места своего жи-

Нищие на привале. 1900-е гг. Фото

282

6.2. Факторы динамики биологического статуса населения в XIX — начале ХХ в.

тельства, поступать в любые учебные заведения, переходить в другие состояния. По закону реализация провозглашенных личных прав ставилась в зависимость от решения общины, а для отдельного крестьянина, не являвшегося главой домохозяйства,— и от решения главы семьи. Крестьяне официально получили право самоуправления, которым фактически обладали до реформы.

Условия отмены крепостного права учитывали интересы не только помещиков, но и крестьян. Последние сразу переводились в разряд временнообязанных и получали личные права. Условия выкупа земли устанавливались уставной грамотой — добровольным соглашением с помещиками в соответствии с правилами, содержащимися в Положении 19 февраля 1861 г. При переводе на выкуп крестьяне получали от государства 75–80% выкупной ссуды, выплачиваемой помещику единовременно государством242, которую они обязывались погасить в течение 49 лет по 6% ежегодно (так называемые выкупные платежи, как правило, были меньше прежних оброчных платежей, уплачиваемых помещику при крепостном праве). Остальные 20–25% выкупной ссуды крестьяне вносили единовременно243, но только в случае достижения соглашения с помещиком. К 1881 г. на выкуп перешли 78% крестьян, в том числе только 35% добровольно. Следовательно, 65% (из перешедших на выкуп) заключили выкупную сделку по требованию помещиков, вследствие чего последние потеряли право на получение 20–25% выкупной ссуды от своих крестьян244. С 1883 г. все временнообязанные крестьяне переводились на обязательный выкуп; величина платежей понижена в среднем на 27% годового оклада; недоимки прощены, а подушная подать заменена поземельным налогом245. Кроме того, правительство, вопреки явному неудовольствию помещиков, отказалось от пересмотра величины выкупных платежей, предусматриваемого Положением 19 февраля246.

Попечительство над удельными и казенными крестьянами

Условия жизни у удельных крестьян были предпочтительнее, чем у помещичьих. До конца XVIII в. на удельных крестьян их владельцы смотрели почти исключительно с точки зрения фискальных выгод, хотя изредка наблюдалось и попечительство (открытие школ, больниц и богаделен)247. После учреждения в 1797 г. специального Удельного ведомства масштабы помощи постепенно увеличивались. Принимались меры по совершенствованию налогообложения: выравниванию тяжести платежей в различных местностях, установлению соответствия между доходом и повинностями, с 1830 г. платежи с душ переложены на землю. Крестьяне обеспечивались землей и продовольствием в случае неурожая, создавались продовольственные запасы и вводились общественные запашки. Разнообразными средствами стимулировалось развитие сельского хозяйства. В 1797 г. образована Практическая школа земледелия, в 1833 г. — Земледельческое училище для обучения крестьянских детей. С 1839 г. создавались образцовые усадьбы для передачи передового опыта, выставки. С 1830-х гг. внедрялись посевы картофеля и травосеяние. Поощрялось распространение огородничества, садоводства, пчеловодства; крестьяне снабжались улучшенными породами скота и семенами высоких сортов растений. Удельная администрация поддерживала развитие крестьянских промыслов, обучала ремеслам, с 1840 г. стала открывать ремесленные училища248, помогала найти работу нуждающимся, боролась с ростовщичеством путем создания сельских банков249, заботилась о сбыте хлеба посредством созда-

283

6. Биологический статус российского населения в XIX — начале ХХ в. и его факторы

ния торговых хлебных компаний, ввела страхование250. Не было забыто и здравоохранение: введено оспопрививание; удельные имения имели штатных врачей, ветеринаров, повивальных бабок, создавались временные и постоянные больницы251. Значительные усилия направлялись на повышение грамотности. Первые удельные школы появились в 1807 г., но из-за противодействия со стороны крестьян бо´льшая их часть в скором времени закрылась. В 1828 г. удельное ведомство стало систематически открывать школы и поощрять создание частных, в результате к 1863 г. функционировало 376 удельных училищ с числом учащихся 11 394

и1 185 частных школ с 26 370 учащимися, в числе которых была 9561 девочка252. Хотя попечительство не отличалось большим размахом, оно оказывало некоторое влияние на улучшение жизни удельных крестьян.

Положение казенных крестьян в течение XVIII в. в целом ухудшалось, хотя их права не подверглись таким ограничениям, как владельческих, а их администрация не приобрела таких широких прав в отношении суда, наказаний, ссылки

иотдачи в рекруты, которыми располагали помещики. В глазах помещичьих крепостных, положение государственных крестьян было предпочтительнее, и они мечтали о переходе под юрисдикцию казны. Государственная деревня до конца XVIII в. для правительства являлась, прежде всего, источником финансовых средств. Ситуация изменилась после издания в 1797 г. указа о волостном правлении, предусматривавшего всестороннюю помощь крестьянам. Скажем об этом подробнее, ибо эта деятельность государства в советской историографии принижалась или вообще замалчивалась.

Именно с конца XVIII в. можно говорить о политике попечительства в отношении казенных крестьян, под которой имеются в виду меры по развитию сельского хозяйства и устройству запасных хлебных магазинов, по наделению землей и расселению малоземельных сел, меры против пожаров, наводнений, болезней, скотских падежей, нищенства, а также забота о сиротах и больных, агрономическая помощь, финансовые ссуды, открытие школ253. На новый уровень попечительство поднялось после реформы П.Д. Киселева в 1837–1839 гг. Она улучшила положение государственных крестьян в юридическом, хозяйственном, судебном, административном и культурном отношениях, расширила их права самоуправления. Крестьяне по закону приобрели право выбирать место жительства, состояние, род занятий, поступать в любое учебное заведение, подавать прошения даже на высочайшее имя, вступать в гражданские сделки254. МГИ в течение 1837–1866 гг. проделало огромную работу. Более 200 тыс. безземельных получили надел и денежное пособие, малоземельным прирезано 3,4 млн десятин земли из расчета 5,5 десятин на ревизскую душу, из густонаселенных губерний переселено около 262 тыс. крестьян255, земельный фонд был равномерно перераспределен, проведен кадастр, повинности переложены с душ на землю и промыслы, нивелированы натуральные повинности в разных местностях, проведены важные агротехнические мероприятия. В Литве, Белоруссии и Правобережной Украине правительство ликвидировало барщину, запретило сдачу государственных имений в аренду частным лицам и осуществило перевод крестьян на денежный оброк, замененный впоследствии земельно-промысловым сбором256.

МГИ проводило мелиоративные работы257, занималось разведением картофеля, кукурузы, табака, сахарной свеклы, кормовых трав и других технических растений, поощряло развитие пчеловодства, шелководства, рыболовства, садо-

284

6.2. Факторы динамики биологического статуса населения в XIX — начале ХХ в.

водства (посредством образцовых питомников)258 и животноводства (посредством заведения племенных стад крупного рогатого скота, лошадей и овец)259. Оно принимало меры по благоустройству селений и обеспечению противопожарной безопасности260. Большую работу проделало министерство по изучению России

всельскохозяйственном отношении посредством сбора соответствующих материалов от губернаторов, корреспондентов и с помощью экспедиций. Много было сделано и по пропаганде агрономических знаний с помощью газет и журналов (важнейшие — «Земледельческая газета» с 1834 г. и «Журнал МГИ» с 1841 г), руководств и наставлений по сельскому хозяйству — за 1841–1863 гг. опубликовано около 100 названий, за 1864–1887 гг. — 60261.

Большое внимание уделяло МГИ проблеме народного продовольствия. К 1834 г. в ведомстве государственных крестьян имелось 10 240 запасных хлебных магазинов, располагавших 6,3 млн четвертей хлеба (по 3,3 пуд. на душу); к 1866 г. хлебные запасы возросли до 16,3 млн четвертей (по 5,3 пуд. на душу)262. С 1834 г. начал функционировать фонд продовольственного капитала: в 1839–1842 гг. он оценивался в 6,1 млн руб., а в 1866 г. — 14,2 млн руб. — в среднем по 58 коп. на душу (средняя по России цена пуда ржи в 1866 г. равнялась 56 коп)263.

В1839 г. началось устройство кредитных учреждений — вспомогательных и сберегательных касс, выдававших ссуды крестьянам из 6% годовых, в том числе и под ручательство мирских сходов. В 1865 г. число касс в казенных селениях достигло 4631, их оборотный капитал — 12,3 млн руб.; размер выданных ссуд — 10,3 млн руб.264

В1839 г. очередной порядок отправления рекрутской повинности у казенных крестьян администрация заменила жеребьевым: все мужчины в возрасте около 20 лет тянули жребий, который и определял, кто должен поступить на службу. Крестьяне, однажды вытянувшие счастливый жребий, навсегда освобождались от рекрутства и могли полностью собою располагать. Этим устранялась возможность произвола при назначении рекрутов, уменьшалось число случаев разлучения мужей с женами, и сама собой упразднялась несчастная группа солдаток265.

Вгосударственной деревне создана сеть школ, богаделен, врачебных и ветеринарных пунктов, агрономических ферм, выставок и образцовых хозяйств, упорядочено продовольственное дело266. В 1837 г. по всему ведомству государственных крестьян насчитывалось 60 школ с 1880 учащимися, а в 1865 г. — соответственно 7869 и 280 тыс. В 1844 г. в сельские училища стали допускаться девочки, и в 1865 г. их там обучалось 16 579, а в начальных школах грамоты — 28 151. Специально для мусульман открылись 904 школы, где обучалось 26 314 мальчиков и 12 052 девочек267. Поскольку число государственных крестьян за 1833–1866 гг. увеличилось в 1,3 раза (с 18,4 до 24,3 млн), то число учащихся на 1000 человек возросло

в90 раз. В 1844 г. вступило в строй первое писарское училище на 120 учащихся, к 1863 г. — еще 4, благодаря чему волостные правления стали обеспечиваться более грамотными кадрами268.

Наряду с общим развивалось специальное сельскохозяйственное образование. МГИ создало сеть сельскохозяйственных учебных заведений — начальных, средних и высших. Полный курс в низших сельскохозяйственных школах в 1844– 1853 гг. окончили 547 человек, в 1854–1869 гг. — 825, в 1870–1881 гг. — 1065. Этот вид заведений получил особенное развитие в 1880-е гг.: уже в 1887 г. их насчитывалось 18, где ежегодно обучалось 379 учащихся. Земледельческих училищ

285

6.Биологический статус российского населения в XIX — начале ХХ в. и его факторы

с4-летним курсом обучения, считавшимися средними учебными заведениями, насчитывалось в 1841 г. — 5, в 1848 г. — 8; в них обучалось от 688 до 858 учеников ежегодно. За 1852–1857 гг. их окончило 1064 человека269. Еще большее развитие сельскохозяйственное образование получило после эмансипации. В 1848 г. открылся Горыгорецкий земледельческий институт, дававший высшее образование,— к 1865 г. его окончили 569 человек (в 1866 г. он переведен в С.-Петербург). В 1857 г. учреждена Петровская земледельческая академия под Москвой270.

МГИ уделяло большое внимание пропаганде передового сельскохозяйственного опыта. С этой целью создавались учебные фермы — рассадники рационального хозяйства среди крестьян. На них заводились плодопеременные системы полеводства, травосеяние, передовое огородничество и скотоводство, усовершенствованные орудия труда и пр. В 1843 г. устроены первые две сельскохозяйственные выставки, к 1862 г. их число увеличилось до 13, в 1887 г. — до 25. Всего за 1843–1887 гг. действовало 588 выставок в 54 губерниях. На них лишь в 1843–1853 гг. представили свои достижения более 12,8 тыс. человек, в том числе более 9,5 тыс. государственных крестьян271.

При содействии МГИ получили развитие сельскохозяйственные общества. Их цель — довести до правительства сведения о нуждах сельского хозяйства. В 1830–1840-е гг. возникло около 20 обществ. После Великих реформ они стали расти, как грибы (к 1887 г. — 134)272. С 1848 г. стали проводиться местные сельскохозяйственные съезды; до 1866 г. их прошло 13, в 1871–1875 гг. — 97273. В 1823 г. открылся С.-Петербургский ботанический сад, в 1859 г. — Сельскохозяйственный музей274.

Следует признать: многие мероприятия просветительского направления (выставки, общества, фермы и др.) не имели серьезного влияния в крепостное время, так как встречали мало интереса не только со стороны крестьян, но даже со стороны помещиков, обгоняя их потребности. «Министерство стояло далеко впереди своих современников»275. Более того, мероприятия, проводившиеся, естественно, за счет сборов с крестьян, встречали с их стороны сопротивление: даже на обучение своих детей они смотрели как «на стеснительную повинность, от которой всеми силами старались отделаться»276. После Великих реформ положение радикально изменилось.

Важное место в деятельности МГИ занимали охрана здоровья и общественное призрение. До 1837 г. во всех селениях государственных крестьян имелось лишь 5 больниц и 10 врачей, оспопрививание находилось в крайне неудовлетворительном состоянии. К 1866 г. в строй вошли 269 больниц, в которых работало 170 врачей, 1278 фельдшеров, 71 ученая повивальная бабка и 3726 обученных оспопрививателей с 490 помощниками (всего 5735 медработников). Кроме того, функционировало около 1200 сельских аптечек. В относительных показателях: одна больница приходилась на 90 тыс., 1 больничная койка на 4350 человек, один медработник — на 4,2 тыс. государственных крестьян277. Для сравнения: в 1910 г. в 34 земских губерниях насчитывалось 3802 земских врача, 2078 больниц (на 43,3 тыс. коек) — в среднем одна больница на 25 тыс. человек278. Значит, обеспеченность местами в больницах (если среднее число коек в больницах за 1866–1910 гг. не изменилось) увеличилась примерно в 3,6 раза. В СССР в 1989 г. одна больница приходилась на 12 тыс. человек, 1 больничная койка на 75 человек, а один медик со средним и высшим образованием (без фармацевтов) — на 62 че-

286

6.2. Факторы динамики биологического статуса населения в XIX — начале ХХ в.

ловека, т. е. обеспеченность местами в больницах была в 58 раз, а медперсоналом — в 68 раз лучше, чем в 1866 г. 279 МГИ создавало богадельни для безродных крестьян (в 1866 г. в них призревалось 2734 человека) и приюты для сирот (в 1866 г.

вних содержалось 4846 детей)280.

Впореформенное время многогранная работа по попечительству над всеми крестьянами перешла в руки земств, справлявшихся с ней несравненно лучше281. Эта деятельность достаточно хорошо изучена, потому что в советской историографии земства считались прогрессивными организациями. Однако и до Великой реформы политика попечительства оказала заметное влияние на благосостояние государственных крестьян.

Освобождение удельных крестьян от частновладельческого и государственного крепостничества в основных чертах произошло в 1863 г., а казенных крестьян от государственного крепостничества — в 1866 г., причем на лучших условиях, чем помещичьих крестьян. Удельные крестьяне в 1863 г. сразу переведены на обязательный выкуп, сохранив в собственности все земли, бывшие в их пользовании. Они обязывались в течение 49 лет выполнять прежние платежи без пересмотра, а за выкупную операцию вносить ежегодно сумму, равную 6% от величины годового оклада. В 1866 г. казенные крестьяне получили в постоянное пользование все земли, бывшие в их пользовании, за оброчные подати, которые могли быть пересмотрены только через 20 лет. В 1887 г. земледельцы переводятся на обязательный выкуп, наделы переходят в их собственность. За это в течение 44 лет крестьяне должны уплачивать неизменные платежи — как минимум на 20% ниже, чем у бывших помещичьих крестьян, хотя у последних с 1883 г. выкупные платежи понизились на 27%282.

Ввиду необходимости выплачивать выкупные платежи государству зависимость от него всех категорий крестьян в экономическом отношении сохранилась, однако со временем она ослабевала. В 1874 г. рекрутство заменяется всеобщей воинской повинностью, в 1895 г. вводятся в действие новые па-

Благотворительная раздача вещей. С.-Петербург. 1900-е гг. Фото

287

6. Биологический статус российского населения в XIX — начале ХХ в. и его факторы

спортные правила, значительно облегчившие передвижение крестьянства; в два приема, в 1899 и 1903 гг., отменяется круговая порука, в 1907 г. ликвидируются выкупные платежи283.

Деревня после крестьянской реформы

В пореформенное время экономическая политика становится более четкой, последовательной и эффективной284. Уменьшение налогового бремени, интенсивное железнодорожное строительство, изменение тарифной системы, поощрение экспорта, государственное регулирование хлебных цен и развитие промышленности, особенно в сельской местности — все эти меры способствовали повышению доходов крестьянства.

В предыдущих параграфах доказано: налоговое бремя крестьян в течение XIX — начала ХХ в. понижалось. Эта благоприятная для них тенденция явилась

взначительной мере результатом правительственной политики, направленной на привлечение к уплате налогов привилегированных слоев и на более равномерное распределение повинностей между всеми социальными группами. Попытки распространить налоги на дворян начались в 1797 г. Павел I возложил на дворян добровольную обязанность содержать судебно-административные учреждения и строить казармы в губерниях за счет сборов с дворянских имений. Общую сумму издержек на местное управление разверстали между помещиками пропорционально числу принадлежавших им крепостных. Но в 1806 г. Александр I отменил сбор и переложил его на крестьян. В 1812 г. в связи с войной правительство ввело процентный сбор с доходов от недвижимости на все население, включая и дворянство. Помещики платили прогрессивный подоходный налог от 1% до 10% с добровольно объявленного дохода. В декабре 1819 г. сбор отменили. До XVIII в. дворяне, имевшие недвижимость в городах, а также и помещики в деревнях, по решению местного начальства, вносили деньги наряду со всеми другими сословиями на покрытие расходов на общественные, или земские, потребности: содержание дорог, почт и др. Этот фактически налог собирался без твердых правил. Однако в XVIII в. дворяне были от них освобождены. В 1805 г. земские сборы под названием земских повинностей правительство поставило на строго юридические основания и сначала распространило их на помещиков, проживавших в новороссийских губерниях, а в 1853 г. — на всех.

Налоговые реформы 1860-х гг. привели к тому, что введение любых новых налогов в стране стало касаться дворян в равной степени с другими сословиями. С 1863 г. дворяне стали платить новый государственный налог с городской недвижимости, с 1872 г. — государственные земские повинности (при этом доля налогов с помещиков составила около 35% от общей суммы налогов, в то время как доля всего дворянства в населении страны — лишь 1,3%). Как указывалось, с 1860-х гг. российская налоговая система стала переходить с подушного принципа на подоходный, ввиду чего тяжесть налогового бремени перемещалась с бедных на зажиточные слои. В 1859 г. из общей суммы собственно налогов на высшие классы в приходилось 18%, на низшие — 82%, а в 1887 г. соответственно — 41% и 59%285. Эта тенденция в дальнейшем усиливалась286. По моим расчетам, на душу

в1912 гг. с крестьян взималось налогов и платежей примерно в 10,8 раза меньше, чем с горожан,— 6,17 руб. против 66,93 руб. (табл. 6.39).

288

6.2. Факторы динамики биологического статуса населения в XIX — начале ХХ в.

Таблица 6.39

Налоги и сборы с крестьян и горожан в 50 губерниях Европейской России в 1912 г.

Источники: Подсчитано по: Вайнштейн А.Л. Избранные труды. Кн. 1. С. 83–86 (платежи крестьянства); Ежегодник России: 1912 г. СПб., 1913. Отд. I. С. 47, 50, 53, 55, 57, 59, 61 (население); Ежегодник Министерства финасов. Выпуск 1912 года. Пг., 1914. С. 62–63, 94–95, 112, 124–125, 128, 133, 143, 145 (государственные налоги); Доходы и расходы земств 40 губерний по сметам на 1912 год. СПб., 1914. С. XXIV, XXIX; Отчет о денежных оборотах городских касс за 1901 год. СПб., 1904. С. 64–65 (местные городские налоги за 1901 г.); Свод сведений о поступлении и взимании казенных и общественных окладных сборов за 1910–1912 гг. СПб., 1915. С. XXIII.

Табл. 6.39 содержит оценки величины налогов и сборов по отдельным статьям на душу крестьян, принадлежащие известному экономисту А.Л. Вайнштейну, а на душу всего населения — по моему расчету, в котором использовалась методика Вайнштейна. Опираясь на них, определены платежи горожан на душу и бремя налогов для крестьян и горожан. Сравнительно с горожанами, крестьяне платили прямых налогов (с учетом вненадельной аренды) в 5,5 раза меньше, косвенных (вместе с алкоголем) — в 9,7 раза меньше, по всем налогам и платежам, имевшим налоговый характер,— в 10,8 раза меньше. В отечественной историографии принято арендные платежи с крестьян относить к числу налогов, что, вообще говоря, неверно. Но даже если отнести аренду к налогам, все равно крестьяне на душу платили налогов в 6,9 раз меньше, чем горожане.

Вайнштейн разделил доход от продажи водки (обложение водки) между городом и деревней по месту ее продажи (из-за отсутствия сведений о ее потреблении горожанами и крестьянами). Однако в городах покупали в большом количестве алкоголь также и крестьяне, причем не только постоянно там живущие (45% всех горожан в 1897 г.)287, но также отходники и те, кто приезжал на городские базары и ярмарки из деревень. Поэтому в действительности крестьяне-земле- дельцы, проживающие в деревне, потребляли больше алкоголя, чем следует из расчетов Вайнштейна, но все же никак не больше, чем горожане. Если принять, что крестьяне покупали водки на душу населения столько же, сколько горожане, то расходы на водку у тех и других будут 5,15 руб. на душу. Соответственно сумма налогов и сборов на душу населения составит у горожан — 41,9 руб., а у крестьян 12,6 руб. с надельной арендой и 9,1 руб. без аренды. Тогда сравнительно с горожа-

289