Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Юридическое образование и юриспруденция в России во второй трети XIX века. Учебное пособие
.pdf
§ 1. Историко-правовая наука
способа памятники могут быть вполне разъяснены, и отдельные их положения войти, как достоверные и осмысленные данные, в содержание
науки. Что же касается до того, который из означенных двух способов
разработки материалов должен предшествовать другому, мы думаем,
что этот вопрос нельзя решить вообще, так чтобы тем самым поставить
какое-либо обязательное правило для исследователей. Мало ли вполне
основательных условий, которые могут побудить ученого склониться в
своих розысканиях на какой-либо один способ предпочтительно пред
другим? Не говоря уже о недостатке в специальных пособиях, необходимых при изучении каждого отдельного памятника, в богатом запасе
1
филологических и чисто
археологических сведений и других неизбежных этого рода условий, самый склад ума, способности и характер делают одного более склонным к научным и теоретическим воззрениям на
данные предметы, а другому указывают направление фактическое, как
наиболее ему доступное и сродное. Нельзя поэтому порицать ученого
за предпочтение одного способа разработки отечественной истории и ее
памятников другому, хотя нельзя также не заметить, что он обязан долго
испытать себя, прежде нежели решится в своих розысканиях принять
направление теоретическое. Как направление отвлеченное и по преимуществу логическое, оно нуждается в особенном таланте и соображении,
которые природою не всякому даны в удел, между тем как при направлении фактическом, с средствами гораздо меньшими, можно всегда надеяться принести прямую пользу науке… Смотря с этой точки зрения на
оба способа разработки памятников, и не признавая за нужное обязывать
исследователей к предпочтению того или другого способа, кроме указания на непосредственные преимущества, представляемые направлением
фактическим, — мы не можем, говоря вообще, не сознаться, что научное или теоретическое воззрение, основанное на внимательном, но тем
не менее общем обозрении всех источников известного периода, может
пролить яркий свет на уяснение как значения каждого отдельного памятника, так и частных его положений. Наоборот, при недостатке таких
высказанных теоретических начал в науке исследователь-специалист, не
имея руководной нити в своих розысканиях, должен ощупью отыскивать каких-либо точек для своей опоры; почему не удивительно, если он
признает таким образом в своих выводах за особенные основные начала вовсе не существенные проявления какой-либо отдельной личности,
1
В цитируемом тексте (с. 6) написано «часто».
211
Глава 7.
Развитие научной юриспруденции в России во второй трети XIX века
или же общие характеристические черты всех народов, находящихся на
известной степени1 развития»2.
Научные работы Н. В. Калачова в области истории русского права
и по сей день остаются непревзойденными по тщательности и глубине
исследования источников. Каждая из них в свое время содержала открытие.
Н. В. Калачов прославился также своими изданиями правовых
памятников. Им были опубликованы три книги сборника «Архив историко-юридических сведений, относящихся до России» (Кн. 1. М., 1850;
Кн. 2. Половина первая. М., 1855; Кн. 2. Половина вторая. М., 1854; Кн. 3.
СПб., 1861), двенадцать книг сборника «Архив исторических и практических сведений, относящихся до России» (в 1859–1864 гг.). В 1860 г. в
качестве приложения к этому сборнику стал выходить основанный Калачовым журнал «Юридический вестник», который стал впоследствии
самостоятельным периодическим изданием.
Наука может возникнуть благодаря героическим усилиям гениального или талантливого ученого-одиночки, но развиваться усилиями
одного-двух ученых, какими бы талантами ни обладали они, наука не
может. Для этого необходима соответствующая среда, которая создается лишь когортой ученых. 40–50-е годы XIX века были плодотворными
для науки истории русского права и с этой точки зрения: в указанные
десятилетия в российских университетах появилась целая группа историков права.
***
Среди них необходимо назвать в первую очередь Константина
Алексеевича Неволина, с 1835 до 1843 года профессора Университета
Св. Владимира, после этого профессора Санкт-Петербургского университета.
Он родился в 1806 году в г. Орлове Вятской губернии, в семье священника. Первоначальное образование будущий правовед получил в
Вятской духовной семинарии, по окончании которой поступил в Мо-
1
Так в оригинале. — В. Т.
2
Калачов Н. В. Дополнение к разсуждению г. Деппа «О наказаниях, существовавших в России до царя Алексея Михайловича» // Архив историко-юридических сведений, относящихся до России, издаваемый Николаем Калачовым.
Книга третья. СПб., М., 1861. Отд. 4. С. 5–7.
212
§ 1. Историко-правовая наука
сковскую духовную академию. Для сына священника было вполне естественно выбрать в качестве своей профессии служение Богу и церкви.
Однако в отношении Константина Неволина судьба распорядилась подругому.
С 1826 года в рамках Второго отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии шла под руководством М. М. Сперанского активная работа над «Полным собранием законов Российской империи» и «Сводом законов Российской империи». Как человек умный,
живший интересами государства, Михаил Михайлович понимал, что для
полного успеха этой грандиозной законодательной реформы прос той
систематизации законодательных актов недостаточно. Данная реформа
станет по-настоящему плодотворной лишь при условии, если указанные
«Полное собрание» и Свод будут усвоены теми, кому надлежит применять их на практике. Для этого необходимо было в первую очередь реорганизовать систему обучения юриспруденции, переориентировав будущих юристов на изучение «Полного собрания» и Свода. В связи с этим
возникла потребность в новой учебной программе для юридических факультетов российских университетов и в преподавателях, способных ее
реализовать.
Разработать учебную программу, соответствовавшую «Своду законов Российской империи», было нетрудно, как и принять новый университетский устав для введения ее в действие. Главной проблемой в этих
условиях оказывалась подготовка новых преподавателей. Дело в том, что
ни в одном из российских университетов осуществить ее не представлялось возможным хотя бы по той причине, что здесь не преподавались
на должном уровне юридические науки, которые предполагалось ввести
в новую учебную программу юридических факультетов. В связи с этим
М. М. Сперанский предложил организовать подготовку преподавателей
для юридических факультетов в рамках Второго отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии, а кандидатов в преподаватели нового типа избрать из числа лучших слушателей Московской
и Санкт-Петербургской духовных академий.
Император Николай I принял это предложение. И в конце января
1828 г. шестеро молодых людей — по трое из каждой академии — были
направлены в распоряжение Сперанского. О том, как проходило их обучение юридическим наукам во Втором отделении, рассказано в третьем
параграфе четвертой главы книги «Юридическое образование и юриспруденция в России в первой трети XIX века». Заметим только, что
кандидаты в преподаватели, хотя и числились формально пансионера-
213
Глава 7.
Развитие научной юриспруденции в России во второй трети XIX века
ми Санкт-Петербургского университета, обучались там лишь римскому
праву и латинской словесности. Все остальные юридические науки им
надлежало изучать во Втором отделении. Здесь в то время шла работа
над «Полным собранием» и «Сводом законов» Российской империи и
поэтому имелись в наличии все необходимые для изучения российского
законодательства материалы, а также специалисты, способные преподавать различные юридические науки.
Константин Неволин оказался в числе трех лучших студентов Московской духовной академии (вместе с Василием Знаменским и Алексеем
Благовещенским), отобранных для обучения юриспруденции во Втором
отделении. В письме к своему старшему брату, священнику Ивану Алексеевичу Неволину, датированном 7 марта 1828 года, Константин сообщал,
что Сперанский встретил молодых кандидатов в преподаватели законоведения следующими словами: «Ваше назначение — самое высокое; от вас
Государь ожидает очень многого; я не скрою от вас, что вы или некоторые
из вас, которые лучше успеют, должны сделаться в России лучшими профессорами правоведения; впрочем все вы должны успеть так, чтобы сде-
1
латься профессорами»
. В письме к брату от 9 мая 1828 года Константин
Неволин описывал, как он со своими товарищами пришел к Сперанскому
в день Пасхи с поздравлениями. Михаил Михайлович, одарив их деньгами
и книгами, сказал им: «Вы должны положить основание наук российского
правоведения. Я хочу, чтобы оно было преподаваемо в университетах подлинно по-ученому, а не по-приказнически»2.
В течение мая и июня 1829 года студенты Второго отделения сдавали экзамены. В сентябре того же года они отправились в Германию
для продолжения учебы в Берлинском университете под руководством
профессора Карла Фридриха фон Савиньи. Летом 1830 года в Берлин
на встречу с авторитетным немецким правоведом приезжал М. М. Сперанский. Константину Неволину представился случай в течение восьми
дней общаться с этим человеком особой судьбы, удивлявшим современников своими талантами, умом, образованностью. «Я виделся с ним ежедневно по одному или по два раза, — писал Константин брату Ивану, — и
сии времена свидания принадлежат к одним из приятнейших в моей
жизни»3.
1
Цит. по: Андреевский И. Е. От издателя // Полное собрание сочинений
К.А. Неволина. Т. 1. СПб., 1857. С. VII.
2
Там же. С. VII–VIII.
3
Там же. С. Х.
214
§ 1. Историко-правовая наука
В октябре 1830 года Неволин и его товарищи держали экзамен по
предметам, которые изучали в Берлинском университете. Профессор
Савиньи высоко оценил уровень их подготовки. Направляя 1 ноября
1830 года М. А. Балугьянскому составленный преподавателями Берлинского университета отчет об учебе русских студентов, он сообщил
в сопроводительном письме: «Я сам недавно произвел им лично испытание, и очень порадовался сделанными ими успехами. Должен заявить
вам, что из числа всех студентов в особенности отличается познаниями,
а также ясностию воззрений и правильным суждением г. Неволин; после
него можно указать с особенным отличием от других на г. Знаменского.
Все же вообще заслуживают величайшей похвалы своим прилежанием и
1
серьезным отношением к делу»
.
3 октября 1832 года обучавшиеся под руководством Савиньи молодые русские правоведы — К. А. Неволин, В. П. Знаменский, А. А. Благовещенский, С. Н. Орнатский и С. О. Богородский — возвратились в
Санкт-Петербург. Все они были причислены ко Второму отделению
Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Дальнейшая судьба названных правоведов некоторое время была неопределенной: Министерство народного просвещения имело намерение назначить их на должности профессоров в российские университеты,
Сперанский же вынашивал план учреждения при Втором отделении
своего рода юридической академии для написания учебников по различным отраслям юриспруденции и составления полной истории русского права. Юристы, прошедшие обучение в Берлинском университете
под руководством профессора Савиньи, признанного в то время главы
исторической школы права, казались Михаилу Михайловичу наиболее
подготовленными для выполнения таких задач. Однако в конце концов
было принято решение направить их в университеты, юридические факультеты которых испытывали в то время острейшую нужду в квалифицированных преподавателях. Степень доктора прав и профессорское
звание было признано целесообразным присвоить каждому из них на
основании успешной сдачи специальных экзаменов и публичной защиты диссертаций (тезисов).
В течение первой половины 1834 года Неволин и его товарищи
сдали экзамены и после этого приступили к подготовке диссертаций.
1
Цит. по: Майков П. М. Сперанский и студенты законоведения. Очерк из
истории русского правоведения (по документам Архива Государственного совета) // Русский вестник. 1899. № 9. С. 247.
215
Глава 7.
Развитие научной юриспруденции в России во второй трети XIX века
8 февраля 1835 года состоялся публичный диспут по диссертации Неволина «О философии законодательства у древних»1. Оппонентами
диссертанта были профессора А. А. Фишер и Н. Ф. Рождественский.
В диспуте принимал участие и министр народного просвещения
С. С. Уваров. Константин Алексеевич сполна воспользовался представившимся случаем показать свои способности. 6 марта 1835 года он
получил утверждение в степени доктора, а 19 марта был назначен исправляющим должность ординарного профессора энциклопедии права,
основных законов и учреждений Российской империи на юридическом
факультете киевского Университета Св. Владимира. 30 января 1836 года
его утвердили в этой должности.
В мае 1837 года профессор К. А. Неволин был избран ректором
Университета Св. Владимира на двухлетний срок, согласно университетскому уставу. После этого он становился ректором еще дважды — в 1839
и 1841 годах и пробыл на этой должности вплоть до своего перевода в
Санкт-Петербургский университет, произошедшего в начале 1843 года.
Самым значительным произведением Неволина в киевский период его жизни являлась, безусловно, его «Энциклопедия законоведения»,
2
напечатанная в двух томах в 1839–1840 годах
. В 1841 году эта работа была удостоена Демидовской премии второй степени. Профессор
П. Д. Калмыков, анализируя сочинение Неволина, отмечал, что его «Энциклопедия законоведения» есть явление «совершенно новое в юридической литературе нашего Отечества; ни одно из сочинений подобного
содержания, написанных на русском языке, не может выдержать сравнения с этим во многих отношениях превосходным творением»3. Сопоставляя «энциклопедию» русского правоведа с «энциклопедиями» немецких
правоведов, Калмыков явное предпочтение отдавал первой. «Тогда как
1
См.: Рассуждение о философии законодательства у древних. Сочиненное для получения степени доктора законоведения Константином Неволиным.
СПб., 1835. Корректуру этой книжки, объемом в 107 стр., читал и правил сам
Сперанский. Почти все ее содержание было впоследствии включено Неволиным
в первый том «Энциклопедии законоведения» (§ 183–283). См.: Неволин К. А.
Энциклопедия законоведения. Т. 1: Введение в Энциклопедию законоведения,
общая часть ее и первая половина особенной части. Киев, 1839. С. 167–268.
2
В 1857 г. «Энциклопедия законоведения» напечатана повторно — в первых двух томах «Полного собрания сочинений К. А. Неволина».
3
Калмыков П. Д. Разбор сочинения г-на Неволина «Энциклопедия законоведения» // Десятое присуждение учрежденных П. Н. Демидовым наград.
СПб., 1841. С. 73.
216
§ 1. Историко-правовая наука
немецкие энциклопедии и другие иностранные произведения подобного
содержания, — отмечал он, — излагают состав наук юридических преимущественно в отношении к важности, какую они имеют для туземных
законоведцев, Энциклопедия нашего ученого содержит в себе изложение не только общих всемирных начал права, но и развитие их в истории
важнейших положительных законодательств древних и новых времен,
так что автор с благородным сознанием смело мог сказать в своем предисловии, что даже иностранная литература доселе не представляет со-
1
чинения, которое было бы подобно его труду во всем его объеме»
.
В заключение своей рецензии на «Энциклопедию законоведения»
Неволина профессор Калмыков отметил, что, помимо важного значения этого сочинения для науки, «оно приносит великую пользу отечественному законоведению: составляя эпоху своим появлением в области
нашей юридической литературы, оно по объему и содержанию своему
удовлетворяет потребностям русского юношества, изучающего юриспруденцию, знакомя его с общими истинами права и со всемирным их
развитием, и пересаживая на родную почву важные истины, стяжанные
европейскою ученостью»2.
«Энциклопедия законоведения» Неволина включала в себя три
раздела:
1) теоретический, в котором рассматривается существо права
и закона;
2) истории философии законодательства, посвященный описанию
идей философов древности и нового времени о праве и законах;
3) истории положительных законодательств, в котором излагается
история права иностранных государств и России с древности и до начала XIX века.
Основное содержание указанного произведения было заключено
в 1279 страниц, при этом теория права и закона занимала в нем всего
148 страниц, история политических и правовых учений — 485 страниц,
история же иностранного и русского права — 646 страниц, то есть более
половины объема книги. Таким образом, «Энциклопедия законоведения» профессора К. А. Неволина являлась в значительной мере историко-правовым произведением. Этот факт убедительно свидетельствует о
1
Калмыков П. Д. Разбор сочинения г-на Неволина «Энциклопедия законоведения» // Десятое присуждение учрежденных П. Н. Демидовым наград.
СПб., 1841. С. 74–75.
2
Там же. С. 120.
217
Глава 7.
Развитие научной юриспруденции в России во второй трети XIX века
том, что выдающийся русский правовед смотрел на историю права как
на науку, составляющую фундамент юриспруденции.
2 февраля 1843 года К. А. Неволин был уволен на основании своего
прошения от должности ректора Университета Св. Владимира. В марте
того же года он оставил Киев и возвратился в Санкт-Петербург. На юридическом факультете Санкт-Петербургского университета после смерти
в 1841 году профессора Е. В. Врангеля освободилась кафедра «гражданских законов общих, особенных и местных». В течение двух лет после
этого лекции по названным предметам читал Н. Ф. Рождественский.
С сентября же 1843 года их стал читать ординарный профессор К. А. Не-
1
волин
. 23 декабря 1847 года Константин Алексеевич был утвержден
проректором Санкт-Петербургского университета2 и деканом юридического факультета3. 15 ноября 1848 года он в дополнение к своим университетским должностям получил место ординарного профессора энциклопедии законоведения в Императорском Училище правоведения.
Научные труды Неволина в его первое пятилетие пребывания в
Санкт-Петербурге были посвящены в основном истории государства и права России. В 1844 году он опубликовал в «Журнале Министерства народного просвещения» работу «Образование управления в России от Иоанна III
до Петра Великого»4. Спустя три года в этом же печатном издании вышел в
свет его труд «О пространстве церковного суда в России до Петра Великого»5. В 1847 году была напечатана речь К. А. Неволина «Об успехах госу-
1
был напечатан в 1847 г. в типографии Академии наук. В рукописном отделе Российской Национальной библиотеки сохранились переписанные писарем манускрипты лекций К. А. Неволина по истории местных гражданских законов и по
системе общих российских гражданских законов (ОР РНБ. Фонд 601. Ед. хр.
1830 и 1831).
П. А. Плетнев.
1848. Ч. 57. № 1. Отд. 1. С. 31.
150. В указанном журнале были опубликованы четыре главы работы «Образование управления в России от Иоанна III до Петра Великого». Все пять глав ее
были напечатаны в издании: Полное собрание сочинений К. А. Неволина. Том 6:
Исследования о различных предметах законоведения. СПб., 1859. С. 97–250.
Отд. 2. № 10. С. 1–80; № 11. С. 157–200. А также в издании: Полное собрание сочинений К. А. Неволина. Том 6. С. 251–389.
Текст лекционного курса К. А. Неволина «Русские гражданские законы»
2
Ректором Санкт-Петербургского университета являлся в то время
3
См.: Министерские распоряжения за декабрь месяц 1847 года // ЖМНП.
4
См.: ЖМНП. 1844. Ч. XLI. Отд. 5. № 1. С. 1–32; № 2. С. 33–86; № 3. С. 87–
5
См.: ЖМНП. 1847. Ч. LV. Отд. 2. № 7. С. 1–23; № 8. С. 75–151; Ч. LVI.
218
§ 1. Историко-правовая наука
дарственного межевания в России до императрицы Екатерины II», произнесенная в торжественном собрании Санкт-Петербургского университета1.
Но самым значительным трудом К. А. Неволина в области истории
русского права (и одновременно в науке гражданского права) была трехтомная «История российских гражданских законов». Она вышла в свет
в 1851 году и сразу же получила высокую оценку со стороны правоведов.
В 1852 году ее автор был удостоен Демидовской премии первой степе-
2
. «Появление книги г. Неволина, — отмечал в своей рецензии на нее
ни
Ф. Л. Морошкин, — соответствует настоящей эпохе юридического образования в России. Господство исторической методы изучения законодательств в землях римского права отозвалось и в нашем Отечестве, с тою
разницею, что там историческое направление есть следствие высших
начал ведения, и служит поверкою оных; тогда как в России оно есть
первоначальное, непосредственно данное наукою. По сему сочинение г.
Неволина есть самое естественное явление в области русской юридической литературы»3.
Профессор Казанского университета А. Г. Станиславский считал
«Историю российских гражданских законов» К. А. Неволина самым выдающимся произведением русской юридической литературы своего времени. В речи «О ходе законоведения в России и о результатах современного
его направления», произнесенной в 1853 году, Антон Григорьевич дал ему
следующую характеристику: «Ежели историко-юридическая литература
новейшего времени заслуживает, преимущественно перед другими ее частями, внимание любителей русского законоведения, то, конечно, это внимание должно сосредоточиться в особенности на одном монументальном
произведении, которое бесспорно составляет венец всей юридической деятельности нашего времени. Это произведение есть: “История российских
гражданских законов”, сочинение К. А. Неволина, профессора С. Петер-
1
См.: годичный торжественный акт в Императорском Санкт-Петербургском университете, бывший 8 февраля 1847 года. СПб., 1847. А также: Полное
собрание сочинений К. А. Неволина. Том 6. С. 429–517.
2
См.: Общий отчет о двадцать первом присуждении Демидовских наград,
составленный непременным секретарем Императорской Академии наук и читанный в публичном собрании сей Академии 24 мая 1852 года // Двадцать первое
присуждение учрежденных П. Н. Демидовым наград. СПб., 1852. С. 7.
3
Разбор сочинения г. проф. д-ра прав Неволина под заглавием: История
российских гражданских законов. Санктпетербург, 1851. 8º. Составленный профессором Московского университета г. Морошкиным // Двадцать первое присуждение учрежденных П. Н. Демидовым наград. С. 27.
219
Глава 7.
Развитие научной юриспруденции в России во второй трети XIX века
бургского университета (три большие тома, СПб., 1851 г.). Никогда еще
в русской юридической литературе не было подобного явления, никогда
ученые юристы не были обрадованы столь драгоценным приобретением…
Сочинение почтенного профессора обнимает вполне систему гражданских
законов, со всеми ее подробностями, и раскрывает их постепенное развитие от начала государства до самого того времени, когда сочинение напечатано. При взгляде на этот колоссальный труд читатель с самого начала
поражен почтительным удивлением, которое все более и более возрастает
по мере следования за сочинителем по необъятному, а вместе с тем дивно
стройному и превосходно расположенному зданию. Сколько материалов
надобно было собрать, исследовать, взвесить и оценить? Какое уменье потребно было для того, чтобы из этих материалов создать гармоническое
целое! Нет сомнения, что автор не упустил из виду ни одного изданного
прежде о русском праве сочинения и из каждого, если только представлялась возможность, почерпнул все существенное, все необходимое для
своей цели; но все почерпнутые им у других сведения исчезают, можно
сказать, в массе собственных изысканий по источникам, которые он неутомимо изучал в продолжении шестнадцати лет. Тысячи самых мелких подробностей, подкрепленные столь же многочисленными указаниями или
цитатами, были плодом изумительной деятельности ученого профессора,
умевшего все эти частности, посредством глубоких ученых соображений
и приемов, привести в стройную, безукоризненную систему! Ежели любители исторического законоведения, как думает сам сочинитель, долго
еще будут испытывать свои силы над историею гражданских законов, то
однако ж собственное его творение пребудет навсегда исходною точкою
всех позднейших об этом предмете исследований… Если бы юридическая
литература нашего времени не произвела ничего более, кроме сочинения
профессора Неволина, то и тогда уже она имела бы неоспоримое право на
1
признательность потомства»
.
«История российских гражданских законов» К.А. Неволина имела большое значение для развития в России юридического образования
и научной юриспруденции, прежде всего историко-правовой науки, но
также и теории права, и цивилистики. Борис Владимирович Никольский (1870–1919), специалист в области гражданского права и истории
1
Станиславский А. Г. О ходе законоведения в России и о результатах
современного его направления. Речь, произнесенная в торжественном собрании Императорского Казанского университета 8 июня 1853 года. Казань, 1853.
С. 64–66.
220
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]