Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Юридическое образование и юриспруденция в России во второй трети XIX века. Учебное пособие
.pdf
§ 1. Демидовский лицей
Государственный совет при рассмотрении в Общем собрании проекта устава Демидовского лицея счел необходимым подчеркнуть, что в
соответствии с целью его учреждения «главные познания для учащихся
должны составлять науки юридические и камеральные, прочие же быть
1
предметом общей образованности, суть уже второстепенные»
. Государь
утвердил это мнение Государственного совета и повелел исполнить его.
К слушанию лекций в Демидовском лицее допускались, согласно
§ 13, «молодые люди, кончившие с успехом полный гимназический курс
учения и представившие о том надлежащее свидетельство, а из получивших домашнее воспитание, доказавшие на испытании в Лицее, что они
имеют те же основательные сведения во всех предметах, преподаваемых
в гимназиях»2. Это означало, что Демидовский лицей относился к категории высших учебных заведений.
Срок обучения в Лицее составлял три года. Студенты, окончившие с
успехом полный курс учения и удостоенные похвальных аттестатов, в соответствии с последним, двадцать девятым, параграфом его Устава получали
при вступлении в гражданскую службу четырнадцатый класс по Табели о
рангах. При этом они освобождались от экзаменов, назначенных для чиновников высочайшим Указом от 6 августа 1809 года. При поступлении же на
военную службу выпускники Демидовского лицея имели право на получение первого офицерского чина, как и студенты университетов3.
22 ноября 1845 года император Николай I утвердил новый вариант
Устава Демидовского лицея4. Он вносил изменения в статус этого учебного заведения и в его учебную программу.
Третий параграф Устава объявлял, что отныне «Демидовский Лицей состоит в ведении Попечителя Московского Учебного Округа»5.
В связи с этим вводился новый порядок избрания директора Лицея.
§ 31 устанавливал: «Директор избирается Попечителем Московского
учебного округа и утверждается министром народного просвещения,
1
Мнение Государственного совета о предметах учения, назначенных к пре-
подаванию в Демидовском Лицее // ЖМНП. 1834. Ч. 1. № 1. Отд. 1. С. XLIII.
2
Высочайше утвержденный Устав Демидовского лицея от 2 августа
1833 года. С. 455.
3
Там же. С. 456.
4
См.: Высочайше утвержденный Устав Демидовского лицея от 22 ноября
1845 года // 2-ПСЗРИ. Том 20. Отделение 2. № 19461. С. 123–129.
5
Там же. С. 124.
151
Глава 5. Юридическое образование в лицеях
которому предоставляется, впрочем, замещать должность сию и по собственному усмотрению»1. По Уставу Демидовского лицея 1833 года он
избирался Московским университетом.
Профессора Лицея, избиравшиеся прежде Московским университетом, по новому уставу стали избираться, согласно § 46 нового Устава, Советом Лицея или Попечителем Московского учебного округа. Утверждение
их в профессорском звании сохранялось за министром народного просвещения. При этом ему было предоставлено «право и по собственному своему
усмотрению назначать в сие звание людей, известных ученостию и даром
преподавания и соединяющих с тем вместе надлежащую ученую степень»
2
Параграф 47 устава определял, что «обязанность профессора заключается:
1) в полном, правильном и благонамеренном преподавании своего предмета; 2) в точном сведении о ходе и успехах наук, им преподаваемых, и 3) в
неупустительных заседаниях в Совете»3. В прежнем Уставе обязанности
профессоров не конкретизировались таким образом.
Устав Демидовского лицея 1845 года состоял из 81 параграфа, то есть
превосходил прежний его Устав почти в три раза. И это было не случайным:
Лицей становился самостоятельным учебным заведением. Его учебная
программа была построена с учетом предназначения, которое определялось
во втором параграфе нового Устава следующими словами: «Главною целию
Демидовского Лицея есть распространение основательных сведений по части камеральных наук4, в связи с отечественным правоведением»5.
Шестой параграф устанавливал: «Предметы преподавания в Лицее
суть: 1) Богословие и церковная история. 2) Русская словесность (преимущественно практические упражнения). 3) Чистая математика, политическая арифметика, бухгалтерия. 4) Физика и химия. 5) Зоология,
ботаника и минералогия. 6) Политическая экономия, статистика, наука
о торговле. 7) Технология, сельское хозяйство, лесоводство, землемерие.
8) Энциклопедия законоведения, государственные законы и учреждения. 9) Законы государственного благоустройства и благочиния. 10) За-
.
1
См.: Высочайше утвержденный Устав Демидовского лицея от 22 ноября
1845 года // 2-ПСЗРИ. Том 20. Отделение 2. № 19461. С. 126.
2
Там же. С. 127.
3
Там же.
4
О камеральных науках говорилось в заключительной части § 3 главы 4
настоящей книги.
5
Высочайше утвержденный Устав Демидовского лицея от 22 ноября
1845 года. С. 123–124.
152
§ 1. Демидовский лицей
коны казенного управления, финансы. 11) Гражданские и уголовные законы с судопроизводством. 12) Языки: немецкий и французский»1.
Сравнение программы преподавания юридических наук, предусмотренной Уставом Демидовского лицея 1845 года, с перечнем кафедр
юридического факультета, приведенным в Общем уставе императорских
российских университетов 1835 года, обнаруживает, что в Лицее не предполагалось чтения лекций по таким университетским предметам, как
римское законодательство и его история, общенародное правоведение,
полицейское право. Правда, науки общенародного правоведения не было
до 1842 года и в учебной программе юридического факультета Киевского университета, а полицейское право, пусть и частично, все же преподавалось лицеистам в курсе законов благочиния. Но отсутствие в учебной
программе Демидовского лицея истории и догмы римского права, преподававшихся в университетах в течение трех лет, было существенным
ее недостатком. Другим серьезным пороком этой программы являлось
соединение юридических наук с естественными: зоологией, ботаникой,
минералогией, и с такими предметами, как технология, сельское хозяйство, лесоводство. Образование по такой учебной программе могло быть
только поверхностным: лицеисты получали не знания, но знакомство
2
с науками, то есть не образовывались, а просвещались
. Между тем на-
стоящую подготовку к государственной службе в судебных органах и на
1
Высочайше утвержденный Устав Демидовского лицея от 22 ноября
1845 года. С. 124.
2
1896) поступил в 1844 г. в камеральное отделение юридического факультета СанктПетербургского университета. 13 января 1845 г. он писал своему наставнику священнику Иоанну Скивскому: «Я еще и до сих пор не сказал вам, по какому факультету я
иду. Я иду по камеральному; избрал я этот факультет потому, что он заключает в себе
более разнообразия: в нем преподаются зоология, ботаника и минералогия, русская
и всеобщая история, агрономия и технология, предметы занимательные, и еще некоторые законы, например, государственные учреждения». Отец Иоанн Скивский
отвечал ему 23 января того же года: «По моему мнению, вы избрали факультет не
по вашим силам. Агрономия, ботаника более нужны помещикам. <...…> Вам следует
избрать предметы, которые не все с успехом могут изучать, как право или законы,
история, математика и проч.». В письме к своему наставнику от 4 апреля 1845 г. Николай Страхов признавался: «Я сам недоволен выбором факультета; это избрание
произошло от нерешимости. Никто не хотел и слышать о моем желании идти по ученой части. Все говорили, что это нехорошо, и все только и думали, что о гражданской
службе, которой я совсем не терплю. Я бросился в такой факультет, где было ни то,
ни сё». Последние слова, пожалуй, наиболее точно выражают сущность камерального образования — «ни то ни сё».
Философ и литературный критик Николай Николаевич Страхов (1828–
153
Глава 5. Юридическое образование в лицеях
должностях, предполагавших работу с правовыми документами, могло
дать не просвещение в области юриспруденции, а юридическое образова-
ние в самом полном его объеме.
Однако, по сравнению с программой изучения юриспруденции,
предписанной Уставом 1833 года, программа преподавания юридических наук, представленная в Уставе Демидовского лицея 1845 года, была
на порядок совершеннее. Прежняя программа ограничивалась русским
публичным, гражданским и уголовным правом, гражданским и уголовным судопроизводством. Программа нового Устава была приближена по
своему содержанию к университетской. Противоестественное же сочетание юридических наук с естественными имело место и в учебных программах камеральных разрядов (отделений), существовавших с 1843–
1844 годов в рамках юридических факультетов Санкт-Петербургского,
Харьковского и Казанского университетов. Демидовский лицей являлся
в то время, согласно его Уставу, не просто юридическим, а камерально-
юридическим учебным заведением.
В России в середине 40-х годов XIX века камеральное образование
только начинало внедряться в университеты, и последствия этой реформы еще не были ясны, поэтому программа его строилась исключительно
на основе умозрительных представлений о том, какими знаниями должен обладать чиновник государственного аппарата. И оценки качеству
камерального образования давались не с позиций практического опыта,
но исходя из весьма поверхностных представлений о сущности государственной службы.
Именно так оценивал значение камерального образования профессор И. В. Платонов в речи о нем, произнесенной в 1845 году в торжественном собрании Харьковского университета. «Польза, которой надлежит ожидать от распространения камеральных сведений, — говорил
он, — столь велика и обширна, что не может быть вполне нами определена и измерена. Если благосостояние народа составляет существенную
цель образования гражданских обществ, и если эта важная цель может
быть не иначе достигнута, как посредством просвещенного и разумного действия на мир имуществ, на коем зиждется благоденствие общественное и частное, то распространением камерального образования,
имеющего дело со всевозможными видами вещественного блага человеческого, необходимо должно возвыситься и могущество государства,
и благосостояние народа. Тогда все части государственного управления,
разделенного между столькими министерствами, найдут на всех ступенях достойных и просвещенных деятелей; пойдут удобнейшим и выгод-
154
§ 1. Демидовский лицей
нейшим ходом; примут обширнейшее и свойственнейшее себе развитие
и принесут плоды обильнейшие и вожделеннейшие»1.
Профессор юридического факультета Московского университета
П. Г. Редкин также считал, что познание камеральных наук «необходимо
для юриста, особенно в том обширном смысле, в каком у нас это слово
2
принимается»
.
Говоря о происхождении камеральных наук, П. Г. Редкин отмечал,
что это название «давно известно в Германии и придано им потому, что
к ним относились сведения, нужные для службы в камерах. Камерами
же назывались, или еще и теперь называются там, где они удержаны,
присутственные места, заведовавшие или заведующие хозяйственным
управлением государственных или же, большею частию, частных имуществ владетельных князей (камеральных имуществ), состоявших или
состоящих в землях (в доменах и апанажах) и в разных доходах, им исключительно предоставленных (в регалиях). Впоследствии предмет камеральных наук был распространен. Под этим именем стали разуметь
вообще все науки, имеющие своим предметом хозяйственную, или экономическую деятельность, следовательно, все хозяйственные, или экономические науки»3.
П. Г. Редкин признавал, что и в самой Германии ученые по-разному
понимали природу камеральных наук и не имели согласия между собой,
какие сведения к ним относить. Поэтому в России этим наукам придали
свое собственное, отличающееся от исконно германского, значение.
Происхождение камеральных наук было, утверждал профессор Редкин, случайным: к ним отнесли «все то, что составляло ведомство камер,
а это ведомство не было определено с точностию. В таком неопределенном значении и составе перенесены были камеральные науки и к нам в
Россию, сперва по частям, а потом и у нас, впрочем, весьма недавно (за
исключением Дерптского университета, преимущественно устроенного
по образцу немецких), начали учреждать особые отделения и факультеты камеральных наук при университетах (до сих пор в Петербурге и в
Казани) и отдельно (в Демидовском лицее). Но у нас, где не было камер,
1
Платонов И. В. Речь о камеральном образовании. Харьков, 1845. С. 141–
142.
2
Редкин П. Г. Какое образование необходимо для современного юриста?
М., 1846. С. 73.
3
Там же. С. 71.
155
Глава 5. Юридическое образование в лицеях
нет и особенного исторического основания удерживать понятие и состав
камеральных наук в том именно виде, в каком они до сих пор существуют
в Германии. Нам потому нет нужды разногласить между собою в понимании предмета камеральных наук вообще и их состава. Хотя это еще не
вполне у нас сознано, однако же, при введении камеральных наук в Россию, мы имели довольно такта, чтобы руководствоваться тем обширным
и для нас вполне верным взглядом на науки камеральные, по которому
они у нас не могут быть ничем иным, как только науками хозяйственны-
1
.
ми»
Исходя из этого Петр Григорьевич делал вывод о том, что «собственно к камеральным наукам» должно отнести: 1) науки «политико-камеральные», а именно: «науку народного и науку государственного хозяйства»; 2) науки, являющиеся одновременно и юридическими, а именно:
«государственное право с частию (хозяйственного) полицейского права и с финансовым правом»; 3) «статистику»; 4) «науку о торговле»;
5) «технологию»; 6) «науку о горном деле»; 7) «сельское хозяйство»;
8) «лесоводство»; 9) «землемерие» и 10) «гражданскую архитектуру»2.
В учебной программе Демидовского лицея, представленной в Уставе 1845 года, отсутствовали из названных предметов «наука о горном
деле» и «гражданская архитектура», но зато в нее были включены, сверх
указанных Редкиным, такие естественные науки, как математика, физика, химия, а также энциклопедия законоведения, гражданское и уголовное право и судопроизводство.
Новый Устав Демидовского лицея официально вступил в силу с 1 января 1847 года. Предусмотренная им учебная программа предполагала для
чтения лекций по юридическим наукам двух преподавателей-правоведов.
Попечитель Московского учебного округа летом 1846 года направил в Демидовский лицей двух выпускников юридического факультета Московского
университета — Василия Ивановича Татаринова (1823–?) — для преподава-
ния законов государственного благоустройства и благочиния, законов гражданских и уголовных, с судопроизводством, и Константина Дмитриевича
Ушинского (1824–1870) — для преподавания энциклопедии законоведения,
государственных законов и учреждений, законов казенного управления и
финансов. Они не имели ученых степеней и поэтому были определены исправляющими должность экстраординарного профессора.
1
Редкин П. Г. Какое образование необходимо для современного юриста?
М., 1846. С. 71.
2
Там же. С. 72–73.
156
§ 1. Демидовский лицей
Приступив к чтению лекций по энциклопедии законоведения,
К. Д. Ушинский обнаружил, что по принятому в Лицее порядку этот
предмет преподавался на втором курсе одновременно со специальными
юридическими науками. Константин Дмитриевич не мог согласиться с
таким порядком и подал в Совет Лицея записку, в которой заявил, что
почитает «совершенно невозможным» «преподавание энциклопедии законоведения на втором отделении, совместно с преподаванием на том
же отделении чистых юридических дисциплин, каковы науки государственного, гражданского и уголовного права». При этом он пояснил, почему так думает: «Во-первых, потому что чтение частных юридических
наук без предварительных общих сведений о праве и его отделах чрезвычайно затруднительно и шатко. Во-вторых, без предварительного преподавания энциклопедии законоведения о праве, что будет напрасной
тратой времени и стеснит до крайности преподавателя в курсе и без того
1
кратком»
.
Совет Лицея принял предложение К. Д. Ушинского об изменении
порядка преподавания юридических наук. На первом курсе стала преподаваться энциклопедия законоведения, по три часа в неделю; на втором
курсе — государственные и губернские учреждения и законы о состояниях, по три часа в неделю, а также гражданское и уголовное право, по
два часа в неделю. На третьем курсе — гражданское и уголовное судопроизводство и законы государственного благосостояния и благочиния,
по два часа в неделю, а также наука о финансах, по два часа в неделю.
К. Д. Ушинский и В. И. Татаринов преподавали в Демидовском
лицее недолго: в сентябре 1849 года был уволен из Лицея, «в отпуск по
болезни», Константин Дмитриевич, а в декабре 1850 года это учебное заведение покинул и Василий Иванович.
На место К. Д. Ушинского в сентябре 1849 года был назначен Ни-
колай Александрович Гладков (1826–1892), который незадолго до этого
окончил, со степенью кандидата прав, юридический факультет Московского университета. В декабре 1855 года он защитил в своей альма-матер диссертацию на степень магистра гражданского права «О влиянии
общественного состояния частных лиц на право поземельной их собственности по началам древнего Российского законодательства» и получил звание экстраординарного профессора. Н. А. Гладков преподавал
в Демидовском лицее до 1861 года.
1
Цит. по: Покровский С. П. Демидовский лицей в Ярославле в его про-
шлом и настоящем. Ярославль, 1914. С. 144.
157
Глава 5. Юридическое образование в лицеях
В. И. Татаринова заменил в Лицее выпускник юридического факультета Московского университета 1843 года Владимир Николаевич
Никольский (1821–1874). В 1859 году он защитил магистерскую диссертацию «О началах наследования в древнейшем русском праве» и был назначен исправляющим должность адъюнкта Московского университета
по кафедре гражданских законов.
С 26 июня 1858 года до 9 марта 1860 года исправляющим должность
преподавателя Демидовского лицея состоял выпускник юридического
факультета Московского университета 1856 года Александр Павлович
Чебышев-Дмитриев (1835–1877), впоследствии профессор Казанского
и Санкт-Петербургского университета, видный русский ученый-правовед, специалист по уголовному праву и уголовному судопроизводству,
и публицист, автор многочисленных газетных и журнальных статей на
злободневные темы.
§ 2. Царскосельский лицей
Царскосельский лицей был учрежден с целью подготовки юношества
«к важным частям службы государственной»1. Такое предназначение данного учебного заведения повышало значение юриспруденции в системе
обучения и воспитания лицеистов. Занимавшие с самого начала ведущее
место в учебной программе Лицея2, они после издания Свода законов Российской империи стали преподаваться здесь еще в большем объеме3.
В 1834 году было сокращено, на семь часов в неделю, количество
часов, отводившихся на преподавание математических наук, и за счет
этого увеличено, на восемь часов в неделю, время на преподавание русского языка, исторических и юридических наук4.
В 1836 году программа преподавания юридических наук в Царскосельском лицее имела следующий вид.
1
Высочайше утвержденное Постановление о Лицее от 12 августа 1810 го-
да // 1-ПСЗРИ. Том 31. № 24325. С. 310.
2
См.: Томсинов В. А. Юридическое образование и юриспруденция в Рос-
сии в первой трети XIX века. М.: Зерцало-М, 2010. С. 68–69.
3
См.: Там же. С. 75–78.
4
См. об этом: Селезнев И. Я. Исторический очерк Императорского бывшего Царскосельского ныне Александровского лицея за первое его пятидесятилетие, с 1811 по 1861 год. СПб., 1861. С. 287.
158
§ 2. Царскосельский лицей
В третьем классе (на третьем году обучения) лицеистам читались
лекции: о законодательстве вообще (общее обозрение наук юридических), история российского законодательства, римское право и основания государственных законов Российской империи.
В четвертом классе (на четвертом году обучения) им преподавались: законы гражданские и уголовные, а также судоустройство и судопроизводство.
В курсе политической экономии, который преподавался в третьем
1
и четвертом классах, лицеистам излагалась практическая дипломатия
.
Расширение объема преподаваемых в Лицее юридических наук заставила изменить и порядок их преподавания. Все эти науки преподавал
один человек. С 1828 года это был профессор Е. В. Врангель, 11 марта
1837 года его заменил в этой должности профессор юридического факультета Санкт-Петербургского университета Я. И. Баршев. В начале 1841 года Яков Иванович обратился в Конференцию Лицея с запиской, в которой
предложил ряд мер по совершенствованию процесса обучения лицеистов
юридическим наукам.
Напомнив ее членам, что Царскосельский лицей есть учебное заведение, воспитанники которого назначаются к гражданской службе,
Я. И. Баршев заметил, что по этой причине им необходимо «твердое и полное познание законов и высшее юридическое образование»2. Для приобретения такого познания лицеисты должны изучить большое количество
юридических наук, каждая из которых весьма обширна в своем объеме,
как то: энциклопедия законоведения, римское право в его истории и догме,
история русского законодательства, государственное право, гражданское
право, уголовное право, гражданское и уголовное судопроизводство.
Исходя из этого Я. И. Баршев сделал вывод, что и при самом быстром преподавании одному преподавателю, как это происходит в Лицее,
невозможно изложить все эти науки в полном объеме. А ведь он обязан
еще повторить с воспитанниками пройденное. Кроме того, их необходимо упражнять в юридической практике, но это требует дополнительного
времени и полного окончания курса наук юридических.
На юридическом факультете Санкт-Петербургского университета,
заметил при этом профессор, преподавание юридических наук, опреде-
1
См. об этом: Селезнев И. Я. Исторический очерк Императорского бывшего Царскосельского ныне Александровского лицея за первое его пятидесятилетие, с 1811 по 1861 год. СПб., 1861. С. 320–321.
2
Цит. по: Там же. С. 277.
159
Глава 5. Юридическое образование в лицеях
ленных для Лицея, ведут четыре профессора, а в Училище правоведения1 — пять профессоров и есть еще один — для практических занятий.
На основании этих фактов Я. И. Баршев предложил определить к нему в
качестве помощника хотя бы одного адъюнкта.
Призвав членов Конференции увеличить количество часов для преподавания в Царскосельском лицее юридических наук, Яков Иванович признал, что в третьем и четвертом классах сделать это не представляется возможным. В связи с этим он предложил перенести преподавание некоторой
части таких наук во второй класс, высказав мнение, что возраст и умственные способности лицеистов позволяют преподавать здесь историческую
часть наук юридических и те предметы, которые наиболее требуют памяти, а
именно: историю римского права, историю русского права, государственное
право и законы о состояниях. «В настоящее время, — отмечалось в записке
Я. И. Баршева, — обширная масса изучаемых воспитанниками юридических наук в руках одного преподавателя представляется им тяжкою громадою; по разделении ее между двумя преподавателями и многими классами
2
она будет изучаема с большею пользою, удобством и достоинством»
.
Конференция Лицея рассмотрела эти предложения профессора
Я. И. Баршева 4 марта 1841 года и приняла их. В том же году в Лицее
была создана в дополнение к профессорской должность адъюнкта по кафедре юридических наук. На нее был назначен выпускник юридического факультета Санкт-Петербургского университета 1839 года со степенью кандидата прав Карл Иванович Кестнер, бывший до этого старшим
учителем исторических наук в Митавской гимназии. Он преподавал в
Лицее до 1851 года. Вместо него с этого времени здесь стал преподавать
профессор юридического факультета Санкт-Петербургского университета Петр Давыдович Калмыков.
С целью уменьшения учебной нагрузки на профессора Я. И. Баршева чтение лекций по гражданским законам было поручено профессору нравственной философии.
В 1842 году в Лицее ввели предложенное Я. И. Баршевым разделение юридических наук на три класса вместо двух, на которые они делились прежде. Однако после годичного опыта обучения юриспруденции
воспитанников второго класса от такого нововведения пришлось отка-
1
См. об Училище правоведения главу 6 настоящей книги.
2
Цит. по: Селезнев И. Я. Исторический очерк Императорского бывшего
Царскосельского ныне Александровского лицея за первое его пятидесятилетие,
с 1811 по 1861 год. С. 279.
160
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]