Учебник истории русского права периода империи (XVIII и XIX вв.)

жениха и невесты, хотя и не постановил на этот счет никаких пра-

Вторым условием считалась правильность сознания, при отсут­ствии которого брак возбранялся. Так, указ 1722 г. воспретил всту­пать в брак дуракам, т. е. слабоумным. Понеже,  гласил указ,  как после вышних, так и нижних чинов людей движимое и недвижи­мое имение дают в наследие детям их, таковым дуракам, что ни в какую науку и службу не годятся, а другие, несмотря на их дураче­ство, но для богатства отдают за оных дочерей своих и свойствен­ниц замуж, от которых доброго наследия в государственной пользе надеяться не можно; того ради повелеваем как вышних, так и ниж­них чинов людям, и ежели у кого в фамилии ныне есть или впредь будут таковые, которые ни в науку, ни в службу не годились и впредь не годятся, отнюдь, жениться и замуж идти не допускать и венечных памятей не давать. Этот указ неоднократно подтверждался и впос­ледствии (указы 1762 и 1775 гг., закон 1815 г.), причем мнением Го-

ги, настолько расширившие сравнительно с прежним временем объем почти каждого вида родства и свойства, что многие из них сдела­лись неудобоприменимыми к русской жизни. Ввиду этого Синод оказался вынужденным отступать на практике от положений Корм­чей, но вследствие отсутствия у него каких бы то ни было руководя­щих начал в этом отношении деятельность его постоянно подверга­лась колебаниям, и в одних случаях он допускал вступление в брак в таких степенях родства и свойства, в каких в других не разрешал Это колебание в практике Синода в связи с неопределенностью объе­ма степеней родства и свойства, в пределах которых не должны были заключаться браки, побудило правительство указом 6 июня 1765 г. предписать Синоду немедленно сочинить и издать в народ опре­деление, в каком родстве и свойстве бракосочетанию быть запре­щается по правилам церковным. Синод составил обширный трак­тат о порядке и условиях заключения брака (написанный, как уже было сказано, архиепископом Кременицким), в котором точно опре­делил объем степеней родства и свойства и значительно сократил число препятствий к браку, установленных в 50-й главе Кормчей. Однако еще прежде, чем Синод окончил составление своего тракта­та, была созвана Екатериной II законодательная комиссия 1767 г., причем в данном ей Наказе императрица опять указала на необходи­мость сделать единожды известное и ясное положение, в какой сте­пени родства брак дозволен и в какой запрещен. Как известно, в ко­миссии Синод был представлен одним депутатом, которого он снаб­дил особым наказом. В последнем, между прочим, был обстоятель­но разработан вопрос о браках, дозволенных и запрещенных по род­ству и свойству (гл. Х) в форме подробного проекта. Он был передан на рассмотрение частной духовно-гражданской комиссии при осо­бом наставлении от дирекционной комиссии, в котором последняя, высказываясь за необходимость издания закона о браках, запрещен­ных по родству и свойству, мотивирует эту необходимость следую­щим соображением (взятым, впрочем, из наказа Синода): дабы не искать уже на то разногласных правил в таких книгах, которые на­роду весьма неизвестны. Однако из трудов комиссии, как известно, ничего не вышло, и в 1777 г. императрица снова была вынуждена напомнить Синоду о необходимости составить закон о браках. Пят­надцать лет тому назад,  писала она синодальному члену, архи­епископу Гавриилу (Петрову),  мною предвидимо было, что по­требны объяснительные постановления для брачных обязательств, кои от меня Синоду приказано было сочинить, но и по сие время ос-

.

Пятым условием для вступления в брак нужно признать знание брачующимися основных начал вероучения (Символ веры, Отче наш и десять заповедей). Это условие было введено в наше пра­во 50-й главой Кормчей и подтверждено инструкцией благочинным 1806 г., запретившей венчать лиц, не знающих закона Божия и нуж­ных членов веры, доколе не научатся

только тех дворян, которые представят особое свидетельство от учи­теля, что знают арифметику и геометрию