Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Учебник истории русского права периода империи (XVIII и XIX вв.)

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Отдел первый. Государственное право
357
что он является учреждением городским в том смысле, что ведает весь город как данный пункт населения, всю совокупность послед­него, а не какую-либо часть его. Но подобное заключение совершен­но ошибочно. Указанное выражение является не чем иным, как про­стым недосмотром составителей регламента, и вкралось в него вслед­ствие заимствования из иностранных образцов. Затем на магистра­ты были возложены некоторые полицейские функции в отношении всего города, но они остались на бумаге ввиду учреждения Петром
1
особых полицейских должностей, ведавших городскую полицию
.
После смерти Петра указом 1727 г. для лучшего посадких охра­нения магистраты, называемые теперь ратушами, были подчинены губернаторам и воеводам, причем города, по количеству населения, разделены на три категории: малые, приписанные к провинциаль-
2
ным, а последние к губернским
. В это же время, а именно в 1734 г., было дано магистратское устройство Оренбургу, весьма важное в том отношении, что в нем впервые город стал трактоваться как изве­стная общественная единица, пользующаяся определенными авто­номическими правами. Состав оренбургского магистрата был выбор­ный, так как в него входили три бургомистра и шесть ратсгеров, из­биравшихся самим магистратом совместно с гильдейскими старши­нами. Магистрат пользовался правом самообложения, так, он мог устанавливать сборы с караван-сарая, кладовых, рынка, лавок, с го­родской печати, с записи в гражданство и в цехи (посколько магис­трат и гражданство без тягости установят). Мало того, он получил возможность самостоятельного расходования на городские нужды полученные таким образом суммы и имел право на владение как дви­жимой, так и недвижимой собственностью. Иначе говоря, город рас- сматривался как юридическое лицо
3
. Наконец, городское начальство было поставлено в положение, независимое от административных властей, и даже состоялось предписание магистратских членов, ре­шпектовать, как от нас (т. е. государыни) к правительству гражданс­кому утвержденных.
1
Дитятин. К истории жалованных грамот 1785 г. (Русская мысль. 1885), а так-
æå ìîÿ статья И. И. Дитятин (некролог) в Юрид. летописи. 1892. ¹ 12.
2
Тогда же был упразднен и Главный магистрат, восстановленный только при
Елизавете Петровне в 1743 г.
3
Но говоря таким образом, мы имеем в виду исключительно магистратское устройство города, так как посадская община со своим мирским сходом, как это установлено проф. Кизеветтером путем анализа содержания архивных докумен­тов, всегда пользовалась правом самообложения на нужды посадов и правом расхо­дования мирскими суммами на эти нужды. Однако тот же ученый вынужден кон­статировать, что если кое-где и перепадало что-либо на эти цели из мирской кассы, то это были ничтожные крохи (Посадская община в России XVIII ст. С. 551).
358
Часть вторая. Внутренняя история
В истории городского управления издание обряда выборов депу­татов по случаю созвания Екатерининской комиссии 1767 г., по спра­ведливому замечанию Дитятина, составляет поворотный пункт. До сего времени городские учреждения были по своей сущности уч­реждениями сословными, ведавшими торгово-промышленное насе­ление, живущее в городах, т. е. известный слой городского населе­ния, а никак не все население. Ни одна из выборных городских дол­жностей не представляла собой города как совокупности всего го­родского населения; городской обыватель и гражданин до сих пор были совершенно различными понятиями. Напротив, в обряде вы­боров эти понятия сливаются, всякий гражданин есть городской обы­ватель, и наоборот. Так, депутат избирается от города, от жителей его (жители в каждом городе избирают по одному депутату), при­чем под жителями подразумеваются все лица, имеющие известный имущественный ценз, а именно дом, независимо от принадлежности к тому или иному сословию (избирает депутата всякий хозяин, дей­ствительно дом в том городе имеющий). Мало того, обряд выборов впервые создает новую должность городского головы, в лице кото­рого признается представитель города как всей совокупности насе­ления определенного пункта и в котором город олицетворяется как юридическое лицо. Первоначально городской голова должен был только руководить выборами депутата в комиссию и затем испол­нять особые повеления, могущие быть изданными от верховной власти и касающиеся всех живущих в городе. Он избирался всеми домовладельцами на два года из домовладельцев же, достигших 30-летнего возраста.
Вопросам городского устройства и управления немало места уде­лили городские наказы, поданные в Екатерининскую комиссию. С точки зрения наказов, организация городских учреждений должна была быть исключительно сословная, хотя многие предметы их ве­домства далеко не касались одного сословия, а непосредственно от­носились до всего городского населения
1
. Исходя из такого сообра-
1
С этим мнением не согласен г. Семенов (назв. статья в Русск. Богатстве.
1898. ¹ 1), отвергающий безусловное господство сословных принципов в заявле­ниях наказов. Однако те цитаты, которые он приводит из наказов в подкрепление своего мнения, как раз опровергают это последнее, так как сословная точка зрения является в них господствующей. Впрочем, мнение г. Семенова страдает большой неопределенностью. Так, в одном месте своей статьи (с. 51) он видит проявление сословного начала в требовании исключительного для купцов и цеховых торга и промысла, а в другом месте (с. 43) торг и промысел являются у него признаками уже не сословного, но профессионального начала!
Отдел первый. Государственное право
359
жения, составители городских наказов в отношении устройства го­родских учреждений остались вполне верными принципам регламен­та Главному магистрату, как известно, организовавшего городские учреждения исключительно на сословных началах. Что же касается до компетенции городских учреждений, то в разрешении этого воп­роса наказы отступили от начал петровского законодательства и стали на точку зрения привилегии городу Оренбургу 1734 г., на которую некоторые из них и ссылаются. Как было уже сказано, на основании названной привилегии магистрат, хотя по своему составу и являлся сколком с петровских магистратов, т. е. был учреждением вполне сословным, но по своей компетенции и объему власти мог считаться органом земско-городским, так как в административно-хозяйствен­ном отношении ведал âåñü город, а не одно только его торгово-про­мышленное население. К такой же организации городского устрой­ства и управления стремятся и наказы, желая, чтобы магистрат, со­ставленный исключительно из одних членов торгово-промышлен­ного класса, сосредоточивал в себе как управление делами этого пос­леднего, так и управление делами всего города. По мнению наказов, во главе каждого города должен по-прежнему находиться магистрат или ратуша, подчиненные исключительно одному Главному магист­рату. В состав его избираются только купцы, безразлично из какой гильдии, всем же остальным членам городского населения, не при­надлежащим к торгово-промышленному классу, доступ в магистрат закрыт. Исключение составляют оба столичных наказа, с точки зре­ния которых необходимо избирать из граждан здешним городом или поверенными от оного: две трети из купцов и одну треть из äâî- ðÿí. Органом купеческого общества, избирающим магистратских членов, является собрание всех купцов города, созываемое магист­ратом. Выборы должны происходить единогласно (по общему все­го купецкого согласию, с точки зрения одних наказов, по большин­ству голосов  с точки зрения других, причем администрация не должна оказывать на них никакого давления. Число членов магист­рата должно быть невелико, и они не могут избираться пожизненно, но на время. Последнее определяется различно (год, два года, три года). Весьма много занимаются наказы юридическим положением магистратских членов, настаивая на необходимости снабдить их осо­быми преимуществами, чинами и жалованьем, смотря по степени городов.
По своей компетенции, с точки зрения наказов, магистраты явля­ются судебно-административными учреждениями. В качестве судеб­ных органов они остаются строго сословными учреждениями, так
360
Часть вторая. Внутренняя история
как пространство их юрисдикции простирается исключительно на членов торгово-промышленного класса, причем наказы желают, что­бы магистраты были единственным судебным местом, где бы разби­рались дела купцов и о купцах. Что касается до административных функций изучаемых учреждений, то они должны быть расширены путем распространения компетенции магистрата на все население города. Так, полиция в узком смысле этого слова должна стать од­ним из предметов ведомства магистрата, причем все правительствен­ные полицейские органы должны быть упразднены. С точки зрения наказов, только подобной реформой и можно достигнуть того, что­бы магистрат действительно стал главой и начальством города. Кроме полиции, магистрату должны быть присущи и другие функ­ции в области управления. Так, он должен заведовать народным об­разованием в пределах города, причем некоторые наказы высказы­ваются за обязательность последнего, предлагая разрешить магист­рату штрафовать тех из отцов, которые не станут посылать детей своих в школу. Другой функцией городских учреждений должно быть управление больницами, смирительными домами, госпиталями и си­ропитательными установлениями. Затем всякие крепости и акты дол­жны совершаться в магистратах, которые обязаны завести у себя осо­бые шнурозапечатанные книги, куда вносить взимаемые за совер­шение крепостей пошлины. Магистраты же должны заниматься ре­гулированием торговли и промышленности, почему все должности, учрежденные для благоспешения коммерции, находятся в их ве­дении, завися только от них, а не от Коммерц-коллегии. Наконец, магистратам же поручается заведование цехами и банками. В состав компетенции магистратов входит также наблюдение за поступлени­ем всяких сборов, распределение войск на постой по обывательским квартирам и защита городского населения от притеснений со сторо­ны солдат и офицеров. Управление городским имуществом, напр., выгонами, землями, покосами, домами и т. п., также должно быть функцией исключительно одного магистрата, который, вопреки пет­ровскому законодательству, пользуется правом распоряжения по от­ношению к нему
1
.
Любопытно сравнить со стремлениями наказов в области город­ского управления постановления на этот счет проекта Елизаветинс­кой комиссии. Из такого сравнения оказывается, что проекту прису­щи как черты сходства, так и различия с наказами. Во-первых, со­став магистрата по проекту вполне сословный, о чем хлопотали и
1
Ñì. ìîè Законодательные комиссии в России в XVIII ст.. С. 501.
Отдел первый. Государственное право
361
наказы. Во-вторых, срок службы членов магистрата временной, а не пожизненный. В-третьих, бургомистры и ратманы получают чины и жалованье. Как о том, так и о другом просили и наказы. Но этим сходство и исчерпывается. Что касается до различий, то они сказы­ваются, главным образом, в вопросе о компетенции магистратов. Пос­ледним по проекту присущи как судебные, так и административные функции, но объем их иной, чем желали наказы. Как известно, пос­ледние стояли на той точке зрения, что магистрат должен быть един­ственным местом суда над купцами по всем преступлениям. Проект остался верен началам действующего права и не сосредоточил в ма­гистрате функций единственного купеческого суда, так как розыск­ные, татинные и убийственные дела должны были рассматри­ваться в канцеляриях, хотя и в присутствии одного из магистратских членов. В отношении административно-хозяйственных функций про­ект также разошелся с наказами. Так, полиция не была передана магистратам и осталась по-прежнему в руках полицейских органов и учреждений. Но зато проект даровал купечеству весьма важное право самообложения, в силу которого оно получило возможность налагать на себя чрезвычайные сборы исключительно на нужды го­рода (на градские надобности) и, кроме того, установил довольно точно источник городских доходов, введя так называемую граж­данскую подать, платимую двумя первыми гильдиями, в качестве особых доходов городу и мещанству. Раскладка подати, равно как расходование полученных сумм, зависело исключительно от обще­мирских приговоров купцов
1
. Обо всем этом наказы вовсе не упо­мянули, оставаясь в данном вопросе вполне на почве регламента Глав­ному магистрату.
Жалованная грамота городам 1785 г. уже окончательно опреде­лила понятие города как юридического лица. Городовым обывате­лям каждого города,  читаем в грамоте,  жалуется дозволение собираться в этом городе и составить общество градское. Мало того, ст. 77 грамоты под городскими обывателями понимает не только членов торгово-промышленного класса (кои в гильдии или цех за­писаны или службу городскую отправляли, или в оклад записаны), но также и кои в том городе или старожилы, или родились, или поселились, или дома, или иное строение или места, или землю име­ют и по тому городу носят службу или тягость. Таким образом, все население, без различия сословий, входит в состав градского общества. Последнее, в качестве юридического лица, обладает соб-
1
Ñì. ìîå издание проекта (1893 г.). С. 194 и 195.
362
Часть вторая. Внутренняя история
ственностью, как движимой, так и недвижимой. Движимая состав­ляется добровольными складками, возникающими в силу права са­мообложения, принадлежащего городским обывателям, доходами с недвижимостей, взносами, взимаемыми с лиц, поступающих в со­став градского общества, и определенным процентным сбором с пи­тейных и таможенных доходов (последние шли на нужды государ­ства, но известный % отчислялся в пользу города). Недвижимая соб­ственность состояла из земель, т. е. выгонов, садов, полей, лугов, рощ и пустопорожних мест, а также из зданий, например, дом для собрания членов городского общества, дома для помещений разных промышленных заведений (мельницы, трактиры и т. п.) и др. Нако­нец, каждый город, в качестве юридического лица, имел свой герб и печать.
Органом градского общества являлось собрание городских обы­вателей, собиравшееся один раз в три года и не иначе, как по прика­занию и дозволению генерал-губернатора или губернатора, резуль­татом чего была полная зависимость собрания от администрации. Функции собрания заключались в: 1) представлении губернатору (или генерал-губернатору) о своих общественных пользах и нуждах;
2) выслушивании предложений губернатора (или генерал-губер­натора), принятии их в уважение и даче на них приличного отве­та, сходственного с узаконениями и общественным благом; 3) по­верке обывательской книги, составляемой депутатским собранием, и 4) избрании должностных лиц как по городскому управлению (го­родской голова и депутаты собрания для составления обывательс­кой книги), так и по судебно-сословному ведомству (бургомистры и ратманы городовых магистратов, заседатели губернского магистра­та и судьи совестного суда).
Жалованная грамота создала два новых городских учреждения, неизвестных прежнему законодательству. Мы говорим об общей и шестигласной думах. Первая состояла из гласных, избиравшихся шестью разрядами городских обывателей, каждым разрядом отдель­но. Процесс выборов происходил следующим образом. Настоящие городские обыватели и посадские составляли столько избиратель­ных собраний, сколько было в городе полицейских частей, причем каждое собрание избирало одного гласного. Именитые граждане со­ставляли избирательные собрания по числу своих разрядов (от од­ного до семи), причем каждый разряд пользовался правом на особое собрание лишь в том случае, если в его состав входило не менее пяти человек, в противном случае он избирал гласного вместе с дру­гим разрядом. Купцы и цеховые составляли собрания по гильдиям и
Отдел первый. Государственное право
363
цехам, избирая от каждой гильдии и цеха одного гласного. Наконец, иностранное и иногороднее купечество избирало гласных особо от каждого народа. Из сказанного видно, что Жалованной грамоте со­вершенно чужда всякая мысль о равномерном представительстве городских сословий, в силу чего такой, сравнительно малочислен­ный, разряд, как именитые граждане, представлялся в думе семью гласными, в то время как обширный по числу членов разряд гиль­дейского купечества представлялся только тремя (по числу гильдий). Как справедливо заметил Дитятин, в подобном факте ясно прогля­дывает мысль законодателя дать преобладание в управлении горо­дом представителям высшего имущественного и умственного ценза
1
Выборы происходили каждые три года, но кто созывал избира­телей  неизвестно, так как грамота об этом молчит. Нужно думать, что в данном случае видную роль играл городской голова, бывший председателем в обеих думах и также избиравшийся на три года. Гласные отдельных сословий не смешивались между собой и в думе; так, подача голосов происходила по разрядам, причем каждый раз­ряд имел только один голос
2
, в пределах же разряда баллотировка происходила по большинству голосов. Общая дума созывалась не периодически, а когда нужда и польза городская потребует. Един­ственными функциями ее было: 1) избрание гласных в шестиглас­ную думу (по одному от каждого разряда) и 2) разрешение важных и трудных дел. Напротив, шестигласная дума заседала, по крайней мере, раз в неделю, так как была тем постоянным городским орга­ном, в руках которого сосредоточивалось все городское управление. Мы нарочно назвали ее городским органом, так как, в отличие от прежних магистратов, она ведала только городские дела, сословный же суд и надзор за сбором государственных податей и за отправле­нием повинностей со стороны горожан совсем не входили в состав ее компетенции. Предметами ведомства думы были следующие дела. Во-первых, на ее обязанности лежало доставлять жителям нужное пособие к их прокормлению и содержанию и поощрять привоз в город и продажу всего того, что может служить ко благу и выгодам жителей. Во-вторых, она должна заботиться о внешнем благосос­тоянии и благообразии города, в силу чего и надзор за хорошим со­стоянием общественных зданий, амбаров, магазинов, пристаней, пло­шадей, улиц и т. п. лежал на ней. В-третьих, на думу были возложе-
.
1
Óêàç. ñî÷. Ò. I. Ñ. 441.
2
Предположение Дитятина, основанное на некоторых выражениях Жалован-
ной грамоты в ст. 158163 (Указ. соч. Т. I. С. 443).
364
Часть вторая. Внутренняя история
ны и полицейские функции. Так, на основании ст. 167 грамоты думе принадлежат попечения сохранять между жителями города мир, ти­шину и доброе согласие, а также возбранять все, что доброму по­рядку и благочинию противно. Между тем на основании Учрежде­ния о губерниях и Устава благочиния в городах были организованы специально полицейские учреждения, в лице управы благочиния, го­родничих и других органов. Спрашивается теперь, в чем же должна была заключаться полицейская деятельность думы и в какие отно­шения была поставлена последняя к полицейским учреждениям? Од­нако на эти вопросы Жалованная грамота не дает никакого ответа. Мало того, она не только не уясняет дела, но значительно запутыва­ет его, постановив, что дума (снабженная полицейскими функция­ми) должна оставлять относящееся к части полицейской исполнять местам и людям, для того установленным. В результате всего этого должен был получиться факт полнейшей фиктивности прав думы в области полицейской деятельности и полного бессилия ее в отноше­нии административных властей. В-четвертых, на обязанности думы лежало охранять как всякое городовое, так и ремесленное положе­ние, и наблюдать, чтоб они всеми и каждым исполняемы были без нарушения и точно; она же должна была разрешать всякого рода сомнения и недоразумения по ремеслам и гильдиям, руководству­ясь при этом изданными положениями. Наконец, в-пятых, дума обя­зывалась стараться о приращении доходов для распространения за­ведений по приказу общественного призрения, то есть школ, бога­делен, домов для умалишенных, рабочих и смирительных домов, гос­питалей и тому подобное.
В каких же отношениях находились вновь созданные городские учреждения к администрации? От разрешения этого вопроса в том или ином направлении зависело разрешение другого вопроса, а имен­но, об объеме власти, присущей органам городского управления. Мы уже видели, что собрание городского общества созывалось не ина­че, как по приказанию и дозволению генерал-губернатора или гу­бернатора. Мало того, последние пользовались правом контроля над расходованием городских сумм, в силу чего думы были связаны от­четностью как в названном расходовании, так и в получении дохо­дов, и притом не только перед губернатором, но и перед казенной палатой. Даже в сфере городского управления думы были вполне подчинены губернатору и в полном смысле этого слова не смели шагу ступить без разрешения последнего. Так, ст. 154 грамоты пред­писывает, что, если органы городского управления, усмотрят что­либо нужное для общей пользы, для выгоды и украшения города,
Отдел первый. Государственное право
365
то должны доложить о том губернатору и ждать его разрешения. Этим постановлением всякая независимость городского управления была уничтожена, и последнее стало в подчиненное положение к администрации.
Павел I, упразднив Жалованную грамоту городам, радикально преобразовал все городское устройство и управление. Реформа на­чалась с Петербурга. Во главе его, в качестве главного городского начальства, была поставлена комиссия о снабжении резиденции припасами, распорядком квартир и прочих частей, до полиции при­надлежащих. На ее обязанности было иметь предметом своих уп­ражнений все то, что только к благоустройству города и благососто­янию жителей его относиться может. Комиссии были подчинены городское правление, или ратгауз, и две конторы: правления запас­ных магазинов и городских строений. Ратгауз разделялся на три де­партамента: два сословно-судебных и один камеральный, заведовав­ший делами города. Состав ратгауза был следующий: президент, на­значаемый государем, директор экономии, назначаемый комиссией о снабжении припасами и утверждаемый государем, шесть бургмей­стеров и десять ратсгеров, из которых одна часть назначалась ко­миссией, а другая избиралась городским обществом из достойней­ших граждан. Функции ратгауза сводились к управлению городс­ким хозяйством, причем он был лишен всякой самостоятельности, играя роль исполнительного органа комиссии. В качестве такового он еженедельно представлял последней отчеты о своих заседаниях, и комиссия имела право во всех городских надобностях и нуждах, буде усмотрит что-либо полезным или вредным, предписывать ему оное рассмотреть и представить со своим мнением. Что касается до контор, то первая ведала хлебные запасы города, а вторая  городс­кие строения; состав их был по назначению от комиссии.
В 1799 году император Павел преобразовал и городское устрой­ство Москвы, введя в ней учреждения, аналогичные петербургским, с тем различием, что московское городское управление было постав­лено в зависимость от петербургской комиссии. Указом же 4 сентяб­ря 1800 года император предписал также и во всех губернских горо­дах учредить ратгаузы. Последние составлялись из лиц по назначе­нию от правительства и по избранию городского общества, причем президент назначался государем из кандидатов, представленных Се­натом. Ратгаузы делились на два департамента: судебный и каме­ральный, в котором и сосредоточивалось управление городскими делами. Названные учреждения, находясь в зависимости от губерна­торов, имели характер вполне правительственных установлений. Об
366
Часть вторая. Внутренняя история
этом свидетельствуют следующие слова сенатского указа 25 февра­ля 1801 года, а именно: ратгаузы суть ничто иное, как отдельный департамент по городским делам, следовательно, они входят в об­щий состав губернского правительства и поэтому долженствуют со всеми своими чинами, как и прочие губернские места, состоять в положенной законом зависимости от управляющего губернией.
Александр I в 1801 году восстановил Жалованную грамоту горо­дам, соображая великим намерениям вселюбезнейшей бабке своей, сохраняя святость ее установлений и будучи удостоверен в той ис­тине, что без прав и преимуществ, непоколебимых и всей силой за­кона охраняемых, не могут промыслы, рукоделия и торговля достиг­нуть цветущего состояния. Одновременно с этим государь отменил все, что противно грамоте или несообразно силе ее допущено или установлено было. Положения грамоты с несущественными изме­нениями вошли и в Свод Законов первого издания.
Однако неудовлетворительность городского управления на прак­тике постоянно возбуждала в правительственных сферах целый ряд вопросов о преобразовании названного управления, необходимость которого сознавалась как правительством, так и обществом в тече­ние всего XIX столетия. А что, действительно, городское управле­ние было крайне неудовлетворительно в изучаемую эпоху, это вид­но из многих фактов. Прежде всего, общество относилось с крайним индифферентизмом к участию в городском управлении, в силу чего отлынивание от выборов стало самым заурядным явлением. Приве­дем несколько примеров, собранных покойным Дитятиным
1
. Так, в 1850 году в Пошехони на выборах городского головы вместо 1046 избирателей присутствовало только 78; в сороковых годах в Петер­бурге на выборы в городские должности являлось вместо 2500 куп­цов только 300, а из цеховых вместо 950 только 100! Любопытно, что подобные факты не были исключительным явлением, так как, по свидетельству вице-директора хозяйственного департамента Лек­са, в Петербурге обыкновенно вместо 1000 избирателей участвовало на выборах от 400 до 500. Мало того, выборы происходили под силь­ным административным давлением и в силу этого иногда давали не­ожиданные результаты. Так, в одном городе в 1856 году было избра­но в городские головы лицо, дважды состоявшее под судом за под­лог, но имевшее большие связи в администрации. Такой факт имел место в Пошехони в 1847 году, когда головой оказалось избранным лицо, обвинявшееся в целой серии преступлений, и т. п. К числу удивительных явлений, происходивших в сфере городского управ-
1
Óêàç. ñî÷. Ò. II.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]