Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Стратегии развития уголовно-процессуального права в XXI в.. Материалы V международной научно-практической конференции 10-11 ноября 2016 г. (г. Москва)
.pdf
Рябцева Е. В.
и цифровой телефонии; развитие системы аудио- и видеопротоколирования, системы отображения информации коллективного
пользования и информационно-справочных киосков ВС; совершенствование средств и методов защиты информации ВС; повышение
качества управления эксплуатацией информационных систем и информационно-телекоммуникационной инфраструктуры ВС1. Вышеперечисленные элементы «электронного правосудия» вряд ли
можно отнести к процессу его осуществления. Это, скорее всего,
организационные составляющие электронного делопроизводства,
электронное судоустройство, а не электронное судопроизводство.
В отдельных отраслях судопроизводства, в том числе уголовном судопроизводстве термин «электронное правосудие» вообще
не используется. В уголовно-процессуальном законодательстве закреплены только отдельные способы совершения процессуальных
действий в электронном виде. Например, в гл. 56 УПК РФ закреплен порядок использования электронных документов и бланков
процессуальных документов.
Анализ вышеизложенных определений «электронного правосудия» позволяет сделать вывод о том, что тот смысл, который в него
вкладывается в описанных нормах права, ничего общего с правосудием не имеет. Скорее речь идет об использовании специальных
средств (информационных ресурсов) для повышения эффективности отправления правосудия, оптимизации судебной деятельности (как процессуальной, так и не процессуальной). Представляется, что заполнение форм, размещенных на официальном сайте
суда, подача в электронном виде исков, жалоб, заявлений, отзывов,
апелляционных и кассационных жалоб, приложений к ним; проведение судебных заседаний с использованием видеоконференц-связи
и трансляция их в режиме онлайн в сети Интернет; получение доступа к всероссийскому банку судебных актов; рассылка участникам
процесса уведомления через сеть Интернет или посредством SMSсообщений; отслеживание движения дела в суде через сеть интернет
и ряд других возможностей являются теми электронными средствами, с помощью которых совершаются организационные и процессуальные действия, из которых складывается непосредственно судебная деятельность. Это только определенный информационный
1
Концепция информатизации ВС РФ (утв. Приказом Председателя ВС РФ
от 10 декабря 2015 г. № 67-П).
281
Раздел II. Основные направления развития
современного российского уголовного судопроизводства
ресурс для осуществления правосудия. Применение совокупности
электронных средств не может свидетельствовать о появлении новой формы осуществления правосудия, а именно электронного правосудия. Поэтому необходимо четко разграничить информатизацию
судов, совершение процессуальных и непроцессуальных действий
в электронном виде и непосредственно сам процесс электронного
осуществления правосудие. Информатизация судов предполагает компьютеризацию судебной системы, а также публикацию всех
судебных решений в Интернете, создание веб-сайтов судов. Но это
не является осуществлением правосудия в электронной форме.
В юридической литературе также отсутствует единый подход
к определению «электронного правосудия» и пределов его осуществления. Некоторыми учеными электронное правосудие рассматривается как способ осуществления правосудия, основанный на использовании информационных технологий, позволяющих применять
в судопроизводстве безбумажный обмен информацией в электронно-цифровом виде между всеми участниками судебного процесса.
Содержание «электронного правосудия», исходя из данного определения, включает в себя: заполнение форм, размещенных на официальном сайте суда подавать в электронном виде иски, жалобы,
заявления, отзывы, апелляционные и кассационные жалобы, приложения к ним; проведение судебных заседаний с использованием видеоконференц-связи и транслировать их в режиме онлайн в сети Интернет; получение доступа к всероссийскому банку судебных актов;
рассылка участникам процесса уведомления через Интернет или посредством SMS-сообщений; отслеживание движения дела в суде через сеть Интернет и ряд других возможностей1. Представляется, что
определение электронного правосудия как способа осуществления
правосудия является лингвистически неверным. Часть одной и той
категории не может быть одновременно способом ее осуществления
в целом. Более того, при определении содержания идет слияние процессуальных и непроцессуальных составляющих. Например, получение доступа к всероссийскому банку судебных актов, отслеживание
движения дела в суде через сеть Интернет и ряд других возможностей ничего общего с процессом отправления правосудия не имеют.
Это организационные вопросы, которые сопутствуют деятельности
1
Стюфеева И. Электронное правосудие // Юрист предприятия. 2014. № 8.
282
Рябцева Е. В.
суда по рассмотрению и разрешению правовых споров и принятию
решений, являются необходимой составляющей для создания условий эффективной судебной деятельности.
Отдельные исследователи под «электронным правосудием» понимают порядок рассмотрения дел, в рамках которых ряд процессуальных действий совершаются в электронном виде (в цифровой
форме) с применением инновационных коммуникационных технологий1. Здесь допускается та же неверная предпосылка. Правосудие,
в том числе электронное, нельзя сводить только к порядку совершения определенной совокупности действий. В анализируемом определении речь идет скорее о процедуре осуществления правосудия,
нежели о самом правосудии. В данном определении идет подмена
понятий: правосудия и процедуры его осуществления. Более того,
данное определение является слишком размытым и не дает четкости в понимании порядка как определенной последовательности совершаемых действий, позволяющих сделать вывод о самостоятельности и завершенности процессуальной процедуры.
Представляется, что нельзя отдельно выделять правосудие
и электронное правосудие. Сущность рассматриваемой правовой
категории остается неизменной. Правосудие представляет собой
особый вид государственной деятельности, сущность которой состоит в рассмотрении и разрешении судами дел в соответствии, прежде
всего, с принципами и нормами права, содержащимися в единой системе форм международного и национального права, реализуемых
в государстве с целью защиты нарушенных или оспоренных прав,
свобод и правовых интересов лиц, участвующих и не участвующих
в конкретном деле2. Потому о дифференциации можно говорить
только применительно к форме осуществления правосудия, к различному процессуальному порядку рассмотрения определенных
категорий дел, к средствам и способам, используемым при рассмотрении и разрешении уголовного дела. Следовательно, «электронное правосудие» представляет собой «электронные средства,
используемые при осуществлении правосудия». Использование
1
Корочкин А. В. Использование элементов электронного правосудия при рассмотрении судебных споров на пространстве Содружества Независимых Государств. URL: http: //boro24.by.
2
Ершов В. В. Право и правосудие как парные категории // Российское правосудие. 2014. № 1 (93). С. 16.
283
Раздел II. Основные направления развития
современного российского уголовного судопроизводства
информационно коммуникационных ресурсов является способом,
обеспечивающим осуществление правосудия в электронной форме.
Технология, применяемая при осуществлении правосудия, вклю-
чает в себя несколько составляющих.
Ведение «электронного дела». Обязательным условием функционирования технологии «электронного правосудия» является ведение дел как на привычном бумажном носителе, так и в электронной
версии (все документы, находящиеся в деле, сканируются и вносятся в базу). К преимуществам, несомненно, можно отнести очевидную экономию времени и денежных средств, автоматизацию делопроизводства. В этом случае нет необходимости запрашивать дела
из других судов, а также тратить денежные средства на копирование материалов. К тому же хранение материалов дела в электронном виде способствует и более надежной их сохранности. Однако
основным проблемным вопросом является вероятность утечки информации через несанкционированный доступ. Определенных затрат требует и сканирование дел, как находящихся в архивах судов,
так и вновь поступающих.
Подача заявлений и жалоб в суды через Интернет, что, соответственно, уменьшает сроки доставки обращений в суд и расходы на нее.
Однако возникают проблемы удостоверения подлинности обращения.
Фиксация процесса судебного разбирательства дела на установленные в зале судебного заседания цифровые видеокамеры и микрофоны. Таким образом, фиксируется все происходящее в процессе
разбирательства. В случае установки специального автоматического
оборудования фальсификация результатов видеосъемки становится практически невозможной. Из недостатков необходимо отметить
высокую стоимость оборудования.
Обеспечение доступа к текстам судебных решений и к материалам дела всем желающим посредством сети Интернет. При реали-
зации данного аспекта технологии «электронного правосудия» необходимо учитывать конфиденциальность некоторой информации,
которая находится в материалах дела. Если открыть доступ к материалам дела для всех желающих, то в определенных случаях могут
быть затронуты личные права человека, подвергнута разглашению
коммерческая тайна субъекта хозяйствования, либо дискредитирована деловая репутация. Тем не менее, конфиденциальность таких материалов может быть гарантирована, например, посредством
284
Савонюк Р. Е.
криптографических средств защиты информации (электронная
цифровая подпись, открытые/закрытые ключи пользователей) либо «обезличиванием» персональной информации.
При наличии возможности ознакомления с материалами дела
посредством сети Интернет участники процесса, а также иные заинтересованные лица могли бы ознакомиться с судебной практикой по той или иной категории споров. Это также в большей степени облегчило бы доступ к материалам дел студентам и научным
работникам, что благоприятно сказалось бы на подготовке кадров
для системы правосудия.
Разбирательство дела без вызова сторон в суд. Это, безусловно, самый прогрессивный, однако наиболее далекий от реализации, этап
внедрения технологии «электронного правосудия», требующий значительной подготовки как персонала, так и сторон по делу, а также высокотехнологичной материальной базы. На данном этапе все
процессуальные действия совершаются с помощью глобальной сети. О действиях процессуального противника сторона также узнает
из Интернета. Несомненным преимуществом является отсутствие возможности воздействия на судей, а также экономия средств и времени1.
Савонюк Р. Е.,
зав. кафедрой уголовно-процессуального
права Крымского филиала РГУП
(г. Симферополь), канд. юрид. наук, доцент
УПК РФ и проблемы использования результатов
оперативно-розыскной деятельности
в доказывании по уголовному делу
В ч. 1 ст. 6 УПК РФ указано, что уголовное судопроизводство имеет своим назначением (здесь и далее выделено — Р. С.)
защиту прав и законных интересов лиц и организаций потерпевших от преступлений, наряду с защитой личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения
1
Электронное правосудие // Энциклопедия электронного государства. URL:
http://egg.elrussia.ru/index.php/Электронное_государство.
285
Раздел II. Основные направления развития
современного российского уголовного судопроизводства
ее прав и свобод1. Полагаю, это все же задачи уголовного судопроизводства. Термин «назначение» точнее походит к уголов
но-процессуальному закону — УПК, назначением которого является определение порядка производства по уголовным делам.
УПК РФ — основной и единственный законодательный акт, в кото
ром объединены и систематизированы (кодифицированы) нормы,
призванные регулировать правоотношения, возникающие в связи
с заявлением (сообщением) о преступлении, возбуждением уголовного дела, его досудебным расследованием, судебным рассмотрением и исполнением приговора. Действующий УПК РФ также устанавливает и определяет особенности уголовного судопроизводства
по отдельным категориям уголовных дел (гл. 50 и 51), в отношении
отдельных категорий лиц (гл. 52) и международное сотрудничество
в сфере уголовного судопроизводства (гл. 53–55).
УПК РФ, наряду с Уголовным кодексом, является ключевым
звеном в реализации задач Судебной реформы в России, важным
источником развития уголовно-процессуального права (в контек-
сте его Стратегии — Р. С .) и эффективным инструментом в борьбе
с преступностью. За истекшие четырнадцать лет действия УПК РФ
практика его применения выявила как положительные стороны, так
и отдельные, порой существенные, недостатки, что становилось поводом к его совершенствованию. Общеизвестно, что любой закон
(и уголовно-процессуальный не исключение), для того чтобы стать
эффективным, должен быть стабильным. В УПК РФ с даты его введения в действие (по состоянию на 20 октября 2016 г.) внесено более
двухсот изменений. Обращает на себя внимание тот факт, что в отдельные годы (2014) в УПК вносилось более тридцати изменений
и дополнений, некоторые изменения были внесены в декабре и, даже … 31 числа указанного месяца. Отсутствие стабильности закона,
априори, не способствует успешному и правильному его применению. Как верно указывает известный ученый-процессуалист В. Томин: «Частые — и особенно не продуманные — изменения норм права
лишают его эффективности»2. Трудно не согласиться с его мнением
о том, что хороший закон — это закон, принятый и вступивший в силу
1
УПК РФ от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (с изм. и доп. по состоянию
на 25 октября 2016 г.). М.: Проспект, 2016. 288 с.
2
Уголовный процесс. Проблемные лекции / Под ред. В. Т. Томина, И. А. Зин-
ченко. М.: Юрайт, 2015. С. 59.
-
-
286
Савонюк Р. Е.
своевременно, то есть именно тогда, когда он необходим для урегулирования насущного жизненного противоречия, решения насущной
проблемной ситуации, когда он существеннейшим образом задевает человеческие интересы. Весьма медленная разработка и последовавшее за ней суетливое принятие УПК РФ, как и его содержание,
привели к возникновению дополнительных проблем и проблемных
ситуаций, порожденных рассогласованием его содержания1. Работа
по усовершенствованию законов процесс естественной и необходимый. При этом важна качественная сторона законотворческой работы, действенность и эффективность внесенных изменений и дополне
ний. И в этом нам видится правильной позиция тех, кто считает, что
вместо дерогации (частичной замены старого закона) или весьма популярной оброгации (внесения изменений и дополнений в действующий закон), следует идти по пути аброгации, то есть замены действующего, новым (или новой редакцией) УПК. При подготовке проекта
нового уголовно-процессуального закона, на наш взгляд, обязательно следует взять во внимание предложения, но только рациональные,
ученых нижегородской школы процессуалистов в части дефиниций,
норм и институтов доказательственного права2. Принципиально
не приемлемым, на наш взгляд, в контексте темы статьи, является
только предложение законодательно смешать следственную работу
и оперативную работу, уголовно-процессуальную деятельность и оперативно-розыскную деятельность, уголовно-процессуальное право
и … оэрдологию (ОРД). В таком предложении кроется скрытая угроза
для уголовно-процессуального права и его институтов.
Общественная опасность преступлений, растущая изощренность
лиц, их совершающих, маскировка средств и способов совершения
преступлений, а также активное противодействие расследованию
уголовных дел и их рассмотрению в суде, ставит перед государственными и, в первую очередь, правоохранительными органами задачу
использования современных, более эффективных (и, не только уголовно-процессуальных), мер и средств борьбы. При этом, выполнение указанной задачи требует от правоохранительных органов и соблюдения конституционных прав и свобод граждан, обеспечения
1
Там же. С. 16.
2
Доктринальная модель уголовно-процессуального доказательственного
права РФ (Автор основной идеи — А. С. Александров). URL: http://www.iuaj.
net/node/1766.
-
287
Раздел II. Основные направления развития
современного российского уголовного судопроизводства
защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения,
осуждения, ограничения ее прав и свобод (п. 2 ч. 1 ст. 6 УПК РФ).
Основу предварительного расследования и, в целом досудебного
производства по уголовному делу, составляет уголовно-процессуальное доказывание, которое предусматривает в предусмотренном законом порядке (ст. 85–90 УПК РФ) обязательное установление всех обстоятельств, подлежащих доказыванию по каждому уголовному делу
(ст. 73 УПК РФ). Одним из проблемных в уголовно-процессуальном
доказывании, по-прежнему, в связи с отсутствием достаточной правовой регламентации, остается вопрос использования в доказывании
(по уголовному делу) результатов оперативно-розыскной деятельности. Тема, в силу своей специфичности, в юридической и специальной литературе нашла в целом достаточное освещение. Важности
и различной проблематике использования (легализации) результатов оперативно-розыскной деятельности в расследовании преступлений и доказывании по уголовному делу посвятили работы такие
известные ученые как: Д. Бедняков, В. Зайковский, В. Шиканов,
Ю. Кореневский, М. Токарева, Е. Доля, М. Поляков, Ю. Астафьев,
Н. В. Изотова и др.1 Некоторые проблемные вопросы соотношения
уголовно-процессуального доказывания и оперативно-розыскной деятельности в свое время нашли освещение и в статье автора2.
1
См. подробнее: Бедняков Д. И. Непроцессуальная информация и рассле-
дование преступлений. М., 1991; Зайковский В. Н. Использование результатов
оперативно-розыскной деятельности в ходе доказывания по уголовному делу:
Дисс. … канд. юрид. наук. СПб., 1996; Шиканов В. И. Об использовании в уголов-
ном процессе результатов оперативно-розыскной деятельности. Иркутск, 1998;
Кореневский Ю. В., Токарева М. Н. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам: Метод. пособие. М.,
2000; Доля Е. А. О доказательствах, доказывании и использовании в доказыва-
нии результатов оперативно-розыскной деятельности по УПК РФ: Науч.-практич. конференция // Государство и право. 2002. № 10; Поляков М. П. Уголовнопроцессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности: Автореф. дисс. … д-ра юрид. наук. Н. Новгород, 2002; Астафьев Ю. В.,
Изотова Н. В. Доказывание и оперативно-розыскная деятельность: проблемы
соотношения и взаимодействия. Курск, 2002.
2
Савонюк Р. Е. Доказывание и оперативно-розыскная деятельность (проблемные вопросы) // Новое уголовное и уголовно-процессуальное законодательство
и вопросы подготовки кадров ОВД: Материалы междунар. научно-практич. конференции. Вестник Луганской академии внутренних дел. Спец. выпуск. В 2-х
частях. Луганск, 2002. Ч. 2. С. 116–19.
288
Савонюк Р. Е.
Принятый в 1995 г. ФЗ «Об оперативно-розыскной дея тельности»1, (далее — Закон) содержит целый ряд норм и положений, на-
правленных на обеспечение раскрытия преступлений и содействие
расследованию уголовных дел. Так, среди задач оперативно-розыскной деятельности, Закон (ст. 2) определяет «… раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих,
совершающих и совершивших; осуществление розыска лиц, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда…». Исходя из смысла
Закона, законным поводом (уже с позиции УПК РФ) для возбуждения уголовного дела будет являться рапорт оперативного работника об обнаружении признаков преступления, в том числе полученные им опосредованно из иных источников (ст. 143 УПК РФ). При
этом остается открытым вопрос об обязательной процедуре предупреждения лица, заявившего о преступлении об уголовной ответственности за заведомо ложный донос (ст. 306 УК РФ), Ситуацию
не разрешает, а лишь констатирует и ч. 5 ст. 141 УПК РФ. В числе
оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий Закон (ч. 1 и 3 ст. 7) предусматривает два, весьма разных обстоятельства: 1. Наличие возбужденного уголовного дела (процессуальный
акт — Р. С .) и 2. Поручение следователя, органа дознания … по уголовным делам, находящимся в их производстве (процессуальное ре-
шение — Р. С.). Интересно, что в своем большинстве целый ряд опе-
ративно-розыскных мероприятий (ст. 6 Закона), хотя и отличаются
по процедуре проведения, оформления и носят оперативный (негласный) характер, по названию и содержанию весьма сходны или
совпадают по своей сущности со следственными действиями. Например: опрос граждан (п. 1 ч. 1 ст. 6 Закона) и допрос обвиняемого, подозреваемого, свидетеля, потерпевшего, эксперта (ст. 173, 187–191,
205 УПК РФ); сбор образцов для сравнительного исследования (п. 3
ч. 1 ст. 6 Закона) и получение образцов для сравнительного исследования (ст. 202 УПК РФ); исследование предметов и документов
(п. 5 ч. 1 ст. 6 Закона) и производство судебной экспертизы (195–207
УПК РФ); обследование помещений, зданий, сооружений, участков
местности транспортных средств (п. 8 ч. 1 ст. 6 Закона) и осмотр
места происшествия, предмета, документов, транспортных средств,
1
ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» № 144-ФЗ (принят 5 июля
1995 г., введен в действие 12 августа 1995 г.) // СЗ РФ. 1995. № 33. Ст. 3349.
289
Раздел II. Основные направления развития
современного российского уголовного судопроизводства
трупа (ст. 176–178 УПК РФ); контроль почтовых отправлений, телеграфный и иных сообщений (п. 9 ч. 1 ст. 6 Закона) и наложение
ареста на почтово-телеграфные отправления (ст. 185 УПК РФ); прослушивание телефонных переговоров (п. 10 ч. 1 ст. 6 Закона) и контроль и запись переговоров (ст. 186 УПК РФ); снятие информации
с технических каналов связи (п. 11 ч. 1 ст. 6 Закона) и получение
информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами (ст. 186.1 УПК РФ); оперативный эксперимент
(п. 14 ч. 1 ст. 6 Закона) и следственный эксперимент, проверка показаний на месте (ст. 181 и 194 УПК РФ). По сути, речь идет о негласных следственных (розыскных) действиях, однако не в рамках
уголовного дела, а оперативно-розыскного. Однако недопустимо
смешивать уголовно-процессуальную деятельность, регламентируемую УПК РФ, которая носит открытый (даже при наличии тайны
следствия) характер и оперативно-розыскную, регулируемую ФЗ
«Об оперативно-розыскной деятельности» и, которая, в своем большинстве, носит негласный характер. Еще одно оперативно-розыскное мероприятие по названием «Отождествление личности» (п. 7 ч. 1
ст. 6 Закона) весьма и весьма схоже с таким следственным действием как «Предъявление лица для познания» (ст. 193 УПК РФ) и, что
по сути, одно и тоже, если не брать во внимание терминологическое
расхождение: «лицо» и «личность». Серьезная проблема заключается в том, что в случае проведения отождествления личности как оперативного мероприятия, в последующем, практически исключается
возможность предъявления этого лица (например, подозреваемого,
обвиняемого) для опознания этому же опознающему лицу (например, потерпевшему или свидетелю), которое ранее уже участвовало
в отождествлении личности. Кстати, следовало бы законодательно
определиться и с единым термином, по нашему мнению, это — «лицо», что более правильно. В случае проведения, по сути повторного,
то есть с нарушением процедуры, предусмотренной УПК, «предъявления лица для опознания», полученные в результате следственного действия доказательства, являются недопустимыми, не имеют
юридической силы в уголовном судопроизводстве и не могут быть
положены в основу обвинения по уголовному делу (ст. 193 и 75
УПК РФ). Как говорят: «Готовый хлеб для адвоката».
Проблема заключена и в том, что законодательного закрепле-
ния порядка (процедуры), условий и требований использования
290
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]