Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сравнительно-сопоставительное исследование прилагательных моральной оценки человека в разносистемных языках (на материале русского, английского и каба
.pdf
81
фрагменты наивной картины мира [Яковлева, 1994; Урысон,
1995, 1998].
§ 4. Теория семантического поля на современном этапе
развития семасиологии.
«Сравнивать между собой языки, с моей точки зрения,
следует прежде всего не по изолированным признакам, а по
отдельным микросистемам, по отдельным фрагментам
структуры языка» [Кацнельсон, 1965: 75].
О системных семантических связях лексики писали уже
М.М. Покровский. Л.В. Щерба и другие. У М.М. Покровского
мы читаем: «Слова и их значения живут не отдельной друг от
друга жизнью, но соединяются... независимо от нашего
сознания, в различные группы, причем основанием для
группировки служит сходство или прямая противоположность
по основному значению» [Покровский, 1959: 82].
Накопленный к настоящему времени материал
многочисленных исследований, проводимых на базе разных
языков, по мнению А.А. Уфимцевой, дает основание
утверждать, что «словарный состав языка, несмотря на свою
«открытость», не представляет принципиально безграничного
ряда разрозненных единиц», а является «определенной
системой, отдельные звенья которой закономерно связаны
между собой и постоянно взаимодействуют» [Уфимцева, 1962:
37]. Однако, как отмечает Ю.С. Сорокин, «в отличие от других
языковых систем, мало проницаемых и более замкнутых (напр.,
системы фонематической или грамматической) несравненно
более обширная, сложная, гибкая и подвижная» [Сорокин,
1965: 13].
82
Разделяя точку зрения ученых, которые признают идею
системности лексики, мы придерживаемся мнения Ю.С.
Сорокина, М.М. Маковского, В.Н. Прохоровой, которые
считают, что специфика лексики делает невозможным
изучение системных отношений во всем словарном запасе,
между всеми элементами словаря, и что лексика является
системой, поскольку в ее составе обнаруживаются разного
рода микросистемы: тематические и лексико-семантические
группы слов, синонимические ряды, антонимические пары и
т.д. В качестве микроструктур выделяются и
словообразовательные гнезда и полисемичное слово во всем
многообразии его значений. В этой связи Ю.С. Сорокин
отмечает: «Напротив, все больше крепнет убеждение, что,
несмотря на невозможность приписать лексике языка характер
сколько-нибудь замкнутой структуры, отношения внутри нее
проникнуты «системностью», что эти системные связи и
отношения захватывают ближайшим образом ограниченные
ряды слов, но зато ни одного звена в ней, которое бы
оставалось вне таких отношений... Отсутствует единая
структура, всеобъемлющая иерархия словарного состава, но
универсальным остается принцип взаимодействия,
взаимосвязи отдельных частей и элементов состава [Сорокин,
1965: 19]. Далее Ю.С. Сорокин пишет: «Отрицание единой
системы в лексике, возводимой на логико-понятийных
основаниях, вовсе не означает отсутствия между отдельными
группами слов связей, построенных на логических
отношениях, на отнесенности их к одному ряду понятий,
покрываемых одной логико-семантической категорией.
Следует в связи с этим признать плодотворными попытки
выделения различных логикопонятийных лексических
83
микроструктур», [Там же]. По этому поводу В.Н. Прохорова
пишет: «Лексику (лексическую микроструктуру) того или
иного языка на данном временном срезе, вероятно, можно себе
представить, с одной стороны, в виде частично
сосуществующих, а с другой – в виде частично
пересекающихся лексических микроструктур, каждая из
которых включает в себя определенный набор структурно
связанных между собою лексем. Лексику нельзя понимать,
следовательно, как бесконечный линейный ряд» [Прохорова,
1973: 27].
Многие исследователи сходятся во мнении, что
лексический состав языка представляет собой систему
многоярусных, многократно пересекающихся полей, с
помощью которых упорядочивается и хранится в более или
менее полной готовности к употреблению в речи
разнообразная информация о предметах и явлениях
окружающего мира, об их свойствах и отношениях, об их
оценке индивидом, а также о лингвистических особенностях
обозначающих их вербальных единиц. При этом, как
указывает Г.С. Щур, упорядоченные единицы лексической
системы вступают во взаимодействие, как по «вертикали», так
и по «горизонтали», включаясь в линейные связи разной
протяженности и обеспечивая, таким образом, связь между
различными элементами лексики [Щур, 1971: 140].
Некоторые исследователи предлагают модель лексической
системы в виде голограммы – объемного многомерного
построения, которое принципиально не может быть
изображено на плоскости, а должно проецироваться только в
пространстве [Залевская, 1981].
84
Вслед за В.Н. Прохоровой мы считаем, что связи слов языка
определенной эпохи между собой неоднородны и могут
распределяться по следующим группам:
1. Структурно-морфологические связи;
2. Структурно-синтагматические связи;
3. Семантические связи, образующие:
а) семантические поля или лексико-семантические
группы слов;
б) синонимические ряды;
в) антонимические противопоставления, в свою очередь
влияющие на состав «семантических полей» и
синонимических рядов;
г) связи, отражающие соотношение прямых и
переносных значений слова и ответвление его полисемии
[Прохорова, 1973: 30].
Наиболее сложным, но одновременно продуктивным
является, на наш взгляд, выделение лексико-семантических
полей (ЛСП). Но следует отметить, что, подобно другим
лингвистическим понятиям, ЛСП не так четко определено и не
выработаны общепринятые критерии его выделения. Поэтому
возникает проблема различения ЛСП, лексико-семантической
группы, тематической группы и синонимических групп.
Сложность проведения подобной классификации – главным
образом в терминологии: авторы исследований довольно
произвольно оперируют указанными терминами, называя
подчас группу, выделенную по ономасиологическому
принципу, тематическим рядом, а тематический ряд –
семантическим полем. Одних наименований с термином
«поле» в их составе, например, Г.С. Щур приводит около ста
[Щур, 1974: 21]. При выделении семантических полей
85
лингвисты исходят из различных лингвистических критериев,
по-разному изучают лексический состав языка и пользуются
различной методикой и, как отмечает А.И. Кузнецова,
«говорить о каком-либо едином направлении в разработке
теории семантических полей в этом случае не приходится.
Здесь сколько лингвистов, столько и попыток установления
системности в семасиологии, столько и самостоятельных
теорий, столько и разнообразных методов исследования»
[Кузнецова, 1963: 38]. Для установления тождеств лексических
единиц и их классов используют дистрибутивный и
трансформационный методы. Объектом исследования является
семантическая категория элементарной единицы смысла и их
комбинации. Именно наличие общих элементарных единиц
смысла, входящих в значения каждого слова некоторой
группы слов, объединяет эту группу в одно семантическое
поле. Слова группируются в сознании говорящих в
семантическом поле на основе тематической близости или на
основе принадлежности к одной области логических понятий
их референтов. На этом уровне абстракции смысловые связи
между словами одного семантического поля определяются
ассоциативными связями между обозначаемым [См. Гак, 1995:
107-117]. Отсюда становится понятно, что ЛСП
прилагательных моральной оценки человека вычленялось,
исходя из вышеизложенных принципов (по принципу
ассоциативных связей, на основе психолингвистического и
семасиологического критерия, предполагающего общность
сем, а также структурных формальных признаков).
Среди наиболее общих свойств поля в приведенных
определениях, как отмечает Ю.Н. Караулов, выделяются
следующие:
86
1) связь элементов поля, которая для одних обусловлена
семантическим сходством или близостью значений, разного
рода семантическими корреляциями, для других – единой
точкой зрения на объект, а для третьих – наличием общего
компонента у всех слов данного поля. В ряде определений
«сделан следующий шаг – к признанию системного характера
этих связей – к тезису о специфичной структуре
семантического поля» [Караулов, 1976: 33];
2) взаимоопределяемость элементов поля. Здесь Ю.Н.
Караулов подчеркивает, что данные свойства поля подводят к
одному из фундаментальных свойств комплексного характера
– самостоятельности семантического поля, которая
выражается в целостности поля, а следовательно, в его
принципиальной выделимости.[Там же];
3) специфичность поля в разных языках, которая
проявляется, во-первых, в исторической обусловленности его
состава и структуры, а во-вторых, в неповторимых
национальных особенностях внешних связей полей друг с
другом.
Л.М. Васильев в своем обзоре теорий поля отмечает, что,
несмотря на разнообразие точек зрения по частным вопросам,
в процессе изучения лексико-семантической системы
наметилось два основных пути [Васильев, 1971: 108]. Одни
ученые изучали парадигматические отношения между
лексическими единицами языка, т.е. изучали
парадигматические поля. К таким полям Л.Л. Васильев
относит самые разнообразные классы лексических единиц,
тождественных по тем или иным смысловым признакам
(семам пли семантическим множителям): лексикосемантические группы слов (Г. Ипсен, К. Ройнинг, Э. Оксар,
87
О. Духачек, Ф.П. Филин, А.А. Уфимцева, С.Д. Кацнельсон,
В.И. Кодухов и др.); синонимы и антонимы (А. Йоллес, Ф.П.
Филин); совокупности связанных друг с другом значений
полисемантичного слова, то есть семантемы (А. Рудскогер);
словообразовательные парадигмы (П. Гиро, М. КонрадтХикинг, О.Г. Ревзина, Г.С. Зенков); части речи и их
грамматические категории (О.П. Суник, Е.В. Гулыга, Е.И.
Шендельс и др.).
Другие ученые занимались синтагматическими
отношениями, т.е. изучали синтагматические поля. К таким
полям относятся классы слов, тесно связанных друг с другом по
употреблению, но никогда не встречающихся в одной
синтаксической позиции: объединения глагола и существительного со значением субъекта действия; глагола и
существительного со значением объекта действия; глагола и
существительного со значением средства (орудия,
инструмента) или органа; прилагательного и существительного
и т.д. (В. Порциг, Г. Мюллер, О. Есперсен и др.). Л.М. Васильев
отмечает: «Были и такие ученые, которые изучали классы слов,
связанных и парадигматическими, и синтагматическими
отношениями, т.е. комбинированные (или комплексные) поля»
[Васильев, 1971: 108]. Комплексные поля образуются «при
сложении парадигматических и синтагматических смысловых
полей», т.е. — это «словообразовательные ряды, включающие
слова разных частей речи вместе с их парадигматическими
коррелятами» [Там же: 113].
Понятие «поле» первоначально использовалось физикой как
особая форма материи, подчиняющаяся определенным законам.
Появление термина «семантическое поле» в лингвистике было
обусловлено обозначением важности системно-целостного
88
подхода к изучению лексических единиц. Судьба теории
семантического поля весьма знаменательна: с самого его
возникновения вокруг нее не утихают дебаты. И в настоящее
время идея поля привлекает внимание многих лингвистов.
Теория семантических полей восходит к немецкой
философской традиции (Гердер, Гумбольдт, Гуссерль). Термин
«поле», по-видимому, ввел Г. Ипсен. Он понимал
семантическое поле как совокупность слов, объединенных
общим семантическим признаком. Идея полей Г. Ипсена легла
в основу многочисленных и разнообразных «полевых» теорий.
В 20-30 гг. XX века идею поля разрабатывал И. Трир,
который разделил понятия «лексическое» (языковое) поле и
«понятийное» (семантическое) поле и ввел в лингвистический
обиход эти термины. Поле, по Триру, это раздел словаря,
состоящий из связанных по смыслу слов и покрывающих его
подобно мозаике. С течением времени количество слов в поле
может меняться, и соответственно перераспределяются между
ними участки поля [Попова, Стернин, 1984: 87].
И. Трир в ряде своих трудов не только разработал новые
принципы системного анализа лексики, но и применил их
практически при исследовании обширного фактического
материала.
В условиях развития западноевропейской семасиологии
конца 19-го - начала 20-го веков учение Трира как новый
подход к смысловой стороне языка обещал широкие
перспективы лингвистических исследований. «Новым в теории
Трира, – отмечает А.А. Уфимцева, – оказалось все» [Уфимцева,
1961: 41]. В трировском учении о семантическом поле
существенным является изучение системы понятий и
понятийного состава языка (der Begritfsschats der Sprache).
89
Лингвистические исследования семантики, по его мнению,
сводились «к тому, чтобы как можно глубже проникнуть в
сознание говорящего на данном языке» [Там же].
Концепции семантического поля Трира и Ипсена признаны
классическими; при этом вся система языка понимается как
совокупность полей (следовательно, поле мыслится как
единица языка). Каждое поле в свою очередь распадается на
более мелкие структуры — микрополя. Слово, согласно
такому пониманию, не имеет самостоятельного значения вне
поля. Все элементы поля (слова) взаимосвязаны; таким
образом, перемещение слова из одной группировки в другую
ведет к переосмыслению сочетаний всего поля, но не
затрагивает его границ.
Проблемы системного устройства лексики привлекли
внимание и немецкого ученого В. Порцига, который обратил
внимание на существование постоянных соотношений
некоторых слов в речевом синтагматическом потоке: уши –
слышать, глаза – видеть, блондин – волосы и т.п., то есть
благодаря постоянной совместной встречаемости в потоке
речи образуются определенные ассоциативные ряды [Попова,
Стернин, 1984: 88].
Новый этап разработки понятия поля начался с появлением
работ А.А. Уфимцевой (1961), Л.М. Васильева (1971), Г.
Мюллера (1967), Г.С. Щура (1974), Ю.Н. Караулова (1976),
Л.А. Новикова (1982), которые с учетом достижений
современного теоретического языкознания дали новое
понимание поля, выдвинули новые принципы
структурирования лексики.
В частности, Ю.Н. Караулов указывал, что семантическое
поле представляет отдельную небольшую лексическую
90
подсистему, имеющую относительную самостоятельность
[Караулов, 1976: 25]. Оно образуется множеством значений,
которые имеют хотя бы один общий семантический компонент
(например, величина, интенсивность, яркость и т.д.), а также
все их семантические и иные производные, включая слова
других частей речи (например, горячий, холодный, теплый,
нагореваться, охлаждаться, раскаляться и т.п.) [Караулов,
1976: 30]. Семантическое поле, как правило, детерминировано
исторически, обусловлено социально и одновременно в
определенной мере варьируется от индивида к индивиду. В
противоположность И. Триру, приписывавшему
семантическому полю строго определенные и
неизменяющиеся границы, Ю.Н. Караулов обосновал
размытость и неопределенность границ семантического поля,
обусловленную онтологически – избыточностью поля и
«необратимостью» членов этой иерархически организованной
микросистемы слов. Открытость поля, его незавершенность,
способность генерировать новые слова выступает как его
фундаментальное свойство.
Поле имеет особую структуру: ядро – периферия, для ядра
характерна максимальная концентрация полеобразующих
признаков, и неполный набор этих признаков при ослаблении
их интенсивности на периферии. Ядерное слово можно
сравнить с магнитом, который притягивает к себе элементы,
наделенные одним и тем же свойством – определенной
семантикой. Это могут быть слова синонимичные и
антонимичные ядерному слову; однокоренные ему,
производные от него и всех вышеуказанных слов, т.е.
связанные с ядром опосредованно, а также соответствующие
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]