Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сравнительно-сопоставительное исследование прилагательных моральной оценки человека в разносистемных языках (на материале русского, английского и каба
.pdf
131
номинации способах представления понятия в языке, в основе
которого лежит выбор признаков, служащих номинативной
основой именования и во многом определяющих его
предметно-логическое содержание.
В лингвистике неоднократно указывалось на отсутствие
взаимно-однозначного соответствия между понятийным и
языковым планами, проявляющиеся, в частности, в
существовании нескольких слов, соответствующих одному
понятию, но различающихся по своему значению. Как
справедливо отмечает Е.Г. Белявская, «при общности
исходного предмета, выбор разных денотативных признаков
приводит к образованию разных содержательных сущностей и,
в конечном итоге, разных имен» [Белявская, 1987: 30].
Один и тот же объект реальной действительности (имеются
в виду факты как материальной, так и духовной жизни) может
обладать бесчисленным количеством признаков, которые не
поддаются одновременному познанию и отражению в языке.
«Какое из свойств объекта или, точнее, какой денотат будет
выбран в качестве представителя того или иного реального
объекта, - указывает Г.В. Колшанский, - зависит от условий,
при которых происходит фиксация свойств предмета в
понятии и закрепление в слове – номинация. Естественно
предположить, что первейшим условием выбора признака
денотата является характер познавательной деятельности и
степень познания предмета» [Колшанский, 1976: 14].
На зависимость выбора признака от степени его важности,
существенности в момент номинации для языкового
коллектива указывают многие лингвисты [Колшанский, 1975:
85; Серебренников, 1977: 160; Шмелев, 1982: 5].
132
Определение слова, как «коллективной памяти носителей
языка» [Верещагин, Костомаров, 1980: 7] показывает, что
изучение признаков, лежащих в основе наименования,
представляет интерес еще и потому, что способствует
воссозданию особенностей культурно-языкового опыта
данного социума.
Закрепление в языке отраженного в сознании человека
свойства или признака объекта основывается на
использовании имеющихся в языке средств. Эта способность
языка фиксировать и передавать всю безграничность
человеческого опыта при помощи ограниченных средств
отмечалась многими исследователями. Опираясь на результат
опытов Д.Н. Узнадзе по исследованию психологических основ
наименования, В.Г. Гак делает важный вывод о том, что
«использование знакомых языковых форм для наименования
новых предметов и ситуаций способствует фундаментальной
черте человеческой психики, состоящей в том, что человек
способен воспринимать новую информацию только на основе
уже имеющейся некоторой информации. Прежнее
наименование, ассоциирующееся с некоторыми уже
известными представлениями, оказывается тем мостиком,
который человеческое сознание перебрасывает от известного к
неизвестному» [Гак, 1976: 84].
Использование существующих в языке форм для выражения
нового содержания может осуществляться либо на основе
переосмысления имеющихся слов, при этом сама форма
остается неизменной, либо путем создания новых единиц из
готовых элементов по действующим в языке
словообразовательным законам. Такое «использование уже
имеющихся в языке номинативных средств в новой для них
133
функции наречения» [Будагов, 1971: 129] соответствует
наиболее распространенному типу номинации, получившему
название вторичной, в отличие от первичной, номинации, под
которой понимается «соотнесение отражаемого в сознании
фрагмента внеязыкового ряда и звукоряда, впервые
получающего функцию названия» [«Языковая номинация»,
1977а: 73].
Вполне очевидно, то выбор той или иной из имеющихся в
языке форм для обозначения нового понятия (будь то
изменение референтной отнесенности слова или
словообразовательный акт) предполагает определенную
соотнесенность содержания данной формы с тем содержанием,
которое подлежит обозначению. Такое соотнесение
предполагает наличие определенного сходства исходного и
нового наименования.
Подобная общность части содержательной стороны новой
единицы, представленной признаками, служащими
основанием номинации, с содержательной стороной знака,
которая составляет мотивирующую основу нового значения,
рассматривается в лингвистике в терминах внутренней формы.
Внутренняя форма прилагательных (или их образное
основание) рассматривается нами как начальная ситуацияпрототип, на основе которой возникло, а потом и получило
закрепление в языке то или иное прилагательное.
Интерпретация образности данных единиц и оперирование
образными основаниями как фрагментами мировидения - это
те «банки данных», на основе которых выполняется
лингвокультурологический анализ [Телия, 1996]. В самом
общем виде этот анализ представляет собой интерпретацию,
или процесс ментальных операций над структурами знания.
134
Интерпретация прилагательных моральной оценки человека
носителями языка во многом зависит от понимания
буквального смысла, выраженного в семном составе
прилагательных. По-видимому, семантический анализ данных
лексических единиц следует начинать с их буквального
прочтения. Прилагательное, утратившее для носителя языка
буквальный смысл по причине архаизации или
десемантизации семы или компонента семы, теряет
внутреннюю форму.
Осветив некоторые основные теоретические положения,
связанные с проблемой признаков, служащих основой
наименования, переходим к изложению методики выявления
этих признаков в структуре значения прилагательных,
обозначающих моральные качества человека, разработанной
на базе теоретических положений.
Выявление признаков номинации у вторичных лексикосемантических вариантов, основанное на анализе
семантической структуры многозначного прилагательного, и, в
первую очередь, на сопоставлении производных лексикосемантического варианта с прямым номинативным значением
слова, позволило сделать вывод о том, что в подавляющем
большинстве случаев в основу номинации кладутся
эмпирийные признаки, то есть образование лексикосемантического варианта прилагательных, обозначающих
моральные качества человека, в структуре многозначных
прилагательных идет, как правило, в направлении от
конкретного к абстрактному. Интерпретация абстрактного в
терминах чувственного опыта всегда была свойственна
человеку, на что неоднократно указывали и российские, и
зарубежные лингвисты. «Величайшее несовершенство
135
человеческого ума, - писал Ш. Балли, - состоит в том, что он
не способен к абсолютной абстракции, он не может выделить
чистое понятие, воспринять идею вне всякой связи с
конкретной действительностью. Мы уподобляем абстрактные
понятия предметам чувственного мира, ибо для нас это
единственный способ познать и ознакомить с ними других»
[Балли, 1961: 221]. Говоря об особенностях так называемой
«психологической лексики, Н.Д. Арутюнова подчеркивает, что
поскольку внутренний мир человека моделируется по образцу
внешнего, материального мира, основным источником
психологической лексики является лексика «физическая»,
используемая во вторичных, метафорических смыслах»
[Арутюнова, 1976: 95].
Среди эмпирийных признаков, служащих основанием
номинации прилагательных, обозначающих моральные
качества человека, можно выделить следующие:
-признаки, воспринимаемые зрением, например: признак
отсутствия света – темный, мрачный, dark, нурыншэ; признак
наличия света и блеска – кристальный, светлый, золотой,
shining, дыщэ, нэху; цветовые признаки – черный, white,
ф1ыц1э; признаки, характеризующие особенности строения
предмета – прямой, разболтанный, twofold, straight, захуэ,
зэтет;
-признаки, связанные со вкусовыми ощущениями,
например: сладкий, слащавый, хлебосольный, sweet, bitter,
unsavory, гуащ1э, дыдж, 1эф1;
- признаки, осязательных ощущений, например:
занозистый, мягкий, холодный, сухой, скользкий, soft, sharp,
slipper, polished, tender, быдэ, щабэ, къуэбэбжьабэ;
136
- признаки, воспринимаемые мышечным напряжением,
например: легкий, натянутый, черствый, сдержанный,
слабый, hard, stark, firm, stiff, tough, weak, light, тк1ий.
Обозначенные признаки, формирующие семантическое
ядро прямого номинативного значения, указывают на свойства
неодушевленных предметов.
Эмпирийные признаки, характеризующие предметы, не
несут в себе какой-либо оценки, они выполняют чисто
параметрические функции. Однако, каждый из этих признаков
может вызывать у говорящего определенные ассоциации,
обусловленные особенностями восприятия данных признаков.
Так, сладкий вкус чаще всего вызывает приятные
ощущения, горький – неприятные; понятие «прямой»
связывается с идеей о правильном, соответствующем норме;
мягкий на ощупь – это, как правило, приятный на ощупь;
темный цвет обычно ассоциируется чем-то нехорошим,
неприятным, непонятным, а светлый, напротив, вызывает
приятные, радостные ассоциации. Таким образом, происходит
своего рода ассоциативная оценочная интерпретация
эмпирийных признаков, которая может быть обусловлена
конкретными историческими условиями и особенностями
восприятия некоторого признака членами языкового социума
на определенном историческом этапе, а может носить
универсальный характер, что обнаруживается при сравнении
лексических единиц разных языков. Так, признак «темный,
лишенный света» имеет в русском языке отрицательную
ассоциативно-оценочную интерпретацию, которая
обнаруживается в переносных значениях прилагательного
темный, содержащих отрицательную оценку, ср.: темный. 1.
Лишенный света, погруженный во тьму. 2. По цвету близкий
137
к черному, не светлый. 3. Неясный, смутный, непонятный. 4.
Печальный, мрачный, безрадостный. 5. Вызывающий
подозрения, сомнительный по честности. 6.
Невежественный, отсталый. [Ожегов, 1990: 791]. В
английском языке указанный признак характеризуется
идентичной ассоциативно-оценочной интерпретацией,
проявляющейся в переносных значениях прилагательного
dark, среди которых лексико-семантический вариант,
обозначающий отрицательную моральную оценку, ср.: dark -
1. 1) темный; черный 2) темный (о цвете) 2. смуглый, темный
3. темный, дурной; порочный, черный; нечистый,
сомнительный 4. 1) безрадостный; мрачный, угрюмый (о
настроении, характере и т. п.) 2) хмурый, печальный 3)
безнадежный, тяжелый 4) мрачный, трагический 5. неясный,
темный, непонятный, смутный 6.тайный, секретный;
неизвестный 7. темный, невежественный, отсталый;
необразованный, некультурный 8. крайний, полный 9. (муз.)
глубокий (о звуке) 10. молчащий, не вещающий (о радио,
телевидении).
В кабардино-черкесском языке прилагательному темный
соответствует несколько эквивалентов (к1ыф1 - лишенный
света, зэхэмыщ1ык1ыгъуэ - неясный, зэхэзещхъуэн, зэхэмыбз сомнительный, подозрительный, мыгъэса - невежественный,
ф1ыц1э - черный, смуглый, ненавистный), каждый из которых
имеет более узкое значение по сравнению с прилагательными
объемной семантики dark и темный.
Ассоциативно-оценочная интерпретация, сопровождающая
тот или иной эмпирийный признак, может проявляться только
в переносных значениях прилагательных, обозначающих
данный признак. В отдельных случаях отрицательное или
138
положительное восприятие того или иного признака заложено
в самом характере признака, что находит отражение в
дефиниции прямого номинативного значения эмпирийного
прилагательного, например: soft - ЛСВ 3. - smooth and pleasant
to touch.
В переносном значении, передающем положительную или
отрицательную этическую оценку, эмпирийный признак,
служащий основанием номинации, сохраняется в виде образа,
возникающего в результате сравнения двух совершенно
разных классов объектов (неодушевленных предметов и лиц).
Возможность такого сопоставления заключается, как нам
представляется, не в общности их содержания, а в сходстве тех
ощущений, восприятий, впечатлений, которые вызывают
данные признаки объектов. Иными словами, возможность эта
обусловлена ассоциативно-оценочной интерпретацией
эмпирийного признака неодушевленного предмета. Так,
прямое номинативное значение прилагательного slipper
(скользкий) порождает переносное значение ненадежный,
неискренний, лживый, предательский на основе признака
«скользкий», который обычно ассоциируется с чем-то
ненадежным. Данная ассоциация, сопровождающаяся
отрицательной оценкой и является тем «мостиком», который
связывает два различных класса объектов: неодушевленный
предмет и человека. Таким образом, внутренняя форма
вторичного лексико-семантического варианта прилагательного
slipper включает признак «скользкий», ассоциативный признак
«ненадежный» и отрицательную оценку, имплицированную
этим признаком. В семантике переносного лексикосемантического варианта ассоциативный признак с
отрицательной оценкой выходит на первый план, порождая
139
признаки «deceitful, insincere», - классифицирующие признаки
моральной оценки. Признак внутренней формы «скользкий»
выполняет функцию сохранения образа, положенного в
основание номинации, и, несмотря на то, что данный признак
никак не отражен в дефиниции вторичного лексикосемантического варианта, нам представляется, что он является
частью структуры значения нового лексико-семантического
варианта, образуя как бы фон этого значения. Сходное
значение с прилагательным slipper имеет и русская лексема
скользкий. Кабардинский же эквивалент ц1энтхъуэрыгъуэ
имеет только прямое значение ф1энап1э лъэпкъ зимы1эу
джафэу щыт, лъэр здыщ1эц1эфт, здыщ1эж и не
употребляется для характеристики человека.
В семантике производного эмпирийный признак составляет
как бы второй план, на первое же место выходит
положительная или отрицательная оценка, мотивированная
данным образом, что приводит к созданию семантической
двуплановости, которая заключается в появлении образа,
благодаря совмещению разных объектов, объединяемых
одним наименованием.
Помимо эмпирийных признаков, основой наименования
моральных качеств человека могут служить признаки
рациональные, среди которых выделяются две группы:
признаки, характеризующие неодушевленные предметы
(гнилой, жесткий, теплый, clean, foul, къабзэ, ф1ей) и
признаки, характеризующие человека, его поступки и прочее
(алчный, благородный, greedy, true, sick, keen, бзаджэ, дурыс,
жумарт).
В тех случаях, когда в качестве основания номинации
выступают рациональные признаки первой группы, механизм
140
номинации подобен тому, который был рассмотрен выше при
анализе переносных значений с внутренней формой,
представленной эмпирийными признаками. Разница здесь
заключается лишь в том, что эмпирийные признаки связаны с
оценкой посредством возможных ассоциаций, обусловленных
особенностями восприятия данных признаков членами
языкового социума, в то время, как рациональные признаки
указывают на то или иное качество предмета, в котором уже
заключена оценка, поскольку данное качество
квалифицируется как положительное или отрицательное, в
соответствии с существующими нормами и правилами, ср.:
гнилой - (ЛСВ 3.) перен. Порочный в каком-л. отношении,
восходящее к лексико-семантическому варианту (ЛСВ 1.)
Испорченный или разрушенный гниением; гниющий,
разлагающийся; несвежий, затхлый. Foul (ЛСВ 5.) -very evil or
wicked, morally polluted, имеющее прямое значение (ЛСВ 1.)
dirty and smelling bad. Ф1ей - (ЛСВ 1.) - грязный / къабзагъэ
зимы1э, на основе чего образуется значение (ЛСВ 2.)
нечестный, безнравственный / Гуемы1угъэ, пудыныгъэ
зыбгъэдэлъ. Признаки «грязный, покрытый грязью» или, как в
первом случае, «испорченный, разлагающийся» имплицируют
оценку: «и это плохо». Компонент переносного значения
«вызывающий отвращение» является, видимо, результатом
влияния (своеобразным «следом») прямого номинативного
значения данных прилагательных.
Рациональные признаки, характеризующие человека и
образующие внутреннюю форму наименований моральных
качеств, также неоднородны по своему составу. Общим для
всех признаков этой группы является указание на
принадлежность признака лицу, а также наличие оценки,
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]