Российское уголовное право. Том 2. Особенная часть. Курс лекций

Часть 3 ст. 158 УК РФ предусматривает ответственность за кражу, совершенную: а) с незаконным проникновением в жилище; б) из нефте­провода, нефтепродуктопровода, газопровода; в) в крупном размере.

думов был осужден к пяти годам лишения свободы за присвоение вве­ренного ему чужого имущества в крупном размере (свыше 38 млн не­деноминированных руб.). Основанием для квалификации преступления как совершенного в крупном размере послужило примечание 2 к ст. 158 УК РФ, согласно которому в то время всякое хищение признавалось со­вершенным в крупном размере, если стоимость похищенного имуще­ства в 500 раз превышала МРОТ, установленный законодательством РФ на момент совершения преступления. Как полагал заявитель, это пред­писание уголовного закона не позволило суду при рассмотрении его дела учесть происшедшее с момента совершения преступления (февраль 1995 г.) повышение МРОТ до 83 руб. 49 коп. в новом масштабе цен, тем самым воспрепятствовало применению положения ч. 1 ст. 10 УК РФ, согласно которому уголовный закон, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, т.е. распространяется на лиц, совершивших соот­ветствующие деяния до вступления такого закона в силу.

Федерации принципа применения законов, устраняющих или смягча­ющих ответственность». В соответствии с изложенным КС РФ не при­знал жалобу заявителя допустимой и прекратил производство по делу о проверке конституционности примечания 2 к ст. 158 УК РФ.

нием. Свой комментарий мы начнем именно с оценки аргументации. Авторы особого мнения правы в том, что указание закона (примечание 2 к ст. 158 УК РФ) на крупный размер хищения в зависимости от стои­мости похищенного в определенной кратности МРОТ, а вместе с тем и сам размер, установленный законодательством РФ, есть часть уголовно­правовой нормы об ответственности за хищение чужого имущества в крупном размере, что объясняется бланкетным характером диспози­ции рассматриваемой уголовно-правовой нормы. Следовательно, изме­нение кратности МРОТ означает изменение пределов крупного размера похищенного, и в этом случае увеличение такого размера вполне вписы­вается в требование ч. 1 ст. 10 УК РФ об обратной силе уголовного зако­на (а как справедливо заметили в своем особом мнении судьи, закон об изменении МРОТ превращается в составную часть уголовно-правовой нормы). От себя добавим, что ничего необычного применительно к про­блеме хищений имущества здесь нет. Обратимся, например, к ст. 264 УК РФ об ответственности за нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, диспозиция которой сформулиро­вана также бланкетным способом. Правила дорожного движения и экс­плуатации указанного транспорта содержатся в различных нормативных и ведомственных актах (например, Правилах дорожного движения РФ), которые достаточно часто изменяются. При этом буква уголовного за­кона не меняется (в этом и заключается достоинство бланкетных диспо­зиций), а содержание корректируется в зависимости от содержания «но­вых» правил. И если, допустим, какие-то конкретные правила со време­нем (в их новой редакции) отменяются, то ни в судебной практике, ни в теории уголовного права не вызывает сомнения, что к лицу, нарушив­шему теперь уже отмененные правила, должно применяться положение об обратной силе уголовного закона. Это же касается и всех других блан­кетных диспозиций уголовного закона, в которых основание уголовной ответственности связывается с писаными правилами, установленными в других отраслях права.