Реставрация памятников истории и искусства в России в XIX-XX веках. История, проблемы. Учебное пособие

ри (пироны). Иногда применялись рыбий и различные животные клеи, а для фиксации пиронов в гнездах осу­ществлялась заливка свинцом.

Поновительские работы в России после войны 1812 г. носили широкомасштабный характер вслед­ствие массового восстановления городов по утверж­денным сверху регулярным планам, а возобновление фасадов восстанавливаемых домов — по специально разработанным единым образцам. В первой четверти ХIХ в. в связи с утверждением стиля ампир и перехо­дом на новые принципы «фасадного» строительства широко использовались типовые декоративные детали для оформления внутренних и наружных стен: льви­ные маски, военные арматуры, рельефы на античные темы, капители и иные пластические антикизирован­ные элементы. Эти типовые декоративные элементы, получившие распространение еще в довоенный пери­од, во время восстановления городов изготавливались большими тиражами из гипса. Иногда для наружного оформления их отливали из цемента, изобретенного в России в этот период, или из портландцемента, за­возимого из Великобритании. Вновь изготовленные декоративные детали (львиные маски и др.) заменяли утраченные во время войны: они свободно подвешива­лись на крюках, вбитых в стену, или вставлялись в спе­циальные «гнезда». Таким образом упрощались работы по восстановлению, а нередко — и при строительстве новых ампирных зданий во многих городах Российской империи. К сожалению, исходя из их стандартности в последующие времена (вплоть до нашего) в процессе повторяющихся восстановлений здания эти декоратив­ные элементы при повреждении не реставрировались, а уничтожались с заменой их современными копиями, вследствие чего подлинные декоративные детали того времени практически не сохранились.

новы «Амур и Психея», стоявшую тогда в вестибюле, отбив ей руки и ноги. Они также (судя по «Ведомости испорченным вещам») разбили «...на большой террасе бюстов мра мора... — 16, статуев... разбито — две, под террасами в падинах (в нишах) бюстов лепных алебас­тровых... — 26. Между нижних флигелей — в цветни­ках статуев свинцовых вызолоченных — 3 унесены...». Восстановлением скульптур занимался «мраморщик» С.К. Пенно. Он и до этого часто выполнял работы по заказу князя Н.Б. Юсупова. В проводимых восстано­вительных работах участвовал скульптор И.Т. Тимо­феев. Были использованы указанные ранее кованные железные штыри (пироны), известь, гипс, казеиновый клей. В декабре 1820 г. в усадьбе Архангельское про­изошел пожар, в результате которого погибла часть вывезенной в войну 1812 г. и восстановленной после нее коллекции князя Н.Б. Юсупова. Сгорели 4 знаме­нитые большие картины Джанбатиста Тьеполо (из се­рии, посвященной Антонию и Клеопатре), работы мно­гих живописцев, скульпторов и графиков, значитель­ная часть уникальной библиотеки. Многие спасенные крестьянами картины были порезаны и обожжены, скульптуры разбиты. Среди пострадавших была зна­менитая скульптурная композиция А. Кановы «Амур и Психея», у которой вновь были отбиты руки и ноги. И позднее, в 1841 г. (судя по архивным материалам) возникала необходимость восстановительных работ, для чего привлекались крепостные мастера, имя одного из которых — И.П. Копылев — сохранилось. Известно, что он использовал «для мраморных фигур водку креп­кую, мыло ядровое, щетину крупную, греческую губку, а для замазки мрамора — мел белгородский, белила анг лийские, олифу и алебастр тонкослойный». Види­мо, «мыло ядровое» и «водка крепкая» использовались для очистки поверхности. Судя по содержанию, под «водкой крепкой» предполагалась так называемая «цар­ская водка» — весьма агрессивный материал — смесь концентрированных кислот: азотной HNO3 (1 объем) и соляной HCl (3 объема), растворяющий даже золото и платину (нерастворимые в каждой из этих кислот). Ряд скульптур после этих работ вновь пришлось восстанав­ливать, в особенности те, в которых были использова­ны железные штыри (пироны) без изоляции свинцом.

вел реорганизации Публичной библиотеки и Академии художеств с целью их усовершенствования, руководил археологическими раскопками, опубликовал ряд работ по русской истории и исследованию античных памят­ников, в том числе «Рязанские русские древности...», «Опыт об одежде, оружии, нравах, обычаях и степени просвещещении славян...». А.Н. Оленин был активным последователем теорий И.И. Винкельмана и в своей дея­тельности стремился внедрить их как в художествен­ную, так и в музейную и археологическую практику. Под его руководством формирование Музея слепков древних скульптур и рельефов в Академии художеств стало носить систематический характер.

Известно, что Музей слепков Академии художеств был создан по инициативе самого основателя Акаде­мии Ивана Ивановича Шувалова. С самого начала он передал в Академию большую часть своей уникальной коллекции, состоявшей из шедевров — картин, рисун­ков, скульптур и эстампов многих выдающихся худож­ников. Помимо этого из его собрания поступили слеп­ки ряда античных скульптур и рельефов. В течение сво­ей жизни он постоянно выделял большие средства на пополнение собрания шедевров Академии художеств. В 1769 г. он передал 60 гипсовых форм и слепков — ко­пий со знаменитых античных скульптур, специально изготовленных по его заказу в Италии. Среди них были слепки со статуй «Аполлона Бельведерского», «Лаоко­она Бельведерского», «Геркулеса Фарнезского», «Ве­неры Медичи», «Танцующего Сатира с кастеньетами Медичи» и другие. Вместе с ними поступили слепки с произведений скульпторов ХV–ХVII вв., в том числе «Вакха» Микеланджело и «Вакха» Сансовино.