Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Принципы права. Проблемы теории и практики. Часть 1 (разделы I–IV). Материалы XI международной научно-практической конференции
.pdf
Головина А. А.
Ю. А. Свирин также считает, что в условиях недостаточности критериев предмета и метода правового регулирования одним из дополнительных критериев следует признать «систему отраслевых
принципов» (этот критерий они применяет при обосновании самостоятельности отрасли исполнительного права)
1
.
Представляется, что многообразие подходов к пониманию «принципов права» как «теории среднего уровня» связан с многообразием подходов авторов к решению «основного вопроса правовой
науки» — что есть право? На этом примере видно, что для юридической науки проблема правопонимания выполняет роль научной
парадигмы2.
Введение в научный оборот категории «парадигма» было осуществлено в 1962 г. американским историком и философом науки
Т. Куном в фундаментальном труде «Структура научных революций». Т. Кун предложил считать парадигмами «признанные всеми научные достижения, которые в течение определенного времени дают научному сообществу модель постановки проблем и их
решений»3. В 1969 г. автор дополнил книгу более кратким определением: «парадигма — это то, что объединяет членов научного
сообщества, и, наоборот, научное сообщество состоит из людей,
признающих парадигму»4. На материале, преимущественно, есте-
1
Свирин Ю. А. Дивергенция в системе права: Монография. М.: Астра Поли-
графия, 2012.
2
Например, Т. Н. Радько и Н. Т. Медведева отмечают: «сложность поиска
новой правовой парадигмы, по-видимому, состоит в том, что до сих пор не ясно,
на основе какой философии в отсутствие «единственно верной марксистсколенинской», на основе какого мировоззрения в отсутствие «общепринятой диалектико-материалистической точки зрения», на основе идей и теорий каких
научных школ и направлений, когда критика западных учений о праве только из-за их «буржуазности» перестала быть «самодостаточной» и актуальной,
должны разрабатываться проблемы отечественного права и государства.
Без ответа на эти вопросы мы не сможем решить ни одну значимую для юридической науки проблему, будь то предмет, содержание, принципы, методы,
задачи и система теории государства и права или конкретной отрасли права,
а также определить юридические понятия и институты» (См.: Радько Т. Н.,
Медведева Н. Т. Позитивизм как научное наследие и перспектива развития
права России // Государство и право. 2005. №3. С. 5).
3
Кун Т. Структура научных революций. М., 2009. С. 11–12.
4
Там же. С. 261.
191
Принципы права: проблемы теории и практики
ственных наук автор доказал, что развитие науки заключается
в смене одной парадигмы другой. Например, довольно очевидные
примеры таких парадигм: «астрономия Птолемея (или Коперника)», «аристотелевская (или ньютоновская) динамика» и т. д.
Однако в социальных науках все оказалось намного сложнее,
и принципиальным их отличием от наук естественных стала
не столько смена парадигм, сколько их одновременное сосуществование, конкуренция
1
.
Представляется, что на протяжении длительного времени в отечественной правовой науке (да и в юридической науке вообще)
конкурируют две основные правовые парадигмы, в рамках каждой
из которых имеются различные «течения». Этими правовыми парадигмами являются нормативизм и метанормативизм (последним
термином предлагаем обозначать «то, что за рамками нормати визма», исходя из значения греческой приставки мета-, по аналогии
с физикой и метафизикой)2. Для того, чтобы определить, к какой
парадигме относится та или иная более частная концепция право-
1
Конкуренция правовых парадигм особенно выражена именно в российской юриспруденции, в отличие от западной. Как отметил О. В. Мартышин,
«поискам единого определения или единой методологии современная западная литература предпочитает плюрализм. Не то в России. Здесь плюрализму
определений права сопутствуют нередко взаимное непонимание, нетерпимость и поиски абсолюта, т. е. единого, универсального понятия права, исключающего, делающего не только ненужными, но даже вредными все другие
типы определений» (См.: Мартышин О. В. Совместимы ли основные типы по-
нимания права? // Государство и право. 2003. №6. С. 15). Ю. А. Тихомиров также отмечает, что «многолетний спор между сторонниками нормативного и ненормативного подходов к праву в полной мере был отражением «многоликости»
права как в отечественной, так и в зарубежной литературе. Поэтому и общая
теория права, присущая преимущественно нашей доктрине права, подчас кажется скорее субъективно-авторской, нежели общепризнанной» (См.: Тихоми-
ров Ю. А. О современном правопонимании // Труды Московской государственной юридической академии. 2003. №10. С. 58).
2
В данном случае мы несколько расходимся с концепцией парадигмы
Н. В. Варламовой (См.: Варламова Н. В. Российская теория права в поисках
парадигмы // Журнал российского права. 2009. №12), т. к. к выделяемой ею
позитивистской парадигме, на наш взгляд, можно отнести и социологический
позитивизм, признающий судебный прецедент в качестве формы права,
тогда как в предложенной нами трактовке парадигмы такой подход относится к метанормативизму.
192
Головина А. А.
понимания, необходимо ответить на парадигмальный вопрос:
«Право есть то, что оформлено законом? Да или нет?»
1
. Если
на этот вопрос следует положительный ответ, перед нами нор мативистская правовая парадигма, в рамках которой «право» и «закон» соотносятся, как содержание и форма2, и которая считает
нонсенсом существование бессодержательной формы (неправо вого закона) или бесформенного содержания (права, не оформленного
законов). Соответственно, отрицательный ответ дает нам отнесение к метанормативизму.
Таким образом, мы получаем четкие критерии для выявления
правовых парадигм. И при этом имеем классический случай антиномии, когда неизбежен выбор только одного из альтернативных
вариантов ответа, что создает препятствие для объединения этих
двух парадигм (т. к. на антиномический парадигмальный вопрос
не может быть третьего или промежуточного ответа).
В нормативистской и в метанормативистской правовых парадигмах «принципам права» уделяется различная доля внимания.
1
На существование «яблока раздора» в споре о понятии права очень точно
указал, например, В. М. Сырых. По его мнению, таким «яблоком» в полемике
позитивистов с их оппонентами, которая началась еще в СССР в середине
70-х гг. XX в. и не утихает по настоящее время, служит «отсутствие научнообоснованной совокупности признаков, составляющих сущность права, а фронтом, разделяющим противоборствующие стороны, выступает неясность в вопросе о формах бытия и сущности права вне закона. Если представители
широкого понимания «права» полагают, что «право» может прекрасно существовать вне закона и даже корректировать, исправлять, подменять неправовой
закон, что способностью формировать право обладают не только правотворческие органы, но и общество, то их оппоненты уверены в том, что никакого
права вне закона нет и быть не может» (См.: Сырых В. М. Логические основа-
ния общей теории права. Современное правопонимание. В 3-х тт. М.: РАП,
2007. Т. 3. С. 17). Момент отождествления или различения права и закона обозначает принципиальное отличие между юридическим и легистским типами
правопонимания в концепции В. С. Нерсесянца (См.: Лазарев В. В. В. С. Нерсе-
сянц — представитель интеграционной (синтетической) общей теории права //
Философия права в России: история и современность: Материалы III философ.-правовых чтений памяти акад. В. С. Нерсесянца / Отв. ред. В. Г. Графский.
М.: Норма, 2009. С. 264–265).
2
Закон в данном случае — собирательное понятие для обозначения всей
системы нормативных правовых актов, действующих в государстве, включая
Конституцию, законодательные и подзаконные акты.
193
Принципы права: проблемы теории и практики
В нормативизме (или нормативном правопонимании) «принципы
права» — одна из важных научных категорий, однако она не становится доминирующей и рассматривается в ряду иных равнозначимых категорий, таких как: «функции права», «система права»,
«правоотношение», «юридическая ответственность» и т. д.
При этом в рамках нормативизма «принципы права», что неудивительно, рассматриваются чаще всего в качестве особой разновидности нормы права. В частности, еще в советской правовой литературе развивалась идея о том, что «принципы права» «по своей
юридической природе и сущности представляют собой нормы
права, но лишь с более общим и принципиальным содержанием»
1
Этот подход представлен и в современной научной литературе.
Например, по мнению Т. Н. Радько, «основные (исходные) нормы» — это, по существу, «нормы-принципы», «нормы-дефиниции»,
служащие отправным, исходным началом для правотворческих
органов. Ими необходимо руководствоваться, принимая все иные
нормы; это своего рода указатель, ориентир и одновременно требование для законодателя. Такие нормы содержатся прежде всего
в Конституциях»2. Д. Е. Петров считает, что «по мере углубления
начал дифференциации и интеграции в праве появляются такие
относительно самостоятельные разновидности предписаний, как:
общие (дефинитивные, определительно-установочные, нормы-принципы и т. д.) и специальные (детализирующие, вариантные, нормы-дополнения, нормы-изъятия и т. д.). Первые из них считаются
непосредственным результатом интеграции правовых норм, вторые — итогом дифференциации»3.
Соответственно, в нормативистской парадигме «принцип права», чтобы считаться таковым, должен быть формально закреплен
в законодательстве (при этом, как правило, сформулированный
законодателем принцип конкретизируется в той или иной степени
в целой системе взаимосвязанных правовых норм4). Иное призна-
.
1
Недбайло П. Е. Применение советских правовых норм. М., 1960. С. 386.
2
Радько Т. Н. Проблемы теории государства и права: Учебник. М.: Проспект,
2015. С. 413.
3
Петров Д. Е. Дифференциация и интеграция структурных образований
системы российского права: Дис. … д-ра юрид. наук. Саратов, 2015. С. 16.
4
Например, принцип равенства в избирательном законодательстве конкре-
тизируется в качестве принципа равенства кандидатов, избирательных объе-
194
Головина А. А.
ется «принципом правосознания», не имеющим таких основополагающих качеств права, как формальная определенность, связь с государством, санкции за нарушение.
Вместе с тем, некоторые ученые, представляющие рассматриваемую парадигму, предлагали и иные подходы. Например, М. И. Байтин, сформулировавший концепцию современного нормативного
правопонимания, разделял «принципы права» и «нормы права».
По его мнению, «принципы права» — это исходные, определяющие
идеи, положения, установки, которые составляют нравственную
и организационную основу возникновения, развития и функционирования права» и при этом «в сравнении с «правовыми нормами»,
соответствующими той или иной эпохе, определенному историческому периоду, «принципы права» отличаются большей устойчивостью, остаются неизменными в течение длительного времени»
1
.
В метанормативистской правовой парадигме, напротив, «принципам права» придается особое значение, по сути, они становятся
категорией, доминирующей над всеми остальными теоретикоправовыми категориями. Не случайно, например, В. С. Нерсесянц,
основоположник либертарно-юридической концепции правопонимания, которую можно отнести к метанормативистской правовой
парадигме, подчеркивал, что «история права — это история прогрессирующей эволюции содержания, объема, масштаба и меры
формального (правового) равенства при сохранении самого этого
принципа как принципа любой системы права, права вообще»2.
Само понятие «права» давалось ученым через ряд взаимосвязанных «принципов права:» «…внутренняя смысловая равноценность
таких внешне различных определений, как: право — это формальное равенство; право — это всеобщая равная мера; право — это все-
динений, с обеспечением гарантий такого равенства и установлением юридической ответственности при нарушении (например, со стороны СМИ).
Принцип равенства мужчин и женщин конкретизируется в трудовом законодательстве в форме запрета дискриминации при приеме на работу по половому признаку и т. д.
1
Байтин М. И. Сущность права (Современное нормативное правопонима-
ние на грани двух веков). 2-е, изд., доп. М.: Право и государство, 2005. С. 148–149.
2
Нерсесянц В. С. Общая теория права и государства: Учебник для вузов. М.:
Норма, 2010. С. 55.
195
Принципы права: проблемы теории и практики
общая свобода; право — это всеобщая справедливость и т. д.»1.
Тот же подход аргументированно воплощают в своих трудах и современные представители либертарно-юридической концепции.
При этом «принципы права» подробно исследуются и наделяются глобальным, всеохватывающим значением
2
.
Не меньшую значимость «принципы права» приобретают в современной материалистической концепции правопонимания, которую развивает В. М. Сырых, и которую, на наш взгляд, также
можно отнести к метанормативизму. По его мнению, «право,
как позитивное, так и объективное, можно охарактеризовать общим
определением как совокупности правил поведения, основанных
на принципах взаимозависимости, равенства и эквивалентности»3.
Автор также отмечает, что «сущность объективного права составляют такие всеобщие правовые принципы, как: «равенства»,
«свободы», «взаимодействия», «эквивалентности» и «общеобязательно сти» (юридической ответственности), «примата права перед
1
Нерсесянц В. С. Философия права: Учебник. 2-е изд., перераб. и доп. М.:
Норма, 2008.
2
Показательна в связи с этим позиция одного из авторов монографии, посвященной исследованию принципа формального равенства — В. В. Лапаевой.
Она, в частности, пишет: «Мы живем в такое время, когда диспропорции
между гуманитарным потенциалом человечества и мощью разрушительных
технологий, созданных его интеллектом, приобрели слишком угрожающие
размеры. До сих пор людям как-то удавалось выправлять этот опасный дисбаланс за счет совершенствования гуманитарной составляющей, выраженной
в таких социальных регуляторах, как личностная мораль, общественная мораль (нравственность) и право. Но на нынешнем этапе глобализации, когда
возросшая наднациональная, межрегиональная и трансконтитентальная взаимосвязь людей резко усилила уязвимость современного мира, этот удерживаемый до сих пор техно-гуманитарный баланс может быть легко нарушен.
В сложившихся условиях существенно возрастает потребность в эффективных соционормативных регуляторах, общезначимых в планетарном масштабе.
А такой общезначимой нормативностью обладает лишь право, являющееся
квинтэссенцией разумных начал человеческого общежития, основанных на принципе формального равенства» (См.: Принцип формального равенства и взаимное признание права: коллективная монография / Под общ. ред. В. В. Лапае-
вой, А. В. Полякова, В. В. Денисенко. М.: Проспект, 2016. С. 18–19).
3
Сырых В. М. Новые подходы к правопониманию // Теоретические и практические проблемы правопонимания: Материалы III Межд. науч. конф.
(22–24 апреля 2008 г. в РАП) / Под ред. В. М. Сырых, М. А. Заниной. 2-е изд.
М.: РАП, 2010. С. 41.
196
Головина А. А.
законом и верховенства закона в системе источников позитивного права»
1
.
Одна из наиболее «старинных» ветвей метанормативистской правовой парадигмы, естественно-правовая концепция, также традиционно выдвигает «принципы права» на первый план. Так, по мнению
Е. Г. Лукьяновой, «аксиомы и принципы права — это конкретизирующие сущность права, основополагающие начала, идеи, лежащие
в основе системы правовых норм — объективного права»2. Автор отмечает, что «являясь основанием системы действующих правовых
норм, принципы и аксиомы права выполняют конкретизирующеконституирующую функцию. Другой важной функцией «принципов
права» является регулятивная — упорядочение поведения людей»3.
Таким образом, в интерпретации «принципов права», их места
и роли в системе правовых понятий и категорий, в понимании
их сущности сегодня наглядно проявляется то фундаментальное значение, которое имеет для ученого принадлежность к той
или иной правовой парадигме. В связи с этим научное исследование категории «правовая парадигма», которой до сих пор в отечественной литературе, как видится, не уделялось должного внимания4, представляет значительный научный интерес5.
1
Современное правопонимание: Курс лекций / Отв. ред. М. Н. Марченко.
М.: Норма: Инфра-М, 2016. С. 86.
2
Лукьянова Е. Г. Теория права и государства. Введение в естественно-право-
вой курс: Учеб. пособие. М.: Норма: Инфра-М, 2011. С. 53.
3
Там же. С. 54. Автор приводит следующие «виды аксиом и принципов пра-
ва» (не разделяя их, в едином списке): 1. Все, что не запрещено, разрешено.
2. Все, что не разрешено, запрещено. 3. Всякое правонарушение предполагает
юридическую ответственность. 4. Никто не может быть судьей в своем собственном деле. 5. Никто не может быть лишен жизни, свободы, имущества иначе
как по решению суда. 6. Презумпция невиновности. 7. Относительно невозможного обязательство ничтожно.
4
Среди некоторых исследований, в которых затрагивается данная проблематика, см., например: Варламова Н. В. Российская теория права в поисках па-
радигмы // Журнал российского права. 2009. №12; Денисенко В. В. Легитим-
ность как характеристика сущности права. Введение в теорию: Монография.
М.: Юрлитинформ, 2014; Чепунов О. И. Правовая система и системная пара-
дигма // Академический юридический журнал (г. Иркутск). 2008. №2; Шаха-
нов В. В. Правовые парадигмы: Дис. … канд. юрид. наук. Владимир, 2005.
5
См. подробнее: Головина А. А. Стратегический выбор правовой парадигмы
как условие гармонизации российской правовой системы // Материалы сек-
197
Принципы права: проблемы теории и практики
Гумеров Л. А.
зав. кафедрой теории и истории права
и государства Казанского филиала РГУП,
канд. юрид. наук, доцент
Принципы правового регулирования общественных
отношений в научно-технической сфере
В юридической литературе, как отечественной, так и зарубежной
нет единства во мнениях о тех явлениях, которые обозначаются
категорией «принцип права»1. Очевидно, что рассмотрение сущности «принципов права» следует начинать с этимологии слова.
Термин «принцип» происходит от латинского principium, что означает «начало» или «основа»2. В философии и логике распространено
понимание «принципа» как исходного начала, основания некоторой совокупности фактов, явлений, представляющее обобщение
положений той области, из которой данный принцип абстрагирован. В толковых словарях русского языка отмечается, что «принцип» — это основное начало, на котором построена система, теория,
политика и т. п.3 Исходя из изложенного, становится очевидным
почему в юридической литературе наибольшее распространение
получило определение «принципа права» в качестве основного начала, руководящей идеи, заложенной в содержание права как объективного явления. Более того, рассмотренный подход отражен
и в законодательстве, например, в ст. 1 ГК РФ «Основные начала
ции теории государства и права VI Междунар. научно-практич. конф. «Кутафинские чтения» — «Гармонизация российской правовой системы в условиях международной интеграции / Отв. ред. Т. Н. Радько. М.: Проспект, 2014. С. 66–71.
1
См. подробнее: M. Kohen, B. Schramm. General Principles of Law// Oxford Bibliographies. URL: www.oxfordbibliographies.com/view/document/obo-9780199796953/
obo-9780199796953–0063. xml; Ершов В. В. Правовая природа принципов рос-
сийского права: теоретические и практические аспекты // Российское правосудие. 2009. №5, 6; Ершов В. В. Правовая природа, функции и классификации
принципов национального и международного права // Российское правосудие. 2016. №3. С. 5–36.
2
См.: Философский энциклопедический словарь. URL: http://dic.academic.
ru/dic. nsf/enc_philosophy/3084.
3
См.: Толковый словарь Ушакова: URL: http://dic.academic.ru/dic. nsf/
ushakov/974554.
198
Гумеров Л. А.
гражданского законодательства», которая устанавливает «принципы
гражданско-правового регулирования общественных отношений».
Это же указано и в ст. 7 АПК РФ, закрепляющей, что правосудие
осуществляется на началах (Выд. авт. — Л. Г.) равенства всех перед законом и судом и др. Тем не менее, среди ученых продолжаются обоснованные дискуссии относительно категории «принцип
права». Все многообразие подходов к определению сущности «принципов права» достаточно подробно изложено в трудах В. В. Ершова, О. А. Кузнецовой, Е. В. Скурко, А. К. Чернова и др.
Законодательство (формы права) современных государств, регламентирующее отношения, возникающие в научно-технической
сфере, содержит положения, имеющие основополагающее зна че ние
для их правового регулирования
1
. Данные положения в отличие
от иных правовых предписаний имеют бо'льшую степень абст рактности, охватывают широкий, а зачастую и весь круг общественных
отношений указанной сферы, задают направления (вектор) правового регулирования, значительно меньше подвержены изменениям.
Сложность регулирования обозначенных отношений заключается
в том, что они достаточно разнообразны, затрагивают различные
стороны объективной действительности, связанной преимущественно с осуществлением научно-технической деятельности, и, соответственно, их правовое регулирование имеет межотраслевой
характер. Таким образом, на правоотношения, возникающие в научно-технической сфере, имеют влияние «принципы права» той
отрасли, нормами которой они урегулированы. К примеру, на от ношения, возникающие между научным работником и руководителем научной организации по выполнению научного исследования
в рамках служебного задания, оказывают воздействие принципы
трудового права. На отношения между заказчиком и исполнителем
договоров НИОКР — гражданского права и т. д. Вместе с этим,
в правовом регулировании отношений в научно-технической сфере
можно выделить принципы, которые имеют общее регулятивное
1
См., например: Закон США «О государственной научной и технологической политике, организации и приоритетах» (National Science and Technology
Policy, Organization and Priorities Act of 1976): URL: https://www.congress.gov/
bill/94th-congress/house-bill/10230/text; Кодекс научных исследований Франции (Codedelarecherch ): URL: https://www.legifrance.gouv.fr/affichCode.do?cid
Texte=LEGITEXT000006071190.
199
Принципы права: проблемы теории и практики
значение для всех отношений данной сферы независимо от того,
нормами какой отрасли они урегулированы.
Важно также отметить, что для «принципов права» совсем
не обя зательно наличие письменной формы. Они могут выводиться
из смысла, содержания положений, заложенных в формах права
1
К примеру, основополагающие принципы международного права, имеющие характер juscogens, первоначально сформировались
в обычной практике взаимодействия государств, иных субъектов
права и не имели письменной формы, а уже затем были переведены в договорную (текстуальную) форму и нашли закрепление,
в частности, в Уставе ООН 1945 г., Заключительном акте СБСЕ
1975 г. и др.
Положения нормативных правовых актов, регламентировавших отношения в научно-технической сфере в советский период,
а также взгляды ученых, изложенные в юридической литературе
в это же время, позволяют сделать вывод, что в недалеком прошлом
государство подходило к регламентации общественных отношений в научно-технической сфере с позиции управления, не ограни чиваясь только регулированием, т. е. речь шла об управлении
наукой, научно-исследовательской деятельностью, научно-техническим развитием в целом. Соответственно, закреплялись и ис следовались не столько «принципы правового регулирования», сколько
«принципы управления» рассматриваемой сферы. Например, выде лялись такие принципы, как: «принцип партийного руководства»,
«планирования», «демократического централизма», «социалистической законности», «участия масс в управлении» и т. д.2 Важно
отметить, что уже в советский период государство наряду с управлением внедряло принципы координации деятельности в научнотехнической сфере, представляющие собой взаимодействия между
субъектами, не имеющими между собой отношений власти и подчинения (при этом, данный подход объяснялся специфической
.
1
С позиций интегративного правопонимания «принципы права» относительно норм права рассматриваются как первичное, основное средство правового регулирования (См., подробнее: Ершов В. В. Актуальные проблемы право-
понимания, правотворчества и правоприменения // Российское правосудие.
2016. №6. С. 16.
2
Организационно-правовые вопросы руководства наукой в СССР/ Под ред.
М. И. Пискотина, В. А. Рассудовского, М. П. Ринга. М.: Наука, 1973. С. 93.
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]