Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовое государство и правосудие. Проблемы теории и практики. Материалы VIII международной научно-практической конференции. 15–19 апреля 2013 года
.pdf
Чекмарева А. В.
наличии соответствующих обстоятельств может быть прекращено,
заявление оставлено без рассмотрения уже в предварительном судебном заседании. Возможность соединения нескольких исковых
требований в одном заявлении истцом, а также объединение судьей в одно производство нескольких однородных дел, в которых
участвуют одни и те же стороны, также свидетельствуют об упрощении производства.
Особо следует отметить нововведения последних лет. Так, активно применяется извещение участников судопроизводства посредством СМС-сообщения. При этом выясняется согласие адресата на извещение подобным образом, что подтверждается распиской,
в которой, наряду с данными об участнике судопроизводства и его
согласии, указывается номер мобильного телефона, на который
оно направляется. Такой порядок упрощения представляется допустимым, тем более что он оправдал себя на практике. В первом полугодии 2011 г. финансовые затраты федеральных судов
Белгородской области на отправку заказной корреспонденции со-
1
ставили 4 046 851 руб., на СМС — всего 8 837 руб.
.
Тенденция упрощения судопроизводства нашла свое отражение
и в редакции ст. 333 ГПК2. Судебная практика исходила из того,
что суд апелляционной инстанции рассматривает частную жалобу
на определение суда первой инстанции, за исключением определений о приостановлении производства по делу, прекращении производства по делу, оставлении заявления без рассмотрения, не извещая лиц, участвующих в деле. Постановлением Конституционного
Суда Российской Федерации от 30 ноября 2012 г. № 29-П РФ
оспариваемые заявителями нормы были признаны не противоречащими Конституции, поскольку они предполагают в определенных случаях (с учетом характера и сложности дела) извещение
участвующих лиц о времени и месте судебного заседания, а также
их право быть извещенными о частной жалобе, чтобы предоставить
суду свое мнение о ней в письменном виде. В связи с этим КС РФ
рекомендовал федеральному законодателю уточнить случаи, когда
1
Шипилов А. Н., Чесовской Е. И Судебные извещения и вызовы в граждан-
ском судопроизводстве // Российское правосудие. 2012. № 1. С. 68.
2
Федеральный закон от 09.12.2010 г. N 353-ФЗ «О внесении изменений
в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации».
461
Раздел VI
проверка законности и обоснованности определения суда первой
инстанции требует обязательного проведения судом второй инстанции слушания с извещением о времени и месте судебного за-
1
седания лиц, участвующих в деле
. Проект федерального закона
«О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс
Российской Федерации», разработанный в целях реализации Постановления КС, предлагает внести изменения в ст. 244.5, 244.6,
244.10 и 333 ГПК, которые направлены на совершенствование процедуры рассмотрения частной жалобы, представления прокурора
на определения суда первой инстанции и создание дополнительных процессуальных гарантий прав лиц, участвующих в деле.
Согласно предлагаемым изменениям, на суд первой инстанции может быть возложена обязанность извещать во всех случаях лиц,
участвующих в деле, о самом факте подачи частной жалобы, представления прокурора на определение суда первой инстанции путем направления им копий частной жалобы, представления прокурора и приложенных к ним документов. При этом законопроектом
расширяется перечень определений суда первой инстанции, проверка законности и обоснованности которых осуществляется судом второй инстанции с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения частной жалобы,
представления прокурора.
Согласно законопроекту, лица, участвующие в деле, в обязательном порядке извещаются также в случае, если обжалуемое определение суда вынесено в суде первой инстанции в судебном заседании с извещением лиц, участвующих в деле, и судом апелляционной
инстанции на основании ч. 5 ст. 330 ГПК принято решение о рассмотрении частной жалобы, представления прокурора по правилам производства в суде первой инстанции. Кроме того, законопроект предусматривает право суда апелляционной инстанции вне
зависимости от вида оспариваемого определения с учетом характера и сложности разрешаемого процессуального вопроса вызывать лиц, участвующих в деле, в судебное заседание, извещая
их о времени и месте рассмотрения частной жалобы, представления прокурора.
1
Официальный сайт Конституционного суда РФ (раздел «Новости») // URL:
ksrf.ru / ru / News / Pages / ViewItem.aspx?ParamId=3060 (дата обращения: 01.12.2012).
462
Чекмарева А. В.
На наш взгляд, заочное рассмотрение частной жалобы нельзя
признать положительным моментом, поскольку упрощение судопроизводства должно происходить с сохранением гарантий права
на судебную защиту. В этой связи представляется заслуживающим
внимания предложение С. Ю. Катуковой о возможности рассмотрения жалобы вне открытого судебного заседания только при согласии на это лица, участвующего в деле. Такое согласие следует
выявлять в суде первой инстанции при подготовке материалов
1
для частного пересмотра
.
Еще один пример упрощения судопроизводства — законодательное закрепление обязанности мирового судьи составлять мотивированное решение суда по рассмотренному им делу, только
в случае поступления от лиц, участвующих в деле, их представителей соответствующего заявления2. Указанная новелла обусловлена постоянным ростом количества дел, рассматриваемых мировыми
судьями, а также незначительным числом обжалуемых решений.
Так, нагрузка мировых судей возросла с 1,5 млн. дел, рассмотренных в 2001 г., до 13 млн. 600 тыс. дел в 2012 г. В течение последних
лет в исковом производстве ежегодно рассматривается примерно
3 млн. дел, из которых обжалуется только 5 % решений3.
Такое нововведение представляется не вполне удачным, исходя
из самой сути судебного решения, которое является актом реализации судебной власти, осуществляемой от имени государства.
Одно из значений судебного решения состоит в его воспитательном
воздействии на граждан и в возможности принудительного осуществления субъективного права, подтвержденного судом. На наш
1
Катукова С. Ю. Новый порядок частного пересмотра в гражданском процессе: проблемы доступности и эффективности / Право и его реализация
в XXI веке: сб. науч. тр. (по матер. Междунар. науч.-практ. конф., посвящ.
80-летию Саратовской государственной юридической академии, Саратов, 29–
30 сентября 2011 г.): в 2 ч. / под общ. ред. С. Н. Туманова; ФГБОУ ВПО «Саратовская государственная юридическая академия». Саратов: Изд-во ФГБОУ
ВПО «Саратовская государственная юридическая академия», 2011. Ч. 1. С. 309.
2
Федеральный закон от 04.03.2013 г. N 20-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».
3
Выступление Председателя Верховного Суда Российской Федерации В. М. Лебедева на VIII Всероссийском съезде судей // Официальный сайт
Верховного суда РФ. URL: http://www.vsrf.ru / vscourt_detale.php?id=8351
(дата обращения 21.03.2013).
463
Раздел VI
взгляд решение должно выноситься судьей в полном объеме независимо от наличия просьбы лица, участвующего в деле.
Не ясно, как будет исчисляться срок на подачу апелляционной
жалобы, поскольку ч. 2 ст. 321 ГПК осталась без изменения и предусматривает право подачи жалобы, представления в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. Новая
редакция ст. 199 ГПК закрепляет право лиц, участвующих в деле,
но не присутствовавших в судебном заседании, в течение пятнадцати дней со дня объявления резолютивной части решения суда
подать заявление о составлении мотивированного решения. Если
такое заявление поступит, то мировой судья должен составить мотивированное решение в течение пяти дней. Таким образом, срок
вступления решения в законную силу, а также его реальное исполнение существенно затягиваются. В данном случае упрощение носит односторонний характер — относится только к обязанностям
судьи. Что же касается лиц, участвующих в деле, то происходит
усложнение процедуры и увеличение сроков.
Подводя итог, следует отметить, что упрощение судопроизводства имеет место в правовой действительности. Необходимость
этого явления отмечается как учеными, так и практикующими
1
юристами
. Следует согласиться с Н. А. Громошиной в том, что внедряя упрощенные процедуры, необходимо учитывать «принцип
упрощения», т. е. упрощение явления возможно в любых объемах,
но при непременном сохранении сущности этого явления2.
Оптимизация судебных процедур должна происходить исключительно для достижения целей судопроизводства, с наименьшими
процессуальными затратами и при обязательном соблюдении гарантий реализации прав участников процесса.
1
Ярков В. В. Гармонизация гражданского процессуального права в странах Евразии сквозь призму развития гражданского судопроизводства на постсоветском
пространстве / Гражданский процесс в межкультурном диалоге: евразийский
контекст: Всемирная конференция Международной ассоциации процессуального
права, 18–21 сентября 2012 г., Москва, Россия: Сборник докладов / Под ред.
Д. Я. Малешина; Международная ассоциация процессуального права. М..: Статут,
2012. С. 416; Шакирьянов Р. В. Действие принципа процессуальной экономии
в гражданском судопроизводстве // Вестник гражданского процесса. № 4. 2012. С. 46.
2
Громошина Н. А. Дифференциация и унификация в гражданском судопроизводстве: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. М, 2010. С. 39.
464
Шундиков К. В.
Шундиков К. В.
доцент кафедры общетеоретических
правовых дисциплин Северо-Западного
филиала Российской академии
правосудия, канд. юрид. наук
Судебное и досудебное примирение как средство
разрешения юридического конфликта: проблемы
функционирования в современной России
В структуре отношений современного общества значительный
удельный вес занимают связи конкурентного и конфликтного типов. Социальные конфликты, имеющие юридическую значимость,
объективно требуют своего разрешения. Одним из величайших
достижений человечества является такой институт цивилизованного погашения конфликтов, как правосудие. Вместе с тем, подобный способ решения конфликта, по сути своей управленческий,
иерархический (конфликт разрешается «сверху» авторитетом), —
далеко не единственно возможный механизм снятия противоречий в социально-правовых коммуникациях. Альтернативным
способом выступают институты, представляющие в своей основе самоорганизационные процессы в правовой жизни общества.
Один из них — институт примирения сторон юридического конфликта.
Примирение может быть как досудебным, так и судебным —
существовать в рамках уже открывшегося юрисдикционного процесса. В первом случае стороны приходят к соглашению добровольно на основе компромисса и согласования интересов до обращения
в соответствующие судебные инстанции. Подобное соглашение
возможно как напрямую, так и с помощью посредника (медиатора,
третейского судьи). Если же примирение сторон происходит в рамках судебного процесса, то речь идет о заключении мирового соглашения сторон.
Думается, что использование механизмов примирения конфликтующих сторон (и внесудебных и судебных) представляет
собой если не лучший, то, по крайней мере, оптимальный способ
решения конфликтных ситуаций. Это экономит ресурсы судебной системы, что в современных условиях немаловажно, ведь
465
Раздел VI
на одного мирового судью в России сегодня приходится в среднем 100 дел в месяц, то есть в день по 4–5. Кроме того, примирение, в основе которого лежит взаимный компромисс, позволяет
учесть и согласовать интересы обеих сторон, прийти к наиболее
взвешенному в сложившейся ситуации решению спора, а значит — обеспечить более качественную реализацию законных интересов и прав граждан. Не случайно в Федеральной целевой программе «Развитие судебной системы России на 2007–2012 годы»
развитие примирительных процедур названо одним из приоритетных направлений совершенствования существующих в Российской Федерации механизмов урегулирования споров и защиты
нарушенных прав.
Вместе с тем, одна из актуальных проблем современной российской юридической практики заключается в том, что степень практической востребованности института примирения (особенно
примирения досудебного и внесудебного) сегодня крайне невысока.
Об этом свидетельствуют данные статистики, согласно которым
мировым соглашением в судах общей юрисдикции заканчивается
лишь около 5 % дел. Созданные во многих судах так называемые
«скамьи примирения» или «комнаты примирения» чаще всего пустуют. Граждане наши проходят мимо них в залы судебных заседаний, чтобы там отстоять свои права.
Посреднические процедуры (третейские, медиация) также, мягко
говоря, не пользуются у россиян большой популярностью. С 1 ян-
1
варя 2011 г. в России вступил в силу закон о медиации
. Про шедшие полтора года показали, что наши люди предпочитают ругаться
без посредников. Так, согласно «Справке о практике применения
Федерального закона «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)», утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федера ции
6 июня 2012 г. в большинстве судов примирительные процедуры
в настоящее время пока не нашли широкого применения.
В этом документе обобщаются причины такого положения:
новизна процедуры, высокая степень конфликтности отношений
1
Федеральный закон Российской Федерации от 27 июля 2010 г. N 193-ФЗ
«Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)».
466
Шундиков К. В.
участников спора, отсутствие навыков и традиций по ведению переговоров и т. д. Стороны соглашаются пройти процедуру медиации в исключительных случаях, после того, как судьями в судебных заседаниях затрачивается значительное время на разъяснение
1
сущности процедуры медиации и ее преимуществ
.
В принципе подобная ситуация прогнозировалась экспертами
еще до введения в действие упомянутого закона, некоторые из них
обосновывали необходимость принудительной медиации, ссылаясь
в этой связи на опыт ряда западных стран (США, Великобритании,
Германии)2.
Какие меры сегодня можно предпринять для того, чтобы переломить сложившуюся ситуацию? Полагаю наиболее эффективными три направления преобразований.
1) Прежде всего, представляется необходимым стимулирование
правотворческой функции судебных инстанций. Во многом ситуацию может изменить доработка существующих законодательных
институтов, направленная на усиление примирительных функций
именно судебных инстанций. Одной из таких мер может быть введение рекомендательного, а возможно, в некоторых случаях обязательного (а не разъяснительного, как существующий ныне) механизма включения примирительного элемента в судебный процесс.
Можно вспомнить позитивные исторические примеры. Один
из них — судебные уставы XIX в.. Так, например, в Уставе судопроизводства торгового, утвержденного 14 мая 1832 г., в главе V
«О разбирательстве через посредников» в § 194 содержалось правило, согласно которому при отсутствии в деле сильной правовой
позиции истца или ответчика и открывающейся в связи с этим перед судом перспективой длительного судебного разбирательства,
исследования большого объема доказательств, суд «не приступая
к решению, предлагает прежде сторонам или войти в мировое соглашение при посредстве его, или же разобраться добровольным
Третейским Судом»3. Полагаю, что аналогичной нормой можно
1
http://www.rg.ru / 2012 / 08 / 16 / primirenie-site.html
2
См., напр.: Теперь начинается самое главное (16–17 ноября 2007 г., г. Москва). Конференция «Медиация. Альтернативные методы разрешения споров
и их значение в совершенствовании деловой и корпоративной этики» // Медиация и право. 2007. № 4. С. 13–15.
3
См.: ПСЗ — II. Т. VII. № 5360. С. 268–298. 1833 г.
467
Раздел VI
было бы дополнить соответствующие статьи процессуальных кодексов (ГПК РФ), закрепив именно рекомендательный, а не разъяснительный характер полномочий судьи при подготовке дела
к разбирательству.
Особенно это касается деятельности мировых судов, на которые ложится основной объем нагрузки. В дореволюционной
России в соответствии с судебными уставами мировые суды были
ориентированы главным образом на использование примирительных процедур судопроизводства. Они, как правило, не решали вопрос силой государственного авторитета и принуждения,
не судили, а именно мирили стороны. Мировые судьи не были
профессиональными юристами, поэтому они не могли решать
собственно вопросы права, их задачей являлось восстановление
общественной справедливости, нарушенного компромисса интересов. Этот маленький нюанс, как представляется, оказался незаслуженно забытым авторами судебной реформы новейшего времени. В этом смысле может быть целесообразно законодательно
рекомендовать судьям занимать более активную примирительную позицию.
Еще одним возможным путем усиления примирительной роли
собственно суда является то, что уже оформилось в виде инициативы Высшего Арбитражного Суда России, который внес в Госдуму
законопроект, предлагающий введение в судах института судебных примирителей. Подобный опыт имеется во многих государствах, в частности в США.
В соответствии с проектом закона, судебным примирителем
сможет выступать судья в отставке, помощник судьи, не принимающего участие в рассмотрении дела, работник аппарата суда, имеющий высшее юридическое образование. Проект особо подчеркивает, что судебный примиритель участвует в процедуре судебного
примирения с учетом положений законодательства о статусе судей
Российской Федерации и о государственной гражданской службе.
Это важно для обеспечения профессионализма.
В целом предложенный подход представляется обоснованным. Полагаем также, что критерием отбора на должность судебного примирителя должно выступать наличие у кандидата опыта
примирительной работы и соответствующих психологических
знаний. Последнее условие может быть обеспечено путем прохо-
468
Шундиков К. В.
ждения кратких курсов медиативных технологий. Не видим также препятствий для того, чтобы для работы в качестве судебных
примирителей допускались подготовленные медиаторы. Ведь,
по сути, основная задача примирителя заключается в том, чтобы
переломить конфликтный настрой участников процесса, убедить их в возможности мирных переговоров, их выгодности
для обеих сторон. А для этого как раз необходимы не только
(даже не столько) знания вопросов права, сколько психологические навыки.
2. Второе направление стимулирования примирительных процессов — оптимизация уже имеющихся механизмов досудебного
урегулирования споров (третейского, медиация).
Сегодня действительно актуально не только дальнейшее реформирование судебной системы, но и развитие эффективных внесудебных механизмов защиты прав и законных интересов. Пора уже
перестать уповать на государство как единственного защитника
наших прав и свобод. В современных условиях целесообразно стимулировать правозащитные ресурсы самого общества, его правовую самоорганизацию.
Для успешного решения этой задачи существует еще немало
препятствий, нерешенных проблем: качественная подготовка
посредников, их конкурентоспособность на рынке юридических услуг, доступность посреднических процедур для граждан,
информированность общества о преимуществах посредничества и др.
3. Третье направление — самое трудное, как показывает жизнь —
необходимость изменения ментальности потенциальных участников юрисдикционных процессов. Думается, что здесь необходима целенаправленная информационно-воспитательная работа, как
в рамках судебных процессов, так и за их рамками.
Ведь корень проблемы лежит не в сфере правосудия, вообще
не в юридической сфере, а иногда и за пределами здравого смысла
и логики. Препятствия для примирения носят зачастую сугубо
психологический характер (боязнь оказаться в «слабой» позиции
уступающей стороны, нежелание брать ответственность за результат разрешения спора на себя, стремление во что бы то ни стало
наказать оппонента, отомстить ему, преобладание эмоциональной
оценки над рациональной и т. п.). Последнее в мировом суде осо-
469
Раздел VI
бенно явно проявляется в делах о расторжении брака и разделе
имущества между супругами.
Если рассуждать более широкими категориями, то можно отметить, что в целом внедрение примирительных механизмов в правосудии сегодня сталкивается с противодействием культурноментальной среды, сложившейся в российском обществе. Эта
среда чрезвычайно неблагоприятна для использования примирительных инструментов, ни внесудебных, ни судебных. Культура
примирения, поиска компромисса, согласия оказалась в большом дефиците. Процветает конфликтный тип коммуникации,
торжествует дарвиновский принцип выживания сильнейшего.
Мы разу чились договариваться миром.
Не удивительно, что и в судебном процессе состязательная
(конфликтная в своей основе) модель взаимодействия сторон доминирует. Мы научились у «цивилизованных народов» практике
судебной защиты своих прав и интересов, активно ее используем
и гордимся этим. Российские граждане, как свидетельствует статистика, судятся весьма активно. При этом обращает на себя внимание бескомпромиссный характер многих судебных поединков,
в которых стороны стараются поставить своего оппонента в как
можно более худшее положение, унизить его, разорить, нередко
злоупотребляя правовыми средствами и претендуя на то, что им
по справедливости и совести не принадлежит. Возводя свои права
в ранг неприкосновенных, мы не желаем думать об уважении прав
другого человека.
Между тем, в тех же западных странах, прежде чем обратиться
в суд, человек основательно задумается о том, нельзя ли обойтись
без судебной тяжбы и урегулировать конфликт в досудебном порядке. Немаловажным фактором при таких размышлениях является финансовая сторона дела. В России же доступ к правосудию
стоит весьма дешево. Сегодня государственная пошлина при обращении в мировой суд редко превышает 1 тысячу рублей. Кроме
того, судебные расходы часто уменьшаются судом, а длительные
сроки рассмотрения дел и исполнения решений позволяют недобросовестным должникам перекрыть финансовые потери за счет
«прокрутки» суммы долга. В результате для одной или для обеих
сторон спора судиться оказывается нередко дешевле, чем договариваться, отсутствует материальный стимул.
470
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]