Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Международные отношения введение в специальность. Практикум
.pdf
Теоретическая часть
Политическая карта мира – это комплекс сведений о государственной принадлежности территорий. Необходимо акцентировать
внимание на том, что определения у категории может быть два.
Первое, узкое, подразумевает границы всех государств, второе,
широкое – расстановка политических сил, политические проблемы
современности. Динамика политической карты мира может носит
как количественный, так и качественный характер (создание межгосударственных союзов, признание независимости государств и
т.д.). Необходимо более подробно остановиться на процессе вытеснения качественными изменениями количественных в процессе
формирования современной политической карты миры.
Политическая карта мира формируется под влиянием ряда геополитических факторов, которые изучались представителями разных геополитических школ и исследователями различных поколений. Следует выделить предмет и объект геополитики как науки.
Изучая национальные школы, главное внимание следует уделять
тем факторам, которые с точки зрения их главных представителей
определяют положение их стран и то как они видят свое государство в контексте современной им политической карты мира.
В деле изучения процесса конструирования современной политической карты мира преуспело такое направление как политическая лимология. Изначально лимология – наука о границах, привлекала, главным образом, географов. Сегодня она вышла на междисциплинарный уровень, что существенно повысило ее познавательные возможности.
В рамках вопроса о режиме территории, следует дать определение понятию «граница» и выделить особенности современного
понимания границы. Следующей значимой категорией является
термин «государственная территория», которая находится под суверенитетом государства. В этой связи следует дать определение
понятию «суверенитет», а также обсудить проблему реализации
суверенитета в современной мировой политике в условиях размывания границ под влияние глобализации. В международном праве
выделяют три вида территорий: государственная территория, территории с международным режимом, территории со смешанным
режимом. Чем характеризуется каждая из этих разновидностей.
Кроме того, следует остановиться на таких подвидах как «квази-
231
территории», к которым в том числе относятся территории дипло-
Страна (по выбору студента)
Критерий
Сведения
Общие сведение (площадь, столица, государственно-территориальное устройство, форма
правления, политический режим)
Положение страны на материке
Участие в международных организация
С кем и где граничит
Отношения с соседями
Выход к морям
«Горячие точки», зоны конфликтов, которые
могут угрожать безопасности страны
Вывод о положении страны на основании выявленных фактов
матических и консульских представительств.
Вопросы и задания
1.Понятие политической карты мира.
2. Основные вехи развития геополитики (немецкая, англосак-
сонская, французская, русская школы)
3. Политическая лимология в системе наук о границах.
4. Режим территории. Суверенные государства и несамо-
управляющиеся территории.
5. Политико-географический анализ (страна по выбору).
Рекомендуемая литература
Основная: 1, 2, 3, 4.
Дополнительная: 1, 2, 8, 9, 11, 14.
Интернет-ресурсы: 7, 8, 9, 10.
232
11. ГОСУДАРСТВО КАК АКТОР
МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
Цель: Изучить положение государства как актора МО среди
других субъектов, исследовать и систематизировать основные
точки зрения на акторность государства в науке и политическом
дискурсе.
Знания и умения, приобретаемые в результате освоения
темы практического занятия, формируемые компетенции или
их части:
знать:
- принципы образования (УК-6);
- правила работы с текстами по профилю деятельности (ОПК-3);
- как работать с научной литературой, материалами СМИ и
аналитическими материалами (ПК-3);
-основы решения научных задач и использования методоло-
гического инструментария (ПК-7);
уметь:
- управлять своим временем и реализовываться через самораз-
витие (УК-6);
- работать с текстами по профилю деятельности (ОПК-3);
- работать с научной литературой, материалами СМИ и анали-
тическими материалами (ПК-3);
- решать научные задачи и использовать методологический
инструментарий (ПК-7);
владеть:
- способностью управлять процессом саморазвития (УК-6);
- способностью работать с текстами по профилю деятельности
(ОПК-3);
- способностью работать с материалами СМИ, аналитикой, в
том числе на иностранном языке (ПК-3);
- способностью достигать конечных целей в решении научных
задач (ПК-7).
Актуальность темы
При всех процессах гибридизации акторов и повышении роли
негосударственных субъектов, государство остается бесспорны
международным актором. Кроме того, оно является основным
субъектом международного права.
233
Теоретическая часть
Одной из главных категорий, необходимых для понимания
сущность государства является «национально-государственный суверенитет». Внутренняя направленность суверенитета выражается в
свободной и независимой политике в пределах собственных границ,
внешняя – в невмешательстве государств во внутренние дела друг
друга. Студентам предлагается обсудить проблему суверенитета
национальных государств в контексте современной мировой политике. В Приложении I, приводится отрывок из работы конструктивиста А.Вендта. Какое определение понятию «государство» он дает? Какими свойствами оно обладает? В политологическом дискурсе в последние годы активно используются категории «великая
держава», «сверхдержава», «региональная держава». Необходимо
предложить имеющиеся в современной науке определения данным
категориям. В основе большинства главным образом лежит измерение и оценка экономического потенциала страны.
Проблема государственной акторности связана с процессом
признания государства в международном сообществе, что позволяет ему дальше выступать в качестве полноценного участника
мировой политики. Привлекая материал Приложения II, необходимо обсудить положение непризнанных государств, которые
определяются как «серая зона» мировой политики.
В рамках обсуждения последнего вопроса необходимо обратиться к теориям международных отношения (неореализм и необлиберализм), и посмотреть какая роль отводится государству контексте их понимания современных мирополитических процессов.
При обсуждении сценариев трансформации поствестфальской
системы, следует проанализировать видение ситуации Иоханом
Гальтунгом, отрывок работы которого представлен в Приложении III.
Вопросы и задания
1.Суть процесса гибридизации акторов.
2.Влияние глобализации на изменение роли государства.
3.Государство как стержневой актор МО.
4. Проблема признания государства в современном междуна-
родном праве. Феномен непризнанных государств и проблема их
акторности.
5. Сценарии трансформации государства в условиях пост-
вестфальского мира.
234
Рекомендуемая литература
Основная: 1, 2, 3, 4.
Дополнительная: 1, 2, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15.
Интернет-ресурсы: 2, 3, 4, 6, 7, 8, 9, 10.
Приложения
I
Определение государства
Первый шаг заключается в определении частей системы. Безусловно, это – индивиды, но с самого начала истории индивиды
организовывали себя в политически автономные сообщества, и
именно посредством их они в основном взаимодействовали в рамках мировой системы в целом. Таким образом, система состоит из
частей двух уровней, а именно: индивидов и групп. В данном разделе я остановлюсь на определении основных политических групп
современной системы (государствах), проливающем также свет на
определение мирового государства. Об индивидах мы поговорим в
следующем разделе.
Исторически, политически автономные сообщества существовали в самых разных формах – племенах, городах-государствах,
империях, союзах и т.д., – но с течением времени это многообразие свелось к одной существующей сегодня форме – территориальному государству. Если теория верна, то такая конвергенция
была сама по себе неизбежной, однако я не буду здесь останавливаться на этом подробно поскольку для выстраивания доказательств мне не требуется считать государства единственными автономными группами в системе. Достаточно того, что они являются доминирующими единицами, что позволяет считать их релевантными для рассмотрения группами.
Вслед за Вебером я определяю государство как формирование, обладающее монополией на законное применение организованного насилия в обществе. Это определение имеет четыре важных аспекта, которые будут рассмотрены ниже.
Первым из них является монополия силы. Это означает, что
потенциал для осуществления организованного насилия является
«групповым» в том смысле, что те, кто контролирует его применение, не могут принимать решения независимо друг от друга, но
235
всегда работают как «команда». Следуя примеру Гоббса, будем
называть это «общей властью».
Второй аспект заключается в легитимности. Те, кто является
субъектом «общей власти», должны воспринимать ее существование и применение как законное. Легитимность обеспечивается
структурой политической власти, которая наделяет одних людей
правом принуждать к соблюдению правил, а других обязывает им
подчиняться. Как таковая, она предоставляется не самим государством, а членами общества, которые «делегируют свое представительство» государству с целью поддержания им порядка. К государственным группам не относятся те, кто поддерживает монополию на силу лишь с помощью насилия и принуждения, например,
вооруженные банды, но в пределах указанных ограничений основа
легитимности государства может быть разной. Монархии, коммунистические государства и даже харизматические диктатуры – все
они в глазах подданных могут выглядеть законными при определенных исторических условиях. Важно отметить, что это вовсе не
означает необходимости соответствия «веберовского государства»
более строгим требованиям «гегелевского государства», т. е. признания равенства всех его членов (см. ниже). Учитывая значение,
которое я придаю борьбе за признание, я утверждаю, что в результате укрепления «гегелевского государства» мы придем к созданию мирового «веберовского государства».
Общая власть и легитимность составляют вместе третий аспект – суверенитет, определяемый как исключительное право жить
по своим законам. Это право, прежде всего, является внутренним
правом, делегированным обществом. Внутренний суверенитет
также может быть признан другими государствами в сообществе
государств (внешний суверенитет), но это не является необходимым для государственности. По мнению Карла Шмитта, суверенитет сводится к способности решать в одностороннем порядке, что
определенные лица или группы не являются частью сообщества и
потому, при необходимости, могут быть уничтожены. Свобода в
принятии подобных решений, как будет показано ниже, выступит
ключевым фактором формирования мирового государства.
Наконец, государство является корпоративным актором. Этот
актор состоит из многих людей и как таковой тоже является структурой, но конкретные характеристики этой структуры представ-
236
ляют собой коллективную интенциональность, способность ее
членов последовательно выступать как единое целое. Чем достигается такая корпоративность? Несомненно, в определенной степени
она достигается личным интересом и принуждением. Если люди
не будут считать государство соответствущим их интересам, то
оно не протянет долго, а если они выступят против него с оружием
в руках, государство прибегнет к принуждению. Но для стабильности структуры коллективной интенциональности требуется нечто большее, а именно: общая вера ее членов, что они представляют собой коллективную идентичность, или «Мы», которой они
готовы подчинить свои частные суждения. В результате появляется «коллективное сознание», в котором люди определяют свою
идентичность и интересы через принадлежность к группе, что позволяет им участвовать в институциональных коллективных действиях. Короче говоря, институт государственности несводим к
его членам, а это означает, что государства способны на целенаправленное поведение.
Как мы видим из этого определения, до создания мирового государства еще очень далеко, и существующая мировая система должна
претерпеть три основных изменения. Во-первых, это появление универсального сообщества безопасности – члены системы не должны
постоянно видеть друг в друге физической угрозы и должны пытаться урегулировать разногласия мирным путем. Это не означает
ненужности механизма принуждения, поскольку вероятность «преступления» по-прежнему существует, однако более общая дилемма
безопасности уже) не стояла бы на повестке дня. Вторым изменением
является всеобща» коллективная безопасность – в случае совершения
преступления члени системы должны действовать так, как если угроза одному из них является угрозой для всех…
… Ключевой проблемой любой другой архитектуры будет
оставаться несанкционированное насилие со стороны не поддающихся контролю великих держав. При условии, что великие державы вольны поступать по своему усмотрению, система будет нестабильной и продолжит развитие, пока не станет соответствовать
веберовским критериям.
Чтобы избежать обвинений в отсутствии воображения, подчеркну, однако, что к системным изменениям, необходимым для
мирового государства, можно прийти различными способами и
237
мировое государство может выглядеть совсем не так, как нам
представляется сегодня. В частности, оно может отличаться гораздо меньшей централизованностью, причем в трех аспектах. Вопервых, она не потребует от своих элементов отказа от местной
автономии. Коллективизация организованного насилия не означает коллективизации культуры, экономики или местной политики:
руководящим принципом может стать субсидиарность. Во-вторых,
не потребуется и единой армии ООН. Пока существует структура,
способная задействовать и обеспечить коллективное реагирование
на угрозы, мировое государство вполне совместимо с существованием национальных армий, которым могут делегироваться полномочия по принуждению (возможно, по аналогии с НАТО).
И, наконец, для мирового государства не требуется даже мирового
«правительства», если под ним понимать некий унитарный орган,
возглавляемый руководителем, чьи решения являются окончательными (см. «внутреннюю аналогию» Булла, Обязывающие решения мирового государства могут приниматься путем широкой
дискуссии «сильной» общественности, а не по приказу одного человека. Короче говоря, мы не можем заранее знать, какую форму
примет мировое государство, обладающее общей властью, легитимностью, суверенитетом и представительством. ЕС уже продвинулся достаточно далеко к соответствию этим требованиям на региональном уровне. Если ЕС выйдет в своем развитии на глобальный уровень, он станет мировым государством.
Для систематизации приводимых доводов имеет смысл изложить подобное представление о государстве в телеологическом ракурсе. Государства создаются и поддерживаются восходящей каузальностью самоорганизующего взаимодействия своих членов. Это
взаимодействие структурировано граничными условиями (изнутри –
в виде принудительно применимых норм, снаружи – в виде территориальной обособленности), которые в силу нисходящей каузальности
образуют государства как отдельные системы. И, будучи самоорганизующимися системами, государства, по крайней мере, на местном
уровне достигли в своем развитии конечного состояния.
Борьба за признание
Поскольку исторически государства никогда не существовали
в одиночестве, появление мирового государства требует трансформации их идентичностей в глобальном масштабе. Эта задача
238
осложняется тем, что территориальные государства являются локальными аттракторами. Конечно, они всегда находятся в процессе, который благодаря «внутренней» и «внешней» политике обусловливает их индивидуальность, но подобная практика поддерживает гомеостатическую логику, сопротивляющуюся переменам.
Тем не менее я считаю, что в долгосрочной перспективе территориальные государства не являются устойчивыми. Они могут быть
локальными центрами равновесия, но находятся в нестабильных
системах, устойчивость которым может быть придана мировым
государством. Механизмом, который приводит к этому результату,
является взаимодействие между борьбой за признание на микроуровне и культурами анархии на макроуровне. В этом разделе я
остановлюсь на первой, а в следующем – на последней.
Вендт А. Почему неизбежно мировое государство //
Современная наука о международных отношениях
за рубежом: Хрестоматия в 3 т. Т.1 / под общ. ред. И.С. Иванова.
М., 2015. С.757 – 813.
II
«Непризнанные», «самопровозглашенные» и другие «квазигосударства»: проблемы терминологии.
Преобладающее в российской литературе определение подобных политических образований («непризнанные государства», в
противоположность государствам, получившим международное
признание) хорошо показывает, что их специфика с большим трудом поддается описанию.
Некоторые российские и пишущие по-русски зарубежные
ученые (политологи, историки, юристы, географы) и политики
рассматривают постсоветские Нагорный Карабах, Приднестровье,
Южную Осетию и Абхазию, а также Сомалиленд, Тайвань, Косово
и другие подобные образования как «квазигосударства / квазигосударственные образования» или «самопровозглашенные государства/территории». Термин «квазигосударство» иногда применяется
и к республикам в составе Российской Федерации, например к Дагестану.
Выбор терминов, как правило, зависит от политических
взглядов автора или официальной позиции государства, которое
поддерживает или заказывает исследования. Объективный подход
239
в позитивистском духе здесь маловероятен. Например, по мнению
А.Г. Большакова, «непризнанным может быть названо государственное образование, лишенное международной правосубъектности, но обладающее всеми другими признаками государственности. Понятие “непризнанное государство” является более точным
при обозначении реальных феноменов региона европейской периферии, чем широко употребляемые термины: “непризнанные территории”, “самопровозглашенные государства”, “самопровозглашенные республики”. Последние имеют скорее эмоциональное
наполнение и указывают на один из существенных признаков государства: территорию, непризнанность, самопровозглашение».
В российских работах, посвященных Республике Абхазия и
Республике Южная Осетия, до 2008 г. также обычно использовался термин «непризнанные государства». Затем, когда Российская
Федерация признала независимость обеих республик, по отношению к ним стало применяться определение «частично признанные
государства». В некоторых работах Абхазия и Южная Осетия попрежнему именовались непризнанными государствами либо приравнивались к суверенным государствам. Такой плюрализм подходов отражал реальную ситуацию, когда признание этих республик Россией не повлекло за собой аналогичных шагов со стороны
абсолютного большинства суверенных акторов мировой политики.
Интересно отметить, что такой же плюрализм сохраняется до сих
пор и в начертаниях границ Грузии, Абхазии и Южной Осетии в
российской картографической продукции.
Среди других определений в работах российских ученых
предлагаются, например, «территории с проблемным / альтернативным / блокирующим суверенитетом», «государства de facto»,
«виртуальные государства», наконец, «субъект международноправового отношения, субъект международной связи, субъект
международного сообщества или нечто в этом роде»…
… описании проекта по отношению к непризнанным государствам использовались также выражения «государствоподобные
образования» (statelike entities), «государства без суверенитета»,
«виртуальные государства» (включая Косово до его признания
большинством стран ЕС) и трудно переводимое «statelets» (примерно «государствишки», ср.: kinglet «царёк»). Теже определения
встречаются и в работах других авторов.
240
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]