Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Капитализм и будущее России в идейном наследии Н. Ф. Даниельсона. Монография
.pdf
Как он писал, «эмпирические законы следует употреблять с
крайней осмотрительностью, исключая те немногие случаи, где
известны законы причин»
1
. Именно поэтому требовалось выде-
лить наиболее существенные и закономерные факты, проследить их объективные связи, подвергнуть их теоретическому
анализу.
В целом, центральное место в системе методов политической экономии, по Даниельсону, занимает опыт. Подобной же
точки зрения придерживались и теоретики позитивизма
2
. Одна-
ко нельзя сказать, что русский ученый принадлежал к сторонникам этого учения. По его мнению, Конт лишь поставил проблему создания научной социологии, а его ученики не продвинулись в этом направлении ни на шаг вперед. Кроме того, в отличие от Конта и Спенсера, Даниельсон не абсолютизировал
значение
опыта. Крайне важным для него было не только описание определенного явления, но и выяснение причин, приведших к тому или иному результату. Контизм, по-видимому, импонировал ему стремлением к строго научным, объективным
выводам, к скрупулезности сбора эмпирического материала.
При этом для Даниельсона не имело значения, насколько широко возможно
применение контовской системы классификации
наук. Для него был важен сам факт ее существования и доказательства сложности законов политической экономии. Даниельсона не удовлетворяло отсутствие в позитивизме связи между
законами экономической жизни человека и социологией. Не
найдя ответов на многие возникшие в этой связи вопросы, он и
обратился к марксизму,
стремясь тем самым компенсировать
пробелы и недочеты одной теоретической системы элементами,
привнесенными извне. По существу это было своеобразное совмещение различных философских направлений – позитивизма,
марксизма, некоторых идей Чернышевского.
Что есть прогресс? Эта позиция находила свое отражение в рассуждениях Даниельсона о ходе исторического развития, в определении им критерия прогресса.
По его мнению,
1
Вопросы философии. 1983. № 1. С. 67.
2
Г. Спенсер писал по этому поводу: «Конт полагает, что источником всякого знания является опыт; я придерживаюсь того же мнения»
(Огюст Конт и позитивизм. М., 1897. С. 223).
51
«политические и экономические формы пережили и пережива-
ют три эпохи: эпоху феодальную, или эпоху физической силы,
эпоху буржуазную, или эпоху силы денежной и, наконец, эпоху
силы труда»
1
. Тем самым Даниельсон определяющий фактор
каждой из эпох, их своеобразие ставил в зависимость от способа соединения рабочей силы со средствами производства.
В этом отношении взгляды русского ученого испытывали влияние марксистской теории. «Тот особый характер и способ, –
писал Маркс, – каким осуществляется это соединение, отличает
различные экономические эпохи общественного строя»
2
. Дани-
ельсоном эта мысль была верно подмечена при изучении «Капитала», что ему и позволило понять категорию формации
в марксизме. Но он стремился также выяснить, что является
критерием прогрессивности каждого из этапов эволюции человеческого общества.
По его убеждению, прогресс реализуется через силу и
мощь определенного сословия, как он называл,
пользуясь терминологией Ф. Лассаля, классы. Характер каждой эпохи выражается «во влиянии преобладающего сословия на все без исключения общественные явления, социальное устройство, литературу, религию, культуру»
3
. Вместе с тем Даниельсон пони-
мал, что господство определенного класса – явление временное,
преходящее. Классы не находятся в статичном состоянии. Для
иллюстрации он обращался к следующему доказательству.
Существуют три силы, «одна из них действует, 2-я находится в скрытом состоянии». Вследствие своего развития первая сила «выводит из скрытого состояния вторую
силу, 2-я имеет тенденцию поглотить первую и действует она совершенно по
другим законам, неж(ели) первая». Результатом господства второй силы является проявление характера третьей, которая
«имеет стремление поглотить свою предшественницу и ее законы отличаются от законов 2-й силы»
4
.
Подобно этому происходит и процесс в человеческой ис-
тории: на смену феодальному обществу приходит буржуазное,
1
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 110.
2
Маркс К.. Энгельс Ф. Соч. изд. 2-е. Т. 24. С. 43-44.
3
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 111.
4
СПБ ФА РАН, ф. 103, оп. 2, д. 293, л. 58.
52
законы которого, по мнению Даниельсона, «уже ближе к законам всего общества, так как каждая последующая сила поглощает в себе предыдущую». Основную заслугу буржуазии он
видел в том, что она «разрушила громадные богатства, накопленные в руках немногих, и распространила их равномернее».
При капитализме на смену буржуазии как господствующему
классу
идет пролетариат. Основанием обществу, которое будет
создано им, послужит труд и в нем «не может (быть) и речи о
стоимости рабочей силы». Поэтому «тенденции и цели рабочего сословия совершенно совпадают с прогрессом всего человечества»
1
.
В приведенном Даниельсон примере необходимо обратить внимание на особенности интерпретации им двух тезисов.
Во-первых, констатация закономерности и законосообразности
капиталистического этапа в развитии общества обосновывалась
исключительно эволюционистски, как последовательная реализация общей идеи справедливого социального устройства. Вовторых, позитивная роль определенного класса оценивалась в
зависимости от того, насколько его
интересы соответствуют
интересам всего общества. Даниельсон рассуждал о счастье не
определенного класса, а о счастье всех людей. В связи с этим
капитализм становился у молодого поклонника теории Маркса
лишь одной из форм воплощения идеи справедливости, которая
постепенно проникает и закрепляется в общественном сознании, реализуясь затем в законах, «выработанных для всего
общества без исключения». Основанием для их создания должна
была стать природа человека, учет его материальных потребно-
2
стей
.
Таким образом, главным элементом в определении критерия прогресса у Даниельсона выступала личность. Именно ее
он считал основной единицей общественной структуры, и это
приводило к появлению в его взглядах этической оценки того
или иного явления. Развитие общества рассматривалось не с
социальной, а с нравственной позиции. Такой подход содержал
весьма важный
элемент радикального свойства – личное отно-
шение человека к происходящим политическим и экономиче-
1
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 113, 116, 114.
2
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 113; 1983. № 1. С. 68.
53
ским событиям. У Даниельсона он находил яркое отражение в
оценке капитализма.
Капиталистический этап эволюции общества. В погоне
за прибылью капиталист пренебрегал правами других, превращал «рабочего в привесок машины», лишал его нормальных
условий существования. По замечанию Даниельсона, «по мере
накопления богатства положение рабочего ухудшается, а накопление капитала соответствует накоплению бедствий
»1. Подоб-
ное положение не отвечало идеалу справедливости Даниельсона, вызывало его протест, формировало отрицательное отношение к строю эксплуатации и порабощения человека человеком.
Не менее резкой была его реакция и на социальное устройство буржуазного общества. Даниельсон писал по этому поводу: «Буржуа все решительно оценивает на деньги, всюду
у
него на первом плане прибыль. Вся его деятельность направлена для устранения препятствий пользования своим правом, как
он считает. В этой сфере он не терпит стеснения свободы. Отсюда его стремление к свободе слова, свободе собраний, сходок, к свободе торговли». Однако как только власть оказывается в руках этого
класса, он сразу решительно пресекает любые
попытки поколебать идеологическое обоснование своего господства
2
.
В целом отношение Даниельсона к капиталистической
стадии развития общества было проникнуто неприятием системы эксплуатации человека человеком. Сторонник справедливого распределения общественного продукта среди всех слоев населения, он критиковал капитализм с морально-этической точки
зрения. В его взглядах проявлялось как определенное влияние
марксизма, так и убежденность в возможности достигнуть
взаимопонимания и солидарности всех людей. И эта убежденность носила явно социалистическую направленность.
В послании Даниельсона к Вырубову неприятие капитализма сочеталось с требованием изменения строя эксплуатации,
порабощения человека человеком. Его симпатии были явно на
стороне рабочих, а своего противника он видел в буржуазии.
1
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 116.
2
Там же. С. 110.
54
В связи с этим представляется необходимым рассмотреть его
интерпретацию таких понятий, как «капитал», «пролетариат»,
«буржуа», какими он оперировал в своих рассуждениях.
Даниельсон и базовые категории марксизма. Говоря о
капитале, Даниельсон подразумевал под ним хлеб, жилища,
машины, т.е. то, без чего «обойтись невозможно»
1
. Другими
словами, это понятие трактовалось им как вещь, будь то средства труда или продукт труда. Тем самым в его рассуждениях исчезала сущность капитала как концентрированного выражения
отношений людей в процессе производства. По определению
Маркса, «капитал – это не вещь, а определенное, общественное,
принадлежащее определенной исторической формации общества производственное
отношение, которое представлено в вещи
и придает этой вещи специфический общественный характер.
Капитал – это не просто сумма материальных и производственных средств производства. Капитал – это превращение в капитал средств производства, которые сами по себе столь же мало
являются капиталом, как золото или серебро сами по себе день-
2
гами»
. Представления Даниельсона более соответствовали
взглядам классической политической экономии, в которой капитал рассматривался как категория вечная, присущая любому
типу экономических отношений.
Такое понимание сущности капитала приводило Даниельсона к согласию с мыслью Лассаля о том, что буржуа является
тем лицом, которое на факте владения богатствами «потребует
себе каких-либо прав,
да, право политическое и т.п.»
будь то право эксплуатации чужого тру-
3
. Но владение богатствами не
является главным фактором, определяющим принадлежность к
этому классу. Буржуа в первую очередь должен владеть средствами производства, чтобы иметь возможность эксплуатировать
наемный труд пролетария.
Если при определении сущности буржуазии Даниельсон
следовал за Лассалем, то рассмотрение им процесса складывания рабочего класса носит явно выраженное марксистское
влияние.
Начало истории фабричного пролетариата, по его
1
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 115.
2
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Изд. 2-е. Т. 25. Ч. II. С. 380-381.
3
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 113.
55
мнению, совпадало с началом господства буржуазии со второй
половины XVIII в. Экономическим условием появления этого
класса он справедливо считал машинное производство. «Открытие Аркрайта, Харгривса, Уатта имело первым следствием
образование пролетариата фабричного, …чем более развито
машинное производство в какой-либо отрасли, тем более в этой
сфере пролетариев»
1
, – писал Даниельсон Вырубову.
Появление пролетариата происходит не только в промышленности, но и в сельском хозяйстве, так как «там, где машины начинают обрабатывать землю, как неизбежный спутник
является тот же пролетарий». Да и сами «счастливые землевладельцы составляют источник, который должен рано или поздно
иссякнуть, из которого образуется резервная
армия»2.
Давая характеристику образования рабочего класса в
промышленности и в сельском хозяйстве, Даниельсон считал,
что данный процесс имел место только в странах Западной Европы и Североамериканских Соединенных Штатах, и характеризовал период, переживаемый ими, как «переход эпохи буржуазной в эпоху труда». Россия, по его мнению, оставалась на
феодальной стадии
развития3.
Основываясь на этом заявлении, А.И. Володин и Б.С. Итенберг подчеркнули в статье «Карл Маркс и Николай Даниельсон», что русский корреспондент Маркса отрицательно относился к появлению пролетариата в земледелии. «Так, – писали
они, – постепенно зарождались народнические взгляды Даниельсона, получившие развитие в дальнейшем»
4
.
Социально-политическая направленность взглядов
Даниельсона. На наш взгляд, негативная точка зрения Дани-
ельсона на пролетаризацию крестьянства объясняется еще и
1
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 115.
Энгельс писал по этому поводу в работе «Положение рабочего
класса в Англии», что с переходом к машинному, фабричному производству «рабочий класс впервые действительно стал устойчивым классом
населения» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Изд. 2-е. Т. 2. С. 257).
2
Там же.
3
Там же, с.113-114.
4
Володин А.И., Итенберг Б.С. Карл Маркс и Николай Даниель-
сон // Вопросы истории. 1983. № 11. С. 83.
56
тем, что в формировании резервной армии труда он видел нарушение принципа обеспечения нормального существования
индивида, которое происходило при капитализме. Вполне понятно поэтому его желание не допустить уничтожения «счастливых землевладельцев» в России, где община могла еще послужить отправным пунктом некапиталистического развития
страны.
В отличие от России перед САСШ
, Францией, Великобританией в полный рост стояли проблемы изменения характера производства. На смену буржуазии как господствующему
классу шел пролетариат. Основанием обществу, которое будет
создано им, послужит труд, и в нем «не может (быть) речи о
стоимости рабочей силы». Таким образом, Даниельсон считал,
что «тенденции и цели рабочего сословия совершенно
дают с прогрессом всего человечества»
1
.
совпа-
В России пролетариат не был еще силой, способной реально повлиять на преобразование общества, но в Европе этот
класс был способен добиться победы. Даниельсон писал по
этому поводу: «Если четвертое сословие получит политическое
господство, что несомненно, то, прежде всего, оно позаботится
об экономических интересах своих»
2
.
Как считал молодой адепт учения Маркса, каждый господствовавший класс в любую из экономических эпох обосновывал свое мировоззрение при помощи идей определенной
школы в политической экономии. В период феодализма господствовала система взглядов физиократов. «Начало буржуазной
цивилизации совершенно совпадает с основанием буржуазной
экономической науки. Эта наука не изучает законы,
по которым
развивается благосостояние общества, эта наука сословная,
словом – буржуазная». К ее представителям Даниельсон относил, например, Д.С. Милля
3
.
Реакцией на отвратительное устройство буржуазного общества стали теории социалистов-утопистов: Р. Оуэна, Дж. Грея,
Ф. Фурье, А. Сен-Симона. Они еще носили субъективный
характер, научного в них было мало. Но главное их достоинство
1
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 113-114, 116.
2
Там же. С. 116.
3
Там же. С. 110, 114.
57
состояло в том, что они «показали недостатки настоящего экономического устройства. Они составили материал для будущей
социальной науки»
1
. Попытки применения этих теорий на прак-
тике «оказали науке громадные услуги» для критического осмысления подобного опыта. Так, деятельность Оуэна в НьюЛенарке «с достаточной ясностью показала, что без изменения
коренных условий современного общества никакие подобн(ые)
попытки не достигнут цели». Если бы осуществленные преобразования увенчались успехом, то это
только привело бы к тому, что «известное количество работников присоединилось бы
к буржуазии, т.е. сделались бы мелкими буржуа»
2
.
Определение Даниельсоном научной и практической несостоятельности социалистов-утопистов показывает, что непременным условием общественного преобразования он считал
изменение в первую очередь экономической системы капитализма. Его критика взглядов Оуэна велась именно в этом ключе. Для пролетариата требовалось четко и недвусмысленно
сформулировать собственные требования. Единственного представителя своих интересов
в области науки четвертое сословие
находило, по мнению Даниельсона, в лице Маркса. Он не только «доказал невозможность настоящего порядка вещей, математически определил формулой m/v степень эксплуатации трудящегося класса», но и выдвинул требование, чтобы «продукт
труда доставался производителю»
3
. Открытие Марксом теории
прибавочной стоимости, по мысли Даниельсона, доказало несправедливость устройства буржуазного общества и научно определило задачи, стоящие перед пролетариатом как господствующим классом будущего.
В переписке с Вырубовым Даниельсон поставил также
вопрос о возможности овладения рабочими марксистской теорией. Полемизируя со своим оппонентом, который такую возможность
исключал, он писал: «Политическую экономию
...можно изучать кабинетными занятиями и этим путем доходить до законов. Можно также узнавать эти законы и приложение их на митингах, лекциях и т.д.
1
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 110.
2
Вопросы философии. 1983. № 1. С. 69.
3
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 111.
58
Как вы думаете, трудно будет понять рабочему, если вы
ему скажете: трудитесь вы, положим, 12 часов в сутки, но для
того, чтобы получить то, что вы получаете, потребно 5–6 часов.
Следовательно, остальные 6–7 часов вашего труда идет в карман вашего хозяина, и так как вас много, а их мало, то понятно,
что у
них (карман) наполняется продуктами вашего труда быстро, и так как, получив достаточное количество продуктов, они
тем самым могут способствовать замещению вас машинами.
Машины в свою очередь удешевляют стоимость производства,
следовательно, с одной стороны, изгоняют рабочих с фабрик, с
другой – уменьшают заработную плату оставшихся рабочих.
Хозяева считают вас товаром: покупают
за ту цену, во что обходится вам ваше прокормление. И т.д., в том же вкусе, – будет
ли это понятно или нет?»
1
.
Как видно из приведенной цитаты, для Даниельсона такого вопроса не существовало. Рабочий класс мог овладеть марксизмом. То, «что четвертое сословие солидарно со взглядами
Маркса доказывают резолюции, выражающие ему сочувствие
на разных конгрессах в Гамбурге, Брюсселе и т.д.»
2
. В своем
стремлении доказать возможность восприятия пролетариатом
учения Маркса, как идеологии класса, Даниельсон явно упускал
из виду, что подобное «освоение научной доктрины» неминуемо приведет к упрощению, вульгаризации многих идей. По сути
это будет в лучшем случае политизированным изложением в
виде лозунгов сиюминутных требований, в худшем – словесное
выражение приверженности марксизму
может стать прикрытием для достижения собственных узкогрупповых интересов, не
имеющих ничего общего с интересами классовыми. При подобном подходе чисто научная интерпретация марксизма уступала
место прагматизму политической борьбы, происходила подмена теоретической объективности социальной целесообразностью. Даниельсон изначально разделял научное осмысление
законов развития человеческого общества и субъективную позицию индивида
, сословия, класса. Пожалуй, в этом и следует
видеть одну из причин своеобразия его понимания марксизма.
1
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 114.
2
Там же. С. 111.
59
К тому же процесс овладения массами идеями марксистской
теории представлялся Даниельсону в традиционном ключе просветительства. Это отражалось и при рассмотрении тех форм и
методов, которые могут быть использованы пролетариатом как
в борьбе за улучшение своего положения, так и для прихода
к власти.
Вырубов рассматривал потребительские ассоциации как
«средство помочь
непосредственно рабочему сословию». В отличие от него Даниельсон понимал, что «помочь этим нельзя по
той простой причине, что в буржуазном обществе существует
закон, ...что стоимость рабочего определяется стоимостью производства (средства его потребления), а так как потребительские ассоциации имеют целью понизить (в цене) жизненные
припасы, то есть содержание рабочего
делается дешевле, то
...понятно, почему буржуа поощряет подобные общества, они
только и могут процветать в буржуазном обществе»
1
.
Он справедливо считал, что «при политическом господстве буржуазии производство может быть только буржуазное».
Поэтому самостоятельное существование потребительских ассоциаций с момента зарождения уже обречено на гибель: «каким-нибудь двум-трем крупным фабрикантам ничего не стоит
сразу убить подобные производительные ассоциации при господствующей системе конкуренции»
2
.
В отличие от ассоциаций стачка, как форма борьбы рабочих, более эффективна, поскольку она несколько препятствует
ухудшению положения рабочего класса, «...не допуская
напр(имер), на фабрики женщин и детей, не допуская работы по
воскресеньям и т.п.». Вместе с тем и «они главной цели не достигают»
3
. Таким образом, стачка в понимании Даниельсона
также не являлась радикальным средством улучшения положения пролетариата. Однако за обеими формами он оставлял значение дисциплинирующего фактора в деле сплочения рабочего
сословия. По определению Даниельсона, «только соединяясь
под каким ни на есть предлогом, рабочий приучается смотреть
1
Вопросы философии. 1975. № 3. С. 114.
2
Там же. С. 115.
3
СПБ ФА РАН, ф. 103, оп. 2, д. 293, л. 60-об.; Вопросы филосо-
фии. 1975. № 3. С. 115.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]