Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Капитализм и будущее России в идейном наследии Н. Ф. Даниельсона. Монография
.pdf
В начале 1890-х гг. она формулировалась народническим
экономистом следующим образом: при развитии капиталистической промышленности необходим рынок для реализации ее
продукции, капитализм только и может существовать, опираясь
на рынок более широкий, чем все число непосредственно занятых в нем лиц, притом должествующий тем более расширяться,
чем более расширяются производительные силы», но
в определенный период капиталистическое производство, дойдя до известной степени развития, встречает, наконец, препятствие
дальнейшему своему росту». И преградой такому развитию Даниельсон считал низкую покупательную способность населе-
1
ния
.
В России этот момент наступил уже в 1880-е гг. Экспроприация главных потребителей изделий капиталистической
промышленности – крестьян – происходила «медленно, но неуклонно. В экономическом смысле жизнь их сжигается с двух
сторон: как производителей и как покупателей», – писал Даниельсон Энгельсу. В результате этого внутреннее потребление
предметов текстильной промышленности неуклонно падает
и
соответственно «количество продуктов…, произведенных на
фабриках…, уменьшается». Это служило Даниельсону подтверждением мысли о том, что русский «внутренний рынок становится все более узким, он сокращается вследствие действия
механизма капитализации промышленности»
2
.
Суждение своего русского корреспондента о том, что
«…общий объем текстильной продукции крупной …промыш-
ленности не возрастает, а остается неизменным или даже сокращается…» Энгельс считал совершенно правильным. «Пока
русская промышленность ограничена своим внутренним рынком, ее продукты могут покрывать только внутреннее потребление. А последнее может лишь медленно и, как
мне кажется,
при нынешних условиях в России скорее должно было бы сокращаться», – отвечал он Даниельсону
3
.
1
Николай –он. Условия развития внутреннего рынка // Русское бо-
гатство. 1899. № 5 (8). С. 63; Он же. Апология власти денег // Русское
богатство. 1895. № 2. С. 21.
2
К. Маркс, Ф. Энгельс и революционная Россия. С. 589, 620, 664.
3
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Изд. 2-е. Т. 38. С. 400.
201
Ф.М. Суслова, внимательно исследовавшая переписку Даниельсона с Энгельсом, после сопоставления выводов, сделанных народническим экономистом, с исследованиями П.Г. Рындзюнского, И.Ф. Гиндина, П.А. Хромова обнаружила, что сокращение внутреннего рынка России в течение 8 лет 1880-х гг.
действительно происходило. На основании этого ею был сделал
вывод о
высокой научной значимости наблюдений Даниельсона
и принадлежности их «...к достижениям социально-экономической мысли народничества»
1
.
Однако из этого справедливого частного заключения рождался обобщающий тезис о невозможности развития страны по
капиталистическому пути, быстром грядущем крахе российского капитализма. И это, несмотря на то, что Энгельс неоднократно (и весьма тактично) указывал своему корреспонденту на
возможную ошибку. Так, 22 сентября 1892 г. он писал: «Капиталистическое производство, будучи
преходящей экономической фазой, преисполнено внутренних противоречий, которые
развиваются и становятся явными по мере его развития. Эта
тенденция – разрушать свой собственный рынок одновременно
с его созданием – представляет как раз одно из таких противоречий. Капитализм разрушает свой рынок вместе с исчезновением домашней промышленности, что и происходило в России.
При этом
крестьяне разорялись, но разорялись именно «…как
крестьяне; их покупательная способность сводится к миниму-
2
му»
. А 17 октября 1893 г. Энгельс подчеркивал, что в даль-
нейшем «…более чем стомиллионное население составит, в
конце концов, большой внутренний рынок для весьма значительной крупной промышленности»
3
.
Даниельсон принимал только один из аргументов Энгельса. Он соглашался с тем, что «рабочие как покупатели товара,
важны для рынка». Однако настаивал на том, что «капиталистическое общество имеет тенденцию ограничивать рабочих
минимумом цены как продавцов своего товара – рабочей си-
4
лы»
. А надеяться на то, что в России рабочие смогут в скором
1
Суслова Ф.М. Указ. соч. С. 311.
2
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Изд. 2-е. Т. 38. С. 400.
3
Там же. Т. 39. С. 129.
4
К. Маркс, Ф. Энгельс и революционная Россия. С. 601-602.
202
времени составить конкуренцию на рынке товаров крестьянству, ему и вовсе представлялось невозможным.
Тем более, что, по подсчетам Даниельсона, в России происходило не увеличение, а относительное сокращение их числа:
если в 1865–1866 гг. в состав пролетариата входило 829,573 тыс.,
то в 1890 г. – 875,764 тыс. По отношению ко всему населению
страны это составляло 1,35% и
0,96%. С учетом 328 тыс. горно-
рабочих во второй период процент несколько увеличивался
(1,32%), но все равно не достигал уровня 1865–1866 гг.
1
Отметим, что данные Даниельсона о численности рабочих
в России были явно занижены. В своем стремлении доказать
бесперспективность русского капитализма он явно «перегибал
палку» и не принимал аргументов, выдвигавшихся Энгельсом.
Это находит подтверждение и в его несогласии с точкой зрения
о возможности решения проблемы внутреннего рынка за счет
внешних рынков. По
его мнению, Центральная Азия, куда русские капиталисты могли направлять свою продукцию, не обладала достаточной емкостью для ее потребления. Проникновение в другие страны было невозможно в силу уже происшедшего их захвата капиталистическими конкурентами, из-за низкой
производительности труда на российских предприятиях
2
.
Вопрос о внутреннем рынке России был не только предметом «скрытой» полемики между Даниельсоном и Энгельсом.
В начале 90-х гг. XIX в. с резкой критикой подходов народнического экономиста выступил В.И. Ленин. В первую очередь он
указал на методологические ошибки, которые, по его мнению,
были допущены при подсчете численности рабочих.
Во-первых, Даниельсон не включил в общее число пролетариев категорию временных, поденных рабочих и ограничился
только фабрично-заводскими рабочими. Но последние играли
«…роль только передовых отрядов, авангарда»
3
. Тем самым
Даниельсон не принимал во внимание целую группу лиц наемного труда.
1
Николай –он. Нечто об условиях нашего хозяйственного разви-
тия // Русское богатство. 1894. № 6. С. 99.
2
К. Маркс, Ф. Энгельс и революционная Россия. С. 629, 618; Ни-
колай –он. Очерки... С. 205, 207, 213.
3
Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 1. С. 328; Т. 3. С. 498.
203
Во-вторых, возражая против утверждений Даниельсона о
медленном росте числа рабочих на крупных предприятиях, Ленин приводил более точные, на его взгляд, данные, объединенные в следующую таблицу (в тыс.):
Годы
1865 509 165 32 706
1890 840 340 252 1432
В фабр.-зав.
промышленности
В горной
промышленности
На жел.
дорогах
Всего
Эти данные позволяли Ленину сделать вывод о том, что
«…число рабочих на крупных капиталистических предприяти-
ях увеличилось за 25 лет более чем вдвое, т.е. оно возрастало не
только гораздо быстрее, чем население вообще, но даже быстрее городского населения»
1
.
Третий элемент во взглядах Даниельсона, который подвергся критике со стороны Ленина, это вопрос о соотношении
общего числа рабочих ко всему населению страны. По его мнению, проводить такое сравнение «значит прямо-таки сравнивать величины несоизмеримые: население трудоспособное с
нетрудоспособным, занятое производством материальных ценностей с “идеологическими состояниями”». В
противовес этому
он выделил «...особо то население, которое занято производством материальных ценностей...» и попытался «...распределить
его по разным отраслям народного труда». В результате такого
подсчета оказалось, что среди производительного самостоятельного населения лица, занятые промышленной деятельностью, составляли 22,22% и почти равнялись численности полупроизводительного
2
. Это было явным преувеличением, направ-
ленным на доказательство окончательной победы капиталистических отношений в России. Тем не менее следует отметить,
что ленинские цифровые показатели рабочих за 1890 г. выглядят более объективными по сравнению с данными Даниельсона.
В целом, ленинская оценка рассмотрения проблемы рын-
ка товаров и рабочей силы в трудах
народнического экономиста
1
Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 3. С. 498.
2
Там же. Т. 1. С. 327; Т. 3. С. 501.
204
перекликалась с выводами Энгельса, хотя и звучала более однозначно и резко: «…превращение крестьянства в сельский пролетариат создает рынок главным образом на предметы потребления, а превращение его в сельскую буржуазию создает рынок главным образом на средства производства. Иначе говоря,
в низших группах “крестьянства” мы наблюдаем превращение
рабочей силы
в товар, в высших – превращение средств производства в капитал. Оба эти превращения и дают тот процесс
создания внутреннего рынка, который установлен теорией по
отношению к капиталистическим странам вообще»
1
.
С точки зрения общетеоретического подхода Даниельсон
действительно допускал ошибку. Для капитализма не важно,
разоряется ли основная масса потребителей. Он ориентирован
на сбыт продукции и получение прибыли. Сфера реализации
этих двух составляющих товарно-денежных отношений не обязательно должна включать только среднестатистического покупателя. Разоряя одних, капитализм обогащает других и, тем
самым, создает новый рынок потребления. Ленин был абсолютно
прав, когда писал, что теория Даниельсона состояла «...просто в
игнорировании того различия личного и производительного потребления, различия средств производства и предметов потребления, без которого (различия) невозможно уяснение воспроизводства всего общественного капитала в капиталистическом
обществе»
2
.
Но при этом он сам упускал из виду, что становление
рыночных отношений в каждой стране имеет свои особенности.
И именно их имел в виду Даниельсон, когда писал о падении
спроса и покупательной способности у основной массы населения, о медленном, на его взгляд, росте числа промышленных
рабочих. Фактически вопрос о
рынках при капитализме превращался для него в вопрос о бесперспективности капиталистической эволюции страны. Объективные сведения о вовлечении
сельскохозяйственной продукции в товарно-денежные отношения, о превращении русской деревни в финансовый резервуар
капиталистической эволюции страны заставляли Даниельсона
указывать на все большую степень имущественного неравенст-
1
Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 3. С. 158.
2
Там же. Т. 1. С. 528-529; Т. 4. С. 83.
205
ва. При этом он не рассматривал социальное расслоение как
завершившийся процесс, надеялся «пересилить» капиталистическую тенденцию. В этом отношении упрек Ленина в непонимании Даниельсоном того, что «...крестьянство совершенно
раскололось на противоположные группы» и тем самым полностью разложилось
1
, представляется излишней модернизацией
событий.
Оценка Даниельсоном состояния экономики в 1880–
1890-х гг. содержала свидетельства о неоднозначности и сложности укрепления капитализма в русских условиях. В трудах
народнического экономиста была показана большая зависимость индустриального развития страны от сельского хозяйства, роль протекционистской политики самодержавия в создании
тепличных условий национальной капиталистической экономи
ки, своеобразие и особенности формирования рынка товаров и
свободной рабочей силы. Крайне важно отметить, что выводы о
бесперспективности следования по капиталистическому пути
явились не следствием спекулятивной позиции автора, а основывались на реалиях русской жизни. Даже ошибочные заключения о приближающемся крахе капитализма появились на базе
имевшегося на практике восьмилетнего
сокращения внутреннего рынка страны. Выводы Даниельсона – это научный диагноз,
в большинстве своем подтвердившийся в работах отечественных специалистов.
* * *
В целом, рассмотрение идей народнического экономиста
о пореформенном состоянии экономики России позволяет сделать ряд обобщений, относящихся как к формальной, так и содержательной части его работ. В первую очередь
следует отметить, что Даниельсону свойственно скрупулезное отношение к
фактам, их группировке, общей экспозиции проблемы. В значительной степени он – эмпирик, дорожащий фиксированием того
или иного явления. Для того чтобы сделать вывод, Даниельсон
-
1
Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 3. С. 179, 180.
206
должен пропустить сквозь сито отбора массу сведений и только
потом сформулировать собственное видение процесса. В этом
проявилось его определенное тяготение к позитивизму. Кроме
того, Даниельсон крайне осторожен в своих обобщениях. Он
неоднократно оговаривается, что сделанные выводы не охватывают процесс в целом, а лишь пунктиром обозначают возможную эволюцию в будущем
.
Исследования Даниельсона не только дали объективную
картину состояния российской экономики, но и поставили целый ряд вопросов, связанных с особенностью развития русского
капитализма. К их числу относятся: проблема перехода к рыночной экономике в странах с преимущественно аграрным характером производства, предел сопротивляемости традиционного крестьянского хозяйства капиталистическим законам рынка, создание условий для реализации товаров и рынка свободной рабочей силы и др.
Наблюдения Даниельсона с полным основанием можно
назвать гордостью отечественной экономической мысли. Даниельсон одним из первых переложил на экономический язык социологические конструкции предшественников, дал четкую
платформу изучения и прогноза, сохранив моральный императив мировоззрения народничества, сумел
усилить его аналитическим инструментарием исследователя. Субъективизм общеметодологического подхода в значительной степени корректировался сухими и выверенными цифрами, показателями реального состояния экономики. Все это придавало его выводам
цельность и вооружало народничество сильными аргументами в
спорах с оппонентами.
207
ГЛАВА 4
Н.Ф. ДАНИЕЛЬСОН
О РУССКОЙ ОБЩИНЕ
Наряду с изучением состояния российской экономики в
трудах Даниельсона была предпринята попытка определить
перспективы развития отечественной экономики и были даны
некоторые прогнозы политического будущего России.
Считая развитие русского капитализма зашедшим в тупик
и поэтому не дающим возможности дальнейшего продвижения
страны по пути прогресса, народнический экономист обращался
к «исконно» русскому институту
могла послужить отправной точкой переустройства хозяйственных и общественно-политических условий жизни страны.
При рассмотрении взглядов Даниельсона по этому вопросу можно выделить несколько волновавших его аспектов: роль
общинного принципа в прошлом (община и политическая история России), в настоящем (община и капитализм) и в
(община и переход к социализму).
В хронологическом плане анализ имеющегося фактического материала правомерно подразделить, как и ранее, на два
этапа. Однако на этот раз наряду с периодом 1860–1870-х гг.
имеет смысл расширить временные рамки второго периода до
начала ХХ в.
4.1. Русская община
в прошлом и настоящем
Община и политическая история России. У Даниельсона нет специальных работ о роли общины в русской истории.
Однако нельзя сказать, что он не занимался этим вопросом. Да,
– общине, которая, на его взгляд,
будущем
208
и трудно было найти во второй половине XIX в. скольконибудь значимых ученых, публицистов, кого бы не волновала
судьба общественного института, с которым связывались надежды на грядущее возрождение России.
Главные положения своего видения этого вопроса Даниельсон изложил в письме К. Марксу от 10 (22) мая 1873 г., ссылаясь в основном на работы
современных ему российских историков. Письмо скорее напоминает, как и большинство его посланий основоположнику марксизма, научную статью (объем –
свыше одного печатного листа).
Поводом для высказывания послужила просьба Маркса
сообщить «…кое-какие сведения о взглядах Чичерина на историческое развитие общинного землевладения в России и его
полемике на эту тему
с Беляевым»1. Даниельсон живо откликнулся на прозвучавшее предложение. Он дал развернутый ответ
на поставленный вопрос и одновременно изложил свое понимание роли общины в жизни русского общества на ранних этапах
его существования.
По его мнению, «русская история распадается на два
очень резко отличающихся периода: домонгольский и послемонгольский»
2
. Причина подобной периодизации коренилась в
той роли, которую играла община на каждом из обозначенных
этапов. Вначале, как считал Даниельсон, следовало изучить ее
зарождение и формирование основ существования.
Генезис русской общины в отечественной науке. Корни
общины уходили еще в доисторическую эпоху. Для выявления процесса ее становления Даниельсон обратился к работе
А.П. Щапова «Миросозерцание, мысль, женщина в истории
русского общества», чтобы показать «под влиянием какого мировоззрения» развивалась русская община
3
.
Временем появления общинного устройства народнический экономист считал «эпоху разложения родового быта», когда господство «грубой физической силы и права сильного» заставляло простых людей объединиться для совместной безопасности. Основную причину появления общины Даниельсон
1
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Изд. 2-е. Т. 33. С. 482.
2
К. Маркс, Ф. Энгельс и революционная Россия. С. 290.
3
Там же. С. 290, 291.
209
видел в существовании страха перед слепыми силами природы
и перед возможностью личного порабощения. Солидаризуясь
в этом с Щаповым, он приводил цитату из его работы: «Фетишистский страх таинственных сил природы и грубой физической силы человеческой был первым естественно-психологическим мотивом к соединению первоначальных физиологогенеалогических, родовых союзов в гражданское
общество…,
страх этот был одним из самых первых естественных мотивов к
распространению общинной колонизации по северо-востоку
Европы, колонизация так называемых “черных земель” и “черных диких лесов”. Страх насилия сильных мужей-татей и разбойников… невольно заставлял искать убежища и жить в беспрестанном ожидании насилия, грабежа, хищничества»
1
.
Даниельсон прямо следовал утверждению Щапова и без
критической проверки его точки зрения делал вывод о том, что
«русская община, как и всякая другая, возникла не под давлением экономических потребностей, а в силу необходимости
обеспечить общие интересы своих членов; под давлением этого
в русской общине развивалась исключительно административная сторона
»2.
Нет необходимости доказывать наивность и необоснованность подобного взгляда на генезис общины. Отметим лишь то,
что Даниельсон главную роль отводил нравственному, психологическому фактору, считал, что эта причина заставила «всех
маломочных смердов заключить между собой согласие»
3
. В его
взглядах община являлась естественной формой развития социальной жизни, появившейся в результате разложения родового
строя. Но объективные хозяйственные основания этого процесса, как это ни странно для взглядов экономиста, не рассматривались. Как нам представляется, это было далеко не случайно.
Даниельсон изначально придерживался взгляда, что сам народ
был
творцом общинной организации, что и определило на века
ее прочность.
Также не трудно заметить влияние на позицию Даниельсона идей Щапова. Во многом это объясняется тем, что труды
1
К. Маркс, Ф. Энгельс и революционная Россия. С. 291.
2
Там же. С. 298.
3
Там же. С. 291.
210
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]