Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Языковое взаимодействие автора и читателя в эссеистическом дискурсе. Монография
.pdf
11
2000а], «Культура и взрыв» [Лотман, 2000 б], «Мозг-текст-культураискусственный интеллект» [Лотман, 2000 в] приходит к следующим выводам:
1. Текст является продуктом определенной культуры, обладающим
определенным объемом памяти (у Лотмана – «приобретает память»): «он не
только передает вложенную в него информацию, но и трансформирует
сообщения и вырабатывает новые» [Лотман, 1997, с. 204].
2. Текст представляет собой не одиночное сообщение, а целую систему
кодов: это «информационный генератор, обладающий чертами
ителлектуальной личности» [Лотман, 1997, с. 204]. Это позволяет потребителю
информации/читателю вступать с ним в контакт. Текст выступает как единство
кодов передающего и воспринимающего. В связи с этим возникает проблема
соотношения «случайного» и «системного» [Лотман, Интернет-ресурс].
3. Текст многофункционален. Один и тот же текст, по Ю.М. Лотману,
способен выполнять сразу несколько функций (религиозную, эстетическую,
юридическую, публицистическую), что позволяет ставить вопрос о разделении
текстов на художественные и нехудожественные [Лотман, Интернет-ресурс].
4. Текст выступает как иерархически организованное структурное целое.
Он способен выражаться в двух ипостасях: Текст-1 (текст как структура) и
Текст-2 (текст как реальность) [Лотман, Интернет-ресурс]. В связи с этим Текст
как имманентное образование противопоставлен Структуре текста как вещноматериальной данности: «Система не есть текст. Она служит для его организации, выступает как некоторый дешифрующий код, но не может и не должна заменять текст как объект, эстетически воспринимаемый читателем» [Лотман,
Интернет-ресурс]. К сожалению, терминологически остались не разведенными
понятия «структура текста» и «система текста».
5. Текст является коммуникативной системой, представляющей собой
единство Автора, Текста, Замысла и Аудитории. Текст и его аудитория
характеризуются взаимной активностью: «текст стремится уподобить
аудиторию себе, аудитория отвечает ему тем же» [Лотман, 2000а, с. 203].
12
6. Сообщение, получающее культурную значимость, превращается в
текст. Иными словами, текстовое сообщение, в отличие от прочих сообщений,
должно быть значимым для адресата [Лотман, 2000, с. 435, 438].
7. Текст является пространством противопоставления реального и
условного. Возникает прецедент рамочной структуры в тексте, носящей
название у Лотмана «текст в тексте» как особое риторическое образование,
предполагающее «двойную закодированность»: это «наиболее простой вид
выведения кодовой организации в сферу осознанно структурной конструкции»
[Лотман, 2000б, с. 67-68]. Лотман полагает, что в основе этого удвоения лежит
миф о Нарциссе и мотив Зеркала.
8. Текст обладает способностью «генерировать новые сообщения». Он
обнаруживает при этом в себе «черты интеллектуального устройства»,
обладающего памятью. Концепт «Память текста» у Лотмана перекликается во
многом с концептом М.М. Бахтина «Память жанра» [Лотман, 2000в, с. 582-583].
Таким образом, Ю.М. Лотман структуралистски интерпретирует текст,
методологически определяя его как «структуру», «целое», «реальность», а
также «генератор культурных смыслов». Определение текста, предоженное
Ю.М. Лотманом, считается, наряду с определением И.Р. Гальперина, расхожим
и классическим: «текст – это структурно замкнутое целое, обладающее
цельностью, связностью, отграниченностью» [Гальперин, Интернет-ресурс].
Несмотря на расхожесть и во многом тривиальность, данное определение легло
в основу детерминирования пространства свойств текста.
3. Концепция Ролана Барта. Ролан Барт, балансируя между
структурализмом и постструктурализмом, в своих работах «Введение в
структурный анализ повествовательных текстов» [Барт, 2000], «От
произведения к тексту» [Барт, 1994], «Текстовой анализ одной новеллы Эдгара
По» [Барт, 1994б], «Удовольствие от текста» [Барт, 1994в] с методологических
позиций лингвистики и семиотики Ф. де Соссюра и Л. Ельмслева, а также с
опорой на данные Формальной филологической школы и рефлексирующего по
13
ее поводу М.М. Бахтина, выразил следующий методолого-теоретический
порядок действий по отношению к тексту:
1. Текст способен себя проявлять как пространство образования
значений: он «подлежит наблюдению не как законченный, замкнутый продукт,
а как идущее на наших глазах производство, «подключенное» к другим текстам, другим кодам». Такое пространство производства текстов, по Барту,
называется «сферой интертекстуальности» [Барт, 1994б, с. 424].
2. Текст может привлекать внимание Читателя не только содержанием и
структурой, но и сильными позициями, когнитивными структурами, активизирующими его внимание: «Что доставляет мне удовольствие в повествовательном тексте, так это не его содержание и даже не его структура, но скорее те
складки, в которые я сминаю его красочную поверхность: я скольжу по тексту
глазами, перескакиваю через отдельные места, отрываю взгляд от книги, вновь
в нее погружаюсь» [Барт, 1994в, с. 469].
3. Методологическое пространство текста строится в двух измерениях:
Текст-1 (произведение) и Текст-2 (собственно текст). Такое поаспектное
разделение проблемы предполагает, что в первом случае перед нами то, что
«замкнуто, сводится к определенному означаемому», что либо предельно ясно,
либо требует дешифровки: «произведение в целом функционирует как знак».
Во втором случае собственно текст выступает как некая модальная рамка по
отношению к произведению, где первый не просто является отражением сразу
нескольких смыслов: «в нем осуществляется сама множественность смысла как
таковая» [Барт, 1994, с. 418].
4. Текст представляет собой единство смысловых уровней: 1) уровень
функций; 2) уровень действий; 3) уровень повествования. Эти уровни, по
мнению Р. Барта, «связаны между собой отношением последовательной
интеграции», где «отдельная функция приобретает смысл лишь постольку,
поскольку входит в общий круг» субъектов повествовательных действий, а
сами действия получают смысл лишь тогда, когда «становятся объектом
повествовательного дискурса, обладающего собственным кодом» [Барт, 2008, с.
14
363]. Иными словами, перед нами уровни семиотического описания текста,
отвечающие как за повествовательные техники и прагматику высказывания, так
и за собственно функционирующие элементы. Полагаем, что такое единство
уровней стало отправной точкой для возникновения двух типов интепретации
текста: имманентного и проектного. В первом случае текст выступает как
социокультурный феномен, а во втором – как эстетический объект.
Оценивая в целом методологические поиски Р. Барта, необходимо
отметить, что бинарное (структуралистское) восприятие проблемы
существования текста постепенно преодолевается в полилатеральное: это
семиотическое целое со множеством смыслов и интерпретаций. При этом
интенциональность текста формулируется как от Автора к Тексту, так и от
Текста к Читателю. Таким образом, помимо Текст-1 (произведение) и Текст-2
(текст как имманентное образование) мы получаем Текст-3 (текст как субъект,
способный генерировать новые смыслы).
4. Концепция Теуна ван Дейка. Т. ван Дейк в своих исследованиях по
теории и методологии текста опирался на базовое представление о нем как о
последовательности высказываний, описанной в терминах семантики и
прагматики. Наиболее полно данная концепция была выражена в таких работах
ученого, как «Текст и контекст» [Teun A. van Dijk., 1977], «Основания
типологии текстов» [Teun A. van Dijk., 1977], «Макроструктуры» [Teun A. van
Dijk., 1977]:
1. Текст как коммуникативная единица представляет собой элемент
структуры дискурса («Theoretical UNIT Of TEXT in order to explicate the struc-
ture of discourse» Teun A. van Dijk., 1977, p.5]).
2. Текст как совокупность синтаксических структур может быть интерпретирован посредством иерархически организованных семантических уровней
(«syntactic structures as defined by syntactic rules and categories run parallel with
structures at the semantic leve1» [Teun A. van Dijk., 1977, p.43]).
3. Предложения и их последовательности могут быть выражены в тексте
посредством взаимообусловленных пропозиций («Sentences and sequences of
15
sentences may EXPRESS such a relation between propositions» Teun A. van Dijk.,
1977, p.45]).
4. Предложения и их последовательности могут быть как включены в
определенный контекст Текста/Дискурса, так и исключены из него участниками коммуникации – говорящим и слушающим («Sentences are connected (or not)
FOR some speaker and hearer in a particular context of communication. What is connected for certain speech participants in some context may well be disconnected for
other participants» [Teun A. van Dijk., 1977, p.43]).
5. Дискурс естественного языка, в отличие от формализованного дискурса, не является в полной мере эксплицитным. При этом связи между предложениями и пропозициями могут быть неявными. По этой причине Текст как теоретический конструкт задает порядок связной интерпретации дискурса, а большинство пропозиций Текста носят откровенно имплицитный, неявный характер
(«Natural language discourse, unlike formal discourse, is not fully EXPLICIT. Relationships between sentences or propositions may exist without being expressed. This
is the reason why the theoretical construct of a TEXT is necessary in order to show
how discourses can be coherentiy interpreted even if most of the propositions necessary to establish coherence remain IMPLICIT, eg as entailed propositions of proposi-
tions explicitiy expressed in the discourse» [Teun A. van Dijk., 1977, p.94]).
6. Свойства связности Текста опираются на его семантику. Семантическая сущность связности опирается на представления о том, что предложения в
Тексте не могут быть интерпретированы не как изолированные, а связанные
взаимообусловленные модели. Таким образом, связь между предложениями в
Тексте определяется контекстом их взаимообусловленных интерпретаций («In
order to characterize the coherence properties of sequences we need an appropriate
semantics. Such a semantics is essential By RELATIVE in the sense that sentences
are not interpreted in 'isolated' models, but relative to the interpretation of related sentences in related models. The relationship between the sentences is defined in terms
of these relative interpretations» [Teun A. van Dijk., 1977, p.95]).
16
7. Дискурс представляет собой такую модель последовательности пред-
ложений, которая удовлетворяет требованиям относительных структурных моделей как отражения относительной (субъективной) оценочности. Такую последовательность предложений можно назвать дискурсивной моделью («A dis-
course is then SATlSFIED in some model sequence if each of its sentences is satisfied in the respective model structures for the respective valuations. Such a model sequence will briefiy be called a D1SCOURSE MODEL») [«Text and Context», p.96]).
8. Не порядок фактов как таковых, но последовательность структур понимания и знания о них определяют структуру дискурса («No ordering of the
facts themselves, but the ordering of the perceptions and the knowledge about them
determines the structure of the discourse» [Teun A. van Dijk., 1977, p.97]).
9. Важным когнитивным условием семантической связности Текста является предполагаемая норма словоупотребления. Таким образом, наши предположения, касающиеся семантической структуры дискурса, опираются на
наши знания о структуре слов, отражающих события в общем или определенном виде. В то же время для стилистических аномалий существуют специфические критерии их оценки как система определенных условий (ограничений)
(«An important COGNITlVE condition of semantic coherence is the ASSUMED
NORMALITY of the worlds involved. That is, our expectations about the semantic
structures of discourse are determined by our KNOWLEDGE about the structure of
worlds in general and of particular states of affairs or courses of events. For abnormal
worlds, we need specific indicators» [Teun A. van Dijk., 1977, p.99]). Интересно
отметить, что в более поздних работах (С. Тичер, М. Мейер, Р. Водак, Е. Ветер)
исследователи занимаются уже концептуализацией объекта «контекст», о котором так много заявлял сам Ван Дейк: Контекст-1 (ситуативное окружение, отсылающее к лингвистическим средствам-ресурсам), Контекст-2 (ситуативное
окружение, превращающее Текст в Высказывание, – под этим подразумеваются лингвостилистические и лингвопрагматические средства), Контекст- 3 (многообразие невербальных ресурсов в тексте – жесты, мимика), Контекст-4
(экстралингвистические особенности коммуникативной ситуации - например,
17
социодемографические особенности коммуникантов) [Тичер 2009, с. 334]. Такая многоаспектность, по нашему мнению, способна выражать методологическое разнообразие подходов к проблемно-объектному комплексу «контекст»,
который уже своим существованием детерминирует Текст и Дискурс как смысловое целое.
10. На уровне структуры предложения определение Темы Текста, используемое в современных лингвистических исследованиях, может быть выражено
посредством сочетания методологических концептов «Комментарий» и «Точка
зрения». Ван Дейк определяет «предложение» в контексте семантики и прагматики, помимо семантических и прагматических структур, бинарный конструкт
«Тема-Комментарий», сущность которого сводится к тому, что предложение
противопоставлено высказыванию, как онтологически, так и гносеологически:
информативность предложения противопоставлена контекстуальности высказывания. В логике и философии данный конструкт актуализирует своим существованием субъектно-объектные отношения, поскольку включен в прагматический контекст ситуации, где понятие темы характеризует ядерный дискурс, а
комментария - рамочный («At the level of sentence structure another notion of
TOPIC has been used in recent linguistics, often in combination with the notions of
COMMENT and FOCUS. In that research a sentence may be assigned, besides its
usual syntactic and semantic structures, a binary TOPIC-COMMENT STRUCTURE.
The definition of such structures is specified both in semantic and pragmatic terms of
information and information distribution in sentences and their canonical or transformed syntactic and morphophonological expression. The intuitive idea behind the
assignment of such structures in a grammar is that in a sentence we may distinguish
between what is being said (asserted, asked, promised ...) and what is being said
'about' it, a distinction closely parallel to the classical SUBJECT-PREDlCATE dis-
tinction in philosophy and logic» [Teun A. van Dijk., 1977, p.114]). Понятие прагматического контекста ситуации неразрывно связано с понятиями идентичности и идентификации, поскольку и то, и другое отсылает исследователей к проблеме интенциональности познавательного субъекта. Е.О. Труфанова полагает,
18
что «чувство идентичности позволяет мне понимать, кем я являюсь». При этом
совершенно справедливо сам процесс идентификации отмечается как «процесс
определения индивидом самого себя процессом построения идентичности»
[Труфанова 2010, с. 13-22]. Темы, характеризующие ядерный дискурс, интенциональны в большей степени, чем те, которые стоят на его периферии.
11. Определения Темы дискурса и Темы беседы, взятые в исследовательском контексте Ван Дейка как синонимы, представляют собой некую проекцию
понятия «Тема предложения». Последнее определение включено в контекст
бинарного конструкта «Тема-Комментарий», описанного ранее. С другой стороны, такие оттенки значения концепта «Тема», как «топик», «тема», «существование» интуитивно отсылают исследователей к понятиям дискурса и беседы. Отсюда Ван Дейк делает вывод о том, что характер предложения и его интерпретация определяются общей Темой Текста-Дискурса («The notion TOPIC
OF D1SCOURSE (or TOPIC OF CONVERSATlON, two terms which for the moment we take to be synonymous) seems to be even more vague than the notion 'topic
of a sentence'. For the latter notion we at least are able to assess certain phonological
and syntactical structures indicating an assumed topic-comment articulation. On the
other hand, terms like 'topic', 'theme' or 'being about' are intuitively applied to longer
stretches of discourse and conversations. It is also in the latter sense that, even in sen-
tences, it is (con)textually determined whether the topic is» [Teun A. van Dijk., 1977,
p.132]).
12. Понятие перспективы не является критерием истинности, убедительности или доступности, но зато определяет характер соответствия дискурсу как
таковому. Следовательно, концепт «Перспектива» может быть определен в
терминах «контекст», «точка зрения», «мнение», «участники коммуникативного акта». Для прагматики или контекстуальной семантики это значит, в первую
очередь, что предложения, которые заявлены, являются истинными в контексте
фоновых знаний говорящего. С точки зрения прагматической цели это значит,
что выражение предложения связано с пожеланиями, намерениями и целями
говорящего, что выражается в его заявлениях, приказах и требованиях. Понятие
19
перспективы также связано с ожиданиями, целями и фоновыми знаниями слушающего, что выражается в обещаниях, советах и др. («PERSPECTlVE does not
determine truth, satisfaction or accessibility, but the appropriateness of discourses,
and hence should be defined in terms of context, viz point of view, attitudes, etc of
speech participants. For pragmatic or contextual semantics this means first of all that
sentences which are asserted are true in worlds accessible from the knowledge/belief
worlds of the speaker. For pragmatics proper it means that the utterance of a sentence
is appropriate relative to the wishes, intentions and goals of the speaker of the utterance, as in assertions, commands and requests. Perspective is also relative to the
wishes, aims and knowledge of the hearer in promises, advices, etc» [Teun A. van
Dijk., 1977, p.132]). При этом такая «оптика» текста позволяет не только выстраивать иерархию значений в тексте, но и отмечать метафорический характер
дискурса как такового, его соотнесенность как с многообразием коммуникативных ситуаций (референциальность), так и с проблемно-объектными комплексами Затекст, Архитекст, Интертекст (генезис).
Таким образом, методологическая концепция Текста у ван Дейка опира-
ется на следующие методологические принципы: 1) текст представляет собой
коммуникативную единицу и совокупность синтаксических структур (предложений-высказываний); 2) важнейшим свойством текста является свойство семантической связности; 3) дискурс может выступать и в качестве модели коммуникативного события, и в качестве модели существующего текста; 4) текст в
аспекте семантики и прагматики содержит такие бинарные конструкты, как
«Тема - Комментарий» и «Точка зрения - Перспектива», которые являются проблемным полем как самого текста, так и дискурса.
5. Концепция Анны Вежбицкой. Анна Вежбицкая, в свое время тесно
сотрудничавшая с Московской семантической школой, в связи с этим свою
теоретико-методологическую концепцию текста строит в терминах культурологии, логики и логической семантики, а также аксиологии языка. Наиболее полно эта концепция была отражена в таких работах, как «Метатекст в тексте»
[Вежбицка, Интернет-ресурс], «Семантические примитивы» [Вежбицка, Интер-
20
нет-ресурс], «Семантические универсалии и примитивное мышление» [Вежбицкая, 1996] и др.:
1. Текст представляет собой диалогически организованное, интенционально транспарентное целое («диалогические отношения возможны и к своему собственному высказыванию в целом, к отдельным его частям, и к отдельному слову в нем, если мы как-то отделяем себя от них, говорим с внутренней
оговоркой, занимаем дистанцию по отношению к ним, как бы ограничиваем и
раздваиваем свое авторство») [Вежбицка, Интернет-ресурс].
2. Текст является семантической системой, представляющей собой
«набор элементарных понятий, или "логических атомов", и правил, по которым
эти атомы участвуют в построении более сложных комплексов - ментальных
предложений или мыслей» [Вежбицка, Интернет-ресурс].
2. Текст характеризуется единством собственно текстовых и метатекстовых элементов («метатекстовых оборотов»), позволяющих давать оценку говорящего сказанному и выражать отношение сказанного к внеязыковой действительности [Вежбицка, Интернет-ресурс].
3. Текст и метатекст, взаимодействуя между собой, образуют интенциональную пару «Тема - Логический субъект», которая отсылает реципиента как к
основному, так и рамочному дискурсу текста как концептуализированному
объекту [Вежбицка, Интернет-ресурс].
4. Модальные операторы, глаголы-перформативы, а также «семантические примитивы» как универсалии общения, обладающие межъязыковой референцией, представляют собой элементы проблемно-объектного комплекса
«Текст – Метатекст» [Вежбицка, Интернет-ресурс; Вежбицка, 1996, с. 291-325].
5. Метатекст как структурный элемент текст позволяет «прояснить „семантический узор” основного текста», а также служит условием семантической
связи иерархически заданных значений Текста [Вежбицка, Интернет-ресурс].
Обобщая теоретико-методологические принципы концепции текста Анны
Вежбицкой, можно прийти к следующим выводам: 1) текст – это целостная семантическая система, обладающая иерархией значений и структурных элемен-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]