Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Философия культуры. Учебное пособие для вузов
.pdf
trmj0hnm`k|mn-`jqhnknch)eqjhe nqmnb`mh“ jrk|Šrp{
ится на основе операций, соответствующих объективным условиям1.
Э.С. Маркарян полагает, что наиболее фундаментальной функцией культуры является адаптация как «стратегия жизни», где проявляется и антиэнтропийность,
и самосовершенствование. Он выделяет три подсистемы культуры: природно-экологическую, общественноэкологическую и социорегулятивную
2
. Он справедливо возражает против системы культуры, опирающейся
только на потребности индивида, поскольку общество генерирует потребности качественно иного порядка, хотя
связь с потребностями индивида остается.
Э.А. Орлова в книге «Введение в социальную антропологию» выстраивает модель функционального
анализа культуры, но при этом учитывается лишь
«дневная», рационально-практическая культура и совершенно не учитывается «ночная», иррациональнотворческая.
По словам С.Л. Рубинштейна, «наличие у человека
потребностей свидетельствует о том, что он испытывает нужду в чем-то, что находится вне его, — во внешних
предметах или в другом человеке; это значит, что он существо страдающее, в этом смысле пассивное. Вместе
с тем потребности человека являются исходными побуждениями его к деятельности: благодаря им и в них
он выступает как активное существо. В потребности,
таким образом, как бы заключен человек как существо,
испытывающее нужду и вместе с тем действенное,
страдающее и вместе с тем активное, как страстное
существо»3.
М.С. Каган предлагал концепцию культуры , реализующую следующие функции: ценностно-ориен тационную, познавательную, преобразовательную, коммуникативную и художественную4. При таком подходе
1
См.: Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1975.
С. 109 и далее.
2
См.: Маркарян Э.С. Теория культуры и современная наука. М., 1983.
С. 63–65.
3
Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии: В 2 т. М., 1989. Т. 2.
С. 107–108.
4
См.: Каган М.С. Человеческая деятельность (опыт системного анали-
за). С. 53.
61
ck` b` 3
культура расчленяется на три слоя — материальный,
духовный и художественный (практически-духовный).
Это разделение восходит к идее Маркса о практической, духовной и практически-духовной формах деятельности. В целом, по концепции М.С. Кагана, культура призвана осуществлять две важнейшие функции:
антиэнтропийную и саморазвития.
Э.В. Соколов представил систему культуры, обна-
руживая семь важнейших функций:
– освоение и преобразование мира;
– коммуникативную;
– сигнификативную (знаковую);
– накопления и хранения информации (информа-
ционную);
– нормативную;
– проективной разрядки (компенсаторную);
– защиты
1
.
Действительно, во-первых, одна из важнейших функций культуры — упорядочивающая организация, освоение. Она делает мир «своим», создает систему ценностных ориентиров, которая обеспечивает успешное функционирование социальной общности. Ю.М. Лотман
указывал на то, что упорядоченность культуры обладает
неполнотой, «недостроенностью», что необходимо для
нормального ее развития. Причем системность, с одной
стороны, может быть органически присуща миру и лишь
выявляться в ходе его освоения; в других случаях она привносится в мир. Эта системность тяготеет к пределу, стремится к максимуму совершенства и к автоматизму структуры, что порождает имманентное противоречие нормативного и антинормативного, являющееся нормальным
функциональным свойством культуры как процесса2.
Во-вторых, культура является и сферой, и инструментом, и материалом коммуникации и общения.
В процессе общения происходит обмен информацией
и ценностями и взаимовлияние, направленное на развитие своей культуры и культуры Другого для достижения большего взаимопонимания и взаимодействия
в свете смысла жизни и истории, а также трансляция
социального опыта, важнейших ценностей жизни.
62
1
См.: Соколов Э.В. Культура и личность. Л., 1972. С. 99–153.
2
См.: Лотман Ю.М. О семиотическом механизме культуры. Т. 3. С. 338.
trmj0hnm`k|mn-`jqhnknch)eqjhe nqmnb`mh“ jrk|Šrp{
В-третьих, культура существует, опираясь на знаковую функцию, позволяющую фиксировать и передавать ценностные смыслы в однозначном виде или концентрированными порциями, обеспечивать широту и
глубину осмысления мира.
В-четвертых, культура накапливает и хранит информацию об опыте жизнедеятельности человечества,
о способах и средствах удовлетворения потребностей.
Культурная память — одна из важнейших ее опор, без
которых ее существование было бы весьма затруднительным.
В-пятых, культура выполняет функцию проективной разрядки или компенсаторную, обеспечивая
«иллюзорную реализацию нереализуемых желаний»
(Л.С. Выготский) или отождествление желаемого с
действительным по законам аксиологики. Культура
создает воображаемый, условный мир, где обеспечивается воображаемое удовлетворение потребностей в
игре.
В-шестых, культура выполняет функцию защиты.
Как уже отмечалось, древний человек имел хрупкую
и неустойчивую, легко возбудимую психику. Поэтому
одной из исходных функций культуры была предохранительная, защищающая психику от деструктивных
перегрузок за счет создания «приукрашенной», оптимизированной картины мира, построения надежды, с
помощью которой, подобно щиту, человек прикрывался от «чужого» мира и от безнадежности.
Нормативная функция культуры. Особо следует выделить ее потому, что она имеет регулятивное
значение. Социальная норма заключает в себя: форму единообразия поступков (инвариант), исключение
других вариантов поведения (табу), модель требуемого
или ожидаемого поведения (идеал) и оценку поведения
лиц, отклоняющихся от нормы
1
. Так, например, ключ к
неудачам Дон Кихота в том, что, по словам Ю.М. Лотмана, «идеальную норму он принимает за бытовую. То,
чем следует восхищаться, к чему следует в лучшем случае стремиться (или делать вид, что стремишься), он использует как норму бытового поведения»2.
1
См.: Соковнин В.М. О природе человеческого общения. Фрунзе, 1974. С. 94.
2
Лотман Ю.М. Культура и взрыв. М., 1992. С. 82.
63
Социальная жизнь организована ритмично. Ритм
пронизывает все формы деятельности человека. Эти
ритмы задаются темпом движения планет, сезонными
и климатическими изменениями и биологическими
процессами в организме человека. В соответствии с
уровнем развития общества в нем складываются общественные отношения. Формы этих отношений возникают стихийно, неосознанно, но, повторяясь в ритме
социального функционирования, они закрепляются
не только в сознании, но и материализуются в тех или
иных явлениях культуры. Будучи осознанными, формы
деятельности и поведения приобретают ценность надежных способов удовлетворения социальных потребностей, поэтому общество стремится их сохранить,
освящает ореолом традиционности и святости, опирается на них в достижении своих целей. С другой стороны, привычки, обычаи, традиции облегчают функционирование общества, ритмически организуют его
жизнь. Человек легко усваивает ритмы этого функционирования и нередко болезненно реагирует на внешние попытки изменить эти формы и рамки поведения.
Явления культуры формируются как функциональные ценности. Их задача — облегчить и упорядочить деятельность. Включение в устойчивый ритм этой
деятельности обеспечивается созданием в социальной
памяти руководящей, авторитетной нормы, моделиобразца поведения и жизнедеятельности. Ритм функционирования складывается из трех этапов: возникновение потребности, поиск средств для ее удовлетворения и, наконец, само потребление (удовлетворение
потребности). Когда потребности удовлетворяются
одним и тем же способом, нет необходимости искать
средства для их удовлетворения, поэтому ускоряется и
облегчается путь от потребности до ее удовлетворения.
Если же в данный момент в наличии нет привычного
средства для удовлетворения этой потребности, то ориентировочный рефлекс и выросшая на его основе поисковая активность помогают отыскивать новое средство, чем обогащается культура потребления, включающая в себя арсенал приемов, способов и средств для
удовлетворения потребности. Обогащаются и потребности, которые отвечают на новые средства удовлетворения усложнением самих потребностей, — проис-
64
ck` b` 3
trmj0hnm`k|mn-`jqhnknch)eqjhe nqmnb`mh“ jrk|Šrp{
ходит расширенное воспроизводство потребностей.
Необходимо отметить, что если в сфере материальных
потребностей господствуют сложившиеся стереотипы
потребления, расширение происходит относительно
медленно (на это уходят десятилетия и даже столетия,
как это хорошо показал Ф. Бродель в своем исследовании материальной цивилизации Европы XV–XVII вв.),
то в духовной сфере расширенное воспроизводство
потребностей происходит значительно быстрее, поскольку здесь относительно быстро утрачивают свою
привлекательность новые средства удовлетворения
потребностей вследствие действия психологического
закона необходимого обновления, затребованного разнообразия (эктропии).
Общество как социальный организм постоянно
стремится улавливать объективные ритмы функционирования и приспосабливаться к ним, и тогда возникают нормы, устоявшиеся, общепризнанные способы
удовлетворения социальных потребностей, которые
получают статус высших ценностей, могут оформляться в мифологическую оболочку, а затем внедряются,
навязываются всем членам общества, чтобы сохранить
достигнутый уровень потребления.
В самой норме вместе с тем уже содержится противоречие: она одновременно и стимулирует, поощряет
одни формы поведения и деятельности и ограничивает,
запрещает, отбрасывает другие. Существует опасность
превращения культурологии только в нормативную
науку, предписывающую культуре законы. Необходимо отвергнуть этот соблазн, ибо любая норма, навязываемая жизни и творчеству, убивает их. Культура
нормативна и антинормативна одновременно. Иначе
она — неживая культура. Иначе имеет смысл говорить
о «патологии культуры», пользуясь термином Ф.И. Гиренка. Он утверждает, что культура, постоянно порождая нормы, легко превращает их в оковы, которые через механизмы моды распространяются и подавляют
творческую «самость человека». Эти механизмы делают «культурного человека» «мусорным ведром норм
и цитат», культура становится «глыбой», нависающей
над человеком и готовой раздавить его естественность
и уникальную индивидуальность. Ф.И. Гиренок подчеркивает, что в современной культуре часто возни-
65
ck` b` 3
кают симулятивные пространства. Например, выходит
лектор и говорит вроде бы умные и красивые слова, но
они лишь симулируют смысл и его содержательность.
Более того, возникает проблема самосимуляции. Человек внушает себе представление о собственной значимости употреблением слов, обладающих не вполне для
него понятными, но модно-завораживающими значениями: «бифуркация», «толерантность», «консенсус».
Парадоксальность ситуации заставляет призывать к
«новому варварству», которое разрушило бы жесткость культурной нормативности и позволило бы развиваться культурной естественности, какую стремились реализовать древнекитайские даосы.
Или можно посмотреть на проблему глазами английского философа А.Н. Уайтхеда, который, размышляя о нормативном характере физических законов,
увидел в них аналог судьбы: «...Сущностью трагедии не
является несчастье. Она завершилась торжественной
демонстрацией безжалостного хода вещей. Эта неизбежность судьбы может быть лишь проиллюстрирована коллизиями человеческой жизни, которые, естественно, включают несчастья. Ведь только они могут
сделать очевидными всю тщетность попыток избежать
трагической судьбы. Эта безжалостная неизбежность
наполняет научное мышление. Законы физики суть веления судьбы»
1
.
Накопление информации в теоретическом и практическом опыте в общественном сознании или развитие
производительных сил в материальной сфере приводят
рано или поздно к противоречию между потребностью
устойчивого функционирования общества в рамках
данной парадигмы и избытком информации, потребностями расширения и обновления культуры потребления новыми способами и средствами. Сознательно или
бессознательно подходя к управлению своим развитием, общество подвергает критике устаревшие нормы,
свои мифы и ритмы их функционирования и влияет на
их творческое развитие (через принятие новых мифов).
Происходит переоценка ценностей, перестройка картины мира. Новые нормы, оформившись, вживаются в
общественную практику, к ним привыкают, приспоса-
66
1
Уайтхед А.Н. Избранные работы по философии. М., 1990. С. 66.
trmj0hnm`k|mn-`jqhnknch)eqjhe nqmnb`mh“ jrk|Šrp{
бливаются, однако необходимо постоянно помнить и видеть их изменение под влиянием среды и нарастающего
потенциала обновления и творчески предвосхищать тот
момент, когда иссякнет эвристически-стимулирующая
функция данной нормы и мифа, чтобы произвести их
снятие и выработку новой нормы, более соответствующей изменившимся потребностям общественной
жизни. Иначе может возникнуть ситуация «патологии
культуры». Культура с жесткой нормативностью превращается в «цивилизацию». Чтобы она жила и развивалась, ей необходимо систематически заниматься верификацией и фальсификацией ценностных смыслов,
проверкой ценностей, творчески обновлять и усложнять картину мира, преодолевая обольщение покоем
нормативности и ценностных абсолютов.
Конечно, этими функциями дело не исчерпывается. Так, Б.С. Ерасов указывал также на следующие
функции культуры: производство новых норм, ценностей, значений и духовное творчество; накопления,
хранения и передачи норм, ценностей, значений и
знаний; целеполагания; социализирования; игровую;
дисфункционально-латентную
1
.
Функциональный подход активно используется в
литературоведении. В понимании Ю.Н. Тынянова, «соотнесенность каждого элемента литературного произведения как системы с другими и, стало быть, со всей
системой» следует называть «конструктивной функцией данного элемента»2. В.Я. Пропп выделил в волшебной сказке 31 функцию как выражение неразличимых
элементов повествования. Французский структуралист
А.Ж. Греймас сократил число этих функций до шести
актантов (больших функций): даритель, объект, бенефициарий, помощник, субъект и противник3.
Кроме названных выше, мы рассмотрим в последующих главах еще некоторые важные функции:
творчески-эвристическую, художественно-эстетическую, игровую, духовную и телеологическую.
1
См.: Ерасов Б.С. Социальная культурология: В 2 ч. М., 1994. Ч. 1.
С. 202–243.
2
Тынянов Ю.Н. Архаисты и новаторы. М., 1929. С. 33.
3
См.: Пропп В.Я. Морфология волшебной сказки. М., 1928; Структура-
лизм: за и против. М., 1975. С. 451.
67
Итак, по отношению к миру, космосу человеческая
культура выполняет антиэнтропийную функцию, что
для нее является важнейшей, хотя и не единственной.
Она стремится противопоставить саморазрушительным тенденциям созидательно-творческую самореализацию, проявляющуюся в интеграции и дифференциации. Эта антиэнтропийная функция реализуется в ряде
частных. По отношению к человеку культура проявляется в системе целесообразных ограничений и предписаний, и хотя к нравственности культура, конечно, не
сводится, но в воспитании нравственности — одна из
важных задач (функций) культуры.
Нравственные основания культуры. Существует
различение родственных по смыслу, но не тождественных понятий: «нравственность», «мораль» и «этика».
Под «нравами» понимают принятые в обществе локальные местные обычаи. Понятие «нравственность»
не совпадает с характеристикой «нравов», здесь уже
речь идет не только о местных обычаях поведения, но
об уровне нормативной организованности поведения
человека с точки зрения всего общества и его традиций. Таким образом, нравственность — это сознательно навязываемые или бессознательно принятые
через внушение запреты, ограничения и рекомендации, создающие рамки оптимального (в сопоставлении
желательного и нежелательного) поведения, гарантирующего или как минимум способствующего достижению общего блага. Или более краткая дефиниция:
нравственность есть уровень нормативной организованности поведения в интересах общего блага. «Моралью» называют абсолютную, абстрактную систему,
или шкалу, норм, категорий, законов, образцов поведения и поступков, служащих основанием для оценочной деятельности и регулирования нравственного поведения. «Этика» (греч. huoz — душевный склад, нрав,
натура, характер) — это теоретическая, философская
наука, изучающая нравственное поведение и помогающая формулировать принципы морали. Этика мало занимается «нравами», но больше «нравственностью» и
«моральностью» людей и общества.
Ч. Дарвин, анализируя истоки нравственности у
древних народов, отмечал, что у людей честных, самоотверженных, склонных к самопожертвованию во имя
68
ck` b` 3
trmj0hnm`k|mn-`jqhnknch)eqjhe nqmnb`mh“ jrk|Šrp{
общего блага, гораздо меньше шансов передать эти
качества детям, так как они, как правило, успевают погибнуть раньше, чем воспитать детей. Но такие нравственные качества благотворно влияют на социальную
общность, потому что обеспечивают большую выживаемость группы ценой гибели индивидов. Племя, где
преобладают люди, готовые к самопожертвованию
ради общих интересов, имеет больше шансов победить
в междоусобной борьбе
1
. А примеры героизма и самопожертвования, сохраненные в памяти культуры, составляют ценностный багаж для воспитательного воздействия на все молодое поколение.
Об истоках морали писал этнограф Ф. Боас: «При
общем обзоре моральных масштабов мы замечаем, что
по мере развития цивилизации происходит постепенное изменение в оценке поступков. У первобытных людей человеческой жизнью не дорожат и ею жертвуют
при малейшем раздражении. Социальная группа, члены которой связаны какими-либо альтруистическими
обязательствами, чрезвычайно мала; и вне этой группы
всякий поступок, могущий повлечь за собой личную
выгоду, не только дозволяется, но даже одобряется.
Начиная с этого исходного пункта мы находим, что человеческая жизнь ценится все выше, и объем группы,
члены которой связаны альтруистическими обязательствами, все возрастает. Современные отношения между нациями показывают, что эта эволюция еще не достигла своей конечной стадии»2. Только к концу ХХ в.
постепенно формируется представление об общечеловеческой морали. Конечно, в теории эти идеи высказывались уже Кантом, но до массового сознания они
начинают доходить только сегодня, и то с большим трудом. Яркими свидетельствами этого процесса являются Организация Объединенных Наций или Интерпол,
формирующие представление о том, что вся планета —
это «свой» мир, что все люди братья.
Основные этапы становления нравственности, на
наш взгляд, могут быть следующими:
1. Основы нравственности, формирующейся в рам-
ках древнего мифологического сознания, первоначаль-
1
См.: Дарвин Ч. Сочинения. М., 1953. Т. 5. С. 243–244.
2
Боас Ф. Ум первобытного человека. М., 1926. С. 106.
69
но имели распространение лишь на узкий круг «своих». Мифологическое сознание, как мы помним, четко
поляризовало мир на «свой» и «чужой». Убить «своего» — преступление, убить «чужого» — подвиг, ибо
«чужой» — вне закона, вне морали.
2. Следующий этап — развитие отношений с чужими на основе вражды/торговли, которые строились
на принципе справедливости, соразмерности («око за
око, зуб за зуб»). Обычай кровной мести связан с представлениями о коллективном (групповом) лице и общей
клановой (родовой) ответственности. Если убили представителя «своих», то в ответ надо убить любого представителя рода «чужих», не обязательно убийцу.
3. Возникновение нового понимания — «золотого
правила нравственности»: поступай (не поступай) так,
как хочешь (не хочешь), чтобы поступали по отношению к тебе (Конфуций).
4. Христос предлагал новую этику: если ударили по
щеке, подставь вторую. Этот принцип становится понятным, если вспомнить индийское учение о «сансаре»
и «карме». Удар по щеке следует считать не агрессивным нападением конкретного человека, но наказанием
от Бога за другие ваши грехи, поэтому данный удар есть
очищение и прощение совершенного греха, поэтому
нужно благодарить этого человека за удар и подставить
вторую щеку, чтобы получить отпущение и другого совершенного когда-либо греха.
5. Пятый этап — попытка Канта построить этику на
основе долга и категорического императива: поступай
так, чтобы твой поступок мог стать универсальным образцом для поведения всех людей.
6. Шестой этап можно обозначить формулой «Все
люди свои». Именно такое представление формируется сегодня в результате процессов глобализации, когда
происходит взаимодействией культур, религий, систем
ценностей. На основании общечеловеческих ценностей и международных правовых соглашений любой
человек, независимо от уровня культуры, цвета кожи
и вероисповедания, вправе рассчитывать на человеческое к себе отношение.
Важным источником обоснования нравственности
является религия. Причем можно выделить три аспекта
этого обоснования: эмоциональный, прагматический и
70
ck` b` 3
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]