Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Счастье по Аристотелю. Как античная философия может изменить вашу жизнь
.pdf
211
уоеней-вухеток называются «кокáми», поскоьку напоминают еревянные коышки, накоторые вешают оежу.
Поробные рассужения осуховых способностях ивкусовых ощущениях урыб появиись в«Истории животных»
багоаря огим разговорам срыбаками отом, какони
максимизируют уов, вкаких-тосучаях намеренно шумя,
авкаких-топопывая ккосяку беззвучно ивыбирая наибоее ейственную яанного виа рыб приманку. Ввух
афинских бухтах— Фаероне иПирее— Аристотеь выясня разницу межу виами анчоусов. Он узнава нароные
названия моюсков, такие как«уковица» ии«вонючка», отражающие отичитеьные особенности этих животных. Патонбы ужаснуся. Основатеь Акаемии, разработавший теорию «ией», наверняка ишь хмыкнубы саркастически, усышав красноречивые уверения своего ученика,
чтоестествоиспытатеь ожен присушиваться к«простым» юям— охотникам, земееьцам, рыбоовам, еженевно имеющим ео срастениями иживотными: «Те,
ктоучше знает прироные явения, скорее могут еать
препоожения опервоначаах, позвояющих связать вместе многое»*.
Самый важный урок, который мы можем вынести изтруов Аристотея,— онеразрывной связи чеовека состаьной прироой. Рассужения о смене окраски шерстного
иперьевого покрова уживых существ Аристотеь начинает
сочерености появения сеины учеовека: «Первыми сееют виски, иперение части сееют раньше заних; посеними— воосы наобке». Сеом он перехоит кживотным,
убоьшинства изкоторых, какиучеовека, сеина выступа-
* Аристотель. Овозникновении иуничтожении / Пер. Т.А. Миллера //
Собрание сочинений в4 т. Т. 3.— М: Мысль, 1981.

212
ет признаком старости. Есть иискючения, например журави, свозрастом, наоборот, темнеющие. Уругих виов смена
окраски может быть обусовена рационом, сезонной инькой иифакторами внешней среы— такими, каксостав речной воы, вкоторой купаются овцы.
Чеовек— это животное общественное, объясняет Аристотеь, тоесть принаежащее ктойже категории, чтопчеы, осы, муравьи ижурави. Нокаксуществу сожному чеовеку нравится иоиночество, покрайней мере озированное.
Уживотных встречаются узнаваемые формы управения, схожие счеовеческими,— упче, вчастности, имеется короева. Какие-то животные кочуют, ругие осеают наоном
месте, строят постоянное жиище иточно также, какюи,
приучают потомство ксвоему укау. Особенно восхищают
Аристотея вэтом отношении асточки:
…она перепетает спрутиками грязь и, еси нехватает
грязи, смочив себя, катается крыьями впыи. аее
она еает изсоомы оже, какюи, укаывая сначаа
тверые сооминки исобюая соответствие ввеичине.
Окормении етей заботятся оба роитея; они ают
кажому, набюая покакой-топривычке, ктопоучи
раньше, чтобы невзя ва раза. Иэкскременты сначаа
они выбрасывают сами, затем учат птенцов, кога те
вырастут, испражняться, поворачиваясь наружу.
Позооогическим труам Аристотея отчетиво заметно, какое уовоьствие оставяи ему набюения заживотными. Живи он сегоня, могбы снимать научно-попуярные переачи, неуступающие шееврам эвиа Аттенборо.
Разве можно неюбить чеовека, который описывает оин
извиов короька втаких выражениях: «Эта птица повеи-

213
чине немногим боьше акриы имеет пурпурный хохо
ивообще очень приятная иизящная птичка»?
Онесомненных поробных систематических набюениях
свиетеьствуют ипереовые гипотезы Аристотея опереетах птиц через Черное иСреиземное моря. Он помечает уптиц ря особенностей, которые, поего мнению, сиьнее всего сбижают ихсчеовеком: это нетоько хожение
навух ногах, ноиумение изавать ченоразеьные звуки. Он размышяет отом, какразнообразно преставены
вживотном мире гоосовые способности:
Они животные изают звуки, ругие безгасны, третьи
оарены гоосом, причем они изних имеют речь, ругие
изают неченоразеьные звуки, они ботивы, ругие
мочаивы, иные поют, ругие неспособны к пению;
явсех [изчиса этих третьих] общее то, чтоони боьше
всего поют иботают вперио спаривания.
Немао почерпну Аристотеь избесе сптицеовами,
отично знавшими поваки разных виов птиц иумевшими
рассказать освоем занятии живым образным языком: ушастую сову он описывает как«пересмешницу ипоражатеьницу; ее овят, кога она состязается втанце сохотником»—
тоесть пока сова самозабвенно переразнивает пяшущего
пере ней птицеова, второй хватает ее сзаи. Присутствуя
припопытке попоить ботивого инийского попугая, Аристотеь убеися, чтотот «становится боее невозержанным, кога выпьет вина».
Вовремена Аристотея чисенность чеовеческого насеения быа небоьшой, аже яизвестного тога мира,
исовременники фиософа похо преставяи себе, какаеко простираются земи запрееами уже освоенной террито-

214
рии. Несмотря напериоические неурожаи инехватку пищи,
ниу кого не возникао ощущения, что прироные ары
иресурсы— ес, рыба, певчие птицы, горные ьвы, новые
берега, которые можно коонизировать, — кога-нибуь
закончатся. Тембоее пророческим выгяит замечание Аристотея, кога приописании моюсков он упоминает опрееенный ви гребешков сострова есбос, который считася
вымершим. Вихисчезновении быи повинны нетоько засухи, нои«инструмент, которым [гребешков] отскабиваи»,
тоесть собираи взаиве. еятеьность чеовека привеа
кгибеи цеой коонии живых существ. Вмировой итературе это, вероятно, первое упоминание чрезмерного выова—
оной изразновиностей чрезвычайных экоогических ситуаций, признанных сегоня намежунароном уровне. Отом,
какчеовеческая жаность сказывается наестественном развитии попуяций, повествует ипривеенная Аристотеем
в«Риторике» поговорка «Каккарпафский житеь изаяц».
Житеь Карпатоса, решив заработать напроаже зайчатины,
завез наостров пару зайцев— ивскоре те, распоившись,
приняись уничтожать посевы, огороы иместную раститеьность.
Аристотеь бы отично освеомен о потенциаьно
пагубных посествиях вмешатеьства вхо естественных
процессов. аже огороные овощи, отмечает он, поучающие
искусственное орошение, растут учше, еси ихпоивает
ещеиожь, тоесть препочитают прироное возействие.
Некоторые скотовоческие метоы он порицает какпротивоестественные ипотому вреоносные, вчастности обычай
спаривать уопрееенных виов омашних животных мооняк сроитеьницами. Кпообному бизкороственному
скрещиванию прибегаи втом сучае, еси ваеец немог
позвоить себе произвоитея иикога мать ипотомство

215
обааи особенно ценными качествами, которые требоваось сохранить приаьнейшем развеении.
Завочики пороистых собак неотказываются от этой
практики посей ень, хотя она поправу считается чреватой
генетическими рисками инегуманной,— горазо боее препочтитеьно инейное развеение, прикотором скрещиваются особи, несостоящие вбизком ростве. Аристотеь абсоютно уверен, чтовестественной срее животному несвойственно спариваться ссобственной матерью, ипривоит
примеры сопротивения попыткам сконить ихкинцесту:
«Вербюы непокрывают своих матерей и, еси аже принужаются кэтому, нехотят. Сучиось как-то, чтозаотсутствием произвоитея вербюжатник, закрывши мать, попусти кней ее сына; когаже вовремя сучки покрывао
упао, тот прекрати сучку, анемного спустя, укусив вербюжатника, уби его».
Коневоство Аристотеь изуча неменее пристаьно.
Вругом примере он рассказывает омооом жеребце, который посе насиьственной сучки сматерью, совно трагический герой, обрати ярость насебя самого:
Ускифского царя быа пороистая ошаь, откоторой
все ошаи роиись хорошими. Жеая, чтобы самый
учший изних жеребец произве потомство отматери, его
повеи ясучки, аон нехоте; посе того какона быа
закутана, незная, он покры ее. Когаже поокончании
сучки гоова кобыы быа открыта, жеребец, увия ее,
убежа ибросися впропасть.
Аристотея немао заботят разные похоы кразвеению
ивыпасу ошаей. Пасущиеся впое особи небоеют почти ничем, заискючением поагры, носней они справяют-

216
ся сами, отращивая новое копыто наместе повреженного.
Вконюшнеже ошаи тощают ипохватывают разного роа
инфекции: «ошаи вконюшнях страают многими боезнями, поражает их и иеос» (поэтим названием может
скрываться егенеративная миеоэнцефаопатия ошаей,
связанная снеостатком витаминов, инфекционная анемия
иивирус герпеса ВКГ-).
Хотя Аристотеь ничего незна ниоб«эгоистичном гене»,
ниоестественном отборе, он опрееенно уавива связь
межу аншафтно-киматическими усовиями той иииной
местности иособенностями ее фауны. ВГреции ииксеверу
отнее, «вИирии, Фракии иЭпире осы маой веичины,
вСкифии истране кеьтов они совсем невоятся, так какзимы
вних суровы. ВАравии воятся ящерицы веичиной боьше октя имыши горазо боьше поевых». Непоозревая
отаком явении, каквнутривиовой коммуникативный резонанс, Аристотеь пишет отом, какнаюге Греции вг. он.э.
пропаи все вороны— какраз посе битвы значитеьно аьше ксеверу, известной обиием павших. Поскоьку вороны
никога неупустят возможность поживиться пааью, Аристотеь бесстрастно закючает, чтоюжные вороны потянуись
насевер, «какбуто каким-тообразом воспринимаи сообщения руг отруга».
В«Истории животных» Аристотеь изагает свою выающуюся кассификацию существующей фауны, затрагивая
втом чисе вопрос оместе чеовека вмире, поскоьку чеовек— это нечтоиное, какживотное, имеющее опрееенные
отичитеьные особенности. Межу темвнекоторых умениях животные нас бесспорно превосхоят. Невсе ихспособности оступны чеовеку: рассужая оживотных, имеющих
наружное ухо, Аристотеь отмечает, чтосреи них «тоько
чеовек невигает ушами». Насамом ее некоторые уни-

217
кумы— ихействитеьно нетак много— ушами шевеить
могут, ноАристотеь явно кихчису непринаежа. Зато
он прекрасно знает, чтоуряа животных боьшинство чувств
развито горазо учше, чемучеовека: «Извсех чувств наибоее остро учеовека осязание, навтором месте стоит вкус;
востаьных он уступает многим животным».
Аристотеь — сторонник миосерного обращения
сживотными, ккоторому призывает иученик Сократа Ксенофонт Афинский, автор трактатов «Кинегетик» (о псовой охоте) и«Гиппарх (Обязанности начаьника конницы)».
Какиуюей, укоторых социаьные конфикты обусовены беностью, Аристотеь виит причину агрессии уживотных
внеостатке ресурсов— впервую очереь пищи. В«Истории
животных» мы нахоим рекоменации, какобращаться ссамцами сонов вбрачный сезон: «Обиьной пищей ихеают боее
кроткими». Аристотеь оказывает, чтоименно напочве гооа
возникают основные трения межу юьми иживотными:
Кажется, что, еси быобы обиие пищи, животные,
которые теперь боятся юей иичатся, относиисьбы
к ним мирным образом и руг к ругу также. Это
показывает забота о животных в Египте: всествие
наичия пищи иотсутствия нужы живут совместно
аже самые икие животные; поучая поьзу, они
становятся ручными, каквнекоторых местах крокоиы
приручаются жрецами багоаря заботе обихпище.
Впрочем, о том, как зооогические знания помогают
чеовеку починять животных ииспоьзовать ксвоей выгое, Аристотею известно неменьше. Он повествует отом,
какоткармивают свиней воФракии, иотом, какприают
жеаемую форму теячьим рожкам, смазывая ихтепым вос-

218
ком, пока они ещемягкие, азатем закручивая, какзаумано.
Он описывает неожианный способ ови гаюк, которые
«невозержанны также ипоотношению квину»: еси поожить им вкачестве приманки напоненные вином черепки,
опьяневших гаюк можно брать гоыми руками.
Веичайшее уовоьствие Аристотею оставяет рассужать овзаимоействии исотруничестве чеовека сживотными. Он вспоминает историю самого знаменитого афинского
муа, которому, посухам, быо уже окоо вперио строитеьства Парфенона (тоесть в-х гг. он.э.). Освобоженный отработы постарости, он все равно прихои кажый ень ишествова бок обок смуами, тянущими строитеьные повозки, темсамым побужая ихити заним, «так
чтоафиняне изаи постановение, чтобы хеботорговцы
неотгоняи его отхебных арей». Высокий уровень ра зума
Аристотеь нахоит уеьфина, скоторым, помнению современных ученых, в интеектуаьном отношении ействитеьно может соперничать ишь чеовек. Аристотеь рассказывает отом, какеьфины огромным косяком явиись
вгавань Карии (юго-запа нынешней Турции) инеухоии,
пока рыбак неотпусти ихпойманного всети собрата.
Ещеоно умное общественное животное, которому Аристотеь заметно симпатизирует иуеяет повышенное внимание,— сон, поражающий воображение естествоиспытатея овкостью хобота:
Нос усона такого роа итакой веичины, чтозаменяет
ему руки: он пьет иест, поавая им врот, ипротягивает
его погонщику вверх; с его помощью сон вырывает
еревья и, прохоя по вое, [набирает ее и выувает
фонтаном]. Конец носа искривяется, нонесгибается, так
каксостоит изхряща.

219
Ногоразо боьше восхищение вызывает уАристотея ум
ихарактер сона: «Самое кроткое иручное извсех иких
животных— сон, ибо он многому научается имногое понимает: научается аже приветствовать царя [преконяя коени]. Он обаает острыми чувствами ипревосхоит ругих
животных всем прочим разумением».
УАристотея имеются иругие примеры конструктивного взаимоействия чеовека сживотными. Самку оеня
он нахоит «наибоее багоразумной», поскоьку та старается разроиться побиже кпроезжей ороге, чтобы ограить новороженных оенят отхищников, которых отпугнет постоянное вижение юей. Своеобразные отношения
сформироваись увоков срыбаками врайоне Азовского моря: пока рыбаки еятся своками уовом, все иет
хорошо, есиже рыбы вокам неостается, они «портят
сети, растянутые наземе япросушки». Наичие вбухте
рыбы поназванием «антий» посказывает овцам губок,
чтоввое нет хищников иможно нырять безопаски. Каксвиетеьствует Аристотеь, багоарные овцы почитают эту
рыбу каксвященную.
Аристотеь понима, чточеовек, какиостаьные животные, ожен впервую очереь позаботиться офизическом
выживании— тоесть обеспечить себе еу, питье икров, чтобы непогибнуть через неею, — преже чемосознанно
стремиться кичному икоективному счастью. Его поражает, скоько ушевных си остается учеовека вэтой бесконечной борьбе засуществование: сам он сконен считать,
чтоневынесбы отсутствия возможности яинтеектуаьных занятий. Он первым напомнибы читатею анной
книги, какая это роскошь— кога хозяйство итру раи
хеба насущного отнимают невсе время, оставяя простор
яуоветворения боее высоких потребностей.

220
Помня огранице, которую провоит Аристотеь межу биоогическим выживанием иосознанным стремением
ксчастью, мы, возможно, проникнемся боьшим сочувствием
кбезомным игооным, беженцам ипересеенцам, инваиам исмертеьно боьным юям, атакже терпящим жестокое обращение животным. Онако это незначит, чтомы
ожны чувствовать неовкость засвое привиегированное
поожение, позвояющее заняться самосовершенствованием. Нравственно развитый чеовек снаибоьшей оей вероятности захочет помочь обезоенным. Буьте багоарны
зато, чтовам повезо боьше, ипроожайте стремиться
ксчастью.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
