Повседневная жизнь советского крестьянства периода позднего сталинизма. 1945–1953 гг. на материалах Куйбышевской и Ульяновской областей

плина. В колхозе «Новая сила» Астрадамовского района из 190 тру­доспособных колхозников в уборке участвовало только 55–57 чело­век. За первые пять дней уборочной ни один колхозник не выполнил норму выработки, что свидетельствовало о низкой производительно­сти крестьянского труда. Нормы труда не выполнялись не только на ручных участках работы, но и на простейших уборочных машинах: четыре жатки скашивали не более восьми гектаров в день. Рабочий день колхозники начинали не ранее 10 часов утра, а с полей уходи­ли рано1. Бригадиры полеводческих бригад не принимали убранные площади от колхозников, и сам председатель был мало этим озабочен.

В другом письме, отправленном членом сельскохозяйственной артели «Большевик» Куйбышевской области товарищу Сталину, указывалось на неэффективность работы руководящих колхозных кадров. Автор письма, как и А.Н. Червяков, связывал это с суще­ствующей системой ротации управленческих кадров в сельском хо­зяйстве, позволяющей «кулацкой гнили» проникать на руководящие посты4. А кулак «оружия не сложил, он просто борется на экономиче­ском и идеологическом фронте».

Специальным постановлением правительства СССР от 31 мая 1947 г. было продлено действие законодательных актов военного времени, устанавливающих повышенный обязательный минимум трудодней, кроме того, сохранялась судебная ответственность за не­выполнение обязательного минимума трудодней. Постановлением Совета Министров СССР и ЦК ВКП(б) «О мерах по улучшению ор­ганизации, повышению производительности и упорядочению оплаты труда в колхозах» от 19 апреля 1948 г. рекомендовались примерные нормы выработки и единые расценки в трудоднях, планировании за­трат трудодней, устанавливался порядок оплаты труда колхозников и руководства колхозов. Постановлением предусматривался ежегод­ный пересмотр действующих норм выработки на основе достигнуто­го уровня производительности труда. Таким образом, правительство стремилось перенести в сельскохозяйственное производство сложив­шуюся в промышленности практику повышения нормы выработки в зависимости от трудовых показателей стахановцев. Несмотря на то что Постановление было принято еще в 1948 г., даже в 1950 г. в кол­хозах Куйбышевской области к разработкам норм выработки отно­сились формально, достигнутый уровень производительности труда правлениями сельхозартелей не учитывался. Возмущение представи­теля Совета по делам колхозов вызвал тот факт, что нормы выработ­ки не только не увеличивались, но некоторыми колхозами даже до­пускалось их снижение. В 49 колхозах Подбельского, Клявлинского, Больше-Глушицкого, Больше-Черниговского, Дубово-Уметского районов пересмотр норм выработки в основном сводился «к механи­ческому переписываю ранее принятых в колхозе норм и формальном их утверждении на общих собраниях»1. В результате во многих кол­хозах области на протяжении нескольких лет нормы выработки не менялись. В колхозе «Пражская Коммуна» Больше-Глушицкого рай­она нормы выработки были разработаны в начале 1949 г. и в последу­ющие годы не пересматривались. А в 1950 г. по восьми видам работ нормы были даже снижены. Хотя уполномоченный указывал, что в колхозе множество колхозников ежегодно перевыполняли установ­ленные нормы выработки по многим видам работ2. Так, колхозники Тормозин, Наташин, Запорожец и другие на косьбе трав вырабаты­вали в день по 5,5 га при норме 4,5 га. Многие колхозники, занятые на очистке зерна, выполняли дневной план на 130–150 %. В колхозе «Красное знамя» в 1950 г. значительное число колхозников перевы­полняли нормы выработки на очистке зерна, заготовке посевов, про­полке посевов, но при разработке норм 1951 г. правление колхоза не