Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Повседневная жизнь советского крестьянства периода позднего сталинизма. 1945–1953 гг. на материалах Куйбышевской и Ульяновской областей
.pdf
если на нем присутствовало не менее половины членов артели. Для
решения таких вопросов, как выборы правления и председателя, исключение из артели, создание различных общественных фондов,
требовалось уже участие не 50 % колхозников, а не менее 2/3 общего
числа членов артели.
Несмотря на столь очевидные объяснения Уставом прав и функций общего собрания колхозников, роль общих собраний во многих
районах Куйбышевской и Ульяновской областей недооценивалась.
Во многих колхозах общие собрания колхозников проводились
нерегулярно, с нарушением кворума, когда на них присутствовало не более 10 % всех членов артели. В Челно-Вершинском, НовоБуянском, Красноярском, Колдыбанском, Чапаевском районах
Куйбышевской области из 300 общих собраний колхозников, проведенных в 1949 г., больше 100 собраний были, по сути, неправомочными1. В Ново-Буянском районе таковыми были отчетно-выборные
собрания в 12 колхозах из 47. Только по пяти проверенным колхозам
Красноярского района 30 из 40 собраний оказались неправомочными. Ряд колхозов допустил грубые ошибки при определении кворума, когда в расчет не принимали нетрудоспособных колхозников.
Нередким нарушением при проведении общих колхозных собраний являлось вмешательство районных инстанций ВКП(б) в колхозные дела. Часто районные партработники, не считаясь с мнением колхозников, назначали председателей, а также освобождали их
от занимаемых должностей без ведома общих собраний, устраивали
травлю колхозников за критические высказывания в адрес председателей колхозов и районных властей. Так, в 1946 г. колхозники артели им. Димитрова Сенгилеевского района жаловались, что районные
власти без согласия общего собрания колхозников назначили председателем колхоза М.Ф. Давыдова, который начал вести борьбу со
своими оппонентами, исключал их из колхоза, фабрикуя протоколы
общеколхозных собраний2.
4 ноября 1948 г. в облисполком Куйбышевской области из Совета
по делам колхозов поступила жалоба членов сельскохозяйственной
артели «Кызыл Юл» Челно-Вершинского района3. В жалобе сообщалось, что 13 января 1948 г. на отчетно-выборном собрании колхозники не хотели избирать Г-ва председателем колхоза за допущенные им
нарушения Устава сельхозартели, но присутствующие на собрании
секретарь райкома партии Нефедов и прокурор района Александров
1
Бакланов И. Строго соблюдать демократические основы управления колхоза-
ми // Волжская коммуна. 1950. № 50. С. 2.
2
Из числа «назначенных» // Ульяновская правда. 1946. № 200. С. 2.
3
ЦГАСО. Ф. Р. 1991. Оп. 1. Д. 8. Л. 41.
141
навязали свою кандидатуру председателя. Представители властей
заявили: «Если будет избран другой, а не Г-в, то райком ВКП(б) и
райисполком все равно не утвердят его председателем»1. После такого заявления «половина колхозников разошлась с собрания». Из
150 членов артели на собрании осталось только 72 человека, но, несмотря на это, секретарь райкома и прокурор предложили голосовать. В результате за Г-ва было подано только 45 голосов. Нефедов и
Александров «велели считать Г-ва избранным председателем колхоза, а для того чтобы скрыть допущенные грубые нарушения демократических основ управления делами колхоза, предложили в протоколе
собрания указать членов колхоза не 150 человек, как указанно в годовом отчете, а 96 человек, т. е. только трудоспособных колхозников,
без престарелых»2.
В 1949 г. в колхозе «Борец» Челно-Вершинского района Куйбышевской области на отчетно-выборном собрании колхозники решили
сместить председателя колхоза Музякова за допущенные им грубые
нарушения Устава сельхозартели. Вместо него был избран передовой
колхозник, участник Великой Отечественной войны, член ВКП(б)
Головин. Присутствовавший на этом собрании секретарь райкома
партии Нефедов заявил, что «райком партии не станет считаться с
новым председателем и не допустит его к руководству колхозом»3.
Но этим дело не ограничилось. Нефедов организовал преследование
колхозников Зайцева и Кузнецова, выступивших на собрании против
бывшего председателя колхоза, и добился привлечения их к ответственности якобы за клевету. 16 февраля 1946 г. Зайцев и Кузнецов
были осуждены к одному году исправительных работ с вычетом 25 %
заработка4. Колхозники с районными властями не согласились и написали в Совет по делам колхозов при Совете Министров СССР жалобу на Нефедова. После вмешательства Совета жалоба была проверена и рассмотрена обкомом ВКП(б) Куйбышевской области. Бюро
обкома признало действия Нефедова «антиколхозными, грубо нарушающими демократические права колхозников и сняло его с поста
секретаря райкома партии»5. 21 марта 1948 г. Куйбышевский областной суд отменил решение по незаконному приговору колхозников6.
1
ЦГАСО. Ф. Р. 1991. Оп. 1. Д. 8. Л. 41.
2
Там же.
3
Бакланов И. Строго соблюдать демократические основы управления колхоза-
ми // Волжская коммуна. 1950. № 50. С. 2.
4
РГАЭ. Ф. Р. 9476. Оп. 1. Д. 862. Л. 28.
5
Там же.
6
Там же. Л. 29.
142
Нарушения внутриколхозной демократии допускались и в
других колхозах. Общее собрание колхоза им. Молотова ЧелноВершинского района «решило воздержаться от посылки на курсы
председателя колхоза Тудиярова ввиду допущенных им нарушений
Устава, о чем колхозники сообщили районным организациям и написали в Совет по делам колхозов»1. Но вместо того чтобы прислушаться к мнению колхозников, председатель райисполкома Аксенов организовал «преследование колхозников, а облисполкому сообщил, что
жалоба не обоснована и факты не соответствуют действительности»2.
Заместитель председателя этого же райисполкома Буйволов, присутствуя в качестве уполномоченного райкома партии и райисполкома на отчетно-выборном собрании в колхозе «Краснофлотец», запретил колхозникам переизбирать председателя колхоза Денисова.
В колхозе «Победа» Ново-Девиченского района долгое время работал председателем колхоза Фетюнин, который был уличен в «растаскивании колхозного имущества»3. Однако при проведении отчетно-выборного собрания председатель райисполкома Спиридонова
«не давала колхозникам возможности принять правильное решение
и освободиться от негодного председателя колхоза». А колхозникикоммунисты – животновод Демин, бригадир полеводческой бригады Глистенков, заведующий избой-читальней Мартынова, секретарь
партийной организации колхоза Уколов, – выступившие против
Фетюнина, после собрания были вызваны в райком партии и освобождены от занимаемых должностей. В этом же районе общее собрание колхозников артели им. Парижской коммуны сняло с работы
председателя колхоза Ховрина за систематическую пьянку; райком
ВКП(б) встал на его защиту и пытался восстановить председателя
в должности, «но колхозники твердо решили не допустить его к руководству колхозом»4. Тогда райком решил рекомендовать Ховрина
председателем в соседний колхоз. На общем собрании сельхозартели «Согласие» за избрание Ховрина председателем проголосовало
только 30 из 145 членов колхоза. Однако райком ВКП(б) утвердил
его в этой должности. В колхозе «Заря» Исаклинского района на отчетно-выборном собрании из 89 присутствовавших на собрании колхозников за избрание председателем колхоза Резапкина голосовало
только 36 человек. Но присутствующий на собрании председатель
1
Бакланов И. Строго соблюдать демократические основы управления колхоза-
ми // Волжская коммуна. 1950. № 50. С. 2.
2
Там же.
3
Там же.
4
Там же.
143
райисполкома Русинов посчитал выборы правомочными и утвердил
решение на заседании райисполкома1.
На отчетно-выборном собрании 1947 г. колхоза «Красный пахарь» Карсунского района Ульяновской области из присутствующих 70 членов артели за кандидатуру действующего председателя проголосовало только 27 человек, а остальные воздержались2.
Присутствовавший на этом собрании председатель райисполкома
Шахманов «не принял никаких мер к тому, чтобы колхозное собрание прошло на высоком уровне и чтобы точно были соблюдены
требования Устава»3. На отчетном собрании колхоза «Путь Ильича»
этого же района присутствовало только 40 человек из 150 членов артели4. И когда члены правления колхоза решили перенести собрание
на другой день, «представитель райисполкома т. Тамаров воспротивился этому и настоял на том, чтобы председатель открыл неправомочное собрание»5.
Районные власти часто смещали председателей колхозов с занимаемых должностей без согласия общего собрания колхозников. Так,
только за 1946 г. по Ульяновской области сменилось 565 председателей колхозов, что составило 44 % от их общего состава6.
29 января 1950 г. в газете «Правда» была опубликована статья
«Отчетно-выборное собрание в колхозе», в которой говорилось о серьезных недостатках в подготовке и проведении отчетных и отчетновыборных собраний в колхозах Ново-Буяновского, Похвистневского,
Кутузовского и Исаклинского районов Куйбышевской области. По
следам публикации представитель Совета по делам колхозов при
Совете Министров СССР по Куйбышевской области организовал
проверку колхозов области7. В ходе проверки было установлено, что
отчетно-выборные собрания «во многих колхозах проходят неорганизованно, допускаются грубые нарушения демократических основ
управления делами сельскохозяйственных артелей, намеченные
сроки проведения собраний не соблюдаются». На самих собраниях
не подвергались обсуждению вопросы деятельности правлений и ревизионных комиссий, председателей, бригадиров и заведующих фер-
1
Бакланов И. Строго соблюдать демократические основы управления колхоза-
ми // Волжская коммуна. 1950. № 50. С. 2.
2
Отчетные собрания в колхозах // Ульяновская правда. 1947. № 25. С. 1.
3
Там же.
4
Там же.
5
Там же.
6
ГАНИ УО. Ф. 8. Оп. 3. Д. 2. Л. 46.
7
О ходе отчетно-выборных собраний в колхозах // Волжская коммуна. 1950.
№ 31. С. 3.
144
мами. В Кутузовском районе из запланированных 33 собраний было
проведено только девять. Аналогично обстояло дело с собраниями в
1
Исаклинском и Похвистневском районах
.
В ряде колхозов Похвистневского района не соблюдались требования Устава об обязательном присутствии на отчетно-выборных
собраниях не менее
2
/3 общего числа членов артели. На отчетно-выборном собрании в колхозе «Правда», проведенном 21 января 1950 г.,
из 399 членов артели присутствовало только 216 человек, что составляло 54 % к общему числу колхозников. Несмотря на то что собрание
было неправомочным, присутствующий на нем заведующий райсельхозотделом Трофимов допустил его проведение, как и незаконные
2
выборы правления, председателя и ревизионной комиссии колхоза
.
Одним из самых массовых нарушений Устава сельскохозяйственной артели в послевоенной колхозной деревне было отсутствие необходимого кворума на общих собраниях колхозников. Еще по проверке годовых отчетов колхозов и протоколов общих колхозных
собраний за 1947 г. уполномоченный Совета по делам колхозов по
Куйбышевской области отмечал, что в четырех районах (Сергеевском,
Ново-Девическом, Приволжском и Хворостянском) были проведены
54 незаконных колхозных собрания. На данных собраниях присутствовали менее двух третей членов колхоза. В колхозе им. Буденного
Клявлинского района на отчетно-выборном собрании 1947 г. присутствовали лишь 87 человек из 427 членов артели, а в колхозе им.
Сталина Хворостянского района на собраниях присутствовало только 45 % членов артели
3
. В колхозе им. Чапаева Богатовского района
за 1947 г. провели четыре собрания и ни одно не было правомочным,
т. к. отсутствовал необходимый кворум4. Такое положение с нарушением Устава объяснялось неправильным пониманием и толкованием
членами правлений колхозов его основных положений. Некоторые
руководители районных организаций и колхозов ошибочно считали
членами колхозов лишь трудоспособных колхозников, а престарелые
члены колхозов (мужчины старше 60 лет и женщины старше 55) фактически были лишены возможности участвовать в решении колхозных дел.
На отчетно-выборном собрании колхоза им. Матросова ЧелноВершинского района в 1951 г. присутствовал председатель райисполкома Бакунов, который на пост председателя навязывал колхозникам
кандидатуру И-ва, «работающего ветврачом и являвшимся наруши-
1
Там же.
2
Там же.
3
ЦГАСО. Ф. Р. 1911. Оп. 1. Д. 3. Л. 5.
4
Там же. Д. 5. Л. 18.
145
телем Устава сельскохозяйственной артели»1. Чувствуя сопротивление большинства колхозников, Бакунов «протащил на эту должность
инструктора райкома партии Горбачева»2.
Таким образом, несмотря на то что согласно примерному Уставу
сельскохозяйственной артели главным руководящим органом колхоза являлось общее собрание колхозников, в послевоенное время
данное положение нарушалось как руководством артелей, так и
представителями властных инстанций. Руководящий партийный
состав районов транслировал на низовой уровень принятое в политическом пространстве пренебрежение к закону, считал возможным навязывать свое мнение коллегиальным органам управления
колхозов.
В самих колхозах в силу ошибочного понимания основных положений Устава сельскохозяйственной артели, определяющих порядок
их проведения, отсекали от участия в колхозной жизни престарелых
колхозников, считая, что правом голоса могут пользоваться только
трудоспособные колхозники, участвующие в хозяйственной жизни
артели.
3.2. Крестьянский труд в колхозном хозяйстве
Победоносное завершение Великой Отечественной войны привело к небывалому подъему эмоционально-духовных и гражданско-патриотических чувств населения СССР. Победа стала зримым
подтверждением превосходства социалистической модели общественного развития, но в то же время она породила надежды на качественные преобразования существующей системы. Миллионное колхозное крестьянство, осознавая свою значимую роль в деле разгрома
врага, ожидало роспуска колхозов и придания законных форм трудовым отношениям в личных подсобных хозяйствах, оформившимся в
военные годы. Коммуникационные каналы сельского общества весной и летом 1945 г. были полны всевозможными слухами, суть которых сводилась к ликвидации колхозной системы. Так, пчеловод колхоза «Пролетарий» Астрадамовского района Ульяновской области в
разговорах с колхозниками заявил, что принято решение о роспуске
колхозов3. В колхозе «На страже» колхозница П. Мишагина «утверждала, что о ликвидации колхозов решен вопрос на конференции
1
ЦГАСО. Ф. Р. 1911. Оп. 1. Д. 72. Л. 69.
2
Там же. Л. 72.
3
ГАНИ УО. Ф. 8. Оп. 1. Д. 230. Л. 10.
146
в Сан-Франциско»1. Активное распространение подобных слухов
свидетельствовало о том, что сельское общество не смирилось с коллективной формой ведения хозяйства, жестким административным
контролем государства над хозяйственной деятельностью крестьян и
массовым изъятием продовольствия у сельского населения по обязательным государственным поставкам.
Умы колхозников будоражили слухи об освобождении религиозной сферы от диктата марксистской идеологии и наделении членов
колхозов всей полнотой прав советского гражданина. Так, крестьянка
Вилкова из колхоза «XIII лет Октября» говорила, том, «что Америка
и Англия надели на товарища СТАЛИНА крест» 2, тем самым он стал
воцерковленным и не будет больше чинить препятствия в отправлении религиозных обрядов.
Надеждам крестьянства не суждено было сбыться, они оказались
беспочвенными и в сталинскую эпоху так и остались нереализованными. Советское руководство, как и в предшествующее время, рассматривало аграрную сферу как внутреннюю колонию, снабжающую
промышленно-индустриальный сектор материальными и людскими
ресурсами. Именно колхозно-совхозное хозяйство должно было обеспечить продовольствием города и индустриальные центры. Как отмечал первый секретарь Ульяновского обкома ВКП(б) И. Терентьев
на XIII пленуме обкома 19 марта 1947 г., подъем сельского хозяйства
необходимо было обеспечить в кратчайший срок, чтобы «в кратчайший срок получить обилие продовольствия… сырья для легкой
промышленности и накопление необходимых государственных продовольствий…», но ни слова не прозвучало об улучшении материально-бытовых условий жизни колхозников3.
Начавшаяся в 1946 г. кампания по ликвидации нарушений Устава
сельскохозяйственной артели позволила повысить процент выполнения колхозами плановых заданий по поставкам сельскохозяйственной продукции, увеличить посевные площади и начать борьбу
за соблюдение трудовой дисциплины самими членами сельхозартелей. Правительственные мероприятия позволили повысить эффективность сельскохозяйственного производства, но в целом, при
отсутствии механизмов финансового стимулирования крестьян к
активному труду, все достижения базировались на интенсивной эксплуатации колхозников. Традиционно советскими властными институтами «во главу угла ставились задачи выполнения селом любой це-
1
Там же.
2
Там же.
3
Там же. Оп. 5. Д. 2. Л. 4.
147
ной поставленных планов государственных заготовок…»1 Благодаря
очередному нажиму на село советское правительство все же смогло
решить первоочередную задачу и в декабре 1947 г. отменить в стране
карточную систему снабжения продовольствием. Данное мероприятие советское правительство реализовало ценой жизни сотен крестьян, погибших от голода в основных хлеборобных районах страны2.
Для обеспечения контроля деятельности колхозов и строгого соблюдения Устава сельскохозяйственной артели 19 сентября 1946 г.
был создан Совет по делам колхозов при Правительстве СССР.
В регионы были назначены уполномоченные данного Совета. В своей практике они руководствовались лишь решениями председателя
Совета, а представители местных властей каких-либо рычагов административного воздействия на них не имели. К концу 1947 г. региональные аппараты Совета были укомплектованы кадрами, а сами
уполномоченные приступили к исполнению своих прямых обязанностей3. В региональной прессе развернулась широкая кампания по
информированию населения о функциях и месте пребывания уполномоченных Совета, т. к. помимо выявления нарушений Устава они
должны были рассматривать жалобы и заявления крестьян по различным вопросам хозяйственной деятельности и самостоятельно
принимать по ним решения.
Анализ ежегодных отчетов уполномоченных показывает, что одним из самых распространенных нарушений в колхозном хозяйстве
в послевоенное время являлась низкая трудовая дисциплина членов
артелей. Отказ от выхода на работу был связан с различными факторами, но в целом объясняется нежеланием крестьян работать в артели,
не получая никакой финансовой отдачи. В 1949 г. в Куйбышевской
области из 208 741 трудоспособного колхозника в сельскохозяйственных артелях работали 201 199 человек. Обязательный минимум
трудодней не выработали 34 019 человек, или 18,4 %4. В 1947 г. в колхозах Барановского района Ульяновской области от 60 до 100 членов
сельскохозяйственных артелей ежедневно не выходили на полевые
1
Ломшин В.А., Надькин Т.Д. Средневолжская деревня в 1946–1948 гг. (На примере Мордовской АССР) // Вестник НИИ гуманитарных наук при Правительстве
Республики Мордовия. 2009. № 2 (12). С. 78.
2
Ломшин В.А. Сельское население Мордовии в послевоенные годы (1946–
1955) // Вестн. НИИ гуманитар. наук при Правительстве Республики Мордовия. 2010.
№ 2 (14). С. 94–97.
3
ЦГАСО. Ф. Р. 1911. Оп. 1. Д. 3. Л. 1.
4
Там же. Ф. Р. 347. Оп. 14. Д. 57. Л. 1.
148
работы во время уборки урожая1. Крайне низкой трудовая дисциплина была в 1945 г. Так, в Астрадамовском и Вешкаймском районах
Ульяновской области от 30 до 50 % колхозников игнорировали общественную работу и в хозяйственной жизни колхозов не участвовали2.
Анализируя хозяйственную жизнь колхозной деревни в послевоенное десятилетие, Т.Д. Надькин отмечает: «…неуверенность колхозников в получении доходов по трудодням снижает заинтересованность
в труде, ведет к ослаблению трудовой дисциплины, росту хищений…
и к массовым нарушениям устава сельскохозяйственной артели, то
есть к стремлению защищать свое личное хозяйство»3.
Слабая трудовая дисциплина колхозников была связана не с сохранением частнособственнических устремлений крестьян – они
усвоили уроки государственной политики времен «военного коммунизма» и раскулачивания, однако существующие условия труда
и отсутствие материального обеспечения трудящихся вынуждали
их искать различные способы и стратегии выживания. Сам колхозный строй воспринимался крестьянами как второе крепостничество:
колхозники были полностью лишены права участия в колхозной
жизни. Их функция заключалась в выполнении плановых заданий,
показатели которых далеко не соответствовали реальным возможностям колхозов. Фактически колхозники были отстранены даже от
возможности выбирать председателя правления колхоза, что было
гарантировано советским законодательством и Уставом сельскохозяйственной артели. Так, 6 февраля 1947 г. в колхозе им. 2-й пятилетки Утесовского района Куйбышевской области под давлением председателя районного Совета Барсукова колхозники были вынуждены
избрать председателем правления артели бывшего кулака Денисова,
который впоследствии систематически занимался хищением колхозного имущества4.
Система оплаты труда в сельскохозяйственных артелях была выстроена таким образом, что размер трудодня в переводе в материальное вознаграждение не являлся неизменной величиной и варьировал
в зависимости от урожайности и выполнения колхозом плановых
показателей по хлебозаготовкам и иным обязательствам. В военное
лихолетье, когда основное трудоспособное население было мобилизовано на фронт, а в колхозах работали только женщины, старики
и подростки, экономическая эффективность колхозов резко упала.
Сокращались посевные площади, снижались урожайность зерновых,
1
ГАНИ УО. Ф. 8. Оп. 5. Д. 293. Л. 71.
2
Там же. Оп. 3. Д. 130. Л. 65.
3
Надькин Т.Д. Сталинская аграрная политика и крестьянство Мордовии. С. 192.
4
ЦГАСО. Ф. Р. 1911. Оп. 1. Д. 3. Л. 4.
149
продуктивность животноводства1. Резкое падение объемов производимой колхозами продукции привело к тому, что и материальное
вознаграждение трудодня уменьшалось. В среднем урожайность зерновых и размеры посевных площадей по Ульяновской области за военные годы сократились более чем на 40 %2. Если в 1940 г. колхозы
области сдали государству 3 685 860 центнеров зерна, то в 1946 г. –
только 834 150 центнеров3. Оплата трудодня снизилась с 1,5 кг хлеба
в 1940 г. до 0,367 кг в 1944 г. По Куйбышевской области: за один трудодень в 1940 г. выдавали 1,4 кг зерна, а в 1945 г. только 0,540 кг4. Для
того чтобы выжить и прокормить семью, большинство колхозников
начинают игнорировать общественную работу в колхозах и основное
внимание уделять развитию своего подсобного хозяйства: самовольно расширять площадь своего участка, засевать его зерновыми культурами, увеличивать поголовье скота, использовать для своих нужд
сенокосные угодья.
Произведенное в подсобном хозяйстве продовольствие лишь частично потреблялось крестьянской семьей, большая его часть реализовывалась на городских рынках, которые для советских крестьян
являлись не средством заработка, а были лишь инструментом, благодаря которому они могли получать доступ к промышленным товарам.
Одним из главных факторов разложения трудовой дисциплины в
колхозах являлось распределение колхозного дохода на трудодни без
учета количества выработанных трудодней каждым конкретным колхозником. В послевоенной колхозной деревне укоренилась несправедливая практика расчета колхозов с крестьянами за выполненную
работу в общественном производстве. Действующее советское законодательство предусматривало, что после выполнения колхозом всех
обязательных поставок государству колхозники получают за свой
труд натурпродукцию и денежные выплаты пропорционально своему трудовому участию в сельскохозяйственном производстве. Но на
деле довольно часто, еще до выполнения всех госпоставок, председатели «по запискам» в счет аванса выдавали колхозникам различную
продукцию, при этом не всегда учитывалось количество выработанных конкретными колхозниками трудодней, то есть «кому много, а
кому мало»5. Так, в 1946 г. колхозники из артели «Память Ильича»
Сенгилеевского района Ульяновской области за выработанные трудодни ничего не получили. Причина – беспечность председателя
1
ГАНИ УО. Ф. 8. Оп. 3. Д. 128. Л. 1.
2
Там же. Л. 3.
3
Там же. Оп. 5. Д. 2. Л. 7.
4
ЦГАСО. Ф. Р. 1911. Оп. 1. Д. 10. Л. 6.
5
ГАНИ УО. Ф. 8. Оп. 4. Д. 292. Л. 52.
150
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]