Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:От мыса Головнина к Земле Александра I российские кругосветные экспедиции в первой половине XIX века
.pdf
Глава вторая 131
Участие в кругосветном плавании играло важную роль в матери-
альном обеспечении офицера, подсчете его выслуги и количества морских кампаний, за которые он был представлен к орденам Св. Владимира и Св. Георгия, а также в начислении пенсии при выходе
в отставку. Дело в том, что при исчислении морских кампаний кругосветные плавания до 6 декабря 1833 г. засчитывались вдвое. В специально посвященном этой теме письме военному министру от 7 апреля
1833 г., когда вопрос о статусе кругосветных плаваний рассматривался в высших инстанциях, светлейший князь А.С. Меншиков оговаривал, что преимущество считать морские компании подобным образом
не предусмотрены особыми постановлениями, но «таковое преимущество всегда давалось особенным высочайшим повелением»1. Речь
тогда зашла о пересмотре статутов награждения военно-морских
офицеров орденом Св. Георгия 4 ст. и допущенных отступлениях от
указа Военной коллегии от 26 ноября 1775 г., «в противность коему
некоторые морския компании при удостоении морских офицеров
к ордену Святого Георгия считаются им вдвое и более»2. Морское
же ведомство, признавая справедливость доводов Военного ведом-
платье» и, взяв палаш для защиты, побежал к дому адмирала, старинного приятеля его
дяди. С облегчением он узнал, что адмирала нет в Севастополе, и попытался погасить
разворачивавшийся мятеж, направив дворовых адмирала к находившейся неподалеку
греческой часовне, чтобы срезать веревки у колоколов. План этот провалился, и тогда деятельный офицер сделал попытку организовать оборону дома и приказал всем
людям вооружиться дубинами для отпора толпе. Но вскоре стало ясно, что сопротивление может только усугубить положение и приведет к еще большему обострению ситуации. В этих условиях Энгельгардт решил открыть ворота и впустить требовавшую
адмирала толпу в дом, продемонстрировав, что адмирала нет. Взбунтовавшиеся еще
два раза в течение ночи врывались в дом Патаниоти, и, в конце концов, жизнь самого Энгельгардта оказалась под угрозой. Опасаясь «пыток», он спрятал палаш среди
бочек во дворе и сумел скрыться незамеченным через заднюю калитку. Бросившись
к дому сына Патаниоти, он предпринял меры по спасению семьи адмирала и на шлюпках устроил бегство нескольких человек на корабли, стоявшие в севастопольской гавани. Затем он вернулся на свою квартиру и после подавления мятежа был арестован
властями. Несмотря на подтверждение Аудиториатским департаментом выводов о непричастности Энгельгардта к происшедшим в Севастополе волнениям, в судебном решении по его делу фигурировали обвинения в предосудительных действиях: «будучи
под арестом» он «ходил в неприличном офицеру деньщичьем одеянии с обнаженным
палашем» и принял «название дворецкого». Именно «предосудительность», которая
привела к нарушению офицерского кодекса чести, стала причиной разжалования Энгельгардта в рядовые (05.11.1830). Впоследствии, по высочайшей конфирмации, приговор был заменен (27.12.1830) трехмесячным содержанием на гауптвахте, отставкой
и отправлением на родину под надзор полиции.
1
РГАВМФ. Ф. 205. Оп. 1. Д. 1407. Л. 10.
2
Там же. Л. 9 об.
132 Копелев Д.Н.
ства, оправдывалось, подчеркивая, что «едва ли были примеры, чтобы морския компании считались более чем вдвое». Само же по себе
«считание некоторых компаний вдвое последовало в первый раз по
особенному высочайшему повелению, в числе других преимуществ,
пожалованных офицерам, бывших в экспедиции к Южному полюсу,
и впоследствии преимущества сии распространены были на каждый
случай отдельно высочайшим повелением, как на путешествия кругом света, так и на экспедиции, отправленные к Северному полюсу
на санях по льдам Ледовитаго моря от материка Сибири. О невозобновлении таковых преимуществ на будущее время предположено
было сделать по Главному Морскому штабу представление, которое
будет уже излишним за разсмотрением сего предмета в Георгиевской
думе»1. Тогда же были подсчитаны случаи учета компаний «вдвое»
и полученные на это высочайшие разрешения. Среди них оказались:
шлюпы «Восток» и «Мирный» (23.08.1821), «Открытие» и «Благонамеренный» (08.02.1823), «Ладога» и «Аполлон» (12.12.1824), фрегат
«Крейсер» (04.09.1825), шлюп «Предприятие» (15.07.1826), военный
транспорт «Кроткий» (29.09.1827), шлюп «Сенявин» (21.09.1829)2.
Кроме того, немалую роль сыграл и высочайший указ Адмиралтейств-коллегии от 12 мая 1826 г., в соответствии с которым кампании, сделанные на транспорте, приравнивались к кампаниям «на
судах под военным флагом», что открывало благоприятные возможности для роста в карьере офицеров, уходивших в Русскую Америку
на транспортных судах3.
Третье обстоятельство было напрямую связано с получением очередного чина и быстротой карьеры, так как за участие в кругосветном
плавании офицеры, как правило, производились в чин «вне очереди».
Обратимся, например, к карьере Отто фон Коцебу. Уйдя в плавание
на «Надежде» волонтером, он по возвращении в Петербург был произведен в мичманы. Капитан-лейтенантом он стал после плавания на
«Рюрике», а вернувшись из экспедиции на «Предприятии», получил
чин капитана 2-го ранга, пройдя весь этот путь за двадцать лет. В том
же ряду – производство из капитан-лейтенантов в капитаны 1-го
ранга за два года (1829–1830) Л.А. фон Гагемейстера после плавания
1
РГАВМФ. Ф. 205. Оп. 1. Д. 1407. Л. 10–12.
2
Там же. Л. 16, 16 об. В список не попала «особая сухопутная экспедиция из Северной Сибири по льдам для описи берегов Ледовитаго моря» под командованием
Ф.П. Врангеля и П.Ф. Анжу.
3
Собрание законов и постановлений до части морского управления относящихся.
СПб., 1829. Кн. 2. № 7.
Глава вторая 133
на «Кротком»1. Средним по «скоростным» показателям можно считать карьеру сына контр-адмирала Ф.Н. фон Бодиско, принимавшего участие и в Наваринском сражении, и в кругосветных плаваниях
на шлюпе «Ладога» и транспорте «Америка», – он прошел путь от
мичмана до капитан-лейтенанта за девятнадцать лет. Е.А. фон Беренс
,благодаря плаваниям на «Кротком» и «Америке», преодолел эти три
чина за десять лет. Двенадцать лет потребовались барону Ф.П. фон
Врангелю, чтобы дослужиться до чина капитана 2-го ранга. И совсем
«сказочной» выглядит скорость продвижения Ф.П. фон Литке, выросшего за четырнадцать лет из волонтеров до капитана 1-го ранга.
Столь же фантастической выглядит карьера М.П. Лазарева. Хотя,
разумеется, при всех блестящих талантах и Литке, и Лазарева столь
быстрое их продвижение по службе наталкивает на мысли о мощных
рычагах покровительства2.
Социальные характеристики
Присмотримся теперь к социальным характеристикам изучаемых нами офицеров – их происхождению, особенностям карьерного
роста, этосу. Как исходный пункт можно констатировать, что кругосветные плавания занимали чрезвычайно важное место в карьере
офицеров. Из 188 выявленных нами офицеров – участников кругосветных плаваний, более одной трети достигли высших генеральских
офицерских чинов (69 человек). Среди них – будущий цвет Российского флота, блестящие адмиралы, вошедшие в высшую военную,
административную и научную элиту Российской империи. Но это –
в будущем! Пока же их социальные траектории оказывались вполне
предсказуемыми. Большинство из офицеров, за редким исключением
(например, В.С. Завойко, П.И. Ильин, П.И. Крузенштерн, Ф.П. Литке, В.С. Хромченко), окончили Морской кадетский корпус. Среди
участников дальних вояжей фактически не были представлены вы-
1
Следует заметить, что в 1821 г. Гагемейстер вышел в отставку с присвоением ему
чина капитана 2-го ранга, а в 1828 г. он был восстановлен на службе в прежнем чине
капитан-лейтенанта.
2
Д.И. Завалишин замечает, что «без доброго словца, замолвленного за него Карцовым», командиром Гвардейского экипажа, он и через 15 лет службы, даже имея за
спиной два кругосветных плавания, мог бы претендовать только на получение чина
капитан-лейтенанта. Карцов обратился с просьбой к императору, и, по распоряжению
последнего, Лазарева произвели прямо в чин капитана 2-го ранга, минуя чин капитанлейтенанта (Завалишин Д.И. Воспоминания о Морском кадетском корпусе с 1816 по
1822 год // Русский вестник. 1873. Т. 105. С. 640).
134 Копелев Д.Н.
ходцы из титулованной аристократии [редкие исключения: барон
фон Бистром Георгий Антонович, генерал-майор (25.06.1827); барон фон Врангель Фердинанд Петрович, адмирал (26.08.1856); граф
Гейден Логгин Логгинович, адмирал (23.04.1861), генерал-адъютант
(03.04.1849); барон Геллесем Карл Карлович, лейтенант (22.03.1823);
князь Мирославич Мартын Матвеевич, лейтенант (22.03.1822);
князь Ухтомский Константин Александрович, капитан-лейтенант
(22.08.1860); барон Фридерикс Николай Петрович, капитан 2-го ранга (23.04.1856), флигель-адъютант (10.07.1846)]. В национальном же
смысле среди участников доминируют собственно русские дворяне,
а среди иных наций выделяются представители остзейских немцев
(Врангели, Гагемейстеры, Глазенапы, Коцебу, Крузенштерны, Моллеры и др.) и выходцы из Великобритании [Бойль Роман Платонович, вице-адмирал (08.04.1851); Галл Роман Романович, мичман
(09.02.1818); Мофет Самуил Иванович, адмирал (07.05.1880); Мур
Федор Федорович, мичман (22.10.1800)].
Большая часть участников кругосветных плаваний, в том числе
и возглавлявшие их командиры, происходили из мелкопоместного служилого провинциального дворянства, родители их большую
часть жизни несли «лямку» военной и военно-морской службы и отдали своих отпрысков на воспитание в Морской корпус. Как поступил, например, отец Юрия и Анания Лисянских, малороссийский реестровый казак Федор Герасимович (1735–1803), который, согласно
фамильному преданию, происходил из семьи шляхтича Стефана Лисянского, в XVII в. бежавшего из крымского плена и поступившего
на службу в Лубенский казацкий полк. Его сын Семен был полковым
есаулом и скончался в «походе Сулацком» в 1712 г., а правнук Федор
служил в сотенной Иченской и полковой Прилуцкой счетной комиссии, а затем стал канцеляристом в Киевской духовной консистории.
В 1760 г. Федор Герасимович принял сан священника и служил протоиреем в церкви Иоанна Богослова в Нежине1. Знакомство со своим
1
Шустов А.Н. Из рода Лисянских // Новый Часовой. 2001. № 11–12. С. 298, 300,
301. О Лисянском см.: Штейнберг Е.Л. Жизнеописание русского мореплавателя Юрия
Лисянского, содержащее историю его службы на военном флоте российском, его плаваний в Западную и Восточную Индию, Северную Америку и Южную Африку, а также о знаменитом первом вояже русских моряков вокруг света с 1803 по 1806 год, М.,
1948; Перцмахер В.В. Ю.Ф. Лисянский в Индии (1799 г.) // Страны и народы Востока.
Вып. XII: Индия – страна и народ. Кн. 2. М., 1972. С. 248–259; Фирсов И.И. Лисянский.
М., 2002; Шевченко В.М. Юрій Лисянський – український мореплавець і мандрівник //
3 історії вітчизняного туризму: 3б. наук. статей. Киев, 1997. С. 7–17; Юр’єв Б. Нові до-
Глава вторая 135
знаменитым земляком, секретарем Екатерины II графом А.А. Безбородко, как полагают, позволило Федору Лисянскому в 1783 г. пристроить своих сыновей в Морской корпус. Старший брат, Ананий
Федорович, флаг-офицер вице-адмирала М.К. Макарова и секретарь адмирала Е.Е. Тета, участвовал в Средиземноморской экспедиции Д.Н. Сенявина и дослужился до капитана 1-го ранга (09.08.1823).
Младший, Юрий (01.04.1773, Нежин – 22.02.1837. Санкт-Петербург),
вместе с Иваном Крузенштерном совершил первое русское кругосветное плавание. В январе 1809 г. он вышел в отставку и вместе со
своей супругой (1807), Шарлоттой Карловной Жандр (урожденной
баронессой Брюнольд), проживал в Петербурге по Семеновскому
проспекту, а также в имении Кобрино под Гатчиной1. Один из его
сыновей, Платон (1820 – 22.02.1900), дослужился до чина адмирала (01.01.1892) и был известен благодаря своей благотворительной
деятельности2.
Из служилого рода вышли и скончавшиеся от туберкулеза капитан 1-го ранга Иринарх Степанович Тулубьев и его племянник,
мичман Александр Всеволодович (ум. 26.08.1821), похороненный на
кладбище Форт-Росс (Сан-Франциско) 4 февраля 1823 г. Истоки их
разветвленной фамилии восходили к XV в., и представители фамилии были внесены в родословные книги Воронежской, Псковской,
Тверской, Тульской и Курской губерний. Родоначальником фамилии считается постельничий хана Тохтамыша (ум. 1406) Харды (или
Нарды) Хозей (ум. после 1392 г.), выехавший из Золотой Орды к великому князю Василию I Дмитриевичу (1371–1425) и при крещении
получивший имя Азарий. Документально род Тулубьевых, в котором
числился и один из опричников Ивана Грозного, был подтвержден
в Общем гербовнике дворянских родов с 1630 г., и согласно генеалогической традиции ведет начало от праправнука Азария Никиты
кументи до біографії Ю.Ф. Лисянського // Сіверянський літопис. 2002. № 5. С. 81–83;
Голутва И.В. «Он взял с собою паруса…» // Военно-исторический журнал. 2019. № 2.
С. 80–86.
1
После смерти жены в 1831 г. Юрий Лисянский купил два дома по Канонерской
улице, а в августе 2018 г. приобрел еще один дом на Садовой улице, которые собирался
сдавать внаем. Однако обанкротился и попал в долги перед Заемным банком, которые
были погашены казной уже после его смерти. В августе 2018 г. сгорели и остатки загородного дома Лисянских в Кобрино.
2
Другой сын, Юрий, ушел в монахи; после пострига он стал иноком Гавриилом
и поселился в монастыре Св. Пантелеймона (Шустов А.Н. Петербуржец Лисянский //
Ленинградская панорама. 1989. № 11. С. 31).
136 Копелев Д.Н.
Тулубьева1. Один из его многочисленных потомков, Степан Васильевич (1741–16.04.1798), женатый на Мавре Васильевне Мистровой
(1743–04.09.1795), вышел в отставку поручиком и определил трех
своих сыновей, Всеволода2, Иринарха и Николая, в Морской корпус.
Капитан 1-го ранга (14.02.1819) Иринарх Степанович Тулубьев
(1770–01.03.1822) родился в Туле3. Окончив Морской корпус, он
прошел через горнила всех крупных сражений русско-шведской
войны 1788–1790 гг., затем в эскадре вице-адмирала Макарова участвовал в крейсерстве у голландских берегов (1798–1800) и в осаде Данцига в 1813 г. В 1817–1818 гг., командуя новопостроенным
44-пушечным фрегатом «Патрикий» в эскадре контр-адмирала
А.В. фон Моллера совершил плавание из Ревеля в Испанию, предпринятое с целью продажи русских кораблей. Выбранные для продажи корабли, в том числе и фрегат «Патрикий»4, по замыслу испанско-
1
Генеалогическую роспись рода Тулубьевых см.: https://forum.svrt.ru/topic/2141-
%D1%82%D1%83%D0%BB%D1%83%D0%B1%D1%8C%D0%B5%D0%B2%D1%8B/
2
Генерал-лейтенант (06.04.1835) Всеволод Степанович Тулубьев (? – 15.07.1843,
Николаев), участник русско-шведской (1788–1790) и русско-турецкой (1787–1791)
войн, герой, потерявший правую ногу при штурме Измаила, завершил свою карьеру
инспектором ластовых экипажей Черноморского флота (1827–1834) и членом Общего
присутствия Черноморского интендантства (1834–1835), став в 1836 г. председателем
Николаевской городской комиссии. Был женат (04.05.1793) на Марии Иосифовне,
жительнице г. Николаева.
3
См. подробнее: Говядинов А.В. Тулубьевы – дворяне Ржевского уезда // 800 лет:
Ржев в истории и современности: Материалы межрегиональной научно-практической
конференции «800 лет. История Ржева в лицах и событиях» / составитель и редактор О.М. Кузьмина. Ржев, 2017. С. 74–80; Сычев В.И. Иринарх Степанович Тулубьев на
службе России (1812–1814 гг.) // Ржев в истории и современности России: Материалы межрегиональной научно-практической конференции. Ржев, 2018. С. 14–32.
4
Парусный фрегат Российского императорского флота «Патрикий» был заложен
30 января 1814 г. на Соломбальской верфи, известным корабельным мастером A.M. Ку рочкиным, спущен 21 июня 1816 г., вошел в состав Балтийского флота. Поступив на
службу в Испанский флот, «Патрикий» был переименован в «Регина Мария Изабель»
и 21 мая 1818 г. возглавил конвой из десяти транспортов с 2500 солдатами, направленный в Латинскую Америку для подавления провозгласившей независимость Республики Чили. 28 октября 1818 г. был захвачен повстанцами, приведен на рейд Вальпараисо и переименован в честь диктатора – президента новопровозглашенной республики
дона Бернардо О’Хиггинса. Свой адмиральский флаг на нем поднял британский капитан 1-го ранга Томас Кокрейн, старинный приятель И.Ф. Крузенштерна, который
вступился за него во время громкого скандала, связанного с распространением ложных известий об убийстве Наполеона союзными державами на острове Св. Елены. Кокрейн был приговорён к часу позорного столба, году тюремного заключения и выплате
огромного штрафа; его имя было вычеркнуто из списков флота (Крузенштерн, фон,
Эверт. Иван Крузенштерн. Мореплаватель, обогнувший землю. М.: Паулсен, 2020.
Глава вторая 137
го правительства предназначались «для защиты испанской торговли,
освобождения наших (т. е. испанских) морей от пиратов, для защиты
верноподданных, которые являются за морями жертвами анархии
и мятежа, и восстановления выгод, которых лишена Европа в результате беспорядков в Америке»1. В 1821 г., вернувшись из Испании,
возглавил кругосветную экспедицию на парусных военных кораблях
«Аполлон» и «Аякс», во время которой умер в Индийском океане от
туберкулеза2.
Принявший тогда командование шлюпом «Аполлон» лейтенант
Степан Петрович Хрущев (1790(1) – 25.10.1865, Тула), дослужился до адмирала (27.03.1855) и стал членом Адмиралтейств-совета3.
Подобно своему предшественнику Тулубьеву, Хрущев также происходил из древнего рода, родоначальник которого некий Иван Иванович Хрущ, согласно сохранившимся данным, в 1493 г. вместе со
своим братом перебрался из Литвы на Русь и, приняв православие,
стал именоваться Хрущёвым. Великий князь Иван III пожаловал ему
волости под Тулой и Веркушами, вокруг которых, собственно, и расположились потомки этой разветвленной фамилии4. Мелкие помещики Хрущевы постепенно укрепили свое положение, выдвигаясь на
важные посты в дипломатической, военной и дворцовой иерархии.
Так, среди предков Степана Петровича Хрущева мы обнаруживаем
воевод и стольников, в частности участника Азовских походов Петра
С. 204–205). После выхода из тюрьмы Кокрейн с семьей в августе 1818 г. на бриге
«Роуз» прибыл в Вальпараисо и принял участие в войне Испанских колоний за независимость. В 1823 г. после изгнания президента О‘Хиггинса из страны корабль был
вновь переименован в «Марию Исабель», а после продажи в мае 1826 г. Аргентине стал
называться «Буэнос-Айрес». Однако его первый рейс закончился трагически – фрегат
затонул возле мыса Горн при переходе из Тихого океана в Атлантический.
1
См. подробнее: Слезкин Л.Ю. Россия и война за независимость в Испанской Америке. М., 1964; Кузнецов Л.А. Русская эскадра для испанского короля // Гангут: Сб. ст.
СПб., 2002. Вып. 31. С. 85–91; Анка Аламильо А. Корабли, купленные Испанией в России // Гангут: Сб. ст. СПб., 2003. Вып. 35. С. 60–67; Андриенко В.Г. Продажа русской
эскадры Испании в 1817–1818 годах // Гангут: Сб. ст. СПб., 2006. Вып. 39. С. 88–100.
2
Тулубьев едва не принял участие и в первой русской кругосветной экспедиции.
В письме Крузенштерну от 1 сентября 1802 г. Лисянский сообщил, что пригласил Тулубьева и выражал надежду, что «он со мною пойдет» (РГАВМФ. Ф. 14. Оп. 1. Д. 224.
Л. 63).
3
После выхода в отставку адмирал С.П. Хрущев поселился в своем доме
в Туле. Похоронен на кладбище близ Спасо-Преображенской церкви села Рогожино
Тульского уезда (ныне Рогожинский поселок в Туле), могила не сохранилась.
4
См. роспись рода: Руммель В.В., Голубцов В.В. Родословный сборник русских дво-
рянских фамилий: в 2 т. СПб., 1887. Т. 2. С. 612–644.
138 Копелев Д.Н.
Ивановича Хрущева (ум. 1721). Отец Степана Петровича, титулярный советник Петр Яковлевич Хрущев (1763–1841) и его жена Елена
Степановна (ур. Есипова) (ум. 1852) владели поместьем в Тульском
уезде в сельце Басове, Богородицком уезде в сельце Мактуновке
и имели девять детей [восемь сыновей: Якова, Степана, Николая
(умер в детстве), Ивана, Бориса, Василия (умер в детстве), Николая,
Александра и дочь Наталию]1.
Сходные социальные истоки были и у Лутковских. Самый знаменитый из них, Феопемпт Степанович Лутковский, плававший вместе
с Головниным на «Камчатке», родился 29 декабря 1803 г. в Тверской
губернии Ржевского уезда, в своем родовом имении селе Микулине.
Истоки его рода – старинная дворянская фамилия, родоначальники
которой, Томило и Истома Лутковские, перешли в Россию из Польши. Многие из их потомков за верную службу были жалованы московскими царями грамотами, поместьями и вотчинами в Тверской
губернии. Отец Феопемпта служил в Преображенском полку, при
Екатерине II по домашним обстоятельствам оставил службу и поселился в Микулине.
Таким как Тулубьев, Хрущёв и Лутковский, выходцам из служилого дворянства, посвятил свои строки Василий Головнин. В начале
1820-х гг., оказавшись на время не удел и тихо проживая в своем рязанском поместье, прославленный мореплаватель изложил в рукописи «О состоянии Российского флота в 1824 г.» свои соображения
о состоянии Российского флота и подписал их псевдонимом «Мичман Мореходов». Рукопись была найдена при разборе оставшихся
после него бумаг, и сегодня она читается как настоящая «исповедь»
человека, всей душой радеющего за главное дело жизни – служение
Российскому флоту, и мечтавшего о том, как возродится его былая
слава. Открыто позицией своей с руководством Головнин не делился, так как «в официальных бумагах не всегда можно всякую вещь
назвать своим именем; откровенность такая, как известно, многим,
сказать попросту, сломила шею»2. Без всякой восторженности, прин-
1
Старший брат, мичман (01.01.1808) Яков Петрович Хрущев (1790–25.10.1809)
утонул при крушении фрегата «Поллукс» возле маяка Урренгрунт в Финском заливе; лейтенант (20.01.1816) Иван Петрович Хрущев (1794–05.08.1826) был участником
Отечественной войны 1812 г. и Заграничного похода 1813–1814 гг. и скончался в Николаеве; Борис Петрович Хрущев (1795–1870) был уволен с военно-морской службы
капитан-лейтенантом (26.07.1818), после чего управлял Пермской окружной казенной
палатой и дослужился до чина действительного статского советника.
2
Мичман Мореходов. О состоянии Российского флота в 1824 году. С рукописи,
найденной в неполном виде в бумагах вице-адмирала В.М. Головнина. СПб., 1861.
С. 47. Далее цит. по: РГАВМФ. Ф. 7. Оп. 1. Д. 25.
Глава вторая 139
ципиально, не жалея мрачных красок, Василий Михайлович изложил свое кредо. Начинать реформы флота следует с военно-морских
офицерских кадров. От низкого качества их подготовки проистекают
все беды флота, так как «умные и достойные люди убегают и гнушаются морскою нашею службою». «Надобно согласиться, – писал
он, – что из всех занятий, коим посвящает себя человек для общественного блага, морская служба есть занятие самое тягостное, самое
несносное и самое опасное. Вступающие в нее должны с самых юных
лет, на время цветущей молодости, лишить себя почти всех приятностей жизни»1. Прельстить же «свободных людей» к службе на флоте
можно лишь предоставив им либо некие «выгоды», либо деньги, либо
славу. Однако «первым можно только прельстить корыстолюбивую
сволочь, от которой никаких великих подвигов ожидать нельзя; одно
лишь честолюбие может подвинуть людей способных к славным делам на пожертвование всем и вступление на столь опасное поприще».
Одно же из главных зол – неограниченная власть руководителей всех
рангов, которые «самовластно располагают местами и назначают своих родственников, друзей и поклонников одновременно к двум и более должностям, по которым они получают жалованье и содержание
и заграждают путь достойным офицерам, но несчастным, ибо не имеют покровительства людей сильных и случайных»2.
Сходные вопросы мучили и молодого лейтенанта Фердинанда
фон Врангеля. В декабре 1828 г. в письме своему другу Федору Литке
он с горечью сетовал на то, что все меньше видит вокруг себя «крепких людей», которым можно было бы доверить управление флотом
и кораблями. По мнению Врангеля, вокруг создается настоящий
вакуум, все меньше остается деятельных и творческих командиров,
способных быть и морскими капитанами, и хорошими комиссарами,
их место занимают мастера составления угодных начальству отчетов,
делавшие ставку на безошибочные бумаги, шагистику и поддержание
жесткой дисциплины. Эти «морские Клейнмихели входят в моду», –
переживал барон. А между тем «сколь важно для флотских офицеров
опыт, наука, а не щегольство, которое сейчас начинают перенимать
морские офицеры»3. Но идут другие времена, заниматься «профессорством» будет некогда, ценится «маршировка перед фронтом».
Авторы процитированных нами строк знали, о чем писали. И Головнин, и Врангель, и Литке принадлежали к новому, очень тонко-
1
РГАВМФ. Ф. 7. Оп. 1. Д. 25. Л. 82 об., 75.
2
Там же.
3
EAA. F. 2057 (Врангели). № 1. S. 443. L. 125.
140 Копелев Д.Н.
му социальному слою русских моряков, которые мыслили себя как
настоящая элита флота, офицеры-исследователи, к формированию
которых в немалой степени подтолкнули именно кругосветные
плавания.
Концепт «офицер-исследователь»
В марте 1844 г. академик-естествоиспытатель Карл Максимович
Бэр, приглашая к себе на светский раут гостей, беседовал со своим
приятелем Фердинандом фон Врангелем и счел уместным предупредить вице-адмирала, что среди «путешествующего люда» «может
быть, придет Крузенштерн. Пожалуй, он испугается, если найдет, что
здесь только сухопутные птицы (подчеркнуто нами. – Д. К.)»1. Сходный подтекст носило и замечание сенатора и директора Департамента железных дорог К.И. Фишера, человека статского, весьма неплохо
знавшего состояние дел на флоте. Будучи в 1830-х гг. секретарем канцелярии начальника Морского штаба светлейшего князя Александра
Сергеевича Меншикова и тесно соприкасаясь с широким кругом военных моряков, он крайне критически оценивал состояние морских
дел в России, а роль флотских офицеров в обществе и вовсе охарактеризовал как «жалкую»2. Тем не менее человек проницательный, он
выделял внутри флотского мира немногочисленную группу людей,
которые, по его словам, составляли «лучшую его часть», «просвещенный кружок флота»3.
Несколько перефразируя определение Фишера, мы воспользуемся современными версиями подразумеваемого под ним понятия,
и будем оперировать им, употребляя словосочетание «офицер-исследователь», подразумевая под ним военно-морского офицера профессионала, ученого и патриота. Начало складываться и укореняться
данное понятие в эпоху Просвещения4, став результатом интеллектуально-институционального переворота в морском деле, начало
которому положили Великие географические открытия и осуществленные в этот период кругосветные плавания. Внедрение данного
понятия на русскую почву как результат модернизации Петровской
эпохи и реформ Екатерины Великой, прямым образом соотносит-
1
Бэр К.М. Переписка по проблемам географии. Л., 1970. С. 209.
2
Фишер К.И. Записки сенатора. М., 2008. С. 76.
3
Там же. С. 77.
4
Bourguet M.-N. L’explorateur // L’Homme des Lumière / Sous la direction de Michel
Vovelle. Paris, 1996. P. 285–346.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]