От биполярного к многополярному миру латиноамериканский вектор международных отношений в XXI веке

выми, ни прозрачными»1. Следовательно, расширение санкций против Венесуэлы представляется логичным и неизбежным шагом Брюсселя.

на лишь на рубеже ХХ–XXI вв.1 В частности, активизации сотруд­ничества способствовало создание Центральноамериканской инте­грационной системы (El Sistema de la Integración Centroamericana, ЦАИС) в 1991 г. В это же время активизируется и работа над со­глашением о политическом диалоге и сотрудничестве, подписан­ным в 2003 г. Европейским союзом и шестью странами Центральной Америки (Коста-Рика, Сальвадор, Гватемала, Гондурас, Никарагуа, Панама)2. Как указывают эксперты, в этот период развитие экономи­ческой составляющей отношений стало опережать уровень развития политического диалога3. На преодоление этой диспропорции были направлены усилия по заключению Соглашения об ассоциации в 2012 г.4, которое предполагает качественные изменения отношений между регионами, подчеркивая факт отказа от традиционного фор­мата сотрудничества «донор – реципиент» и перехода к формату «партнерство», ориентированному на совместные усилия по проти­водействию глобальным вызовам и укреплению межрегиональных интеграционных связей. Соглашение об ассоциации включает в себя амбициозную торговую составляющую в отношении доступа к рын­кам, государственных закупок, интеллектуальной собственности, региональной интеграции, услуг и инвестиций, торговли и устойчи­вого развития. Кроме того, в рамках соглашения гарантируется ряд льгот, предоставляемых Евросоюзом странам Центральной Америки посредством односторонних уступок в рамках Общей системы преференций5.

региональное рамочное соглашение1, устанавливающее регулярный политический диалог, а также определившее цели и механизмы тор­говли и экономического сотрудничества, в том числе в областях по­ощрения инвестиций, транспорта, окружающей среды, науки и техни­ки. Практически сразу же стороны приступили к обсуждению нового соглашения, которое бы обеспечило более тесные связи между двумя регионами и способствовало выравниванию торгового дисбаланса. Однако разные подходы к вопросу прав интеллектуальной собствен­ности и существенные разногласия по вопросам аграрной политики затянули переговорный процесс на долгие годы. Кроме того, затруд­нения вызывала в период президентства К. Фернандес де Киршнер (2007–2015) позиция Аргентины2, а также присоединившейся к бло­ку в 2012 г. Венесуэлы. Со стороны ЕС основными противниками со­глашения стали Ирландия, Польша и Франция, указывающие на то, что открытие рынков для латиноамериканской сельскохозяйствен­ной продукции может иметь резкие негативные последствия для ев­ропейских фермеров.

обходимость поиска новых рынков1, а рынок Латинской Америки на­считывает около 650 млн чел.