Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:От биполярного к многополярному миру латиноамериканский вектор международных отношений в XXI веке
.pdf
ставляет большинство и преобладает не только в экономике, но и в
политической жизни.
Напротив, в Латинской Америке индийское экономическое и
отчасти культурное влияние заметно лишь в уже упоминавшихся Тринидаде и Тобаго, Гайане и Суринаме. Как уже отмечали латиноамериканские исследователи, торгово-экономические связи
с Индией, вероятно, представляют лишь второстепенный интерес
для стран региона. С 2007 г. проводятся форумы с участием представителей индийского и латиноамериканского бизнеса [Индийсколатиноамериканский партнерский конклав, India – Latin America &
Caribbean (LAC) Conclave]. Эти форумы организуют Конфедерация
индийской промышленности и Министерство иностранных дел
Индии. В 2009 г. был заключен договор между Индией и МЕРКОСУР
о зоне преференциальной торговли. В соответствии с этим договором,
были снижены таможенные пошлины (список включал 450 товаров с
обеих сторон)1. В 2015 г. Игнасиу Бартезаги проанализировал роль
Бразилии в отношениях Индии со странами Латинской Америки в
контексте БРИКС. По его мнению, в последние годы сформировался
консенсус относительно расширения связей Латинской Америки с
Азиатско-Тихоокеанским регионом за пределами Китая. Углубление
не только экономических, но и политических отношений с Индией,
в том числе через ИБСА и БРИКС, представляется перспективным,
потому что обе страны занимают привилегированное место в геополитическом плане в своих регионах2.
Тем не менее, несмотря на определенное экономическое взаимодействие, присутствие индийской диаспоры и взаимный интерес,
политические связи между Индией и латиноамериканскими странами по-прежнему далеки от сколько-нибудь серьезного развития.
О многом говорит и статистика визитов премьер-министра Индии
Нарендры Моди: визит в Бразилию на саммит БРИКС в 2014 г.,
рабочий визит в Мексику в 2016 г. и, что немаловажно, отсутствие
на саммите Движения неприсоединения в Венесуэле в том же году.
Соответственно, не лишено оснований утверждение, что «при правительстве Моди Индия почти полностью игнорировала Латинскую
Америку и карибские страны»3.
1
БРИКС – Латинская Америка: позиционирование и взаимодействие. М.: Инсти-
тут Латинской Америки РАН, 2014. С. 13.
2
Bartesaghi I. Las relaciones entre América Latina e India en un contexto BRICS: el
Papel de Brasil // Relaciones Internacionales, 49. 2015. P. 127–148.
3
Prasad B. Indiaʼs Missed Opportunity in Latin America // The Diplomat. June
21, 2017. URL: https://thediplomat.com/2017/06/indias-missed-opportunity-in-latinamerica
351
В политическом плане взаимодействие между Индией и странами латиноамериканского макрорегиона представлено в деятельности
ООН и других международных организаций. В этой сфере Латинская
Америка и глобальный Юг в целом представляют интерес для Индии,
а также для Бразилии и ЮАР постольку, поскольку эти три страны
стремятся реформировать деятельность международных организаций, в частности, путем расширения постоянного состава Совета Безопасности ООН. Для реализации таких инициатив необходима поддержка со стороны латиноамериканских стран – членов ООН.
Как уже отмечалось, ЮАР – наименее значимый член БРИКС в
плане развития отношений с Латинской Америкой. Историческими
центром связей с Латинской Америкой был крайний юго-запад
Южной Африки, Капштадт при голландцах, а затем британский
Кейптаун. Наследие Капштадта/Кейптауна ощущается и в наши дни.
В целом для ЮАР характерно расовое и этническое разнообразие,
сближающее ее со странами Карибского бассейна. В частности, здесь
представлен единственный в Африке народ европейского происхождения, именующий себя африканерами (африканцы, индийцы и капские малайцы).
Особое место в отношениях ЮАР с Латинской Америкой занимает Бразилия. Российские латиноамериканисты оценивают отношения Бразилия – ЮАР следующим образом: «В настоящее время
Южно-Африканская Республика является главным бразильским
партнером на африканском континенте. В свою очередь, на долю
Бразилии приходится более 41 % товарооборота ЮАР со странами
ЛКА. В последние годы заметно интенсифицировались контакты на
двустороннем уровне, которые охватывают не только торговлю, но и
другие сферы межгосударственного сотрудничества: инвестиционные проекты, науку и образование, дипломатическую деятельность.
Представители двух стран тесно взаимодействуют в ключевых
многосторонних организациях (ВТО, МВФ, Всемирный банк) и на
различных международных диалоговых площадках, где обсуждаются
актуальные вопросы глобального развития: перестройка экономического порядка, борьба с голодом, изменение климата, преодоление
последствий мирового финансового кризиса, расширение сотрудничества по линии «Юг – Юг». Во многих случаях делегации Бразилии
и Южной Африки выступают с согласованных позиций, нередко
стремятся говорить от имени своих континентов. По сути Бразилиа
и Претория, действуя совместно, претендуют на роль выразителей
интересов большинства развивающихся латиноамериканских и африканских стран. Существует также взаимопонимание между бразильскими и южноафриканскими правящими кругами относительно
352
их заинтересованности в получении обеими странами статуса постоянных членов Совета безопасности ООН»1.
Из латиноамериканских стран в наши дни лишь Бразилия связана с ЮАР сколько-нибудь заметными историческими и культурными отношениями, которые к тому же в основном ограничиваются
Кейптауном. В экономическом плане ЮАР – скорее, конкурент для
тех латиноамериканских стран, которые располагают значительными
запасами природного сырья, включая Бразилию.
Определенный интерес к ЮАР в наши дни связан с политической
активностью латиноамериканских «афропотомков». В этом отношении на первом плане находятся малые страны Карибского бассейна.
Некоторые из них объединяет с ЮАР общее колониальное наследие.
Как ЮАР, так и англоязычные страны Латинской Америки входят
в Содружество и развивают двусторонние отношения в рамках этой
международной организации. Кроме ЮАР и ряда карибских стран, в
Содружество входит и Индия, что способствует укреплению связей
между этими двумя членами БРИКС и англоязычной частью латиноамериканского макрорегиона. В перспективе такие взаимоотношения могут трансформироваться в связи между отдельными странами
Карибского бассейна и БРИКС, особенно если они будут поддержаны, например, кредитами. Но и с учетом деятельности Нового банка развития БРИКС, созданного по итогам саммита в Дурбане, роль
ЮАР фактически остается второстепенной по сравнению с другими
членами объединения и в первую очередь с Китаем.
Отношения между Россией как членом БРИКС и странами
Латинской Америки обычно не формулируются как многосторонние. Исключения наблюдаются в основном в деятельности внешнеполитического ведомства Бразилии, которая также является членом
БРИКС, и в академической среде.
В ряде стран Латинской Америки, например, в Аргентине, существуют центры по изучению стран БРИКС. До недавнего времени
интерес к БРИКС в Аргентине был связан с возможным присоединением к «клубу» пяти стран. Андре Луиш Рейш да Силва в связи с
этим отметил, что в исследованиях БРИКС часто отмечаются отсутствие конвергенции между стратегическими интересами этих стран,
расхождения по конкретным вопросам международной повестки дня,
в том числе между Бразилией и Аргентиной, по таким вопросам, как
отношения с США, расширение Совета Безопасности ООН, изменение климата, терроризм и права человека, развитие ядерных исследо-
1
БРИКС – Латинская Америка: позиционирование и взаимодействие. М.: Инсти-
тут Латинской Америки РАН, 2014. С. 88–89.
353
ваний, многополярность, либерализация торговли, сотрудничество
«Юг – Юг» и региональная интеграция. Бразильский исследователь
пришел к выводу о том, что конвергенция все же имеет место, частично это относится и к Аргентине. Однако можно также наблюдать
политические разногласия, как, например, в вопросе о расширении
Совета Безопасности ООН1. После заката эпохи киршнеризма произошел спад интереса Аргентины к вступлению в БРИКС, хотя связи на двустороннем уровне с Россией и особенно с Китаем не были
заморожены.
Еще один аспект многостороннего сотрудничества с участием
России как члена БРИКС потенциально связан с сотрудничеством
между БРИКС и МЕРКОСУР. В латиноамериканских академических изданиях и СМИ высказывались предположения о том, что объединение усилий МЕРКОСУР и БРИКС приведет в конечном счете
к образованию нового экономического актора, с которым придется
считаться и глобальному Северу. Так, например, Эужениу Араган,
министр юстиции Бразилии в правительстве Дилмы Руссефф, в эксклюзивном интервью Sputnik Brasil высказал предположение, что,
в то время как экономика Европы распадается, Латинская Америка
имеет все шансы создать единый и сильный экономический блок посредством МЕРКОСУР и БРИКС. При этом, по мнению бывшего
министра, сам процесс интеграции латиноамериканских стран будет
принципиально отличаться от европейской модели: «Что мы должны
сделать теперь в МЕРКОСУР? Это обратный процесс. Необходимо
укрепление доверия между партнерами для экономической интеграции <...> Всё наоборот: мы должны начать с политической интеграции, а экономическая интеграция придет потом». Что касается
БРИКС, Араган подчеркнул важность синергии в торговой сфере
и создания внутреннего рынка, который объединит такие сильные
экономики, как Бразилия, Россия, Индия и Китай; «возможно, некоторые действия Банка развития БРИКС являются важными шагами
для укрепления доверия и создания институтов, которые впоследствии естественным образом будут продвигать вперед такую интеграцию, потому что они будут создавать общую повестку дня»2.
В настоящее время многосторонние связи между МЕРКОСУР и
БРИКС остаются спорадическими. После смены власти в Бразилии
1
Luiz Reis da Silva A. O Brasil, a Argentina e os BRICS: convergências e interesses em
perspectiva comparada // Relaciones Internacionales, 50. 2016. P. 119–141.
2
Ex-ministro da Justiça: se países do BRICS unirem esforços, terão muito a ganhar //
Sputnik Brasil, 23 de Janeiro 2017. URL: https://br.sputniknews.com/tags/organization_
BRICS/?id=8691871&date=20170620T164100
354
и Аргентине развитие такого партнерства остается привлекательным,
но едва ли реалистичным в краткосрочной перспективе.
Наиболее заметным итогом деятельности БРИКС, как и ИБСА, к
настоящему времени можно считать объединение усилий в финансовой сфере (Новый банк развития и пул условных валютных резервов
БРИКС с общим капиталом в 200 млрд долл.). Новый банк развития, функционирующий с 2015 г., был создан как многосторонний
банк развития для поддержки проектов в области инфраструктуры
и устойчивого развития в странах БРИКС и других развивающихся
странах в дополнение к уже существующим финансовым учреждениям. Новый банк развития подписал соглашения с рядом латиноамериканских финансовых учреждений, такими, как Андская корпорация развития (Corporación Andina de Fomento) и Финансовый
фонд развития бассейна реки Ла-Плата, объединяющий Аргентину,
Боливию, Бразилию, Парагвай и Уругвай1.
В 2016 г. банк, в частности, поддержал бразильский проект в
сфере возобновляемой энергетики в партнерстве с Бразильским
банком развития (Banco Nacional do Desenvolvimento Económico e
Social, BNDES, 300 млн дол.). Как и следовало ожидать, кредит не
получил всеобщего одобрения в самой Бразилии и за ее пределами,
в частности в США. Критики проекта отмечали, что средства были
выделены BNDES для финансирования парков солнечной энергии,
которые будут созданы неизвестной (скорее всего, китайской) компанией. Паулина Гарсон, директор Инициативы по устойчивому инвестированию Китая в Латинской Америке (China – Latin America
sustainable investment initiative, IISCAL) в Американском университете (США), отметила, что Новый банк развития «одобрил проекты
без социальных и экологических гарантий» и «не пытался узнать о
потенциально негативных социальных и экологических аспектах
финансирования»2.
3–5 сентября 2017 г. в Сямэне состоялся очередной IX саммит
БРИКС под девизом «Укрепление партнерства ради безоблачного
будущего». Саммит в Китае получил высокую оценку в латиноамериканских СМИ, традиционно связанных с левыми силами, в частности в освещении кубинского агентства «Пренса Латина». Согласно
1
Memorandum of Understanding Between New Development Bank and Corporación
Andina de Fomento on Strategic Cooperation. URL: https://www.ndb.int/wp-content/
uploads/2017/01/MOU–NDB–CAF.pdf; Memorandum of Understanding between the
New Development Bank and Financial Fund for the Development of the River Plate Basin
(FONPLATA). URL: https://www.ndb.int/wp-content/uploads/2017/05/MOU-withFONPLATAApril-2017.pdf
2
Couto F. Markets lack confidence in new BRICS bank // Diálogo Chino, 24 de agosto
2016. URL: http://dialogochino.net/markets-lack-confidence-in-new-brics-bank/
355
его сообщению, БРИКС предлагает перспективы прагматичного сотрудничества линии «Юг – Юг», полезного для всех латиноамериканских стран, «альтернативу историческим связям стран Латинской
Америки с такими институтами, как Международный валютный фонд
или Всемирный банк». Особо отмечается факт превращения БРИКС
в БРИКС+, поскольку на саммит были приглашены лидеры Египта,
Таджикистана, Гвинеи, Таиланда и Мексики. В сообщении приводится мнение Летисии Погорилес (Аргентина, агентство «Телам»).
По ее мнению, «БРИКС могут превратиться в более значимый орган глобального управления, в рамках которого могут быть приняты решения, влияющие на остальной мир. Что касается Латинской
Америки, я считаю, что можно усилить работу с Китаем, например,
через МЕРКОСУР, но главное состоит в том, что Латинская Америка
выходит на уровень взаимодополняемости, а не зависимости»1.
Намного пессимистичнее оценивает перспективы «трампизма»
(политики президента США Дональда Трампа) как для Латинской
Америки, так и для стран БРИКС испанский исследователь Ольга
Хиль. В своей статье, вошедшей в сборник статей, посвященный
БРИКС, Хиль отмечает: «В международных отношениях происходят
серьезные изменения. И одним из последствий этих изменений является крах либерального порядка, созданного в условиях западной
гегемонии», наступил период анархии или даже «темные времена».
Хиль уделяет особое внимание рейтинговым агентствам, которые
оказывают влияние на национальном, региональном и глобальном
уровнях, в том числе и на страны БРИКС. По мнению Хиль, в итоге
«трампизм» влияет и на Латинскую Америку, и на БРИКС «сильно
и плохо»2. Существуют и другие оценки состояния БРИКС, представленные, в частности, в той же публикации. Например, Фернандо
Барсьела полагает, что экономики Бразилии, России, Индии и Китая
преодолели кризис и восстанавливают свою динамику3.
Следует отметить, что позитивная оценка развития БРИКС получила подкрепление в статистике Всемирного банка. Как показано в
недавно вышедшем очередном издании по статистике внешнего долга (International Debt Statistics 2018, данные за 2016 год), основную
1
Pragmatismo del Brics y sus beneficios para Latinoamérica // Prensa Latina, 5 de
septiembre 2017. URL: http://www.prensa-latina.cu/index.php?o=rn&id=113204&SEO=
pragmatismo-del-brics-y-sus-beneficios-para-latinoamerica
2
Gil O. Trump, América Latina y los BRICS: la importancia de los tipos de interés //
Economía exterior: estudios de la revista Política Exterior sobre la internacionalización de
la economía española, 80, 2017 (Ejemplar dedicado a: ¿Qué fue de los BRICS?). P. 31–37.
3
Barciela F. Las economías emergentes vuelven a repuntar. El regreso de los BRICS//
Economía exterior: estudios de la revista Política Exterior sobre la internacionalización de
la economía española, 80, 2017. P. 7–12.
356
роль в росте объемов двустороннего государственного кредитования
сыграли страны БРИКС и особенно Китай в рамках инициативы
«Пояс и путь», охватившей более 60 стран1.
В целом можно утверждать, что сам факт существования БРИКС
вызывает постоянный интерес к этому объединению в странах
Латинской Америки, не вошедших в его состав. В то же время связи между отдельными латиноамериканскими странами и членами
БРИКС развиваются в основном как двусторонние. Международные
региональные организации, в которые входят страны Латинской
Америки, также проявляют интерес к отношениям с отдельными
странами БРИКС, особенно с Китаем и Россией, но такой интерес не
трансформируется в сколько-нибудь заметные связи между БРИКС
и этими организациями. В перспективе ситуация может измениться лишь в том случае, если страны БРИКС будут заметнее координировать свои усилия на международной арене, например, в сфере
официальной помощи странам с низким уровнем доходов (Гаити)
и с доходами ниже среднего уровня (Боливия, Гватемала, Гондурас,
Никарагуа, Сальвадор).
4.2. Страны Латинской Америки в международных
форматах
Постбиполярная система мироустройства получила в наследство
от эпохи «холодной войны» традиционное представление о государственном суверенитете, а также совокупность институтов, созданных в рамках определенного исторического контекста, сегодня все
менее соответствующих современным потребностям с точки зрения
легитимности и справедливого представительства «новых» международных акторов, к которым относятся не только развивающиеся
государства, но также глобальное гражданское общество2. В данных
условиях потребность реформирования глобальной архитектуры
становится объективной.
Многие известные международные эксперты указывали в начале
XXI в. на необходимость интеграции развивающихся стран в ведущие
1
International Debt Statistics 2018 shows BRICs doubled bilateral lending
commitments to low-income countries in 2016 to $84 billion // World Bank Data
Team, October 24, 2017. URL: https://blogs.worldbank.org/opendata/2018-editioninternational-debt-statistics-out
2
Sanahuja J. A. Regionalismo abierto у integración en América Latina: de la fractura
Atlántico-Pacífico a los retos de una globalización en crisis // Pensamiento propio, 2017.
44. Р. 58.
357
политические и экономические структуры. В частности, Ф. Закария
обращает внимание на изменение роли сверхдержавы и призывает
США к сотрудничеству и консультациям с развивающимися странами1. В противном случае последние создадут собственные организации и пойдут против интересов США.
Формирование многополярного мира неизбежно сопровождается коренными трансформациями системы глобального управления,
которые предполагают, во-первых, расширение состава ключевых
участников, способных оказывать влияние на глобальные процессы,
а во-вторых, нарастание конфликтного потенциала международной
системы, вызванное противоречиями между «старым» ядром системы – доминирующей сверхдержавой – и «новыми» игроками, которые предпринимают шаги, направленные на выравнивание баланса
интересов и ведущие к перераспределению сил на международной
арене, необходимому для достижения многополярности.
Решению этой сверхзадачи в определенной степени способствуют
новые форматы многостороннего взаимодействия, представляющие
значительный интерес для стран латиноамериканского региона, для
которых важным аспектом установления более сбалансированного
мирового порядка стало возрождение линии взаимодействия «Юг –
Юг», вышедшее за пределы сотрудничества в рамках Конференции
ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), а также Организации
Объединенных Наций по промышленному развитию (ЮНИДО),
созданных в 1960-е гг., и Конференции ООН по техническому сотрудничеству между развивающимися странами, действующей с конца 1970-х гг. Следует подчеркнуть, что обязательной предпосылкой
к этому, с одной стороны, явилось развитие в начале XXI в. концепции открытого регионализма, а с другой, – расширение совокупного
потенциала Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), что привело к
постепенному смещению центра экономической и политической активности из Атлантического региона в АТР2.
Государства Латинской Америки активно используют самые разные международные форумы для повышения собственного международного веса и устранения неравенства между центром и периферией. Сотрудничество «Юг – Юг» предполагает рамочную программу
между развивающимися странами, основанную на принципах солидарности и охватывающую широкий спектр вопросов, в том числе из-
1
Закария Ф. Постамериканский мир будущего. М.: Европа, 2009. 515 с.
2
The World in 2050. Will the shift in global economic power continue? PricewaterhouseCoopers, 2015. URL: https://www.pwc.com/gx/en/issues/the-economy/assets/
world-in-2050-february-2015.pdf (accessed: 10.12.2017).
358
менение климата, миростроительство, социальное и экономическое
развитие государств, гендерное равенство, безопасность и др.
Наиболее ярким примером в этом отношении можно считать
Бразилию периода президентства Лулы Инасиу да Силвы (2003–
2010), активизировавшего внешнеполитическую деятельность государства на международной арене непосредственно по линии «Юг –
Юг», что стало важным фактором укрепления международных
позиций Бразилии. Участие в формате БРИКС и формате ИБСА,
а также развитие сотрудничества с Африкой способствовали росту
международной активности южноамериканского гиганта и приобретению новых сторонников в Африке южнее Сахары. Как отмечает
эксперт РСМД А. Богуславский, во многом благодаря позиции этих
государств бразильцы Жозе Грациану да Силва и Роберто Азеведу стали генеральными директорами, соответственно, Продовольственной
и сельскохозяйственной организации ООН в 2011 г., и Всемирной
торговой организации (ВТО) в 2013 г.
1
Впервые во главе ВТО – международной организации, призванной регулировать торгово-политические отношения между странами-членами, встал представитель Латинской Америки, бразилец
Р. Карвалью ди Азеведу. При этом его основным конкурентом выступал другой латиноамериканец – мексиканец Э. Бланко. Несмотря на
то что оба кандидата по своему происхождению принадлежали к развивающимся странам, Бланко, принимавший участие в переговорах
о заключении НАФТА, рассматривался как представитель Севера, а
Азеведу – Юга.
В ходе предыдущих раундов консультаций члены ВТО отвергли
также кандидатуру представителя Коста-Рики. Наличие трех кандидатов от Латинской Америки свидетельствует о том, что государства
региона пока не достигли согласия относительно того, каким образом необходимо реформировать международные институты. Главной
причиной этого, очевидно, является политическая и экономическая
гетерогенность региона, а также рост конкурентной борьбы за лидерство в регионе2.
Однако не вызывает сомнений, что государства Латинской
Америки едины в своем стремлении добиться принципиальной реформы существующей системы глобального управления и последо-
1
Богуславский А. Африка – Бразилия: перспективы сотрудничества «Юг – Юг»,
01.06.2017. URL: http://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/afrikabraziliya-perspektivy-sotrudnichestva-yug-yug/ (дата обращения: 12.12.2017).
2
Llenderrozas E. Latin American Foreign Policy and the Community of Latin American
and Caribbean States. – Austral: Brazilian Journal of Strategy & International Relations,
2013. Vol. 2. No. 4 (Jul – Dec). Р. 175–196.
359
вательно укрепляют свои позиции на международной арене во имя
достижения поставленной цели при формальном и неформальном
относительном лидерстве Бразилии.
Иллюстрацией данного тезиса может служить доклад «Глобальные
тренды 2030» Национального разведывательного совета США, в котором прогнозируется заметный рост экономик Мексики и Колумбии
на фоне значительного укрепления позиции Бразилии относительно
стран региона1, а также указывается на укрепление региональной
сплоченности Латинской Америки в ближайшие годы2.
Сфера международной торговли стала одной из первых областей,
в которой развивающиеся государства начали проявлять активность.
Отправной точкой можно считать провальную конференцию ВТО в
мексиканском Канкуне в 2003 г., где выявились сущностные противоречия между подходами развитых и развивающихся стран, осложнившие дальнейшее ведение переговоров по либерализации торговли. Как следствие, многие вопросы торговли и сельскохозяйственной
политики развивающиеся страны предпочли решать между собой в
рамках других объединений, отличающихся менее формализованным процессом обсуждения и принятия решений.
На фоне стагнации многосторонних переговоров в рамках ВТО
выбор бразильца Азеведу на пост главы организации должен был
придать определенный динамизм международным усилиям по совершенствованию условий мировой торговли. Однако, нельзя не
признать, что интенсификация переговоров по заключению региональных торговых соглашений усугубляет фрагментацию мировой
торговой системы. Еще одним недостатком существующей системы
является слабость многосторонних механизмов, существующих в области торгово-политического регулирования3, связанная с недостаточно демократичной моделью управления, зачастую игнорирующей
голоса развивающихся стран.
Сегодня эксперты указывают на неэффективность ВТО для решения проблем латиноамериканского региона4, на усиление протекционизма5 и повышение уровня неопределенности для мировой торго-
1
Global Trends 2030: Alternative Worlds. National Intelligence Council, 2012. Р. 15.
2
Ibid. Р. ix.
3
Mulder N. El comercio de América Latina y el Caribe en 2016 y 2017 frente a las
tensiones de la globalización. OMC, 07.03.2017. URL: https://www.wto.org/spanish/
res_s/reser_s/ersd_seminar_8032017_s.htm (accessed: 14.12.2017).
4
Sputnik Mundo, 07.12.2017. URL: https://mundo.sputniknews.com/
economia/201712071074548952-america-latina-perjuicios-libre-comercio/ (accessed:
18.12.2017).
5
El Comercio, 10.04.2017. URL: https://elcomercio.pe/economia/mundo/proponen-
paliativos-perdido-comercio-global-421294 (accessed: 18.12.2017).
360
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]