Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:От биполярного к многополярному миру латиноамериканский вектор международных отношений в XXI веке
.pdf
залось новым шагом на пути реализации главной цели бразильской
дипломатии – превращении страны в ведущую державу. Достижения
Бразилии в работе этого формата вполне могут стать этапом на пути
вступления страны в Совет Безопасности ООН в качестве его постоянного члена1.
С точки зрения чилийского политолога Аранды Родригес,
Бразилия является главным внешнеэкономическим и внешнеполитическим партнером Китая в Латинской Америке, который настроен
не только на развитие сотрудничества в рамках БРИКС, но и в рамках классических двусторонних отношений. С другой стороны, полагает эксперт, фактором риска для развития двусторонних отношений может стать смена политического вектора в Бразилии, поскольку
Китай во многом заинтересован в сотрудничестве с левыми странами
региона в силу сходства политической идеологии2. Как и Бразилия,
КНР реализует свой сценарий превращения в ведущую державу3, а
межрегиональное сотрудничество ведущих держав служит инструментом формирования новых экономических полюсов глобального
мира.
Аналогичные цели Бразилия преследует и при работе в формате
G20, где она участвует в обсуждении глобальной мировой повестки.
Важно отметить, что в данном формате присутствуют три латиноамериканские страны: Бразилия, Мексика и Аргентина, каждая из
которых действует исходя из своих интересов, не представляя интересы всего региона. Безусловно, если бы страны выступали сообща
и формулировали общую позицию, то эффективность их участия в
формате могла бы оказаться выше, но между государствами существуют непреодолимые в ближайшей перспективе противоречия, в
том числе во внешнеполитических оценках. Бразилия использует
формат «Большой двадцатки» для выражения собственной позиции
и увеличения собственного влияния на мировые процессы, а не для
достижения региональных целей. И Мексика, и Аргентина не желают допускать усиления роли Бразилии как регионального лидера,
не поддерживают ее вхождение в состав постоянных членов Совбеза
1
Борзова А. Ю. Подходы Бразилии к реформированию ООН // Вестник между-
народных организаций: образование, наука, новая экономика. 2012. Т. 7. № 3. С. 237–
245.
2
Rodriguez A. Chinese foreign policy from the viewpoint of neo-realism: An analysis
of Brazil and Venezuela as strategic partners // Revista de Ciencias Sociales, 2014. Vol. 20.
Issue 3. P. 483–493.
3
Борзова А. Ю. Особенности отношений КНР и стран Латинской Америки на современном этапе // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Всеобщая история. 2009. № 4. С. 27–40.
411
ООН и становление ее в качестве регионального глашатая и единственного медиатора региональных процессов.
В 2008 г., когда Бразилия председательствовала в G20, она предложила к обсуждению целый ряд вопросов экономической повестки,
в частности, диалог о конкуренции на финансовых рынках, чистой
энергии, экономическом развитии и фискальных элементах роста
и развития. Эти темы были приняты участниками объединения.
В 2010 г. Бразилия поддержала предложения президента Франции
Н. Саркози о создании постоянного секретариата G20 для повышения эффективности работы.
Нет сомнений в важности формата «Большой двадцатки» для
страны. Бразилия занимает пятое место в G20 по численности населения, что делает ее влиятельной фигурой в объединении. Темпы роста бразильской экономики также позволяют говорить о стране как
«восходящем гиганте», который будет определять мировую повестку
в этом веке. В 2017 г. рост бразильской экономики составил 1 %, что
является неплохим результатом для страны, находящейся в состоянии политических потрясений и экономических проблем1. Формат
«Большой двадцатки» нужен стране для выработки взаимодействия
с иными развивающимися странами, чья роль в международных отношениях стремительно меняется. Его развитие является безусловным примером строительства многополярного мира, когда помимо
голосов США и ЕС начинают звучать голоса стран, показывающих
высокие темпы социально-экономического развития и способных
объединяться для формирования собственной повестки и совместного решения актуальных проблем и задач.
После импичмента Д. Руссефф2 одной из основных внешнеполитических задач занявшего президентское кресло М. Темера стало
улучшение имиджа страны на международной арене, испорченного
коррупционными кризисами и скандалами3. Перед саммитом G20
в Ханчжоу бразильская газета Globo писала о том, что для Темера
первая встреча в качестве президента в данном формате должна решить большой спектр задач: восстановить имидж бразильской власти, успокоить мировое сообщество по поводу ситуации в стране и
заверить мировых лидеров в сохранении общего экономического и
1
Brasil recupera el crecimiento económico después de dos años, 26.12.2017. URL:
https://www.infobae.com/economia/2017/12/26/brasil-recupera-el-crecimientoeconomico-despues-de-dos-anos/
2
См. подробнее: Окунева Л. С. Импичмент президента Бразилии: размышления и
выводы // Латинская Америка. 2016. № 10. С. 5–22.
3
См. Dossier Especial: La crisis de Brasil y sus repercusiones regionales // CRIES,
24.04.2016. URL: http://www.cries.org/?p=3342
412
политического курса, наладить личные контакты с руководителями
крупнейших государств, обсудить с лидерами стран БРИКС перспективы объединения1. Важнейшей внешнеполитической задачей
для М. Темера являлась собственная легитимизация в качестве лидера страны в глазах мирового сообщества.
Помимо участия в новых международных форматах – БРИКС,
G20, М. Темер проводит активную внешнюю политику в традиционных направлениях – в отношении США, Европы и латиноамериканского региона. В конце 2016 г. он посетил Нью-Йорк (где открыл
Генеральную Ассамблею ООН), встречу глав государств БРИКС в
Индии, а также Ибероамериканский саммит в Картахене (Колумбия).
Министр иностранных дел Бразилии Жозе Серра также неоднократно подчеркивал, что внешняя политика его страны направлена как на
укрепление позиций в регионе (в том числе на дезавуирование критики со стороны левых стран – Боливии, Венесуэлы и Эквадора), так
и на развитие отношений с ведущими державами мира.
Несмотря на иные идеологические взгляды по сравнению с Лулой
и Руссефф, Темер, скорее всего, будет проводить схожую с ними
внешнюю политику, направленную на реализацию стратегической
цели Бразилии – вхождение в ряд великих держав XXI в., что подтверждается его многочисленными высказываниями в прессе2. По
оценке бразильского политолога О. Штункеля, при Темере «внешняя политика Бразилии не умерла, но впала в глубокий сон» в связи
с тем, что в 2018 г. в стране пройдут очередные выборы, а два года
нахождения у власти (2016–2018) – крайне малый срок для формирования полностью самостоятельной внешней политики. По мнению
эксперта, до новых выборов страна будет лишь реализовывать уже
начатые проекты, но не предлагать новых решений и идей3.
Но есть определенные модификации в проведении внешнеполитической линии. Тот же Штункель в конце 2016 г. перечислил десять
основных изменений, которые – по его оценке – не могли не состояться во внешней политике Бразилиа, в том числе шаги правительства М. Темера по нормализации отношений с Венесуэлой, развитие
1
Rogelio Núñez, Una América Latina debilitada y no coordinada en el G20, 09.06.2016.
URL: http://www.infolatam.com/2016/09/04/una-america-latina-debilitada-y-no-coordi
nada-en-el-g-20/%20%20%20%20%20%20
2
Temer: Brazilian foreign policy covers universal themes, BrasilGovNews, 19.09.2017.
URL: http://www.brazilgovnews.gov.br/news/2017/09/temer-brazilian-foreign-policycovers-universal-themes
3
Stuenkel O. Brazil’s Foreign Policy Isn’t Dead. It’s Just Hibernating // Americas
Quarterly, 09.11.2017. URL: http://americasquarterly.org/content/brazils-foreign-policyhibernating
413
отношений со странами Центральной Азии как одного из будущих
полюсов экономического развития, вклад в инновационную экономику и инновационные направления международных отношений.
Отметим, что нормализация отношений с Каракасом так и осталась идеей и планами, а в реальности Мадуро и Темер обмениваются взаимными обвинениями и критическими замечаниями в адрес
друг друга. Президент Бразилии критикует Каракас за нарушение
прав человека, несоблюдение гражданских и политических свобод.
В ответ Мадуро назвал Темера «наемным убийцей, совершающим
преступление против своего народа при поддержке Вашингтона»1.
В конце 2017 г. Венесуэла выслала бразильского посла, что еще больше накалило отношения между соседями2. Основными задачами на
2018 г. для Бразилии Штункель видит активизацию работы страны
в БРИКС и возрождение проекта ИБСА (диалог Бразилии, Индии,
Южной Африки)3, усиление голоса страны в вопросах глобальной
безопасности и реформировании международных организаций и
институтов4.
2017 г. стал сложным для внешней политики страны. В июне в
отношении президента страны были выдвинуты обвинения в коррупции, которые чуть было не поставили под сомнение его участие
в саммите «Большой двадцатки» в Гамбурге в июле 2017 г.5 В итоге
Темер все же отправился в Германию, выступив на саммите по вопросам глобальной повестки дня и призвав страны мира соединить свои
усилия в борьбе с терроризмом. В частности, он отметил: «Я говорил
о возможности сделать так, чтобы спецслужбы [стран G20] могли сосредоточить свои усилия на обмене информацией в сфере борьбы с
терроризмом. Терроризм носит коллективный, организованный характер, но сегодня есть и другая его разновидность, индивидуальная,
и это должно быть предметом всеобщего беспокойства»6.
1
Николас Мадуро сравнил президента Бразилии с Пиночетом, 9.12.2016. URL:
https://regnum.ru/news/2215498.html
2
Власти Венесуэлы высылают из страны посла Бразилии и временного поверенно-
го в делах Канады, 23.12.2017. URL: http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/4838823
3
IBSA – Foro de Diálogo India, Brasil y Sudáfrica // Ministerio de Relaciones
Exteriores. URL: http://www.itamaraty.gov.br/es/politica-externa/mecanismos-interregionais/7496-foro-de-dialogo-india-brasil-y-sudafrica-ibsa
4
Stuenkel O. Brazil’s top 10 foreign policy challenges in 2017. URL: http://www.
postwesternworld.com/2016/12/29/brazils-foreign-policy-challenges/
5
Brazil’s no-show at the G20, 01.07.2017. URL: http://www.postwesternworld.
com/2017/07/01/brazils-show-g20/
6
Michel Temer spoke of the need for greater integration and exchanges of information
among G20 members, BrasilGovNews, 08.07.2017. URL: http://www.brazilgov
news.gov.br/news/2017/07/brazil-defends-sharing-intelligence-in-the-fight-againstterrorism
414
В конце 2016 г. Темер заявил о том, что отношения Бразилии и
США должны выйти из состояния инерции, в котором они пребывали последние годы1. Как уже говорилось, внешняя политика Лулы
и Дилмы предполагала прежде всего взаимодействие с левыми режимами региона и критику американской внешней политики, предполагающей агрессивное участие в политических процессах иных
стран и регионов. Необходимо вспомнить и о том, что в момент, когда
бразильско-американские отношения имели возможность выйти на
иной уровень, разразился скандал, связанный с американским шпионажем против Дилмы Руссефф, что отбросило развитие отношений
на несколько шагов назад. До этого США всячески препятствовали
реализации планов Бразилии по взаимодействию с Ираном, что также обостряло двусторонние отношения.
Несмотря на визит Д. Руссефф в Вашингтон в 2015 г.2, повестка встреч глав государств касалась временных мер и не затрагивала
основных вопросов двустороннего сотрудничества. С виду между
странами существовал «мир», но на практике сохранялось недоверие, которое не позволяло сделать шаги, направленные на интенсификацию социально-экономического и политического диалога3.
Правительство Темера, в свою очередь, продолжило курс по формированию собственной внешнеполитической стратегии Бразилии
без ориентации на Вашингтон, предприняв одновременно действия
по выводу двусторонних отношений из кризиса. Основным инструментом, предложенным правым кабинетом, стало расширение торгово-экономических связей с США, которое должно привести к созданию новой основы для эффективных двусторонних отношений.
Слова о взаимовыгодном сотрудничестве звучали и в рамках визита
в Вашингтон министра иностранных дел Бразилии Алоизио Нуньеса
Феррейры в июне 2017 г.
4
1
Temer and Trump agree to form bilateral growth agenda, Reuters, 12.12.2016. URL:
https://www.reuters.com/article/us-brazil-trump/brazils-temer-trump-agree-to-formbilateral-growth-agenda-idUSKBN14223P; Hakim P. The future of US–Brazil relations:
Confrontation, cooperation or detachment? // International Affairs, 2014. Vol. 90. Issue 5.
P. 1161–1180.
2
Dilma Rousseff of Brazil Visits U. S. Amid Turbulence at Home, New York Times,
30.06.2015. URL: https://www.nytimes.com/2015/07/01/world/americas/leader-ofbrazil-visits-amid-home-turbulence.html
3
Espach Ralph. The Risks of Pragmatism: Brazil’s Relations with the United States
and the International Security Order // Brazil on the Global Stage. Power, Ideas, and the
Liberal International Order / ed. by O. Stuenkel. Palgrave Macmillan US, 2015. Р. 57–77.
4
El Ministro Aloysio Nunes Ferreira visita Washington e se encuentra con el Secretario
de Estado de los Estados Unidos, Rex Tillerson (2 de junio) // Ministerio de Relaciones
Exteriores. URL: http://www.itamaraty.gov.br/es/notas-a-la-prensa/16388-visita-delministro-aloysio-nunes-ferreira-a-los-estados-unidos-washington-2-de-junio-de-2017
415
Результат попыток нормализации отношений будет зависеть не
столько от действий М. Темера, сколько от готовности к этому президента США Д. Трампа, предпочитающего во внешней политике
здоровый прагматизм1. Безусловно, Бразилия, Россия и КНР формируют новые полюса глобального мира, и потеря Вашингтоном связей
с Бразилией как одним из ведущих государств региона может привести к тому, что Бразилиа будет искать признания у Москвы и Пекина,
привлекая их инвестиции и получая политическую поддержку на
международной арене2. По мнению исследователей, на сегодняшний
день Бразилия находится на периферии внешней политики США,
и ведущие политические силы страны не видят в южноамериканском гиганте стратегического партнера. С другой стороны, именно
Бразилия своими действиями на региональном и глобальном политическом поле может заставить США задуматься о необходимости
шагов навстречу. На наш взгляд, говорить о новом этапе американобразильских отношений можно будет только после президентских
выборов в Бразилии 2018 г., когда станет понятен политический курс
страны в новом цикле. Темер, не имеющий серьезной поддержки
среди населения Бразилии, вряд ли будет предпринимать активные
внешнеполитические шаги, не понимая отчетливо перспектив развития страны после выборов.
Говоря о российско-бразильском сотрудничестве, необходимо отметить, что, как и в случае всей Латинской Америки, оно имеет свои
естественные ограничения, вызванные географическим положением
стран. Вряд ли возможно резко увеличить торговое и инвестиционное сотрудничество между Бразилиа и Москвой, однако страны продолжают развивать политический диалог, в том числе и в двустороннем формате. В начале 2010-х гг. торговые отношения стран состояли
в обмене бразильского мяса на российские удобрения. Несмотря
на поддержку Бразилией вступления России в ВТО, Москва периодически вводила ограничения на поставки бразильского мяса, что
вызывало недовольство в Бразилиа, а южноамериканская страна
вводила антидемпинговые меры против России. Попытки создания
совместных предприятий в сфере животноводства также не увенчались успехом. Однако, несмотря на невысокий уровень двустороннего экономического сотрудничества, оба государства заинтересованы в формировании нового мирового порядка3, основанного на
1
LAC Focus: The Outlook for Brazil-US Relations, CRIES, 01.02.2017. URL: www.
cries.org/wp-content/uploads/2017/02/LACFocus-Tillerson-Final.pdf
2
См.: Reid M. Brazil: The troubled rise of a global power, Yale University, 2014.
Р. 1–334.
3
Заявления для прессы по итогам российско-бразильских переговоров,
21.06.2017. – Пресс-служба Президента РФ. URL: http://kremlin.ru/events/president/
transcripts/54843
416
многополярности и поиске новых форматов взаимодействия между
развивающимися странами1. Несмотря на сохранение М. Темером
внешнеполитической линии предшественников, Россия сама по себе
не является приоритетом для бразильской дипломатии, но важна
при обсуждении реформы Совбеза ООН, форматов БРИКС и G202.
Отчасти именно с этим связан визит Темера в Москву в июне 2017 г.,
в ходе которого две страны подписали соглашение о стратегическом
партнерстве, в котором прежде всего говорится об экономических
интересах двух стран3.
Те же вызовы и перспективы характерны для отношений Бразилии
с Европейским союзом, где ее главным партнером является Франция.
Экономическое сотрудничество Бразилии и ЕС остается на стабильном уровне, однако Бразилиа важна политическая поддержка
Европы при обсуждении вопросов реформы ООН, а также признание
за страной ведущей роли в латиноамериканском регионе со стороны
крупнейших европейских экономик. И Франция, и Великобритания
поддержали потенциальное включение Бразилии в состав постоянных членов Совбеза ООН, но несмотря на это, Бразилия на международной арене не всегда готова солидаризоваться с европейской позицией. Так, она негативно оценила участие европейских вооруженных
сил в операциях в Ираке и Ливии4. В условиях экономической политики ЕС и протекционистских правил МЕРКОСУР возможности
интенсификации торговли между Бразилией и Евросоюзом ограничены, однако политический диалог имеет потенциал развития, на который также повлияют результаты президентских выборов и образ
новой бразильской власти, которая должна освободиться от ореола
коррупционных скандалов5.
Несмотря на активную работу страны во внерегиональных форматах, безусловным приоритетом Бразилии в ближайшее время будет оставаться региональный вектор развития6. Страна претендует
1
Путин и Темер подписали заявление о стратегическом внешнеполитическом
диалоге, ТАСС, 21.06.2107. URL: http://tass.ru/politika/4355925
2
Окунева Л. С. Бразилия – Россия: схожесть, параллелизмы. Расхождения. Пара-
доксы феномена переходности // Ибероамериканские тетради. 2015. № 3 (9). С. 68–90
3
Российско-бразильские переговоры, 21.06.2017. URL: http://kremlin.ru/events/
president/news/54836
4
Saraiva M. G. The Brazil-European union strategic partnership, from Lula to Dilma
Rousseff: A shift of focus // Revista Brasileira de Politica Internacional, 2017. Vol. 60.
Issue 1. 2017, Epub February 6, 2017.
5
См. подробнее: Борзова А. Ю. Развитие стратегического партнерства между Бразилией и Европейским союзом // Вестник РУДН. Серия: Международные отношения. 2013. № 4. С. 47–57.
6
Santos, M. The Brazilian presence in South America: Actions and instruments of
foreign policy // Analisis Politico, 2014. Vol. 26. Issue 77. Р. 195–210.
417
на роль регионального лидера и будет проводить экономическую
политику в регионе для достижения этой роли. Несмотря на то что
Бразилия в последние десятилетия заявила много амбициозных региональных проектов, экономический потенциал большинства государств Южной Америки остается невысоким: ограниченные экономические возможности Уругвая, социально-экономические реформы
в Аргентине, связанные с общественными выступлениями, перманентные экономические проблемы Венесуэлы, низкие темпы экономического роста Парагвая и Боливии говорят о том, что Бразилия
не имеет равных экономических партнеров в Южной Америке, что
ограничивает ее собственные возможности в регионе1. При этом государства региона представляются недостаточно стабильными во
внешней политике, так как только начинают формировать собственные внешнеполитические линии, уходя из сферы влияния сильных
международных игроков. В случае победы на выборах 2018 г. правых
сил Бразилия рискует обратить против себя левые страны региона
(Венесуэла, Боливия, Эквадор). В случае сохранения левого тренда
Бразилия выпадет из процесса «правого поворота», что может снизить
эффективность работы региональных интеграционных объединений.
Особенным вызовом представляется формирование Тихоокеанского
альянса и тихоокеанского вектора региональной интеграции, в котором заинтересованы партнеры Бразилии по МЕРКОСУР Аргентина
и Уругвай. В случае правого дрейфа Монтевидео и создания зоны
свободной торговли между Уругваем и Чили, а также реализации
идей президента Аргентины М. Макри об интенсификации торговоэкономических отношений между МЕРКОСУР и Тихоокеанским
альянсом позиции Бразилии как лидера региональной интеграции
могут пошатнуться. В этом случае важным представляется развитие
сотрудничества по линии «Юг – Юг»2.
Как уже говорилось, одной из важнейших проблем региональных
отношений для Бразилии стала проблема сохранения и функционирования УНАСУР. Несмотря на приостановление своего членства в
организации, очевидно, что Бразилия не сможет отказаться полностью от этого проекта, в котором страна занимала лидирующие позиции. С точки зрения бразильского политолога Лукаса Лейте, выход
1
Ignacio Bartesaghi. La estrategia de Brasil como «global player»: Efectos en el
desarrollo de la integración regional. CRIES, 2015. URL: http://www.cries.org/?p=2562
2
Marcondes D., Mawdsley E. South – South in retreat? The transitions from Lula to
Rousseff to Temer and Brazilian development cooperation // International Affairs, 2017.
Vol. 93. Issue 3. P. 681–699; Atlas de la Politica Exterior Brasileña / Carlos M. S. Milani y
otros. CLACSO, 2015. Р. 100–118; Arbix G., Salerno M. S., Amaral G., Lins L. M. Brazilian
innovation policies: Advances, misconception, and instability // Novos Estudos CEBRAP,
2017. Vol. 36. Issue 3. Р. 9–27.
418
страны из объединения прежде всего невыгоден ей самой1. Несмотря
на то что, по словам министра иностранных дел Бразилии Алозио
Нуньес Ферейра, УНАСУР – это парализованная организация, в
которую безрезультатно вливаются огромные деньги2, УНАСУР
остается одним из механизмов реализации стратегии регионального
лидерства страны. Добровольный отказ от работы в УНАСУР может
сказаться на перспективах Бразилии восстановить свое доминирующее положение в регионе.
Главными инструментами сохранения Бразилией своего лидерства в регионе должны стать преодоление социально-экономических
вызовов, продолжение проведения политики «мягкой силы» в отношении стран региона, многовекторная внешняя политика, направленная на нивелирование влияния отдельных стран и капиталов,
сохранение собственной внешнеполитической линии вкупе с развитием внешнеэкономической деятельности и реализацией военно-технического и инновационного потенциала.
5.2. Мексика между США и Латинской Америкой
Географическая близость Мексики к США на протяжении десятилетий обусловливала значимость американского фактора во внешней
политике страны. Отношения с северным соседом не раз проходили
этапы сближения и открытого противостояния. В ходе мексиканской
революции 1910–1917 гг. и с момента формирования авторитарного
режима во главе с Институционно-революционной партией (ИРП)
Мексика сумела создать в достаточно большой степени независимую внешнюю политику, ключевые положения которой формально
не менялись на протяжении многих десятилетий. Мехико последовательно выступал за самоопределение народов, невмешательство во
внутренние дела, мирное разрешение конфликтов, отказ от угроз или
использования силы в международных отношениях, за юридическое
равенство государств, международное сотрудничество в целях развития, за уважение, защиту и укрепление прав человека, за борьбу за
мир и международную безопасность3.
1
Brasil da un vuelco a su política exterior con salida de la Unasur. – El Telergafo,
26.04.2018. URL: https://www.eltelegrafo.com.ec/noticias/politica/3/brasil-politica
exterior-salida-unasur (accessed: 25.06.2018).
2
Ibidem.
3
Grandes Líneas para la Política Exterior. Principios de política exterior. – Sitio-Web
oficial de la Secretaría de Relaciones Exteriores de México. URL: https://www.sre.gob. mx.
См. также ст. 89 Конституции Мексики.
419
Но это являлось лишь формой, исключающей содержательную
политику во многих регионах, по сути, Мексика абстрагировалась от
реально существующих проблем, ссылаясь на принципы невмешательства и уважения суверенитета других государств. На протяжении
1960-х – 1970-х гг. страна поддерживала нормальные отношения с целым рядом стран Восточного блока. Мексика также оказалась единственной латиноамериканской страной, не поддавшейся давлению со
стороны Вашингтона и не прервавшей контакты с социалистической
Кубой. В конце 1980-х гг., на излете «холодной войны» и после исчезновения биполярного мира, независимая внешнеполитическая
модель начала подвергаться эрозии по мере движения страны по
пути неолиберальной экономической модернизации. Мексиканские
власти в значительной степени пересмотрели парадигму «неограниченного суверенитета» и «политику невмешательства», пытаясь
максимально включиться в глобальные экономические процессы1.
Стремление обеспечить достижение новых экономических рубежей в
значительной степени определило новые внешнеполитические приоритеты Мехико.
Своего пика перемены достигли в первой половине 2000-х гг. –
при первом правительстве, сформированном правоконсервативной
Партией национального действия (ПНД). Однако уже следующий
кабинет, сформированный той же партией, был вынужден вернуться
к проведению в жизнь ряда традиционных постулатов дипломатии
официального Мехико.
Вступление в силу договора о Североамериканской зоне свободной торговли (НАФТА) принесло Мексике целый ряд экономических преимуществ. Макроэкономические показатели Мексики
постепенно начали приближаться к американским и канадским2.
В результате создания объединения взаимные торговля и инвестиции значительно выросли. С 1993 по 2016 г. мексиканский экспорт
в США увеличился на 637 %, американский экспорт в Мексику – на
455 %. Мексика, опередив Канаду, заняла второе место по объему
торговых операций с США (после Китая). Импорт Мексики из США
в 2016 г. достиг 231 млрд долл., а экспорт превысил 294 млрд долл.
Общий объем товарооборота составил 579,7 млрд долл. Для Мексики
США долгие годы остаются важнейшим торгово-экономическим партнером – более 60 % всего ее товарооборота приходится на торговлю
с Вашингтоном, что указывает на высокую зависимость от северного
1
México y el mundo: historia de sus relaciones exteriores. México, D. F.: El Colegio de
México, Centro de Estudios Internacionales, 2010. Р. 11–13.
2
Капело М. К., Рубио Л. Мексика и уроки НАФТА // Россия в глобальной по-
литике. 2009. № 4. Июль–август. С. 85.
420
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]