От биполярного к многополярному миру латиноамериканский вектор международных отношений в XXI веке

На смену утопической цели пришла более реалистичная концеп­ция вектора дальнейшего развития Движения. Основной акцент был сделан на обеспечение устойчивого развития путем искоренения бед­ности, неграмотности, неравенства. Цели тысячелетия, общие как для развитых, так и для развивающихся стран, стали одним из поводов к появлению нового направления внешней политики объединения, за­ложенного во время председательства Кубы (2006–2009). На 61-й и 62-й сессиях Генеральной Ассамблеи ООН действовал формат диа­лога «троек» министров иностранных дел от ДН и от Европейского союза, кроме того, Гавана предпринимала попытки наладить сотруд­ничество с «Большой восьмеркой». Следует также отметить, что в первый год кубинского председательства в ДН вступили Антигуа и Барбуда, Доминика, Гаити и Сент-Китс и Невис.

на Венесуэлой и Эквадором (суммарные разведанные запасы более 310 млрд баррелей, из них 302 млрд принадлежат Венесуэле1). Роль Венесуэлы в ОПЕК исторически важна не только из-за статуса соос­нователя или значительной концентрации нефтяных месторождений на ее территории. Именно Каракас первым применил получившее широкое распространение правило «50 на 50» в налоговой политике в отношении иностранных нефтедобывающих компаний, увеличив ставку корпоративного налога в 1947 г., чтобы правительство всегда получало 50 % от прибыли2. Односторонняя национализация нефтя­ной отрасли в 1976 г. и создание Petróleos de Venezuela, S. A. (PDVSA) в волне национализаций 1970-х гг. (1970 – Ливия, 1971 – Алжир, 1972 – Ирак, 1975 – Кувейт, 1976 – Катар) сделали Венесуэлу одним из крупнейших государственных игроков на мировом нефтяном рын­ке. Когда во второй половине 1990-х гг. организация встала на путь пересмотра системы квот на добычу, председатель Конференции ОПЕК в 1995 г., министр энергетики и горнорудной промышленно­сти Венесуэлы Эрвин Хосе Арриета внес большой личный вклад в формирование новой повестки объединения, направленной на защи­ту занятой странами ОПЕК ниши от экспансии нефтедобывающих государств, не входящих в организацию.

Что касается современного положения Венесуэлы в ОПЕК, ча­стичное банкротство государственной нефтяной компании PDVSA, де-факто ввергнувшее страну в дефолт и угрожающее полной оста-

новкой нефтяной промышленности

Лунин В. Н. Проблемы реформирования ООН в свете событий на Балканах // Мир после Косово: Россия, СНГ, Латинская Америка. М., 2000. С. 144; Он же. Латино­американский ракурс реформы системы ООН // Россия и Ибероамериканский мир в XXI веке: горизонты развития и сотрудничества. Международная научная конферен­ция. Тезисы докладов. Москва, 15–16 июня 2006 г. М.: ИЛА РАН, 2006.

Unidas: un programa de reforma, 9 de diciembre de 1997. URL: http://www.un.org/ spanish/milenio/a51950add.pdf (accessed: 20.12.2017).

Например, см.: Comunicado conjunto de los Estados partes del MERCOSUR y Estados asociados, Montevideo, Uruguay, 20 de diciembre de 2011. URL: http://www. mercosur.int/innovaportal/v/4488/11/innova.front/comunicados-conjuntos (accessed:

лью повышения его транспарентности, представительности, демокра­тичности и эффективности». Аналогичным образом СЕЛАК рассма­тривает «фундаментальную активизацию деятельности Генеральной Ассамблеи и Экономического и социального совета»1.

Глубокие трансформации, произошедшие в политической и эко­номической жизни региона во второй половине ХХ в., сформировали у государств Латинской Америки стремление к большей демократи­зации в международных отношениях, повышению транспарентности и легитимности работы международных универсальных институтов. Вместе с тем усложнение международной системы и процесс ста­новления многополярного мира потребовали от латиноамериканцев поиска новых возможностей для повышения собственного междуна­родного значения наряду со способностью влиять на глобальные про­цессы для выработки новых инструментов, обеспечивающих решение насущных региональных проблем. В этом смысле ООН представля­ет собой уникальное пространство развития диалога по широкому перечню острых глобальных вопросов, ведения межгосударственных переговоров в двустороннем и многостороннем форматах, формиро­вания союзов, что имеет важное значение для государств Латинской Америки, в частности Бразилии2 и Мексики3.

На наш взгляд, позицию стран Латинской и Карибской Америки по реформированию ООН следует разделять на две проблемные зоны: во-первых, это взгляды стран Латинской Америки на роль ООН в глобализирующемся мире, которые заключаются в выработке новых механизмов решения глобальных проблем, «усилении голоса» небольших стран при обсуждении повестки, создании новых или ре­формировании существующих институтов для увеличения эффек­тивности работы организации, во-вторых, это подходы к целям и за­дачам реформирования Совета Безопасности ООН как центрального органа обеспечения международного мира и безопасности.

ганизации. В частности, представитель Уругвая в ООН Эльбио Росселли неоднократно заявлял о том, что Монтевидео поддержи­вает реформирование Совета, например, предлагая отказаться от права вето постоянных членов Совбеза при обсуждении серьезных военных конфликтов или ситуаций, требующих немедленной ре­акции мирового сообщества1. Аналогичная позиция высказывалась и представителями других стран. Так, представитель Аргентины в ООН Мария Кристина Персеваль и представитель Чили Кристиан Баррос еще в 2014 г. заявляли о необходимости изменений в ра­боте Совбеза, которые должны заключаться в приостановке права вето постоянных членов Совета при рассмотрении вопросов о пре­ступлениях против личности и человечества (геноцид, вооружен­ные межнациональные конфликты). По оценке Барроса, в реформе Совета Безопасности на сегодняшний день заинтересованы как ми­нимум 60 стран мира2.

Argentina y Chile abogan por reforma al Consejo de Seguridad // Telesur, 23.10.2014. URL: https://www.telesurtv.net/news/Argentina-y-Chile-abogan-por-reforma-al-Consejo­de-Seguridad-20141023–0076.html

05.12.2017. URL: http://embajadamundialdeactivistasporlapaz.com/es/prensa/reforma­onu-propuestas-para-la-democratizacion-dr-franco-fiumara

Безусловно, ведущие страны Латинской Америки заинтересова­ны в расширении Совета Безопасности ООН. Одной из первых стран региона, выступивших с этой инициативой, стала Бразилия, заявив­шая в составе «Группы 4» (включавшей также Германию, Японию и Индию) о необходимости значительного расширения Совета в 2005 г. Группа представила свой проект реформы СБ, согласно ко­торому количество постоянных членов должно быть увеличено на шесть, а непостоянных – на четыре страны. Согласно этому проекту Латинская Америка должна получить одно место среди постоянных членов и одно место для непостоянного члена Совета. Этот проект был направлен на то, чтобы в Совбезе отражалась позиция стран, имеющих наиболее заметные темпы экономического развития, а так­же на то, чтобы были представлены интересы всех регионов мира1. Существует африканский проект расширения Совета Безопасности, который также предполагает закрепление за странами Латинской и Карибской Америки одного места постоянного члена и одного непо­стоянного члена Совета. Более радикальным представляется проект движения «Единство в интересах консенсуса» (Пакистан, Италия, Испания, Канада и др.), согласно которому необходимо расширить количество непостоянных членов Совбеза до 25 стран, включая четы­ре места для стран Латинской Америки2.

С одной стороны, борьба за места в Совете Безопасности связа­на с тем, что включение страны в состав этого органа автоматически поднимает ее авторитет в мире и усиливает влияние на междуна­родные процессы. С другой стороны, неудовлетворенность региона обусловлена тем, что Латинская Америка, как и Африка, не имеют представительства в ведущем институте ООН и фактически лишена возможности систематической защиты интересов континента в меж­дународных процессах. Добиваясь места постоянного члена Совета и расширения представительства региона в качестве непостоянных членов, Латинская Америка тем самым показывает изменение своей роли в системе международных отношений, что является частью про­цесса формирования многополярного мира.