Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:От биполярного к многополярному миру латиноамериканский вектор международных отношений в XXI веке
.pdf
Фернандо Луго главы государств МЕРКОСУР объявили отстранение президента антидемократическим и приостановили членство
Парагвая в блоке. Политизированность этого решения заключается не столько в желании стран объединения влиять на внутреннюю
политику друг друга с помощью подобного рода санкций, сколько в
скрытых мотивах исключения Парагвая: парагвайский Сенат выступал противником вступления в МЕРКОСУР Венесуэлы, обещавшей
превратить блок в крупного энергетического игрока. Ради этого некоторые страны МЕРКОСУР, в частности Бразилия, были готовы
закрыть глаза на проявления авторитаризма в деятельности президента Уго Чавеса и нарушения отдельных демократических принципов в Венесуэле. Вскоре после временного прекращения членства
Парагвая Венесуэла была принята в МЕРКОСУР, Парагвай же был
возвращен в интеграционное объединение через год, в 2013 г. (после
выборов нового главы государства).
Если для Венесуэлы присоединение к крупнейшему торгово-экономическому блоку Латинской Америки было несомненным успехом, то для объединения последствия были не столь однозначными.
Кроме усложнения отношений Парагвая с другими странами блока
вследствие нелегитимного, по мнению официального Асунсьона,
принятия Венесуэлы, этот шаг обострил многие глубинные проблемы МЕРКОСУР, такие, как завуалированный нетарифный протекционизм даже во внутриблоковой торговле, не говоря уже о внешних
игроках, или макроэкономическая асимметрия участников рынка
Южного конуса. И что немаловажно, присоединение Венесуэлы по
инерции дало импульс к большей политизации объединения, так как
явное несоответствие венесуэльской экономической и правовой систем нормам блока подняло вопрос приоритетов: прецедент превалирования неких стратегических соображений над экономической
целесообразностью был создан. Можно констатировать, что пока
политическая составляющая МЕРКОСУР не будет введена в нормативное поле, а порядок реагирования блока на внутриполитические
события стран-участниц не будет регламентирован, этот пробел имеет все шансы стать потенциальной «бомбой замедленного действия».
Несмотря на явные успехи интеграции МЕРКОСУР, будущее
объединения находится под угрозой как внутренних, так и конъюнктурных вызовов. К внешним негативным факторам можно отнести
снижение цен на сырье и энергоносители, а также общемировое замедление темпов экономического роста, что сказывается как на объеме внеблоковой торговли стран МЕРКОСУР, так и на интенсивности
внутрирегиональных торговых связей. Объем торговли постепенно
снижается с 2014 г., причем это характерно как для экспорта, так и
161
для импорта1. Отрицательные показатели роста экономик крупнейших стран блока – Бразилии, Аргентины – не могут не влиять на ход
интеграционных процессов внутри МЕРКОСУР, поэтому концепция
взаимопомощи и взаимодополняемости экономик стран блока становится как никогда актуальной, так как это единственный способ «вытащить» самих себя из стагнации без помощи извне. И в таких условиях единство и умелая координация политики стран МЕРКОСУР
является главным залогом дальнейшего развития блока.
К сожалению, отсутствие единства внутри МЕРКОСУР по ряду
важнейших вопросов как раз считается главным недостатком объединения. Параллельно с переговорами по гармонизации ЕВТТ или унификации других аспектов национальных законодательств постоянно
идет процесс разработки новых исключений и оговорок. Коллизии
Единого таможенного кодекса и национальных таможенных кодексов приводят к путанице и частноправовым судебным разбирательствам. Парагвай выступает активным противником отказа от двойного транзитного налогообложения, так как для него он являлся
серьезной статьей дохода, и не упускает случая подчеркнуть, что наравне с Уругваем страдает от асимметрии экономической мощи стран
объединения. В целом проблема макроэкономических диспропорций, выраженная неравномерным распределением ресурсов и выгод
и менее диверсифицированной структурой экспорта и импорта малых стран МЕРКОСУР, является серьезным препятствием на пути
к дальнейшей либерализации внутриблоковой торговли, так как эти
страны стремятся максимально сохранить свои внутренние протекционистские нормы во избежание еще большей асимметрии.
Аргентина также систематически злоупотребляет нетарифными
методами регулирования по отношению к странам блока. Во время президентства К. Фернандес де Киршнер меры по ограничению
импорта применялись целыми пакетами, и страны МЕРКОСУР
эти меры тоже затрагивали2, что негативно повлияло не только на
объемы торговли, но и на общий ход процессов либерализации, так
как другие страны блока во многом зеркально повторяли политику
Буэнос-Айреса.
Состояние МЕРКОСУР в 2016–2017 гг. многие эксперты справедливо характеризуют не иначе как словом «кризис»: политические потрясения и перемены парализовали дальнейшую интеграцию
объединения. В 2016 г. Бразилия пережила кульминацию серьез-
1
World Trade Statistical Review 2016. URL: https://www.wto.org/english/res_e/
statis_e/wts2016_e/wts2016_e.pdf (accessed: 18.09.2017).
2
Гриценко И. А. Кризисные явления в МЕРКОСУР и позиция Аргентины //
Ученые записки РГСУ. 2013. № 3. С. 43.
162
ного политического кризиса, начавшегося за год-два до того и закончившегося импичментом президента Д. Руссефф и ее заменой
на Мишела Темера (до того являвшегося вице-президентом страны). Реконфигурация политических сил Бразилии повлекла за собой определенный пересмотр подходов к отношениям с соседями
и ряда приоритетов внешней политики. Несмотря на публичный
призыв Руссефф осуществить наблюдение за процессом импичмента и оценить его легитимность, реакция блока на этот процесс была
практически нулевой. В отличие от парагвайского сценария государства-участники МЕРКОСУР решили не участвовать в урегулировании этого кризиса, ссылаясь на невмешательство во внутренние дела и уважение национального суверенитета. Такие участники
блока, как Венесуэла, высказались резко против кампании в отношении Д. Руссефф, но это было сугубо индивидуальной позицией,
Южноамериканский общий рынок продемонстрировал нежелание
и неготовность разработать консолидированный подход. Не в последнюю очередь это было связано с тем, что процедура импичмента
формально не нарушала (или практически не нарушала) бразиль-
1
ское национальное законодательство
.
Новое правительство М. Темера столкнулось с двумя серьезными проблемами: финансовым дисбалансом и низкой конкурентоспособностью бразильской экономики. Его способ вывода страны
из стагнации во многом основывается на стремлении к большей интеграции в мировой рынок с акцентом на выстраивание долгосрочных торгово-экономических связей с США, Европейским союзом и
странами АТР. Смещение приоритетов в сторону внерегиональных
рынков объясняет желание Бразилии сделать МЕРКОСУР более
гибким, сблизить эту организацию с Тихоокеанским альянсом, а это
неизбежно влечет за собой сокращение политической компоненты
объединения.
Политический и экономический кризисы в Венесуэле, поставившие страну на грань дефолта и гуманитарной катастрофы, стали еще
одним фактором, пошатнувшим МЕРКОСУР в 2016 г. Немаловажно
отметить, что блок не предпринимал попыток урегулирования конфликта (эту роль взяла на себя специальная комиссия УНАСУР);
страны Южного конуса предпочли политику давления на Н. Мадуро
в рамках двусторонних отношений, пытаясь склонить его к диалогу с оппозицией, что повлекло за собой охлаждение отношений
Венесуэлы с партнерами по блоку.
1
Окунева Л. С. Импичмент президента Бразилии: размышления и выводы // Ла-
тинская Америка. 2016. № 10. C. 19.
163
Критической точкой стало одностороннее заявление Каракаса о
вступлении в права председателя объединения в июле 2016 г. в обход устоявшейся традиции передачи этого поста в ходе специальной
встречи стран блока. Венесуэла понесла ощутимый дипломатический
урон, когда партнеры по организации не согласились с заявлениями
Каракаса. Дело в том, что в МЕРКОСУР сложилась определенная
практика передачи председательских функций. Традиционной является встреча представителей стран, в рамках которой одно государство де-факто и де-юре передает полномочия преемнику наряду с
итоговым отчетом и при обязательном согласии всех сторон. Именно
на отсутствие консенсуса, предусмотренного ст. 37 Протокола ОуроПрето (этот протокол формализует систему принятия решений в
организации), сослались дипломатические ведомства Аргентины,
Бразилии и Парагвая1. Позиция Венесуэлы была сформулирована
главой МИД Делси Родригес: передача председательства должна
быть автоматической и безусловной. Каракас обвинил Аргентину,
Бразилию и Парагвай в создании некоего «тройственного союза»
против Венесуэлы. Н. Мадуро даже позволил себе оскорбления в
адрес официального Асунсьона, что привело к отзыву парагвайского посла из Венесуэлы. Еще раньше Каракас отозвал своего посла из Бразилии. В поддержку передачи полномочий председателя
МЕРКОСУР Венесуэле высказались Боливия, находящаяся на
этапе присоединения к организации, и Уругвай, предпринимавший
всевозможные усилия к тому, чтобы деятельность объединения происходила в конструктивном духе. В итоге после продолжительных
переговоров правительство Табаре Васкеса воздержалось от голосования по совместному заявлению стран – членов блока2. Бразилия
же, Аргентина и Парагвай осудили действия Николаса Мадуро и спустя некоторое время выступили с требованием привести положение
дел в Венесуэле в сфере торговли и прав человека в соответствие с
соглашениями объединения. Чрезвычайное положение, создавшееся
из-за инфляции в 480 %, нехватка продовольствия и острые социальные проблемы ожидаемо помешали Венесуэле выполнить это требование, поэтому по истечении срока ультиматума, 2 декабря 2016 г.,
членство Венесуэлы было приостановлено, страна была переведена в
статус ассоциированного члена.
1
Protocolo Adicional al Tratado de Asunción sobre la Estructura Institucional del
Mercosur (Protocolo de Ouro Preto). URL: http://www.mercosur.int/innovaportal/
file/721/1/cmc_1994_ protocolo_ouro_preto_es.pdf (accessed: 23.10.2016).
2
Silencio de Uruguay sobre el acuerdo en el Mercosur contra Venezuela, El Observador,
14.09.2016. URL: http://www.elobservador.com.uy/silenciouruguay-el-acuerdo-elmercosur-contra-venezuela-n971324 (accessed: 23.10.2016).
164
В подобном положении МЕРКОСУР оказался впервые. С одной
стороны, новые национальные правительства стран-членов, судя по
всему, стремятся к переосмыслению и дальнейшей формализации основ региональной интеграции, а с другой – вслед за международным
сообществом затрудняются классифицировать те процессы, которые
происходят в Венесуэле. Не случайно критерием совместимости государства с деятельностью МЕРКОСУР является формальное соответствие национального законодательства определенным требованиям, невыполнение которых прежде, однако, не препятствовало
участию Каракаса в торговом блоке и в том числе осуществлению
им полномочий председателя организации. Несоответствие нормам
блока было, по сути, поводом, а не настоящей причиной исключения
Венесуэлы: после потери власти левыми силами в странах – лидерах
блока (Бразилии и Аргентине) Венесуэла оказалась в некой политической изоляции. Даже если бы ей удалось выполнить требования
объединения к 1 декабря 2016 г., ее практически неминуемо ждала
та же участь, но уже под предлогом нарушения Протокола Ушуайя1.
Еще одной глубинной политической причиной приостановки
членства Венесуэлы стало ее противодействие процессу торговой интеграции с Европейским союзом: как впоследствии отметил министр
иностранных дел Бразилии Алоизио Нуньес, «Венесуэла была препятствием для блока», подразумевая ее право блокировать инициативы объединения в области свободной торговли с ЕС2.
Исключение Венесуэлы свидетельствует скорее о слабости
МЕРКОСУР, чем о силе ее институциональных основ: государства
блока пошли по пути наименьшего сопротивления, сделав выбор в
пользу дезинтеграции «проблемного» и несговорчивого участника
вместо того, чтобы попытаться достичь консенсуса. Даже если эта
мера является временной, как в случае с Парагваем, она определенно
не пойдет на пользу объединению: существует нормативный пробел в
отношении деятельности блока, когда участие одного из членов блока приостановлено. Споры, которые возникали в связи с обоснованностью норм, одобренных во время приостановки членства Парагвая
в 2012 г., обязательно повторятся в случае возвращения Венесуэлы,
что в перспективе может усугубить институциональный паралич
МЕРКОСУР. Впрочем, в обозримой перспективе ожидать появления Венесуэлы в рядах данного объединения явно не приходится.
1
Covelli A. Cambio de clima en la región. Tormenta en el Mercosur. Síntesis Mundial.
2016. P. 13.
2
Brazil Admits Venezuela «Was an Obstacle» in Mercosur, Telesur. 24.10.2017. URL:
https://www.telesurtv.net/english/news/Brazil-Admits-Venezuela-Was-an-Obstacle-inMercosur-20171024-0019.html (accessed: 11.12.2017).
165
После избрания М. Макри президентом в декабре 2015 г. в
Аргентине начался процесс перестройки внутренней и внешней политики, характеризующийся стремлением отказаться от геополитического «наследия» киршнеризма. Запуск внешнеполитической
парадигмы глобализма1, назначение С. Малкорры министром иностранных дел, курс на укрепление связей по линии «Север – Юг» с
США и Европейским союзом – все это, как и в случае Бразилии, заставило второго лидера блока пересмотреть роль МЕРКОСУР в попытке найти объединению место в новой системе координат2.
В июне 2016 г. Аргентина стала наблюдателем в Тихоокеанском
альянсе. Правительство Макри выразило заинтересованность в том,
чтобы стать посредником в переговорах о заключении соглашения о
свободной торговле между МЕРКОСУР и Тихоокеанским альянсом.
Перспектива подписания межблокового соглашения вполне вписывается в концепцию открытого регионализма и курса на укрепление
внерегиональных связей, взятого Бразилией и Аргентиной3.
Уругвай и Парагвай избежали серьезных политических и экономических потрясений в последние годы и на данный момент являются самыми стабильными участниками блока в институциональном
и экономическом плане. Однако Уругвай ощутимо теряет интерес
к региону, делая ставку на сближение с Китаем: в этом контексте
МЕРКОСУР не только не оправдывает ожиданий в сфере торговли, но и представляет собой препятствие для внешнеполитических
решений, таких, как предполагаемое соглашение Уругвая с Китаем4.
Переговорам о комплексном соглашении МЕРКОСУР – Китай мешают дипломатические отношения Парагвая с Тайванем, что делает
двусторонние соглашения более доступной, хотя и менее эффективной формой сотрудничества с Пекином.
1
Simonoff A. Política exterior argentina, su alianza con Brasil y el Mercosur (1991–
2016), en Pennaforte, Charles; Bento Ribeiro, Maria de Fátima (eds.). Mercosul 25 anos:
Avanços, Impasses e Perspectivas. Brasil: Centro de Estudos em Geopolítica e Relações
Internacionais/Cenegri. 2016. P. 51.
2
Борисов М. М., Андреев А. С. Новый внешнеполитический вектор Аргентины //
Клио. 2017. № 6. С. 89.
3
Bartesaghi I. 25 años del Mercosur ¿Flexibilización o quiebre? Brasil: Centro de
Estudos em Geopolítica e Relações Internacionais/Cenegri. 2016. P. 250; Paikin D. 25 años
de Mercosur. Un balance más allá de la coyuntura: la construcción de una nueva relación
argentina-brasileña, en Pennaforte, Charles; Bento Ribeiro, Maria de Fátima (eds.).Mercosul
25 anos: Avanços, Impasses e Perspectivas. Brasil: Centro de Estudos em Geopolítica e
Relações Internacionais/Cenegri. 2016. P. 141.
4
Urdinez F., Burian C. L. MERCOSUR and the Brazilian Leadership Challenge in the
Era of Chinese Growth: A Uruguayan Foreign Policy Perspective // New Global Studies,
2016. Vol. 10. № 1. URL: https://www.degruyter.com/view/j/ngs.2016.10.issue-1/ngs2015-0015/ngs-2015-0015.xml (accessed: 23.11.2017).
166
Несмотря на идейный кризис объединения и политические пертурбации, ряд векторов развития остался на повестке дня стран
Южного конуса. Так, в октябре 2016 г. состоялся первый с 2012 г.
раунд переговоров МЕРКОСУР – ЕС, а в 2017 г. переговоры о новом торговом соглашении с ЕС стали важнейшим внеполушарным
направлением деятельности МЕРКОСУР. За возобновленными в
2016 г. встречами последовали новые раунды переговоров, последний из которых, состоявшийся в Бразилиа 6–10 ноября 2017 г., дает
основания предполагать, что соглашение может быть подписано до
конца 2018 г.
1
На сегодняшний день структура торговли между МЕРКОСУР и
ЕС выглядит достаточно однородной: страны Европы экспортируют в Латинскую Америку продукцию химической промышленности (32,6 %) и машиностроения (43,1 %), в то время как импортируют продукты питания и животноводства (40,3 %) и сырье (29,7 %)2.
Европейский союз является крупнейшим торговым партнером объединения (21 % внешней торговли в 2015 г.), а также главным внеполушарным инвестором.
В условиях смены внешнеполитических приоритетов стран – лидеров МЕРКОСУР можно констатировать, что объединение в значительной мере потеряло интерес к развитию торгово-экономических отношений с Россией и Евразийским экономическим союзом
(ЕАЭС). После подписания Меморандума взаимопонимания между
блоками в 2014 г. обе стороны неоднократно выражали желание развивать экономические отношения, одним из последних контактов высокого уровня была встреча Председателя Совета Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) Тиграна Саркисяна и Чрезвычайного и
Полномочного Посла Аргентины в Российской Федерации Рикардо
Лагорио 27 сентября 2017 г. И хотя основной темой беседы было
торгово-экономическое сотрудничество между ЕАЭС и Аргентиной,
обе стороны отметили важность эффективного диалога ЕАЭС с
МЕРКОСУР в ключе работы над проектом Меморандума о торговоэкономическом сотрудничестве3. Однако отсутствие политической
воли к дальнейшей интеграции с обеих сторон переводит эту инициа-
1
Schrieberg D. E. U. South America Negotiators Gunning For Massive Trade
Deal By Christmas, Forbes, 03.12.2017. URL: https://www.forbes.com/sites/
davidschrieberg1/2017/12/03/e-u-south-america-negotiators-gunning-for-massive-tradedeal-by-christmas/#4fce16902105 (accessed: 27.12.2017).
2
MERCOSUR. European Commission Profile. URL: http://ec.europa.eu/trade/
policy/countries-and-regions/regions/mercosur/ (accessed: 25.12.2017).
3
Argentina is ready to develop a dialogue with the Eurasian Economic Commission,
27.09.2017. URL: http://www.eurasiancommission.org/en/nae/news/Pages/27-09-2017.aspx
(accessed: 15.10.2017).
167
тиву в разряд неактуальных как для стран Южного конуса, так и для
России, занимающейся вместо этого развитием двусторонних отношений с конкретными странами Южной Америки. Структура общего
товарооборота нашей страны со странами МЕРКОСУР в последнее
десятилетие достаточно мало диверсифицирована; в ней превалирует импорт продуктов питания и экспорт первичного топливного
сырья, и двусторонние инвестиционные потоки сконцентрированы
примерно в тех же секторах экономики – энергетике и сельском хозяйстве1. Пик объемов торговли между Россией и странами Южного
конуса был пройден в 2014 г. и на сегодняшний день без активной
поддержки со стороны политических элит товарооборот продолжает
уменьшаться.
Первоначально блок МЕРКОСУР располагал очень серьезными
политическими и экономическими амбициями: являясь наиболее
крупным торгово-экономическим объединением Южной Америки,
он претендовал и претендует на роль политического центра силы
и ради этой цели прилагал немалые усилия к консолидации странучастниц. Опираясь на полицентричную и разноскоростную модель
интеграции Европейского союза, МЕРКОСУР создал собственную
парадигму межгосударственного взаимодействия, осуществляя переход от сугубо торговой интеграции к всеобъемлющему сотрудничеству по широкому кругу вопросов, от единого паспорта до проблем
безопасности2. Кроме того, в условиях нарастания американского
протекционизма и неопределенности будущего ТТП данный формат оказывается все более востребованным не только на просторах
Южной Америки (а также всего региона в целом, если принимать во
внимание траекторию на сближение МЕРКОСУР и ТА), но и на глобальном уровне – ведь начало 2018 г. ознаменовалось активизацией
переговоров о торговых соглашениях между МЕРКОСУР и внерегиональными экономиками, такими, как Канада, Китай, Южная Корея,
Новая Зеландия, Иордания, Ливан, Марокко, Тунис.
Однако сегодня ответ на вопрос, сможет ли МЕРКОСУР добиться поставленных задач, зависит главным образом от того, насколько
успешно объединение преодолеет наметившиеся институциональный и политический кризисы, связанные с перечисленными изменениями в приоритетах стран-участниц. От лидеров объединения –
Бразилии и Аргентины – исходит мощный импульс, направленный
1
Золотова Е. В. Торгово-экономические отношения Российской Федерации и
МЕРКОСУР в условиях мировой экономической нестабильности // Экономика и
предпринимательство. 2015. № 5. С. 44–46.
2
Perrotta D., Porcelli E. Mercosur 25 años: desafíos en su nueva etapa // Márgenes,
2016, Año II. No. 2. P. 71.
168
на расширение и диверсификацию внерегиональных связей, однако
он не может в полной мере определить новые цели и правила дальнейшего развития МЕРКОСУР, они требуют серьезного пересмотра и принятия взвешенного решения на основании консенсуса всех
стран-участниц и с учетом их национальных интересов.
АЛБА
Боливарианский альянс для народов нашей Америки, представляющий собой левоориентированный политико-экономический союз
из 11 государств Латинской Америки и Карибского бассейна, был
создан в 2004 г. по инициативе глав Венесуэлы и Кубы Уго Чавеса и
Фиделя Кастро. На сегодняшний день ключевым отличием АЛБА от
прочих интеграционных объединений региона является равнозначность политической и экономической составляющих сотрудничества
стран-участниц. Обширная экономическая повестка союза не уступает в своей амбициозности ведущим торгово-экономическим блокам
Латинской Америки, в то время как приверженность членов АЛБА
общим политическим ценностям остается важнейшей его чертой,
консолидируя государства альянса ярко выраженной идеологической проблематикой.
Это можно объяснить тем, что главная причина возникновения
этого объединения была одновременно и политическим, и экономическим вопросом – Уго Чавес выдвинул проект альянса в качестве
альтернативы предложенному США Соглашению об общеамериканской зоне свободной торговли (Free Trade Area of the Americas,
FTAA), которое представлялось левым политическим силам способом навязывания Латинской Америке неолиберальной экономической модели и новым инструментом распространения американского
политического влияния в регионе. Именно в таком ключе звучала
риторика учредителей объединения, упорно связывавших идею региональной интеграции и взаимопомощи с необходимостью противостоять американской и капиталистической угрозе. Показательно, что
АЛБА изначально, интернационализируя свои связи, открыто заявил
о готовности сотрудничать со странами или группами, обладающими
неоднозначной репутацией и рассматриваемыми как «враги» условного «западного мира»: Исламской Республикой Иран, Сирийской
Арабской Республикой (два данных государства обладают статусом наблюдателя при АЛБА), ливанской шиитской организацией
«Хезболла», колумбийскими партизанскими группировками ФАРК
и ЭЛН. Цель сотрудничества с ними в рамках «международной революции» обозначил тогдашний президент Венесуэлы У. Чавес:
169
«Создание нового мирового порядка»1. АЛБА безусловно выступает за многополярный мир и решительное ослабление американской
гегемонии и влияния связанных с США стран. Фактический союз
Венесуэлы и Ирана заслуживает отдельного упоминания. У обеих
стран наблюдается интерес в вытеснении США из важных зон полушария. При этом иранское присутствие в далекой Латинской Америке
куда шире венесуэльского присутствия в Иране. Альянс, по оценке
ряда экспертов, оказал воздействие на иранские президентские выборы 2012 г., продемонстрировав, что у Тегерана все еще есть союзники, несмотря на санкции, наложенные на него США и Евросоюзом в
связи с реализацией ядерной программы2. В свою очередь, Каракасу,
начавшему сталкиваться с давлением со стороны Вашингтона и с
первыми признаками экономического кризиса, также было жизненно
важно показать наличие международного веса. При этом большинство соглашений, подписанных АЛБА и Ираном в экономической и
технологической сфере, так и не реализованы до сего дня3. Политика
была куда важнее реальной экономики.
Экономическое сотрудничество стран АЛБА началось с двустороннего соглашения Кубы и Венесуэлы от 14 декабря 2004 г., в котором было зафиксировано создание Боливарианской альтернативы
для Америк (современное название объединение получило в 2009 г.),
а также ряд конкретных инициатив в области торговли, образования,
медицины, инфраструктуры, энергетики и инвестиций. Спустя два
года, в апреле 2006 г., присоединение к союзу Боливии было ознаменовано подписанием Торгового соглашения народов (Tratado de
Comercio de los Pueblos, TCP), в котором были упомянуты не только
абстрактные намерения по углублению экономической интеграции,
но и вполне определенные меры, конкретизированные вплоть до количества офтальмологических операций, которые кубинские врачи
смогут сделать малоимущим гражданам Боливии после открытия новых медицинских центров.
1
Hirst J. D., Sabatini C. What Is the Bolivarian Alternative to the Americas and What
Does It Do? / B. M. Bagley, M. Defort (eds.). Decline of the Unites States Hegemony?
A Challenge of ALBA and a New Latin American Integration of the Twenty-First Century.
N. Y.: Lexington Books, 2015. P. 121.
2
William N., Simon R. Increasingly Isolated, Iranian Leader Set to Visit Allies in Latin
America, New York Times, 06.01.2012. URL: http://www.nytimes.com/2012/01/07/
world/middleeast/iranian-leader-set-to-visit-allies-in-latin-america.html (accessed:
14.10.2017).
3
Magdalena D. Cuba and Venezuela and Their Foreign Policies // B. M. Bagley and
M. Defort (eds.). Decline of the Unites States Hegemony? A Challenge of ALBA and a New
Latin American Integration of the Twenty-First Century. N. Y.: Lexington Books, 2015.
P. 106.
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]