Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Образование и воспитание в исламе
.pdf
сделал так, что все человеческие ценности пошатнулись и лишились основания. На западе, заметив последствия своих действий, теперь хотят возродить
эти ценности в другой форме, но уже слишком поздно. Базарган приводит цитаты из трудов Жана Поля
Сартра и других подобных ему мыслителей, критикуя их взгляды на вопрос о подлинности человека.
Он отмечает, что Сартр и Хайдеггер создали нечто
воображаемое, что фактически является мнимым
представлением о Боге с их стороны. Кроме того,
они предполагали, что человечество, кроме индивидуального бытия, наделено ещё и общим бытием
200
.
То есть кроме отдельно взятых человеческих индивидов, под названием «человечество» существует, якобы, ещё что-то другое, которое постоянно находится
в состоянии изменения и бытия. И всё то, что теологи рекомендуют делать во имя Господа, эти мыслители предлагают осуществлять во имя человечества
или своего мнимого бога, за которым признают возможность реального существования, тогда как своё
бытие считают обусловленным. А человеческого индивида по сравнению с ним считают ничтожным. Это
последствия тупиковых ситуаций, созданных ими по
отношению к духовным вопросам, по их словам, к человеческим ценностям. Они опровергают религию,
отрицают также мораль и воспитание, основанные
на вере. Объясняют подобное банальным представлением о том, что, якобы, религия основана на страхе перед адом и надежде на рай. На этой основе они
200
Это видоизменённая форма того самого вопроса, который затрагивался нашими учёными в древние времена и был
посвящён общему подходу ко всем естественным началам.
Но, как замечаем, между этими двумя вопросами существует
и определённое отличие. — Примеч. автора.
231

отказались признать за религией какие-либо ценности, тогда как она способствует созданию в человеке
нравственных норм, насаждает нравственность не
только путём обещания рая и устрашения адом. Религия формирует у людей гуманные убеждения. Под
её влиянием все ныне обесценившиеся человеческие
ценности обретают чёткие и логически выверенные
основы.
232

ЛЕКЦИЯ 13: РАЗВИТИЕ
СОБСТВЕННОГО
ы рассуждали о внимании к душе или упоминании о ней, другими словами, о само-
М
мости, откуда исходят азы нравственности. Теперь
будем говорить ещё о двух принципах, которые также считаются частью моральных и воспитательных
основ ислама, и на этом в общих чертах завершим
наши рассуждения в этом направлении. Один из
принципов ислама — это вопрос о всеобщей совести.
На предыдущих лекциях нами было отмечено, что
ислам, несомненно, выступает против особого рода
отношения к собственному и индивидуальному «Я».
Эгоизм в плане превознесения собственной персоны и индивидуализма, который обуславливает отрицание других индивидов, с точки зрения исламской
логики и большинства других моральных школ считается порицаемым и отвергается. Понятие эгоизма
или себялюбия существует и в современной терминологии. Например, принято говорить: «Такое-то
лицо — очень себялюбивый (эгоистичный) человек»,
и следует отметить, что присущее подобному человеку «Я» отличается от того небесного и человеческого
«Я», о котором мы говорили и относится к замкнутому в своей природе и самодовольному человеку.
познании или внимании к собственной са-
«Я»
233

Человек — существо иерархическое
Человек обладает двумя видами «Я». Первый
вид — это небесное «Я», о котором Бог сказал в Коране: «…вдохну в него от Духа Моего»
201
. Для своей жизнедеятельности «Я» в природе не нуждается. Но человек — существо иерархическое, одной из ступеней
которого является природа. Особенность человека
заключается именно в том, что он — существо, обладающее степенями и субординацией. И это верно,
когда говорят, что «человек — ангел, животного, растительного и минерального характера». Но не в том
смысле, что он является и ангелом, и животным, и
растением, а в том плане, что он представляет собой единое существо, которое обладает определённой иерархией развития. В качестве сравнения его
можно уподобить многоэтажному зданию, каждый
этаж которого представляет отдельную реальность.
Человек представляет собой иерархическое существо, и на высшей ступени этой иерархии он — ангел
и даже выше. На другой ступени он — растение, а на
ещё одной — минерал. С позиции высочайшей ступени своего бытия человек между различными «Я»
никакой разницы не видит. Так же, как ангелы, между которыми нет никакой вражды и конфликтов, человек на этой ступени своего бытия между собой и
другими никаких разногласий не допускает, все они
подобны частицам света, между которыми нет никаких противоречий и несовместимостей. Но когда
он нисходит до более низких и природных ступеней
своего «Я», то сообразно существующим в природе
трудностям и несовместимостям, каждое его «Я»
стремится к самосохранению и, как правило, отри-
201
К, 15: 29.
234

цает других; в результате возникает ситуация борьбы за существование. «Я» каждого человека будет
направлено против других «Я», и как будто существование каждого «Я» обусловлено опровержением
других «Я». То есть возникает свойственная природе человека ситуация монополизации, себялюбия и
игнорирования других лиц. Начинается борьба против подобных качеств, которых следует довести до
минимума и которые подобно преграждающей стены должны быть разрушены. Это стена между природным и другими «Я».
По словам Табатабаи, человек — существо «нанимающее», то есть стремящееся к тому, чтобы другие
существа, в том числе и другие люди, были у него на
службе. Говоря современной терминологией, человек — существо эксплуатирующее, то есть смотрит на
каждое существо как на орудие, желая присвоить всё
всех себе.
Джалал ад-дин Руми об этом говорит:
Разделены души у волков и собак
А Божии мужи — все единодушны.
Когда душа у человека становится собачьей или
волчьей, то есть когда человек теряет своё реальное «Я», и в нём начинает преобладать естественный аспект, то в людском коллективе начинаются
разногласия и конфликты, и все люди превращаются в подобие собак и волков, которые являются
символами войн и распрей. Но когда души у людей
бывают не как у собак и волков, а как у Божиих мужей, то в коллективе не могут существовать раздоры и разногласия.
235

Вступление в брак — первый этап выхода
из состояния индивидуализма
Когда мы говорим, что человек должен выходить
из черепашьего панциря своего эгоизма, то имеется виду избавление человека от своего природного,
естественного, земного «Я». И в этом вопросе все
единодушны. Но этот выход имеет определённые
этапы.
Первым этапом на этом пути является любовь к
ближнему. Фактически, кажется, что, по словам Рассела в его книге «Новые надежды», «Я» человека
развивается. Так как европейские учёные признают
только существование естественного «Я», то невольно начинают рассуждать об этом весьма примитивно. Например, по мнению Рассела, ребёнок ощущает
только свой индивидуальный «Я» и желает, чтобы всё
принадлежало только ему, даже на своих родителей
смотрит как на орудия для удовлетворения собственных нужд. В юности или молодости у него появляется
чувство любви, и он выбирает себе супругу. Впервые
у него появляются чувства того, что он привязан ещё
к кому-то, как к самому себе (конечно, подобные чувства присущи не всем).
Другими словами, ребёнок выходит из самого
себя. Он и предмет его привязанности объединяются, образуют общий «Я», для которого он желает все
вещи уже в большем объёме. Здесь два «Я» становятся единым. Конечно, подобная ситуация возможна
только при наличии его привязанности к другому
лицу, которое действительно становится объектом
его любви. Это должна быть привязанность, которая, по кораническим выражениям, обозначается
словами «благорасположение» или «любовь» (видад),
или благосклонность (рахма): «[Другое] из знамений
236

Его — то, что сотворил Он жён для вас самих, чтобы
находили вы успокоение в них, и установил [Он]
любовь и благосклонность [взаимную] между вами.
Воистину, во всём этом — знамения ясные для людей
размышляющих»
202
.
Пока связь между супругами основана на вожделениях, то есть на половых отношениях, они смотрят
друг на друга как на орудие. Ибо половая связь — это
животный и естественный инстинкт. Жена для мужа
и муж для жены являются своего рода инструментом
для удовлетворения половых потребностей. Но необходимое требование супружества, семейного очага,
философии семейных отношений состоит в наличии
духа, стоящего выше половых инстинктов между двумя людьми.
Жизненная практика показала, что у всех людей,
которые ради духовных целей избрали для себя безбрачную жизнь и не желают иметь жену и детей
203
,
по их мнению, препятствующих достижению духовности, наблюдается своего рода изъян — хотя бы в
форме своеобразной незрелости. Будто человеку
присуще особое духовное совершенство, которое достигается исключительно в школе семьи.
Но есть особые моральные качества, которые достигаются исключительно в семейной атмосфере.
Создание семьи — это своего рода соучастие в судьбе
202
К, 30: 21.
203
Многие выдающиеся люди, знатоки исламских этических дисциплин предпочитали жить в безбрачии. Так,
Мирза Джилве в Тегеране до конца жизни был холостяком.
Джахагир-хан Кашкайи, будучи выдающимся философом
в Исфахане, до конца жизни так и не женился. То же самое
можно сказать об Ахунде Каши, которого считают чудотворцем и о покойном Ага Шейхе Мухаммаде Талукани. — Примеч.
автора.
237

других людей. Пока мужчина не женился, и у него не
родились дети, которые могут повлиять на его эмоциональное и душевное состояние, он не будет чувствовать ответственность за судьбу других.
Жизненная практика показывает, что у мыслителей, занимающихся вопросами морали (ахлакийун)
и аскетов, которые не пережили стадию семейных
отношений, до конца жизни наблюдаются некоторые признаки незрелости и детские повадки. В этом
и заключается одна из причин того, что в исламе
вступление в брак считается священным действием
и своего рода богослужением, тогда как с точки зрения христианства безбрачие считается священным,
а вступление в брак — скверным. Вступление в брак,
по христианской морали, разрешается только тем,
кто не может выдержать натиск безбрачия, и кому
безбрачие угрожает развращённостью. Поэтому папа
избирается из числа тех, кто дал обет безбрачия, и в
течение всей жизни не связался с этой «скверной».
Ислам придерживается по этому вопросу противоположной позиции: «Любовь к женщинам — это из числа моральных принципов пророков!»
204
Следовательно, брачный союз — это первый этап
выхода человека из состояния индивидуального и
природного «Я» и развития его личности. После
вступления в брак, когда мы намереваемся работать,
то эта работа уже выполняется не для собственного
«Я», а для общего «Мы». То есть «Я» человека превращается в «Мы», и человек станет относиться к судьбе
своей семьи как к собственной судьбе, он будет работать, чтобы члены семьи жили в довольстве. А это более высокая ступень собственного «Я». Но разве человеку достаточно этого уровня развития собственного
204
Кулайни. Ал-Кафи. Т. 5. С. 320.
238

«Я»? Несомненно, недостаточно. Данный уровень
считается ступенью совершенства разве что по отношению к естественному индивидуализму. Но если довольствоваться только тем, чтобы собственный «Я»
человека превратился в «Мы», включающий в себя
лишь только жену и детей, исключая других людей,
то этого, разумеется, недостаточно.
Племенное «Я»
Возможно, что у отдельно взятого человека собственное «Я» будет развиваться ещё больше и, например, будет включать в себя ещё и родственников, то
есть индивидуализм, перешагнёт пределы семьи и
расширится до уровня племени. Примеры подобного состояния часто встречались в жизни арабских
племён периода язычества. У арабов-язычников фактически все члены племени пользовались единым
статусом. Над всеми членами отдельно взятого племени господствовал единый дух. «Я» каждого человека представляло собой племенное «Я». Внутри племени существовали гуманистические принципы, такие
как прощение, благодеяние и альтруизм, но вне пределов племени эти принципы не действовали. Следовательно, недостаточно, чтобы человеческое «Я»
развивалось только до уровня охвата племенных горизонтов.
Гуманизм
Далее перейдём к понятию человеколюбия и гуманизма. Если человек считает себя гуманистом, то
он будет служить всем людям, не допускать измену
по отношению к какому-либо человеку, не посягать
на права какого-либо человека и всё это только из-за
239

того, что речь идёт о человеке. Кажется, последней
стадией выхода из состояния эгоизма заключается
именно любовь ко всем людям.
Но существует определённая претензия даже и к
этой теории. Почему мы, люди, будучи человеколюбивыми, не должны любить животных? Разве правильно, чтобы пределы человеческого «Я» ограничивались охватом всего человечества? Или имеется
возможность расширить их ещё больше, называя эти
новые пределы «приверженностью к истине», «приверженностью к Богу»? Ведь Бог не простое существо
из ряда других мирских вещей, и на пути приверженности к Богу всё в мире достойно любви.
Но является ли гуманизм крайним пределом развития человеческого «Я»? Или может быть человеческое «Я» способно на большее расширение, и не
обязательно, чтобы его расширение на этом прекращалось? Кроме того, относительно человеколюбия
существует ещё один вопрос: что имеется в виду под
понятием «человека»? Каждое животное или каждый минерал является тем, чем он есть. Например,
когда мы говорим «любовь к цветам», то заранее
знаем, что цветок является тем, чем он есть: у него
нет иных принципов. То же самое можно сказать
и о животном. Но человек — единственная в этом
мире часть бытия, которая существует потенциально, и которое должно актуализироваться. То есть
нельзя считать человека существом с двумя ушами
и головой и утверждать, что гуманизм означает, что
следует любить этого прямоходящего животного
с плоскими ногтями. Отнюдь, человек должен обладать ещё и человечностью. Отдельно взятый человек может быть и античеловеческим (нечеловечным). Но животное, которое было «неживотным»,
нам не найти. Животное всегда остаётся животным.
240
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
