Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Международное частное право. Учебник
.pdf
Коллизионное регулирование трансграничных частноправовых отношений
– личный закон физического лица (lex personalis) – одна из старейших
коллизионных норм1, предназначена для определения национальности
(государственной принадлежности) и характеристики юридического
статуса физических лиц, являющихся субъектами частноправовых
отношений;
– закон места работы (lex loci laboris) – применяется для определе-
ния права, применимого к отношениям, связанным с использованием
личного труда физического лица;
– личный закон юридического лица (lex societatis) – предназначен
для определения национальности (государственной принадлежности)
и характеристики правового статуса юридических лиц, являющихся
субъектами частноправовых отношений;
– закон места нахождения вещи (lex rei sitae) – используется для
определения права, применимого к вещным правоотношениям, в том
числе для определения правового режима объектов вещных прав;
– закон места причинения вреда (lex loci delicti commissi) – применя
ется для определения права, применимого к деликтным и кондикционным обязательствам;
– закон места совершения юридически значимого акта (lex loci actus) –
предназначен для определения юридической действительности юридических актов, являющихся основаниями возникновения, изменения
и прекращения тех или иных правоотношений в части формы юридического акта и механизма (процедуры) его совершения2;
– закон автономии воли сторон (lex voluntatis) – как тип коллизи-
онной привязки применяется для определения права, применимого
к договорным отношениям3;
-
1
В частности, именно личный закон физического лица можно найти в тексте до-
говоров Древней Руси с Византией 945 и 971 гг.
2
В качестве разновидностей данного типа коллизионной привязки называют закон места заключения договора, закон места заключения брака, закон места расторжения брака, закон места составления завещания и т.д. Вместе с тем нет оснований выделять данные коллизионные правила в качестве самостоятельных типов коллизионных
привязок, все они подчиняются общему (родовому) правилу – закону места совершения юридически значимого акта.
3
Во всех иных случаях, предполагающих возможность заключения соглашения относительно выбора права, применимого к тому или иному отношению, речь идет не о
применении данного типа коллизионной привязки, а о действии диспозитивной или
частично диспозитивной коллизионной нормы, в основе которой лежит общий принцип частного права, распространяющийся и на сферу международного частного права, – принцип свободы договора.
71
Глава 4
– закон наиболее тесной связи (lex causae) – как тип коллизионной
привязки (в отличие от общего принципа коллизионного регулирования) является субсидиарным правилом по отношению к закону
автономии воли сторон и применяется к договорным отношениям
в случаях, когда стороны договора не избрали применимое к их отношениям право либо их выбор оказался недостаточным или недействительным;
– закон флага (lex banderae) – особый тип коллизионной привязки
субсидиарного характера, направленный на восполнение пробела
в коллизионном регулировании, позволяющем определить право,
применимое к различным категориям частноправовых отношений,
имеющих место не на территории конкретного государства, а в условиях трансграничного мореплавания (в некоторых случаях также
воздухоплавания);
– закон суда (lex fori) – особый тип коллизионной привязки, пред-
полагающий применение права государства, правоприменительный орган которого уполномочен на принятие юрисдикционного
решения по поводу трансграничного частноправового отношения.
Статут данного типа коллизионной привязки включает вопросы процессуального характера, в том числе процессуальные права сторон
правоотношения, допустимость участия третьих лиц, сроки принятия
решения, порядок реализации универсального международного права
на защиту; коллизионные нормы, в том числе критерии определения
применимого права и дополнительные коллизионные правила для тех
или иных групп правоотношений, а также правила решения проблем
применения коллизионных норм и норм иностранного материального права1.
Иные коллизионные нормы не относятся к категории типов коллизионных привязок, имеющих природу международного обычая, а представляют собой национальные коллизионные нормы, относящиеся
к правовой системе одного (или нескольких) государств2.
Следует отметить, что каждый из типов коллизионных привязок
распространяется на отношения, вошедшие в его правоприменитель-
1
Иные случаи, когда закон разрешает (или предписывает) правоприменителю использовать свое национальное право, представляют собой случаи закрепления специальных коллизионных правил (односторонних коллизионных норм) и содержательно
не охватываются данным типом коллизионной привязки.
2
В качестве такой нормы можно назвать «закон валюты долга», распространенный
в правоприменительной практике США, но так и не получивший признания в качестве
базовой коллизионной нормы МЧП на универсальном уровне.
72
Коллизионное регулирование трансграничных частноправовых отношений
ный статут. При этом правоприменительные статуты типов коллизионных привязок не пересекаются, т.е. вопрос, вошедший в статут одного типа коллизионной привязки, не может быть решен посредством
правил другого типа коллизионной привязки.
2. Автономия воли сторон трансграничного частноправового отно-
шения в международном частном праве является проявлением общего
принципа частного права свободы договора, который, в свою очередь,
является неким «краеугольным камнем» договорного права любой
правовой системы вне зависимости от времени ее возникновения,
особенностей территориального, регионального развития, основного
источника права. Сегодня свобода договора в международных коммерческих отношениях проявляется во всех известных ее формах –
участник трансграничного оборота вправе решать, заключать ли ему
договор, какой именно договор и с кем его заключать, каким должно
быть содержание этого договора. В рамках трансграничных договорных
отношений возникает еще одно проявление свободы договора – это
свобода выбора права, которое стороны хотят применить к своему
контракту. В этом формате принцип свободы договора трансформируется в более привычное для международного частного права правило
автономии воли сторон.
Схема реализации этого правила необычайно проста: контрагенты
из различных государств, вступая в контрактные отношения, получают исключительную возможность, которую им может предоставить
только частное право, «славящееся» своей диспозитивностью, а именно
самостоятельно определить тот набор правовых предписаний, которые
в дальнейшем будут использоваться для регулирования их договорных
(контрактных) отношений. При этом коль скоро в их отношениях появляется так называемый иностранный элемент, то стороны не просто
получают возможность оперировать диспозитивными нормами гражданского права того или иного государства, они получают возможность
оперировать правовыми системами как таковыми. Высшей формой
проявления автономии воли в данном случае является возможность
вообще отказаться от применения какого бы то ни было национального
права, и «поместить» свои договорные отношения в систему особых
транснациональных норм и категорий. Таким образом, диспозитивность
частного права позволяет участникам трансграничных коммерческих
отношений, пользуясь принципом свободы договора, определить «частное», индивидуальное содержание его положений, фактически создать
свой уникальный набор правовых норм, которые будут регулировать
индивидуальное отношение двух хозяйствующих субъектов.
73
Глава 4
3. Свобода договора не является чем-то совершенно безграничным
и абсолютным. Существуют пределы, выверенные практикой правового регулирования договорных отношений, которые проявляются
в наличии императивных правил, устанавливающих некие разумные
и общеобязательные ограничения, которые стороны трансграничного
отношения обойти не могут.
К числу таких ограничений следует отнести так называемые пространственные ограничения выбора применимого права, суть которых
сводится к ответу на вопрос о перечне правовых систем, которые можно применить к трансграничным контрактным отношениям. В рамках
международного частного права ответ на данный вопрос проявляется
в предпочтениях законодателя, выбирающего одну из двух разновидностей автономии воли, признанных в теории классического международного частного права (относительную или абсолютную). Относительная автономия позволяет осуществлять выбор применимого
права исходя из принципа тесной связи (по любому из существующих
критериев) договора и избранного правопорядка. Абсолютная автономия не содержит ограничений, стороны могут избрать любое объективно существующее право, действующее на момент осуществления
выбора. Развитие коллизионного регулирования выработало определенные традиции, согласно которым правовые системы, базирующиеся на классическом римском праве, признают именно абсолютную
автономию воли сторон, не связывая возможность их выбора какими-либо условными категориями (в том числе категорией наиболее
тесной связи). Именно так определена автономия воли сторон в рамках
российского законодательства (ст. 1210 ГК РФ). Правовые системы,
тяготеющие к прецедентному праву, наоборот, традиционно отдают предпочтение относительной автономии воли сторон, закрепляя
в своих правовых нормах так называемый принцип пространственной
локализации договора. Так, к примеру, это правило прямо закреплено
в ст. 1-105 ЕТК.
4. Российское законодательство основывается на абсолютной авто-
номии, позволяя сторонам избирать любое объективно существующее
право не только для договора, но и для его отдельных частей (в том числе
избрать в качестве применимого право нескольких государств по отношению к различным частям одного и того же договора1) в любой
1
Под частями договора в МЧП понимают не отдельные статьи договора как документа, а элементы правоприменительного статута или конкретные обязательства сторон договора, учитывающие взаимонаправленные права и обязанности участников обязательственного отношения.
74
Коллизионное регулирование трансграничных частноправовых отношений
момент существования договорных отношений (вплоть до вынесения
решения по спору, связанному с договором).
5. Автономия воли сторон в международном частном праве реализу-
ется посредством заключения соглашения о выборе применимого права,
представляющего собой юридически самостоятельный1 гражданскоправовой договор сторон контракта о подчинении своих отношений
(полностью или в части) нормам правопорядка какого-либо государства. Существенным условием такого соглашения является предмет –
обязательство сторон контракта подчиняться требованиям и нормам
избранного ими правопорядка, в том числе в случае возникновения
споров в связи с их контрактными отношениями.
Соглашение о выборе применимого права должно отвечать ряду
требований:
1) сделанный выбор должен быть четким и однозначным. Это
не означает обязанность прямо называть применимое право, могут
быть предусмотрены критерии определения применимого права, позволяющие осуществить однозначный выбор в конкретной ситуации
(например, право страны ответчика, право страны суда и др.);
2) может быть избран только существующий правопорядок, т.е. из-
бирать недействующее право, в том числе право исчезнувшего государства, нельзя. Вместе с тем допускается выбор права непризнанного
государства;
3) соглашение должно предусматривать выбор права, но не закона,
т.е. стороны не могут подчинить свой контракт действию отдельных
нормативных актов той или иной правовой системы;
4) выбор права должен означать отсылку ко всей правовой систе-
ме, а не к правовым нормам субъекта федерации даже в том случае,
когда вопросы регулирования частноправовых отношений отнесены
к компетенции региональных властей (в данном случае после выбора
правовой системы государства осуществляется конкретизация компетенции субъекта федерации, но и без такой конкретизации соглашение
будет считаться заключенным);
5) недопустимо «замораживать» действие права, к договору будет
применяться право, действующее на момент рассмотрения спора (момент установления содержания иностранной правовой нормы);
6) выбор не должен ущемлять интересы «слабой» стороны договора,
третьих лиц, а также противоречить строго императивным нормам
страны суда;
1
Несмотря на относительно автономный характер такого соглашения, следует
иметь в виду, что при перемене лиц в основном обязательстве его действие сохраняется.
75
Глава 4
7) выбор сторон должен допускаться коллизионными нормами
страны суда, в том числе не нарушать ее императивных норм.
По общему правилу соглашение о выборе применимого права за-
ключается в письменной форме (в виде отдельного соглашения или
оговорки к контракту). Вместе с тем абсолютный характер автономии
воли сторон позволяет использовать иные формы соглашения, в том
числе допускается устная форма с фиксацией факта заключения соглашения в протоколе судебного заседания. Кроме того, правоприменитель вправе сделать вывод о существовании соглашения о выборе
применимого права в том случае, когда условия договора (например,
ссылки по тексту договора на нормы одного государства) или сложившиеся отношения сторон явно и однозначно свидетельствуют
об осуществленном ими выборе.
6. Одним из проявлений свободы договора в трансграничных отношениях выступает возможность заключения особых процессуальных
(пророгационных и дерогационных) соглашений, позволяющих сторонам контракта выбирать не только применимое к договору право,
но и юрисдикционный орган, компетентный рассмотреть спор из дан
ного контракта. В целом требования к таким процессуальным соглашениям аналогичны требованиям, предъявляемым к соглашениям
о выборе применимого права1, однако форма таких соглашений должна
быть письменной под угрозой ничтожности. Следует иметь в виду, что
выбор юрисдикционного органа не означает, что стороны отношения
осуществили выбор применимого права (права страны суда), так как
в данном случае имеет место заключение различных договоров, имеющих существенно различающийся предмет.
Само соглашение о выборе применимого права (в том числе вопросы о возможности его заключения и пределах автономии воли сторон)
подчиняется нормам права страны суда, если его стороны не подчинят
это соглашение нормам иной правовой системы.
-
§3.Правила применения коллизионных норм
имеханизм их действия
1. Регулирование частноправового отношения, осложненного ино-
странным элементом, посредством коллизионных норм предполагает
1
Требования к процессуальным соглашениям определены нормами ГПК и АПК,
а также Постановлением Пленума ВС РФ № 23.
76
Коллизионное регулирование трансграничных частноправовых отношений
ряд последовательных стадий, позволяющих в своей совокупности
обеспечить полноценное функционирование механизма правового
регулирования. Применение коллизионной нормы – это функция право-
применителя, в силу чего стадии ее применения имеют значение именно
для правильной организации правоприменительного процесса.
К этапам (стадиям) применения коллизионной нормы относятся
следующие:
– первичная квалификация – на этом этапе правоприменитель
осуществляет общую оценку правоотношения и определяет его юридическую природу, на этой стадии возможно возникновение проблемы
квалификации (например, при необходимости осуществить толкование
терминов, используемых сторонами в тексте своего контракта);
– выбор коллизионной нормы, подлежащей применению к кон-
кретному отношению, который осуществляется на основе сопоставления правоприменительного статута коллизионной нормы с природой
спорного правоотношения. На этой стадии возможно проявление проблемы квалификации, а также выявление пробелов в коллизионном
регулировании;
– определение права, применимого к спорному правоотношению,
т.е. непосредственное применение привязки коллизионной нормы как
таковой. В рамках данного этапа применения коллизионной нормы
возможно возникновение таких коллизионных проблем, как проблема применения плюралистической правовой системы и проблема
мобильного конфликта.
Следует иметь в виду, что на любой из названных стадий возможен
вывод о недопущении действия норм иностранного права на территории страны суда, в силу чего правоприменитель будет вынужден
принять решение об отказе коллизионной норме в ее юридическом
действии, в силу чего действие иностранного права на территории
страны суда будет невозможно, а трансграничное отношение будет
урегулировано нормами права страны суда.
2. Применение коллизионной нормы должно привести к опреде-
лению применимого материального права к трансграничному частноправовому отношению. В идеальной ситуации правоприменитель
легко осуществит выбор подлежащего применению права, применяя
коллизионную норму. Однако особенности коллизионного права различных государств и несовпадение их коллизионных подходов к регулированию конкретных правоотношений трансграничного характера
обусловливают возникновение ряда коллизионных проблем, правила
решения которых необходимо знать для правильного применения
77
Глава 4
коллизионной нормы (обратная отсылка, мобильный конфликт, коллизионный вопрос и т.д.)1.
2.1. Мобильный конфликт представляет собой ситуацию, когда имеет
место изменение территориальной локализации (национальной принадлежности) того элемента правоотношения, который по смыслу
коллизионной нормы определяет выбор применимого права. Как про
блема, связанная с применением коллизионной нормы, мобильный
конфликт имеет место в случае необходимости регулирования длящихся отношений2.
В теории и практике МЧП имеют место три варианта решения
проблемы мобильного конфликта:
– применение первоначального права – применимое к отношению
право определяется на основании национальной принадлежности
определяющего применимое право элемента (ключевого элемента)
на момент возникновения правоотношения и не учитываются какие бы
то ни было изменения его территориальной локализации в последующем (к примеру, такой подход закреплен в законодательстве Турции);
– применение эффективного права – в данном случае к отношению применяется право, которое имеет ключевой элемент на момент
рассмотрения спора, вне зависимости от его территориальной локализации в момент возникновения как самого правоотношения, так
и спора (данный подход находит отражение в нормах австрийского
законодательства);
– последовательное применение всех правовых систем – в данном
случае учитывается территориальная локализация ключевого элемента,
которая связана с той частью правоотношения, в рамках которой возник спор (Египет, Сирия).
Российский законодатель отдал предпочтение праву первоначальной территориальной локализации (п. 1 ст. 1211 ГК РФ), что пред
ставляется наиболее удачным решением проблемы мобильного конфликта, так как оно основано на принципе правовой определенности
1
О некоторых из этих понятий см. гл. 2 настоящего учебника.
2
В качестве примера может служить следующая ситуация: индивидуальный предприниматель из государства А в качестве продавца заключает договор поставки, предусматривающий поставку нескольких партий товара, и начинает исполнять данный договор, а после (после осуществления поставки половины партий товаров) переезжает
на территорию государства Б и оттуда заканчивает исполнение договора. В правоприменительной практике, безусловно, возникнет вопрос о том, нормами права какого государства (А или Б) должны будут регулироваться отношения сторон из договора поставки, учитывая тот факт, что оно должно быть определено исходя из норм права страны продавца.
-
-
78
Коллизионное регулирование трансграничных частноправовых отношений
и позволяет препятствовать проявлениям злоупотреблений сторон
правоотношения.
2.2. Предварительный коллизионный вопрос возникает в случаях, когда
имеют место хронологически следующие друг за другом отношения
с участием одного круга субъектов, и при этом от выбора права, применимого к хронологически первому отношению (предварительный,
или побочный вопрос), зависит объем прав и обязанностей сторон
по хронологически второму правоотношению, которое и является
спорным (основной вопрос). Так, в частности, при рассмотрении
спора, связанного с действительностью договора, заключенного представителем на основании доверенности, неизменно возникнет вопрос
о действительности самой доверенности; при рассмотрении наследственного спора, в котором на наследство претендует супруг наследодателя, возникнет вопрос о действительности брака и т.д.1
При возникновении предварительного коллизионного вопроса
правоприменителю необходимо решить коллизионную проблему выбора коллизионного правила, посредством которого будет решаться
предварительный коллизионный вопрос. В современном международном частном праве выделяются следующие варианты решения
данной проблемы:
– решение предварительного вопроса на основании норм пра-
ва, применимого к основному вопросу, что, безусловно, позволяет
сэкономить время и усилия правоприменителя, которому не придется
устанавливать содержание еще какого-либо правопорядка;
– решение предварительного коллизионного вопроса независимо
от решения основного вопроса, на основании самостоятельных коллизионных правил, предусмотренных в коллизионном праве страны суда,
что позволяет подчеркнуть самостоятельность и автономный характер
правоотношений, учесть хронологическую последовательность их воз-
1
К примеру, если российский гражданин, проживая на территории Саудовской
Аравии в собственном доме, вступит в брак с гражданкой данного государства, а затем, не расторгая первого брака, вступит во второй брак на территории России с российской гражданкой, то в случае его смерти и открытия наследства перед российским
судом в качестве основного возникнет вопрос о праве, применимом к отношениям наследования (в отношении дома на территории Саудовской Аравии это будет право Саудовской Аравии), а в качестве побочного (предварительного) вопроса возникнет вопрос
о праве, применимом к действительности брака. При этом если к побочному вопросу
применять право, избранное для основного отношения, то оба брака будут действительными и наследственные права получат обе жены, а если к побочному вопросу применять самостоятельные коллизионные правила, то второму браку будет отказано в действительности и, следовательно, наследственные права получит только первая жена.
79
Глава 4
никновения, а также обеспечить одинаковую оценку правоотношения,
составляющего основу побочного вопроса, вне зависимости от оценки
иных взаимосвязанных правоотношений.
В нормах российского законодательства решение проблемы предварительного коллизионного вопроса не содержится, однако доктрина
и правоприменительная практика однозначно свидетельствуют о том,
что побочный вопрос должен решаться на основании самостоятельных
коллизионных правил, вне зависимости от того, каким материальным
правом регулируется основной вопрос.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]