Когнитивный смысл поэтического

вданное произведение иприсвоение его смыслов. К.Г.Юнг говорит околлективном бессознательном иархетипах— своеобразных «ма­трицах образцов», присутствующих внем. Для того чтобы говорить сполной уверенностью об архетипической природе образов анали-

зируемого стихотворения, необходимо эмпирическое исследование. Ивсеже, можно осмелиться предположить, что за отсылкой кавтори­тету Шекспира и, соответственно, возникающем всознании чувством сопричастности человечеству стоит еще один, еще более глубокий слой действующих факторов, оказывающих влияние на сознание чи­тающего. Образы няни идитя («усни, дитя, иняню успокоишь»), жен­ской красоты, жизни исмерти, крови, силы имудрости— вомногих

влена автором произведения рефлексивно. Но, как илюбой индивид (атем более как любая развитая личность), автор испытывал на себе

происходило усвоение его сознанием коллективных содержаний, обра­зовалась «связка сопричастности», благодаря которой циркулирующие вобществе смыслы усваивались сознанием истановились экзистен- циально значимыми для поэта как для личности.

для него, вконечном итоге может стать стольже волнующим иэкзи­стенциально значимым для читателя.

здесь почти нет архетипического содержания. Только— отсылка кдет­ству, причем не автора, алирического героя стихотворения. Так кажет­ся, пока мы не вспомним, что сам образ детства архетипичен, как сам

боко личностно значимыми изатем образуют произведение, то впри-

ный прорыв всобственное детство. Вернее, все это относится клири­ческому герою стихотворения, ибо мы не можем знать действительной степени автобиографичности ни одного произведения иможем гово-

Сознание вопределенный момент времени ощущает свое бытие глубоко иостро. Такие моменты могут наступать, когда сознание на­ходится вповседневном мире. Но нахождение вповседневном мире, вкотором смыслы движутся для сознания по накатанным колеям, не

для себя навыки жизни вмире вообще, вобщечеловеческом горизонте,

разрабатывает свое призвание исвои способы бытия вэтом горизонте.

Поэзия— один из таких способов бытия, причем как для автора,

так идля читателя. Вычленение из человеческого мира вообще поэти­ческого мира ипогружение внего является для сознания важнейшим навыком бытия вмире. Рассмотрим сначала, чем является для сознания автора бытие впоэтическом мире. Это— творчество как способ бытия, как практика. Сознание автора практикует поэтическое творчество, вырабатывая свои навыки, ккоторым относится навык погружения впред-инсайтное состояние, при котором связь между привычными смыслами «плавится», ослабляется иповышается вероятность обра­зования новых связей между смыслами. Это инавык самого инсайта. Кажется, что инсайт, вомногом подготовленный бессознательным, происходит помимо сознания, без участия последнего. Это, конечноже, так быть не может. При инсайте решение, идея или поэтическое произ­ведение входит всознание. Но ничто не может просто войти всозна­ние без его участия. Сознание может впустить всебя или не впустить зарождающееся творение. Кроме того, не следует забывать, что вслу­чае споэтическим творчеством написание произведения происходит вболее или менее длительном времени, произведение появляется на бумаге строка за строкой, икаждую такую строку необходимо впустить всознание изаписать.

моментов ощущения сознанием своего бытия, причем бытия успеш-

ного инаполненного, состоявшегося. Состоявшееся стихотворение является какбы завершением присутствия вбытии смысла, небессмыс­ленности жизни. Поэт осознает себя как личность, создавшую данное

пробелы заполняются результатами вполне рациональной рефлек­тивной работы сознания. Высшееже искусство, наибольший худо-

ведении не ощущается «швов» между сознательно ибессознательно

Теперь обратимся ксознанию читателя (интерпретатора) ипроцес­сам, происходящим внем. Сознание читателя, погружаясь впоэтиче­ский мир, также осуществляет выбор между различными способами бытия вмире вообще ивкачестве одного из способов собственного бытия выбирает чтение поэтических произведений. Чтение для созна­ния интерпретатора также становится бытийной практикой. Сознание не может просто пассивно прочитывать поэтическое произведение, оставаясь не затронутым им. Вернее, может, но это— не данный случай, когда чтение является способом бытия. Сознание читателя существует вмире смыслов, построенном автором, но впроцессе этого существо­вания оно строит целиком собственные системы смыслов. Если произ­ведение всколыхнуло сознание читателя, то это потому, что всознании этом уже есть ресурсы, которые по ассоциации предъявляются созна­нию икоторые становятся «строительными кирпичиками» всех систем смыслов, рождающихся учитателя впроцессе чтения. Сознание чита­теля уже имеет «что вспомнить», чтение спомощью ассоциативных

Вданном случае читатель ипоэт встретились водной личности

бытия сознания вмире вообще, вкультурном горизонте.