Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Когнитивно-прагматический аспект рефлексивного дискурса. Монография
.pdf
51
прошлые знания, которые выстраиваются в ассоциативный ряд: Однако так же
спокойно держался в Париже Иозеф Бер… Люди, не имевшие корней, были чрезвычайно
нестойки… если бы Стефан Цвейг и его жена могли бы излить кому-нибудь душу, … Цвейг
совершил роковую ошибку – написал воспоминания. Так, пробуждающиеся прошлые
знания в конкретной речевой ситуации образуют логико-смысловые узлы, на
основании которых формируется умозаключение рефлектирующего субъекта:
Потому-то я так и страшился воспоминаний. Да, я знал, что должен действовать…
По мысли В.А. Звегинцева, коммуникант воспринимает конкретное
содержание через некоторые абстрактные модели, в процессе коммуникации
он пользуется подсказкой всей совокупностью своего опыта. (Звегинцев,
2001:206).
Данные знания структурируются во фреймы, хранящиеся в памяти
индивида. Дж. Лакофф рассматривает фреймы в качестве средства
обеспечения необходимого формата для предоставления человеческих знаний
в вычислительных моделях мышления. (Лакофф, 2004:160-162). В процессе
рефлектирования в сознании субъекта речи формируются следующие типы
фреймов:
1) локально-субстанциональный. С помощью этого фрейма субъект речи
представляет предмет (объект рефлексии) в пространстве во взаимодействии с
другими предметами;
2) рефлексивный. Субъект речи осознает свое ментальное состояние,
видит себя включенным в коммуникативно-рефлексивное измерение;
3) темпоральный. Рефлексия динамична, она «набирает обороты» по мере
пробуждения рефлексивного опыта, поэтому субъект речи фиксирует свою
коммуникативную фигуру в динамике по мере нарастания рефлексии.
По утверждению М.С. Андрианова, активированный фрейм способствует
формированию жестко обусловленной, подчиненной определенному
алгоритму интерпретации. (Андирианов, 1999:91).
Согласно концепции семантики понимания Ч. Филлмора, например, фрейм
интерпретации может быть введен в процесс понимания текста вследствие его
52
активации интерпретатором или в самом тексте. (Филлмор, 1988:65).
Стало быть, на стыке развертывания фреймовых представлений и их
соотнесения с реальной действительностью развивается рефлексия
реципиента. Как известно, в рефлективной позиции реципиента «включаются»
все внутренние механизмы когниции: способность слышать, видеть,
воспринимать, представлять, осмысливать. В организации рефлексии
активизируется прошлый опыт индивида. Рефлексия (reflexio) в переводе с
латинского означает обращение назад, отражение, обращенность познания
человека на самого себя. (Краткий словарь современных понятий и терминов,
2000:479).
Реципиент как бы оглядывается назад, это прошлое актуализируется в
настоящем, соотносится с ним, тем самым задается суммарный вектор модели
поведения индивида. Согласно мнению О.Л. Каменской, фреймы, отражающие
прежний жизненный опыт индивида, активизируются в его речевой
деятельности в определенный момент, тем самым они обеспечивают сам
процесс порождения/восприятия текста. (Каменская, 1990:30).
Итак, фрейм – это та опорная конструкция, на которой выстраивается
высказывание рефлектирующего субъекта в РД. Формирование фрейма на
основе блока знаний субъекта речи и его активизация, развертывание
речемыслительной деятельности коммуниканта с помощью фреймового
представления укладывается в нашу схему рефлектирования субъекта речи. На
основе фреймовых представлений формируется план реализации рефлексии.
Следует отметить, что построение этого плана согласуется с построением
плана с целью создания другого плана (метаплана) в иерархии планов в
коллективной монографии Д. Миллера, Ю. Галантера, К. Прибрама. (Миллер,
Галантер, Прибрам, 1965:169).
Идея формирования плана высказывания рассматривается в аспекте
психосемантики В.Ф. Петренко. В частности, этот исследователь утверждает,
что рефлексия речевых выражений осуществляется посредством метаязыковых
53
структур. С помощью «индивидуального языка личности» или метаязыка
индивид выражает свою рефлексию. (Петренко, 1997:37-38).
Результатом когнитивной деятельности сознания в процессе
рефлектирования является создание новых образов, порождение новых
смыслов.
В исследованиях, касающихся проблемы когнитивно-языковой
деятельности субъекта, А.М. Шахнарович делает вывод о том, что в процессе
взаимодействия с миром у субъекта складывается картина мира, картина
свойств вещей в их отношениях друг к другу и к субъекту. Эти отношения
сосредоточены в когнитивных структурах, формирующихся определенным
путем, а именно: через познание окружающего мира. (Шахнарович, 1995:81).
По мнению Р.И. Павилениса, у субъекта складывается своя система о
положении вещей в мире. То, что он думает, знает, предполагает, воображает
об объектах мира – это и есть концептуальная картина мира в сознании
носителя языка. (Павиленис, 1983:240).
Очевидно, понимание через рефлексию довольно-таки сложный процесс,
предполагающий включение когнитивных способностей индивида и его
перцептивной активности. В изучении рефлексии как условия эффективного
понимания в РД поднимаются также и пласты знаний смежных наук:
- исследование механизма мыслительных операций в рефлексии индивида –
нейрофизиология: И.М. Сеченов (Сеченов, 1958); В.М. Бехтерев (Бехтерев,
1954); И.П. Павлов (Павлов, 1952); Л. Робертс, В. Пенфильд (Робертс,
Пенфильд, 1964);
- внутренняя организация процесса понимания, речепорождения, соотношение
высказывания с действительностью в контексте психолингвистики;
- построение когнитивных моделей обработки информации в когнитивной
лингвистике;
- толкование смысла понимаемого в филологической герменевтике.
Итак, в процессе дискурс-анализа важно рассматривать не только внешнюю
модель, схему, на основании которой осуществляется понимание, но и
54
комбинацию скрытых смыслов, образующих логико-семантическое ядро
повествования.
На основании обзора научных разработок исследователей и собственных
наблюдений мы рассматриваем понимание как сложный, динамический,
многоуровневый процесс, направленный в первую очередь на осознание
понимания самим индивидом с учетом активизации прошлого опыта в
темпоральной соотнесенности прошлого-настоящего-будущего, влияния
социальных, культурных, психических, физиологических факторов.
1.4. Основные принципы речемыслительной деятельности субъекта
речи в рефлексивном дискурсе
Об аспектах речемыслительной деятельности реципиента во внутренней
коммуникации имется достаточно исследований в лингвистике. Это прежде
всего работы А.А. Залевской (Залевская, 1996); Н.В. Рафиковой (Рафикова,
1995); В.Я. Шабес (Шабес, 1989); Т.Г. Винокур (Винокур, 1993); А.Е. Кибрик
(Кибрик 2002); И.М. Кобозевой, Н.И. Лауфер (Кобозева, Лауфер, 2003); Г.И.
Богина (Богин, 1993, 1999); А.А. Масленниковой (Масленникова, 1999); М.В.
Ляпон (Ляпон, 1986).
Данные исследования о речемыслительной деятельности индивида во
внутренней коммуникации раскрывают механизм деятельности сознания.
Деятельность сознания выражается в процессах мышления. Так, субъект речи
в речемыслительном акте воспринимает свое отражение, свои речевые
действия через призму своего сознания. Способность индивида «принимать
роль другого» в скрытой коммуникации, представлять, как его воспринимает
партнер по общению или группа и, соответственно, интерпретировать
ситуацию и конструировать собственное коммуникативное поведение – эти
действия сигнализируют «выход» реципиента в рефлективную позицию.
Следствием этого сложного процесса во внутренней коммуникации является
установление взаимоотношений: рефлектирующий субъект – суб-Я
рефлектирующего субъекта. На примере фрагмента художественного дискурса
55
проследим развитие рефлексии субъекта речи относительно своего речевого
поведения и речевого партнера:
Как только дверь за Радером захлопнулась, Зауэр в один миг вытер лицо именно так, как
предполагал Редер. … Он увидел Редера, переходившего улицу. Правильно ли я вел себя? Что он
сообщит обо мне? Спокойствие! Я, конечно, не единственный. Они, вероятно, стараются прощупать
за один день как можно больше людей, находящихся у них в подозрении. …Почему же они решили,
что я имею какое-то отношение к Гейслеру. … Вдруг по его спине пробежал озноб. А что, если все
это правда, а не фокусы гестапо? Ах, вздор! Будь Георг Гейслер действительно в городе, он нашел
бы другой способ связаться с ним, Зауэром. … Он вернулся в спальню, опять подошел к окну и
посмотрел вниз на пустую улицу, по которой только что ушел небольшой человечек. Зауэру стало
холодно. Не похож он на был на шпика. И ухватки у него не такие. Да и голос звучал вполне
искренне. И каким еще путем мог Георг связаться со мной? Да, этого человека прислал Георг.
Теперь он был почти убежден. Но что ему делать? Ведь тот не дал никаких доказательств. Нет, он
обязан был выставить его, даже при малейшем сомнении. Он твердил себе: нет, я не виноват. …
Пойми меня, Георг. Я не имел права действовать вслепую. Но затем приходили мысли: и все-таки
это мог быть шпик. (А. Зегерс 1982:264-265).
В вышеприведенном примере рефлексию реципиента провоцирует исход
состоявшейся беседы с Редером. Оставшись наедине с самим собой, Зауэр
вновь мысленно переживает эту сцену. Рефлексивное «Я», наличествующее в
сознании субъекта речи, вновь обращает его к анализу собственного
коммуникативного поведения. Рефлектирующий субъект выходит в
рефлективную позицию, как бы «зависает» в ней, во время этой приостановки
осуществляется фиксация рефлексии в форме внутреннего монолога: Правильно
ли я вел себя? Что он сообщит обо мне? Спокойствие! ...В данном случае рефлексивное
«Я» выполняет функцию беспристрастного судьи и посредством переживания
совершенных поступков косвенно подводит коммуниканта к признанию своей
вины, о чем свидетельствуют реплики РС: Да, этого человека прислал Георг. Теперь он
был почти убежден. РС пытается доказать свою правоту, обращаясь то к самому
себе: Он твердил себе: Я не виноват…, то к воображаемому собеседнику: Пойми меня,
Георг. Становится очевидным, что суб-Я РС в процессе рефлектирования
раскрывает субъекту речи его реальный образ в речевой интеракции.
Таким образом, имеет смысл рассматривать механизм рефлексивных
процессов и способы мышления речевых партнеров в контексте
56
межличностного общения. Рефлективные акты включены в структуру общего
дискурса в определенный момент, но они осуществляются за явным фоном
внешней коммуникации. Вербализованные способы фиксации рефлексии как
внутренний диалог или диалог «про себя» (аутодиалог), реализуются в системе
архитектонико-речевых форм (Брандес, 1990:98), а внутренний монолог – это
проявление так называемой «закулисной» дискурсии.
В дискурсивной практике рефлективный акт имеет важное значение для
управления процессом коммуникации, самооценки, для прогнозирования
дальнейшего сценария речевого общения.
Исходя из сформулированного когнитивно-прагматического подхода к
рефлексивному дискурсу удалось установить, что в организации процесса
рефлектирования и описания речеповеденческой модели РС необходимо
учитывать не только когнитивные способности индивида, но и его систему
знаний относительно ситуации коммуникативного взаимодействия в целом.
Так, в основе программы коммуникативного поведения РС лежит ряд
принципов, которые определяют общие черты речемыслительной
деятельности субъекта речи.
1.4.1. Принцип соотношения высказывания в рефлексивном дискурсе с
реальной действительностью.
Ранее уже говорилось о том, что рефлексия субъекта речи актуальна в
настоящем. Она может отражать ретроспективный или перспективный эффект,
но коммуникант рефлектирует по этому поводу в настоящем. В рефлективном
акте он «обыгрывает» те события, которые актуальны в действительности.
Восприятие реальной действительности в коммуникативном пространстве
формирует фоновые знания субъекта речи, с помощью которых складываются
фреймовые представления. Коммуникант «фотографирует» реальную
действительность «внутренним взглядом», заполненные слоты фреймов
полученными знаниями активизируются в РА, как это показано в следующем
примере:
57
Я увидел, что мысль Георга усиленно работала. Я оперся на руки и наблюдал за ним. У меня
даже заныл лоб, так сильно я желал я навязать ему свою волю. …Георг размышлял. Мне казалось, я
следовал за каждым шагом его мысли. Он понимал, что это предложение было для него самым
выгодным. (Э.М. Ремарк .Ночь в Лиссабоне 1990:192-193). (Курсив наш).
Исследуя человеческие когнитивные структуры (восприятие, мышление,
язык, память и действие), В.В. Петров также подчеркивает существенную роль
фреймов в функционировании естественного языка: с помощью фреймов
устанавливается связь текста на микро- и макроуровне, обеспечивается вывод
необходимых умозаключений, фреймы также поставляют «контекстные
ожидания», позволяющие прогнозировать будущие события на основе ранее
встречавшихся сходных по структуре событий. (Петров, 1988:42).
1.4.2. Принцип активизации прошлого опыта в рефлективной позиции.
Речемыслительная деятельность субъекта речи развивается благодаря его
речевому опыту. Восприятие в настоящем наслаивается на уже имеющийся
блок знаний о предмете/ситуации и формируется общая картина в сознании
индивида. По мысли В.Я. Шабес, в процессе восприятия полученная
информация синтезируется в сознании субъекта в определенной темпоральной
сотнесенности, выраженной в форме логико-когнитивной триады: пресобытие
– эндособытие – постсобытие (компонент нового пресобытия). (Шабес,
1989:149).
Эта мысль находит подтверждения и в нашем исследовании. Рефлексия
субъекта речи как вид речемыслительной деятельности динамична, она
раскручивается в перспективу. Л.С. Выготский рассматривал речевое
мышление как сложное динамическое целое. (Выготский, 1956:359).
Согласно философской концепции В.М. Розина, рефлексия в деятельности
самопознания представлена как основной механизм движения, образование
нового из старого, раскрытие старого в новое. (Розин, 1987:223).
В структуре любого фрейма разворачиваются сложные когнитивные
процессы узнавания, представления, познания, понимания, прогнозирования.
Данное утверждение позволяет нам говорить об активном характере
58
деятельности реципиента в процессе понимания. Воспринимая текст, субъект
речи «пропускает» его через свое сознание, переживает его, в результате этого
в его индивидуальной концептуальной системе порождается свой,
адаптированный образ текста.
Затрагивая проблему адаптации художественного текста, А.З. Фефилова
полагает, что глубокое проникновение в текст и попытка создания своей
авторской версии возможны при условии применения так называемой
«текстосозидательной» адаптации текста. (Фефилова, 2001:65).
В рамках исследования проблемы восприятия, понимания, интерпретации
смысла текста В.В. Красных подчеркивает ведущую роль реципиента при
осуществлении этих сложных речемыслительных процессов. (Красных 1998).
По мысли Г.И. Богина, рефлексия есть также обращение сознания на опыт,
повторное прохождение уже пройденного мысленного пути.
(http://www.circle.ru/personalia/bogin/main.html.).
1.4.3. Принцип коррекции собственного коммуникативного поведения.
Этот принцип отражает основное свойство рефлексии – контроль над
речью, самонаблюдение, самооценка, планирование коммуникативной
программы высказывания. В дискурсивной практике принцип коррекции
коммуникативного поведения реализуется в РА в системе отношений «я»
рефлективное – «я» реальное. Выход субъекта речи в рефлективную позицию
опосредует затруднение (блокирование) речевой деятельности во внешней
коммуникации. Рефлексивный сигнал переключает субъекта речи во второй
режим коммуникации, т.е. в РА, не исключая его при этом из
коммуникативного пространства речевой интеракции. В данном случае «я»
рефлективное выступает в качестве надстройки, суб-я по отношению к
субъекту речи в рефлективной позиции и так координируется его
коммуникативное поведение:
- Вы… вы раскаетесь в этом, - сказала она и вышла.
59
Испуганный тем отчаянным выражением, с которым были сказаны эти слова, он вскочил и хотел
бежать за нею, но, опомнившись, опять сел и, крепко сжав зубы, нахмурился. Это неприличная, как
он находил угроза, чего-то раздражала его. «Я пробовал все, - подумал он, - остается одно – не
обращать внимания», и он стал собираться ехать в город… (А.Каренина 1984:355 Т 8).
Так, в рассматриваемом РА коррекция суб-Я РС выражается в виде
внутренней реплики субъекта речи, адресованной самому себе: «Я пробовал все,
остается одно – не обращать внимания».
Проблема внутреннего языкового сознания была обозначена в трактате «О
мышлении и речи» В.фон Гумбольдта. По поводу взаимоотношения «я»
реального и «я» рефлективного В.фон Гумбольдт говорил следующее: «Чтобы
рефлектировать, дух должен на мгновение остановиться в своем продвижении,
объединить представляемое в единство и, таким образом, подобно предмету,
противопоставиться самому себе. (Гумбольдт, 2001:301).
1.4.4. Принцип учета коммуникативного поведения своего речевого
партнера.
Согласно этому принципу, предполагается рефлектирование не только по
поводу своего коммуникативного поведения, но и своего речевого партнера.
Результаты дикурс-анализа позволяют утверждать, что речевой партнер
выполняет определенные коммуникативные функции в процессе развития
рефлексии собеседника, т.е. РС:
- как правило, речевой партнер (говорящий) своим воздействием пробуждает
рефлексию собеседника;
- в рефлективном акте РС ориентируется на коммуникативную позицию
Другого. Образ Другого наличествует в онтологической картине РС, он
модифицирует его коммуникативное поведение. Подтвердим данное
положение примером:
Она смотрела так просто, так весело, что кто не знал ее, как знал муж, не мог бы заметить
ничего неестественного ни в звуках, ни в смысле ее слов... Он видел, что та глубина ее души, всегда
прежде открытая перед ним, была закрыта от него. Мало того, по тону ее он видел, что она и не
смущалась этим, а прямо как бы говорила ему: да, закрыта, и это так должно быть и будет вперед.
Теперь он испытывал чувство, подобное тому, какое испытывал бы человек, возвратившийся домой
60
и находящий дом свой запертым. «Но может быть, ключ еще найдется», - думал Алексей
Александрович. (А.Каренина 1984:162-163 Т7).
1.4.5. Принцип учета экстралингвистических факторов в ситуации
речевого взаимодействия.
Согласно научным представлениям Т.ван Дейка, под
экстралингвистическими факторами следует понимать знания о мире, мнения,
установки, цели говорящего и адресата. (ван Дейк 1988:8). Этот принцип
реализуется в ориентации рефлектирующего субъекта на фактор собеседника,
общий фон ситуации межличностного общения. Следует помнить о том, что
истоки порождения рефлексии коммуниканта сосредоточены во внешней
коммуникации и в процессе своего развития рефлексия «подпитывается» из
вне. По ходу рефлектирования субъект речи, с одной стороны находится в
пределах коммуникативно-рефлексивного измерения, а с другой – он включен
в акт речевой коммуникации. Так, помимо того, что РС выстраивает модель
собственного коммуникативного поведения в РА, он предполагает, как она
может быть воспринята речевым партнером, тем самым он «просчитывает»
речевые действия собеседника.
В качестве примера приведем фрагмент РД, в котором реализуются
вышеперечисленные принципы рефлективной деятельности субъекта речи в
РА:
Laura überlegte einen Moment, dann entschloss sie sich zur Flucht nach vorn. Im Grunde hatte sie nichts
mehr zu verlieren. Antony würde bis an sein seliges Ende nur Odile lieben, davon war sie inzwischen fest
überzeugt. Keine andere Frau würde je den Platz in seinem Leben einnehmen können, der einmal ihr gehört
hatte.
Dabei wollte Laura die Verstorbene gar nicht aus seinem Herzen vertreiben. Sie wollte nur die
Gegenwart und die Zukunft mit ihm teilen, nicht jedoch die Vergangenheit.
„Ich will irgendwann einmal einen guten Mann finden, der mich wirklich liebt, der sein Leben mit mir
verbringen möchte, und mit dem ich eines nicht mehr allzu fernen Tages auch eine Familie gründen kann.
(3 Romane. S.13).
Как мы видим, речевому высказыванию во внешней речи в ситуации
речевого общения предшествует РА, в котором РС «обыгрывает» на уровне
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]