Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Антикоррупционная политика субъектов Российской Федерации. Монография
.pdf
41
кругах, — Конвенция о гражданско-правовой ответственности за коррупцию от 4 ноября 1999 г.29. Вопрос
о возможности ее ратификации ставился в России на самом высоком уровне. Его рассмотрение предусматривалось в национальных планах противодействия коррупции на 2010–2011 и 2012–2013 гг. — документах,
утвержденных главой российского государства30. По итогам обсуждений в президиуме Совета при Президенте
РФ по противодействию коррупции 14 июля 2011 г. Ми-
нистерству юстиции РФ (далее — Минюст России) совместно с заинтересованными государственными органами было поручено проанализировать направления
корректировки российского законодательства, которые
потребуются в случае присоединения к указанной Конвенции31. 11 апреля 2012 г. Советом при Президенте
РФ по противодействию коррупции принято решение
о разработке плана мероприятий («дорожной карты»)
по совершенствованию действующего законодательства в целях обеспечения эффективного участия России в этой Конвенции32. Однако в дальнейшем необходимость обсуждения данного вопроса была исключена
из национальных планов противодействия коррупции
29
цию (ETS № 174) : заключена в г. Страсбурге 4 ноября 1999 г.) // Документ опубликован не был. Доступ из справочно-правовой системы «КонсультантПлюс».
ональном плане противодействия коррупции на 2010–2011 годы : указ Президента РФ от 13 апреля 2010 г. № 460 (ред. от 13 марта 2012 г.) // СЗ РФ. 2010.
№ 16. Ст. 1875; О Национальном плане противодействия коррупции на 2012–
2013 годы и внесении изменений в некоторые акты Президента Российской Федерации по вопросам противодействия коррупции : указ Президента РФ от 13 марта 2012 г. № 297 (ред. от 19 марта 2013 г.) // СЗ РФ. 2012. № 12. Ст. 1391.
ции 14 июля 2011 г. // Президент России : сайт. URL: http://kremlin.ru/events/
councils/12019 (дата обращения: 15.03.2017).
11 апреля 2012 г. // Президент России : сайт. URL: http://kremlin.ru/events/
administration/15049 (дата обращения: 15.03.2017).
См.: Конвенция о гражданско-правовой ответственности за корруп-
30
См.: О Национальной стратегии противодействия коррупции и Наци-
31
См.: Заседание президиума Совета по противодействию корруп-
32
См.: Заседание президиума Совета по противодействию коррупции

42
на последующие годы. При этом вопрос о ратификации
Конвенции остается открытым.
В научной литературе мнения относительно не-
обходимости присоединения России к Конвенции
о гражданско-правовой ответственности за коррупцию
разделились. По убеждению Н. И. Добряковой, все положения Конвенции уже включены в российское гражданское законодательство и действуют с 1996 г. Автор выражает сомнение в целесообразности принятия Конвенции,
которая будет эффективно (и даже скандально) работать
на международное сообщество, но никак не скажется
ни на национальном законодательстве, ни на правоприменительной практике, ни на гражданском правосознании33. Другие исследователи, напротив, считают, что
участие в Конвенции должно отразиться положительным образом на международном престиже Российской
Федерации и дополнить действующую правовую базу
борьбы с коррупцией важным международно-правовым
инструментом34. Конвенция о гражданско-правовой ответственности за коррупцию на сегодняшний день является, по сути, единственным международным документом, регулирующим вопросы защиты прав и интересов
лиц, непосредственно пострадавших от коррупции, путем получения компенсации за ущерб, в том числе материальный, и присоединение к ней России — серьезный
шаг в борьбе с коррупцией35.
33
та Европы о гражданско-правовой ответственности за коррупцию // Российская
юстиция. 2010. № 8. С. 45-47.
ные аспекты присоединения России к Конвенции о гражданско-правовой ответственности за коррупцию // Журнал российского права. 2014. № 3. С. 89.
к Конвенции Совета Европы о гражданско-правовой ответственности за коррупцию от 4 ноября 1999 года // Вестник Санкт-Петербургского университета.
Серия 14. Право. 2011. № 2. С. 88.
См.: Добрякова Н. И. К вопросу об имплементации Конвенции Сове-
34
См.: Морозов А. Н. Международно-правовые и внутригосударствен-
35
См.: Жиганова А. А. Проблемы присоединения Российской Федерации

43
Как представляется, в сложившейся ситуации рати-
фикация Конвенции о гражданско-правовой ответственности за коррупцию, несмотря на позитивные цели ее
принятия, может послужить дополнительным рычагом
негативного воздействия со стороны зарубежных государств на правотворческую и правоприменительную деятельность Российской Федерации, основанную на конституционных установках о государственном суверенитете.
Применительно к юрисдикции Европейского Суда
по правам человека, органа международного правосудия Совета Европы, Конституционный Суд РФ в известном Постановлении от 14 июля 2015 г. № 21-П высказал четкую позицию: будучи связанной требованием
соблюдать вступивший в силу международный договор,
каковым является Конвенция о защите прав человека
и основных свобод, Российская Федерация тем не менее
обязана обеспечивать в рамках своей правовой системы верховенство Конституции, что вынуждает ее в случае возникновения каких-либо коллизий в этой сфере
отдавать предпочтение требованиям Конституции и тем
самым не следовать буквально постановлению Европейского Суда по правам человека в случае, если его реализация противоречит конституционным ценностям36.
В случае присоединения России к Конвенции
о гражданско-правовой ответственности за коррупцию
36
рального закона «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней», пунктов 1 и 2 статьи 32 Федерального закона
«О международных договорах Российской Федерации», частей первой и четвертой статьи 11, пункта 4 части четвертой статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1 и 4 статьи 13, пункта 4 части 3
статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, частей 1 и 4 статьи 15, пункта 4 части 1 статьи 350 Кодекса административного
судопроизводства Российской Федерации и пункта 2 части четвертой статьи 413
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом
группы депутатов Государственной Думы : постановление Конституционного
Суда РФ от 14 июля 2015 г. № 21-П // СЗ РФ. 2015. № 30. Ст. 4658.
См.: По делу о проверке конституционности положений статьи 1 Феде-

44
контроль за ее исполнением будет поручен другому органу Совета Европы — ГРЕКО. С учетом сложившейся
обстановки нет гарантий в том, что данный орган Совета
Европы в ходе своей деятельности не будет превышать
свои полномочия в отношении российского государства.
Вместе с тем с учетом фактического сближения большинства норм российского законодательства с положениями Конвенции о гражданско-правовой ответственности за коррупцию присоединение России к данному
международному договору еще может быть рассмотрено в дальнейшем при условии изменения внешнеполитической обстановки и снижения внешнего давления
на Российскую Федерацию.
Несмотря на то, что не все международные право-
вые акты, действующие в пределах европейского региона, являются обязательными для России, Российская
Федерация, будучи членом Совета Европы, добровольно выполняет принятые на себя обязательства, следует рекомендациям этой международной организации,
в том числе в области противодействия коррупции. Так,
во Втором отчете о выполнении рекомендаций Российской Федерацией третьего раунда оценки Группы государств Совета Европы по борьбе с коррупцией был сделан вывод о том, что по состоянию на 2016 г. Российская
Федерация удовлетворительно выполнила или приняла удовлетворительные меры по одиннадцати из двадцати одной рекомендации, содержащихся в Оценочном
докладе по третьему раунду. Десять других рекомендаций выполнены частично37. Докладчиками ГРЕКО
37
Российской Федерацией «Криминализация (ETS 173 и 191, GPC 2)», «Прозрачность финансирования партий» от 21 октября 2016 г. : принят ГРЕКО на 73-м
пленарном заседании (г. Страсбург, 17–21 октября 2016 г.) // Совет Европы :
сайт. URL: http://www.coe.int/en/web/greco/evaluations/russian-federation (дата
обращения: 15.03.2017).
См.: Третий раунд оценки. Второй отчет о выполнении рекомендаций

45
высказаны пожелания, которые сконцентрированы
по двум основным направлениям:
- криминализация преступных деяний: ст. 1a и 1b,
2–12, 15–17, ч. 1 ст. 19 Конвенции Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию, ст. 1–6 Дополнительного протокола к ней и Руководящий принцип 2
(криминализация коррупции);
- прозрачность финансирования политиче-
ских партий: ст. 8, 11, 12, 13b, 14 и 16 Рекомендации
Rec(2003)4 «Об общих правилах противодействия коррупции при финансировании политических партий
и избирательных кампаний», а в более общем плане —
Руководящий принцип 15 (финансирование политических партий и избирательных кампаний).
В целом, по мнению экспертов Совета Европы, ре-
формирование внутригосударственного законодательства в сфере противодействия коррупции должно быть
направлено на создание правовой базы, предусматривающей применение уголовных или гражданскоправовых санкций, но может включать и принятие
законов, направленных на усиление прозрачности и подотчетности (например, законы об имуществе госслужащих, о свободе выражения мнения и свободе СМИ, финансировании политических партий и избирательных
компаний). Другие важные отрасли регулирования —
конфликт интересов и законодательство о государственных закупках. Что касается специализированных
антикоррупционных органов, для их создания и функционирования также должна быть разработана четко
сформулированная правовая основа38.
Еще одна организация, осуществляющая междуна-
родное сотрудничество в сфере борьбы с коррупцией, —
38
ционной деятельности : учеб. пособие. Страсбург : Совет Европы, 2015. С. 53.
См.: Дивайн В., Хоппе Т. Основные понятия и концепции антикорруп-

46
Содружество Независимых Государств (далее — СНГ).
К сожалению, несмотря на то, что деятельность по противодействию коррупции в СНГ реализуется фактически, в рамках этой организации до сих пор отсутствует
необходимая договорная основа этой сферы межгосударственного сотрудничества. Отдельные правоотношения, так или иначе связанные с вопросами борьбы
с коррупционными проявлениями, урегулированы
в Соглашении об образовании Межгосударственного совета по противодействию коррупции от 25 октября 2013 г. Однако данное Соглашение носит характер учредительного акта и раскрывает содержание
антикоррупционной деятельности весьма схематично.
Правовую основу межведомственного сотрудничества
по борьбе с коррупцией создает Соглашение о сотрудничестве генеральных прокуратур (прокуратур) государств — участников Содружества Независимых Государств в борьбе с коррупцией от 25 апреля 2007 г.39 Оно
определяет содержание дефиниций коррупционных
деяний и формы сотрудничества прокуратур в борьбе с коррупцией. Однако, как это следует из названия
и текста Соглашения, оно посвящено исключительно
деятельности органов прокуратуры и не охватывает
вопросы сотрудничества других органов государств —
участников СНГ, полномочных осуществлять антикоррупционную деятельность.
Одно из приоритетных направлений деятельности
СНГ — модельное законотворчество. Проблемам устранения коррупционных проявлений в СНГ посвящены
Модельный закон о борьбе с коррупцией от 3 апреля
39
ратур) государств — участников Содружества Независимых Государств в борьбе с коррупцией от 25 апреля 2007 г. // Исполнительный комитет Содружества
Независимых Государств : сайт. URL: http://cis.minsk.by/reestr/ru/index.html
#reestr/view/text?doc=2167 (дата обращения: 15.03.2017).
См.: Соглашение о сотрудничестве генеральных прокуратур (проку-

47
1999 г.40 и Модельный закон о противодействии коррупции от 25 ноября 2008 г. (в новой редакции)41. Особый
интерес в рамках настоящего исследования представляет Модельный закон СНГ «Основы законодательства
об антикоррупционной политике» от 15 ноября 2003 г.
(далее — Основы законодательства СНГ об антикоррупционной политике)42. В нем определены основные
используемые понятия, цели и задачи, принципы,
субъекты антикоррупционной политики; представлена подробная классификация коррупционных правонарушений; определена система мер реализации
антикоррупционной политики; установлены антикоррупционные стандарты приоритетных сфер правового
регулирования антикоррупционной политики; указаны
приоритетные направления международного сотрудничества в сфере антикоррупционной политики.
Несмотря на безусловную важность модельных
законов для внутригосударственного правотворчества,
они, к сожалению, не всегда бывают востребованы государствами — участниками Содружества. Их основной
недочет — недостаточная эффективность, связанная
с необязательной юридической силой содержащихся
40
Петербурге 3 апреля 1999 г. Постановлением 13-4 на 13-ом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств-участников СНГ // Информационный бюллетень. Межпарламентская Ассамблея государств — участников
Содружества Независимых Государств. 1999. № 21. С. 70-84.
в г. Санкт-Петербурге 25 ноября 2008 г. Постановлением 31-20 на 31-ом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств — участников СНГ //
Информационный бюллетень. Межпарламентская Ассамблея государств —
участников Содружества Независимых Государств. 2009. № 43. С. 429–446.
ной политике» : принят в г. Санкт-Петербурге 15 ноября 2003 г. Постановлением 22-15 на 22-ом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств — участников СНГ // Информационный бюллетень. Межпарламентская
Ассамблея государств — участников Содружества Независимых Государств.
2004. № 33. С. 225–260.
См.: Модельный закон о борьбе с коррупцией : принят в г. Санкт-
41
См.: Модельный закон о противодействии коррупции : принят
42
См.: Модельный закон «Основы законодательства об антикоррупцион-

48
в них положений. Исходя из определения, сформулированного Межпарламентской Ассамблеей государств —
участников СНГ, модельный законодательный акт
СНГ имеет рекомендательный характер и принимается с целью формирования и осуществления согласованной законодательной деятельности государств — участников Межпарламентской Ассамблеи по вопросам,
представляющим общий интерес43. По мнению отдельных ученых, модельное законодательство является так
называемым мягким правом, что влечет за собой главную проблему — ни одно государство — член СНГ, как
показывает практика Российской Федерации, Украины, Беларуси и других участников, не использует модельные законы44.
Следует отметить, что сотрудничество в сфере про-
тиводействия коррупции могло бы развиваться в евразийском регионе и в рамках других международных
организаций (Таможенный союз, Евразийское экономическое сообщество (далее — ЕврАзЭС), Евразийский
экономический союз (далее — ЕАЭС)). Однако несмотря
на интенсивное правотворчество в других сферах, в этих
международных организациях ощущается дефицит
внимания к проблемам противодействия коррупции.
Все изложенное выше позволяет сделать вывод
о том, что на сегодняшний день назрела острая необходимость унификации сферы противодействия коррупции на евразийском пространстве. В литературе
43
комендаций Межпарламентской Ассамблеи государств — участников Содружества Независимых Государств : принято в г. Санкт-Петербурге 14 апреля 2005 г.
Постановлением 25-8 на 25-ом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств — участников СНГ (с изм. и доп. от 23 ноября 2012 г.) // Информационный бюллетень. Межпарламентская Ассамблея государств-участников
Содружества Независимых Государств. 2013. № 57 (ч. 2). С. 295–307.
Информационное право. 2008. № 1. С. 15.
См.: Положение о разработке модельных законодательных актов и ре-
44
См.: Зинина У. В. О проекте модельного закона СНГ «Об Интернете» //

49
высказано предложение разработать и принять Евразийскую антикоррупционную стратегию в качестве
международного договора, которая должна найти отражение в международно-правовой базе Таможенного
союза, ЕврАзЭС и ЕАЭС45. По мнению А. А. Каширкиной и А. Н. Морозова, Евразийская антикоррупционная стратегия призвана стать качественно новым международным регулятором в самом широком спектре
правовых мер по противодействию коррупции для государств Евразийского региона, дополняющим, а не заменяющим собой имеющиеся международно-правовые
акты и международные документы в сфере противодействия коррупции. Евразийскую антикоррупционную
стратегию предполагается использовать и в деятельности СНГ, включая Межгосударственный совет по противодействию коррупции. Поддерживая в целом идею
принятия концептуального документа об антикоррупционной политике, действующего на территории евразийского региона, хотелось бы подчеркнуть, что подобного рода международный договор целесообразно
принять в рамках СНГ. Среди перечисленных международных организаций, участником которых является
Россия, СНГ имеет самые устойчивые традиции и богатый опыт правотворчества в сфере противодействия
коррупции. В составе СНГ уже действует специализированный орган, созданный на основе Соглашения государств, — Межгосударственный совет по противодействию коррупции, который мог бы обеспечивать
контроль за реализацией данного международного договора стратегической важности.
45
ринговые механизмы в деятельности международных организаций на универсальном и региональном уровнях // Журнал российского права. 2014. № 10.
С. 125–138.
См.: Каширкина А. А., Морозов А. Н. Антикоррупционные монито-

50
В целом, как показывает анализ международ-
ных правовых актов и зарубежного законодательства
о противодействии коррупции, в современном мире
укоренилась тенденция к сближению национального
законодательства различных государств в борьбе с коррупцией46. Этому, безусловно, способствовало принятие
универсальных и региональных международных актов
о противодействии коррупции, что, в свою очередь, позволяет говорить о формировании и реализации в последние годы такого политико-правового явления, как
международно-правовая антикоррупционная политика, под влиянием которой складываются основные направления развития внутренней антикоррупционной
политики современных государств.
На постулатах международно-правовой антикор-
рупционной политики строится внутригосударственная антикоррупционная политика Российской Федерации. Вместе с тем ее формирование и реализация
имеют определенную специфику, связанную с особенностями экономического и политического развития России в постсоветский период; принятием Конституции47
и планомерным внедрением основ конституционного
строя в правовую жизнь государства и общества; обусловленную многонациональной структурой российского общества; федеративным устройством государства,
46
по борьбе с коррупцией : автореф. дис. … канд. юрид. наук. СПб., 2013. С. 10.
лосованием 12 декабря 1993 г. // СЗ РФ. 2009. № 4. Ст. 445.
См.: Жиганова А. А. Международно-правовое сотрудничество государств
47
См.: Конституция Российской Федерации : принята всенародным го-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
