Юридическое образование и юриспруденция в России в первой трети XIX века. Учебное пособие

мерные их успехам ученые звания», и предлагал оставить их для этого в Берлине еще на один год.

После возвращения студентов в Россию Балугьянский предлагал оставить их на год при Втором отделении для изучения составляемых здесь сводов узаконений и для подготовки к экзамену. После строгого испытания комиссией, составленной из сотрудников Второго отделения и преподавателей Санкт-Петербургского университета, их предполагалось утвердить в ученой степени, какой они будут признаны достойными.

М. М. Сперанский доложил о возникшей проблеме императору Николаю I. 16 июня Его Величество принял решение о том, чтобы студенты держали экзамены в Берлинском университете и соответственно оставались там столько времени, сколько им для этого необходимо.

Однако по каким-то причинам русские студенты не стали сдавать экзамены в Берлине. П. М. Майков, изучавший архивные документы, в которых отразились описываемые события, не нашел объяснения, почему это произошло. «Из дел не усматривается, — констатировал он, — какие причины вызвали такую перемену. Очень может быть, что Сперанский, будучи за границею, по личному обозрению усмотрел неудобства этого порядка; быть может профессоры берлинские не нашли возможным экзаменовать иностранцев»1.

3 октября 1832 года русские студенты, прошедшие обучение юридическим наукам в Берлинском университете, возвратились в Россию. На следующий день Сперанский сообщал государю: «Студенты наши, о коих я имел счастие словесно докладывать, вчерашний день из Берлина прибыли. Дав им небольшой отдых, предполагается употребить их на первый случай во II Отделении для перевода на русский язык свода остзейских губерний и примечаний, поступающих от местных губернских комитетов. Работа сия нужна и доселе шла медленно, затем что не могли приискать довольно знающих и надежных переводчиков. Студенты же к сему делу и по знанию предмета, и по сведению в немецком языке будут весьма способны. О предбудущем их занятии по университету для преподавания наук я войду в сношение с министром народного просвещения и о последствии буду иметь счастие донести»2.

1 Майков П. М. Сперанский и студенты законоведения. Очерк из истории русского правоведения (по документам Архива Государственного Совета) // Русский вестник. 1899. № 10. С. 674.

2 Цит. по: Там же. С. 675.

121

Глава 4. Юридические учебные заведения в системе органов государственной власти

13 апреля 1833 года Сперанский обратился к императору Никола- ю I с докладом, в котором напомнил Его Величеству, что прибывшие из Берлина молодые правоведы причислены ко Второму отделению, где и состоят в прежнем звании студентов. При этом они занимаются: «1. Чтением и изучением составленных в отделении Сводов российских законов для вящшаго1 приготовления себя к будущему своему предназначению. 2. Чтением Сводов привилегий и законов Остзейских губерний и соображением их с замечаниями местных комитетов для рассмотрения их учрежденных»2. После этих слов Михаил Михайлович описал, как прежде поступали в российских учебных заведениях с теми, кто возвращался в Россию после обучения в иностранных университетах.

Он привел, в частности, случай с прошедшими обучение за границей Куницыным, Плисовым, Соловьевым, Чижовым и др. По его словам, «по возвращении в отечество в 1811 году» они «подвергнуты были в Педагогическом институте испытанию на звание адъюнкт-профессоров, с коим сопряжен чин 8-го класса, которого они, по одобрению успехов и получении звания адъюнкт-профессоров, действительно» были «удостоены»3. Так как экзаменованные в указанное время студенты определялись на преподавательские должности в Санкт-Петербургском Педагогическом институте и Царскосельском лицее, то испытание производилось им лишь из наук, для преподавания которых они назначались. Поэтому Сперанский признал этот случай не вполне удачным образцом для студентов, причисленных ко Второму отделению. Кроме того, в новом проекте университетского устава должность адъюнкта предполагалось упразднить, что лишало экзамен на ее замещение прежнего значения.

В качестве более подходящего примера Сперанский представил случай с воспитанниками профессорского института, учрежденного в 1828 году при Дерптском университете. Высочайше утвержденным 11 ноября 1830 года положением Комитета министров им было разрешено держать экзамен «прямо на те ученые степени, коих они удостоятся по своим, не держа предварительно и в порядке времени определенном положением о производстве в ученые степени 1819 г. января 20 экзамена на

1 Так в оригинале.

2 Цит. по: Майков П. М. Сперанский и студенты законоведения. Очерк из истории русского правоведения (по документам Архива Государственного Совета). С. 675.

3 Цит. по: Там же. С. 676.

122

низшие ученые степени»1. «На основании сих примеров, — писал далее Сперанский, — осмеливаюсь всеподданнейше испрашивать Высочайшего соизволения позволить студентам, ныне из Берлина возвратившимся, сделать испытание при здешнем университете на звание доктора прав. Предметы и порядок сего рода испытаний определены в университетских положениях различно и доселе еще не установлены окончательно»2.

Приняв во внимание положения 1811 и 1819 годов, а также проект нового университетского устава 1830 года и учтя особый способ обучения, который был применен в образовании студентов, состоявших при Втором отделении, Сперанский признал «нужным составить особенное начертание того порядка, коему в испытаниях их следовать должно». Император Николай I счел аргументы Сперанского достаточно весомыми и повелел ему 13 апреля 1833 года составить особые правила для экзамена этих студентов и назначить им такой срок, который необходим.

Составленные Сперанским и высочайше утвержденные Правила для испытания на докторскую степень обучавшихся в Берлинском университете студентов законоведения Второго отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии определяли предметы и порядок экзамена.

Предметы испытания делились на три группы.

Первая группа, обозначенная как «Общее систематическое обозрение законоведения», включала в себя такие предметы, как 1) «О существе правды и справедливости и о коренном их начале»; 2) «О существе прав и обязанностей и разделении их на государственные и гражданские»; 3) «О существе законов и законоведения»; 4) «О начале общежития и постепенном образовании в нем законности: а) в семействе, б) в роде, в) в гражданстве, г) в государстве»; 5) «О разделении законов»3.

Вторая группа — «Законы, определяющие права и обязанности» — охватывала: 1) «Законы, определяющие права государственные»; 2) «Законы, определяющие права гражданские вообще»; 3) «Законы, определяющие права гражданские в особенности»4.

Третья группа — «Законы, охраняющие права как государственные, так и гражданские» — состояла из: 1) «Уставов полицейских»; 2) «Уста-

1 Майков П. М. Сперанский и студенты законоведения. Очерк из истории русского правоведения (по документам Архива Государственного Совета). С. 676.

2 Там же.

3 ЦИАМ. Фонд 418. Оп. 4. Д. 261. Л. 44. 4 Там же.

123

Глава 4. Юридические учебные заведения в системе органов государственной власти

вов судопроизводства гражданского»; 3) «Законов уголовных и судопроизводства уголовного»1.

Кроме того, соискатели степени доктора законоведения должны были выдержать испытание по историко-правовым предметам, которые Сперанский обозначил как: «Историческое изложение римского законодательства» и «Историческое изложение общего немецкого законодательства»2.

О порядке испытания в рассматриваемых Правилах говорилось следующее:

«1) Испытание производится чрез профессоров юридического факультета под председательством декана, вместе с депутатами от других факультетов и в присутствии управляющим II Отделением Собственной Его Императорского Величества канцелярии и двух старших оного чиновников. 2) Испытание производится в Российском законодательстве по-русски и в Римском по-латыни. 3) Вопросы могут быть исторические или догматические, или те и другие совокупно, по усмотрению испытующих. 4) Испытуемым предлагается такое число словесных вопросов, какое благоугодно будет испытующим, и, сверх того, предлагается по одному вопросу по жребию, из числа приготовленных заблаговременно двадцати вопросов. На сии письменные вопросы испытуемый в данный срок должен отвечать письменно. 5) По удовлетворительному разрешению испытуемыми сих вопросов, предоставляется им по всем предметам испытания извлечь положения, или тезы, объемлющие весь состав юридических наук... Испытуемый должен защищать их на публичном акте; после чего, если признан будет достойным, получает степень доктора. 6) Наконец, вменяется им в обязанность подготовить впоследствии диссертации и представить их куда следует на рассмотрение»3.

Предписанием министра народного просвещения в обязанность студентам, державшим экзамен на степень доктора законоведения, было вменено заняться по окончании всего испытания «сочинением на российском или латинском языке диссертаций о таком предмете, какой ими самими избран будет с одобрения факультета». В течение года соискатели должны были представить свои диссертации министру через посредство руководства университета, в котором они будут преподавать.

1 ЦИАМ. Фонд 418. Оп. 4. Д. 261. Л. 44. 2 Там же.

3 Там же.

124

В течение первой половины 1834 года студенты Второго отделения выдержали назначенные им экзамены и приступили к подготовке диссертаций.

Тем временем в Санкт-Петербург стали прибывать остальные студенты, обучавшиеся в Берлинском университете. 26 июня 1834 года М. М. Сперанский представил императору Николаю I доклад с предложениями относительно их. Его Величество распорядился: «1) По примеру прежних причислить возвращающихся ныне из-за границы 9 студентов ко II Отделению Собственной Его Императорского Величества канцелярии впредь до определения их к местам, продолжая им здесь до того времени то же содержание, которое они за границею получали, то есть каждому по 700 прусских талеров в год, по курсу на ассигнации. 2) Подвергнуть их, под руководством статс-секретаря Балугьянского, испытанию на докторское звание на том же основании как оному подвергнуты были прежние пять студентов»1.

До конца 1834 года в Россию возвратились все студенты, обучавшиеся юриспруденции в Берлинском университете. Они были причислены ко Второму отделению и стали готовиться к испытаниям на степень доктора прав, которые предполагалось провести по тем же предметам и в том же порядке, что и прежде. Эти планы были нарушены вмешательством министра народного просвещения С. С. Уварова. 24 февраля 1835 года он обратился к Сперанскому с письмом, в котором указал, что в нравствен- но-политическом отделении Императорского Московского университета не хватает достойных преподавателей, так что три важнейших кафедры, а именно: 1) права естественного, политического и народного, 2) права гражданского и уголовного судопроизводства Российской империи, 3) прав знатнейших как древних, так и нынешних народов остаются вакантными. В связи с этим министр Уваров просил содействия Второго отделения к скорейшему по возможности названных кафедр молодыми правоведами, прошедшими обучение юриспруденции в Берлинском университете.

М. М. Сперанский в ответ на это письмо подал Николаю I в конце февраля всеподданнейший доклад с просьбой дать соизволение на некоторые изменения в порядке испытания студентов, закрепленном Правилами. Данные изменения сводились им к следующему: «1) При предложении как словесных, так и письменных вопросов, в коих состоит главная сущность испытания, поступать на том точно основании, как

1 Цит. по: Майков П. М. Сперанский и студенты законоведения. Очерк из истории русского правоведения (по документам Архива Государственного Совета). С. 679.

125

Глава 4. Юридические учебные заведения в системе органов государственной власти

означенными правилами в отношении прежних студентов было постановлено. 2) По удовлетворительном разрешении испытуемыми сих вопросов предоставить им из всех предметов испытания извлечь положения или тезы, объемлющие весь состав юридических наук и представить их к одобрению юридического факультета. По одобрении факультетом сих тез испытуемый должен защищать их на публичном акте. После чего, если признан будет достойным, получает степень доктора. 3) За сим сочинение диссертаций, которое вместе с рассмотрением и печатанием оных потребовало бы… год и более времени, ныне отменить, вменив студентам в обязанность, или, предоставя на их волю, изготовить их впоследствии и представить куда следует на рассмотрение»1.

«Таким образом, — делал отсюда вывод Сперанский, — испытание всех студентов может быть кончено по крайней мере к концу мая и они отправлены быть могут к своим местам по распоряжению министра народного просвещения. Строгое испытание, словесное и письменное, и защищение от 30 до 40 и более тез, извлеченных из состава всех юридических наук, заменят с пользою и сбережением времени предлинные диссертации, требующие всегда много времени если им быть хорошими»2. Император Николай I согласился со Сперанским, начертав на докладе 7 марта 1835 года следующие слова: «Экзамены студентам, как прежним, так и новым, произвести на означенных в докладе основаниях».

Киюлю 1835 года все студенты выдержали положенные экзамены.

С19 июля они начали представлять свои «тезы» для их защиты на публичном собрании в актовом зале Императорского Санкт-Петербургско- го университета. После защиты «тез» каждому из них была присвоена ученая степень доктора законоведения3.

Ксожалению, указанный год, давший юридическим факультетам российских университетов и русской научной юриспруденции целую группу способных молодых правоведов, ознаменовался и печальными утратами. 30 января 1835 года умер от чахотки прошедший обучение в Берлинском университете Василий Знаменский, а 13 сентября того же

1 Майков П. М. Сперанский и студенты законоведения. Очерк из истории русского правоведения (по документам Архива Государственного Совета). С. 680.

2 Там же.

3 Тексты этих «тез» или тезисов печатались в виде отдельных брошюр объемом в несколько страниц. См., например: Баршев С. И. Положения, извлеченные из науки законоведения. СПб., 1835.

126

года скончался в расцвете лет Алексей Благовещенский, оставшись автором лишь одного научного труда1.

Пять студентов первой группы, посланной для обучения юридическим наукам в Берлинский университет, и семь оставшихся студентов из второй такой же группы, успешно выдержали экзамены, защитили тезисы и были удостоены степени доктора прав. Юридические факультеты российских университетов получили молодых профессоров, которые поставили обучение научной юриспруденции на новый, более высокий, уровень.

ВИмператорский Московский университет были назначены:

П.Г. Редкин, Н. И. Крылов, С. И. Баршев. В Санкт-Петербургский университет — П. Д. Калмыков, Я. И. Баршев и А. И. Кранихфельд. В Харьковский — А. А. Федотов-Чеховский, А. В. Куницын, И. В. Платонов. В Императорский университет Святого Владимира в Киеве были направлены К. А. Неволин, С. Н. Орнатский, С. О. Богородский.

26 июля 1835 года император Николай I утвердил новый «Общий устав Императорских Российских университетов»2. Нравственное и политическое отделение в университетах Российской империи получило в соответствии с ним свое первоначальное наименование — «юридический факультет». Существенно изменился перечень кафедр факультета. Новые преподаватели юридических наук в условиях начавшейся реорганизации университетского образования поначалу просто причислялись к университетам, в которые были назначены. Так, 17 сентября 1835 года попечитель Московского учебного округа граф С. Г. Строганов поручил Совету Московского университета «причислить» доктора Сергея Баршева, а также и докторов Крылова и Редкина «к Московскому университету, не утверждая их ни адъюнктами, ни профессорами», но оставив «впредь до введения нового устава, с приобретенною ими ученою степенью и с жалованием ординарных профессоров по тем кафедрам, которые они занимать будут». Согласно этому распоряжению они могли и «до окончательного распределения кафедр и профессоров по новому уставу» привлекаться, по усмотрению университетского Совета, «к преподаванию по части правоведения»3. Только 31 декабря 1835 года пришедшие

1 См.: Благовещенский А. А. История метод науки законоведения в XVIII веке // Журнал Министерства народного просвещения. 1835. № 6. С. 375–441;

№ 7. С. 42–52.

2 2–ПСЗРИ. Том 10. Отд. 2. № 8337.

3 ЦИАМ. Фонд 418. Оп. 4. Д. 261. Л. 20.

127

Глава 4. Юридические учебные заведения в системе органов государственной власти

в Московский университет из Второго отделения молодые правоведы были назначены на должности экстраординарных профессоров.

13 января 1836 года священник Петр Терновский привел их к присяге. При этом они дали клятвенное обещание: «Верно и нелицемерно служить и во всем повиноваться, не щадя живота своего, до последней капли крови, все к высокому Его Императорскому Величеству самодержавству, силе и власти принадлежащие права и преимущества... предостерегать и оборонять..., старатися споспешествовать все, что к его императорского величества верной службе и пользе государственной во всяких случаях касаться может. О ущербе же его величества интереса, вреде и убытке как скоро о том уведаю, не токмо благонамеренно объявлять, но и всякими мерами отвращать... Для своей корысти, свойства, дружбы и вражды, и противно должности и присяги не поступать...»1

* * *

За сравнительно короткое время молодые профессора-правоведы, прошедшие обучение при Втором отделении Собственной Его Императорского Величества канцелярии и в Берлинском университете заняли ведущие позиции в тех областях русской юриспруденции, в которых стали специализироваться. Именно эта плеяда русских правоведов заложила основы национальной научной юриспруденции и национальной системы юридического образования в России. Каждый из этих правоведов имел многочисленных учеников, многие из которых также стали светилами в своих научных сферах. Усилия, предпринятые правительством императора Николая I для быстрого развития в России университетского юридического образования, а значит, и юридической науки, оказались удивительно плодотворными.

1 ЦИАМ. Фонд 418. Оп. 4. Д. 261. Л. 6.

§ 1. Юридические науки в Императорском Московском университете

Г Л А В А 5.

РАЗВИТИЕ НАУЧНОЙ ЮРИСПРУДЕНЦИИ

ВРОССИИ В ПЕРВОЙ ТРЕТИ XIX ВЕКА

§1. Юридические науки в Императорском Московском

университете

Среди учебных заведений России, в которых преподавались юридические науки, главное место в начале XIX века занимал по-прежнему юридический факультет Императорского Московского университета.

Каталог лекций, чтение которых предполагалось на этом факультете в 1802/1803 учебном году, показывает, что здесь работали в то время такие преподаватели, как Михаил Иванович Скиадан (40-е гг. XVIII в. – 1802)1, Федор (Theodor) Григорьевич Баузе (1752–1812), Захар Аникеевич Горюшкин (1748–1821) и Христиан Август Шлецер

(1774–1831)2. В 1803 году к ним присоединился профессор из Кельн-

1 М. И. Скиадан родился в Кефалонии и скорее всего был греком по происхождению. Степень доктора философии и медицины он получил в Лейденском университете в 1771 г. В Московском университете преподавал с 1776 г.

2 Сын работавшего в России с 1761 до 1767 г. историка Августа Людвига Шлецера (1735–1809), был приглашен в Московский университет в 1800 г. для преподавания естественного и общенародного права, политэкономии и дипломатики. До этого он преподавал в Геттингенском университете. В Центральном Историческом архиве гор. Москвы сохранилось обращение к директору Московского университета тайному советнику И. П. Тургеневу кураторов университета М. М. Хераскова, М. И. Коваленского и П. И. Голенищева-Кутузова о необходимости приглашения Шлецера, датированное ноябрем 1801 г. Вот его текст: «Превосходительный господин тайный советник, Императорского Московского университета доктор и кавалер! Юридический факультет не в таком ныне состоянии, в каком он был прежде при обучавших профессорах, и ближе всех при покойном г. Шадене. Год от году очевидный в нем открывается недостаток. Г. коллежский советник Скиадан, по учености его и долговременной службе, хотя и есть достойный профессор практической философии, но от старости и беспрестанных упражнений приметно почти уже ослабел, и просил нас облегчить его от трудов. Долг нашей попечительности заставляет нас на основании проекта университета (имеется в виду «Проэкт об учреждении Московского университета» 1755 г. — В. Т.), восстановить помянутый факультет во всех его науках: т.е. чтоб в нем не

129

Глава 5. Развитие научной юриспруденции в России в первой трети XIX века

ского университета Филипп-Христиан (Христиан Егорович) Рейнгард

(1764–1812), который был приглашен в Московский университет для преподавания «умозрительной» и «практической» философии1, а также истории философии. На юридическом факультете он стал читать и курс естественного права2. В 1804/1805 учебном году начал преподавать юридические науки в Московском университете Лев Алексеевич Цветаев (1776–1835) , с 1806 года — Андрей Петрович Рогов (1742– 1811) и Христиан-Юлий-Людвиг Штельцер (1758–1831). В 1811 году в числе преподавателей юридического факультета появились Николай Николаевич Сандунов (1766–1832) и Семен Алексеевич Смирнов (1777 или 1779–1847). С 1822 года здесь стал читать лекции Дмитрий Ефимович Василевский (1781–1844), с 1828 года — Илларион Васильевич Васильев (?–1832).

«Предварительными правилами народного просвещения», высочайше утвержденными 24 января 1803 года, в отделениях или факультетах университетов вводилась официальная должность старейшины (decanus), которая, впрочем, неофициально существовала и прежде3. Первым официальным деканом юридического факультета Московского университета был избран профессор Федор Григорьевич Баузе. Он вполне заслужил

только все права, но и всеобщая деятельная философия, это основание оных и всего нравственного учения, по расположению конференции преподавателей были; и как г. Шлецер, проф. Дерптского университета, отзывом своим г. проф. Гейму на письмо, писанное по нашему приказанию, объявил согласие вступить в Московский университет, то и мы охотно принять его намерены, тем паче, что он это уже профессор, обучает правам естественному, народному и публичному, и как благовоспитанный сын известного в Европе ученостью Г. Шлецера: надеемся, что не отречется вступить в здешний университет академическим порядком, пред вступлением имеет читать так называемую лекцию-курсорию, и сверх прав, может преподавать нравственную философию по располагаемому курсу годового учения. За таковые его труды полагается производить ему требуемые им восемьсот рублей годового жалования. Да выдать 125 рублей на проезд в Москву. (ЦИАМ. Фонд 418. Оп. 81. Д. 31. Л. 2–2 об).

1 См. переведенный на русский язык с французского учебник Христиана Рейнгарда «Система практической философии», изданный в Москве в 1807 г.

2 См. переведенный с латинского языка на русский его труд «Естественное право», напечатанный в 1816 г. в Казани.

3 Профессор Ф.-Г. Дильтей назван «деканом факультета (fac[ultatis] senior)» в рапорте, представленном от юридического факультета в «почтеннейшую Конференцию» 20 октября 1770 г. См.: Документы и материалы по истории Московского университета второй половины XVIII века. Т. 3. М., 1963. С. 389–390.

130