Успешное обучение английскому языку детей 3-7 лет. Психологические аспекты его усвоения. Учебно-методическое пособие

медлительные или увлеченные дети имеют дополнительные 2–3 минуты, чтобы что-то доделать и переключиться на новую деятельность.

Можно делать и немного по-другому, если нужно позаниматься чем-либо с подгруппой (особенно в большой группе): после общего обсуждения рисунка или выполнения задания мы предлагаем части детей временно (!) прервать свое дело и поиграть с нами или посмотреть книжку и т. д. Другие дети в это время самостоятельно рисуют, но, поглядывая на играющих друзей, они уже настраиваются на смену занятия. Через некоторое время подгруппы меняются.

Как правило, на эту форму работы мы отводим 5—8 минут в зависимости от возраста детей и сложности рисунка (сюжетный рисунок с детальной прорисовкой или простое задание, включающее несложные изображения нескольких объектов).

Вначале мы все вместе выполняем задание или разбираем сюжетную картинку: что тут нарисовано, кто на картинке что делает

ичто говорит, о чем мы поем в песенке и т. д. А затем не менее 4—5 минут дети могут раскрашивать и рисовать самостоятельно.

Это значимая часть занятия, ей ни в коем случае не надо пренебрегать. В это время ребенок остается в кругу друзей или наедине с собой (главное — без прямого контроля и руководства взрослого). И именно в эти моменты он вбирает, забирает полученные впечатления в свой внутренний мир и делает чужой язык частью своей жизни.

Педагог также использует это время для очень важной части работы — индивидуального взаимодействия с детьми. За это время он может доброжелательно и без нажима проверить, как ребенок усвоил материал и правильно ли произносит отдельные звуки

ислова (что сложно сделать при фронтальной работе), имеет возможность поговорить с ребенком на разные темы.

Некоторые дети вообще слабо усваивают что-либо при фронтальной форме работы. Для них необходимо личное обращение, общение «глаза в глаза», часто нужен физический контакт и «подстройка по чувствам», улавливание их ускользающего внимания (чаще всего это агрессивные, гиперактивные или, наоборот, мечтательные дети).

«Свободное» рисование и раскрашивание многое могут сказать о состоянии ребенка и его возможных проблемах. Конечно, проективные рисовальные методики — это целый раздел психологической диагностики, и от педагога вовсе не требуется умение под-

робно анализировать детские рисунки. Тем не менее внимательное, заинтересованное, а главное, регулярное наблюдение за тем, что и как рисует ребенок, вместе с наблюдениями за другими его проявлениями может многое подсказать*. Отталкиваясь от рисунка, педагог может поговорить с ребенком, помочь ему «выговорить» и «прорисовать» его проблему.

Как правило, мы не вмешиваемся в процесс раскрашивания и предоставляем детям свободу в выборе цветов, порядка действий, добавлении детьми различных деталей к рисунку и т. д. Исключение составляют иллюстрации к страноведческому материалу. Doub- le-Decker (лондонский двухэтажный автобус) мы, разумеется, раскрашиваем красным цветом, а форму Bobby (полицейского) — черным. В остальном все определяется фантазией детей. Самым младшим детям нужно помогать правильно держать карандаш, иногда можно немного пораскрашивать вместе с ними, если рука у малыша очень слабая и он просит о помощи.

Еще одно назначение тетрадей и листков с картинками — они служат для взаимодействия с родителями. Во-первых, родители получают представление о том, что мы в данный момент изучаем: слова, лексические конструкции, стихи, песенки. Во-вторых, что еще более ценно, разглядывая вместе с ребенком принесенную им картинку или тетрадь, родители могут показать ребенку свой интерес, поддержку и одобрение его занятий. Отношение близких имеет громадное значение для ребенка, особенно для младших дошкольников. Малыши этого возраста, получив рисунок, всегда говорят: «Я отнесу это маме!»

Обязательно надо объяснить родителям, для чего мы даем картинки детям домой. Некоторые слишком старательные мамы и папы считают, что все, что написано на листочке, должно быть ребенком выучено.

* Однако очень важно не делать скоропалительных выводов и не попадаться в ловушку слишком простых и всем известных «истин». Например, традиционно считается, что использование карандашей и красок темных цветов говорит о подавленности или страхах у ребенка, а предпочтение светлых (особенно желтого, зеленого, голубого) цветов — о жизнерадостности и «беспроблемности». Однако все не так просто. Например, мы знали одного очень тревожного мальчика, который рисовал исключительно яркими и светлыми красками, потому что… боялся черного, коричневого и серого! И наоборот, вполне жизнерадостный ребенок с несомненным художественным талантом в четыре-пять лет предпочитал черную краску, карандаш, тушь, уголь, интуитивно почувствовав выразительность черно-белой графики.

Тeddy Вear. Как-то раз в подготовительную группу нашего детского сада пришел мальчик Федор К. Он попал на занятия вместе

сребятами, которые занимались уже три года. Поначалу Федор чувствовал себя очень неуверенно и из-за этого хулиганил, кривлялся и отказывался что-либо делать. Но постепенно он начал приручаться, почувствовал интерес. И каково же было мое огорчение, когда однажды (примерно через месяц после начала занятий) он вошел в класс мрачнее тучи и сказал: «От вашего английского одни неприятности! Меня из-за него гулять не пускают!» Оказалось, что в прошлый раз дети работали с картинкой-песенкой. Для Федора эта песенка была еще сложновата, поэтому я не добивался ее полного запоминания на занятии. Но когда мальчик принес листок домой, мама сказала: «Учи! Пока не выучишь, гулять не пойдешь!» Пришлось срочно писать маме записку, а позже встречаться и рассказывать о нашей системе.

Автор. Мы советуем родителям, получив картинку, поговорить

сребенком о том, что там нарисовано, назвать по-английски, прочитать надписи на рисунке или текст песенки*. Если ребенок чувствует себя уверенно, он наверняка сам захочет что-то сказать поанглийски и поможет маме или папе спеть песенку (маленькая хитрость: листочки с песенками и стихами мы даем детям тогда, когда они уже довольно хорошо помнят текст). Если ребенок еще слабо освоил материал или боится говорить, значит, и не нужно на него давить.

Песенку можно теперь время от времени петь вместе с ребенком — не как специальное занятие, а просто потому, что захотелось попеть. А новые слова и выражения можно использовать в разговоре с ребенком: «Смотри, кто там бежит! A dog! A black dog!».

Отдельные листки или тонкие тетради, полученные за время обучения и собранные вместе, образуют своего рода индивидуальный учебник по английскому языку для каждого ребенка. Основная отличительная черта такого учебника — то, что рисуя, раскрашивая и выполняя задания, ребенок сам участвовал в его создании; учебник создается в результате совместной деятельности, соавторства педагога и ребенка и носит отпечаток их индивидуальности.

* По просьбам родителей, не говорящих по-английски, но желающих участвовать в обучении своих детей, мы стали помещать на листки и в тетради текст на английском, перевод на русский язык и приблизительный вариант произношения английского текста, записанный русскими буквами. Вначале мы боялись, что искаженное произнесение слов с помощью такой «псевдотранскрипции» повредит детям, но оказалось, что, услышав несколько раз слово на занятии, дети потом уже узнают его и сами поправляют родителей.

слова, обращенные ко всей группе или к другим детям. В то же время сам ребенок сопровождает свои действия проговариванием их про себя или вслух (внутренняя речь как обязательный этап освоения любого навыка). И пользуется он при этом, естественно, в основном родным языком. Иностранный язык включается в процесс, когда он становится необходимым для совместной деятельности с другим человеком. Использование другого языка окажется оправданным для ребенка, если взрослый не просто называет объекты и действия, а включается в процесс хотя бы на каком-то этапе вместе с каждым ребенком: участвует, обсуждает, сопереживает каждой детской работе.

Teddy Bear. Отсюда простой вывод: детей не должно быть много,

ато придется разрываться на слишком большое число кусочков. Автор. Во многих отношениях хороший вариант организации

продуктивной деятельности — изготовление совместной работы, например, коллажа или композиции из нескольких поделок. Это могут быть целые проекты, осуществляемые в течение нескольких занятий. Проектная деятельность — новое слово в современной дошкольной педагогике. Дети трех-четырех лет еще фактически не способны действовать сообща, но могут работать рядом над общим проектом и порадоваться получившемуся результату.

Teddy Bear. Например, в средней группе мы делаем коллаж на тему “We are going to the Zoo”. Каждый ребенок выбирает заранее вырезанные изображения животных и приклеивает их на общий лист (где уже нарисован фон). При этом мы подталкиваем детей использовать отработанные английские формы вежливости — выражения “Give me please”, “Thank you” и т. д. Изредка дватри ребенка объединяются для создания небольшой сюжетной композиции. Например: «Давай, мой “big elephant” будет бороться с твоим “rhino”, наклей своего “rhino” сюда, чтобы они боролись — кто сильнее?» После окончания работы мы оцениваем работу: “Oh! Great! Nice! Very good!”

Автор. Примерно в пять лет дети уже стремятся придумать общий сюжет (например, композицию из пластилина «Pussy Cat угощает друзей»). Во время работы они довольно часто объединяются в группки на основе возникающих сюжетных линий. А шести-семилетние дошкольники могут распределять действия между собой.

Teddy Bear. В подготовительной группе мы делаем коллаж из детских рисунков по теме “My town” («Мой город»). Вначале дети довольно долго совещаются и обсуждают, что должно быть “in the

других людей появляется у ребенка раньше, чем возможность правильно воспроизводить их самому.

Тeddy Вear. Интересно, что ребенок, имея внутренний фонемный образ слова, может не осознавать, что он сам говорит не так. В этом одна из причин, почему дети иногда сильно переживают, когда их не понимают: им-то кажется, что они говорят все правильно. «Нет, мне не нужна миска, дай мне миску!» — просит малыш, показывая на мишку*.

Автор. В родном языке правильная артикуляция формируется по мере того, как ребенок учится говорить. В период «от двух до пяти» значительная часть детей уже может довольно хорошо говорить, но еще не всегда хорошо выговаривать. К. Чуковский считал, что «ребенок добирается до правильного произношения слов столь же сложным, извилистым и трудным путем, каким он приходит к их нормативной конструкции».

В теории раннего обучения иностранному языку в настоящее время существуют различные взгляды на вопросы развития фонетико-фонематического слуха и постановки произношения у дошкольников. Одна из точек зрения исходит из того, что «переучить труднее, чем научить». Поэтому необходимо добиваться правильной артикуляции с самых первых занятий (T. B. Даже если начали заниматься в два, три или четыре года?). Отработка с детьми четкого произношения всех звуков нового языка начинается еще до того, как дети накапливают достаточный опыт восприятия речи на этом языке.

Тeddy Вear. Но ведь английские дети тоже не сразу все хорошо умеют выговаривать. Представляете, что было бы, если бы мы требовали от своих деток, чтобы они сначала научились все звуки верно произносить, а затем уже начинали говорить?!

Автор. Согласно другой точке зрения, говорению и постановке произношения должен предшествовать период пассивного слушания (или, по терминологии К. Чуковского, «период пассивной речи»). Так, В. Н. Мещерякова, автор методики обучения детей двух—де- вяти лет “I love English”, считает, что весь первый год обучения должен быть посвящен в основном слушанию, а не говорению на иностранном языке. Это обеспечивает возникновение фонетического

* В связи с эти многие исследователи наряду с понятием «фонематический слух» используют понятие «фонетический слух» — способность дифференцировать в собственной речи звуки, являющиеся реализациями разных фонем языка. Фонетический слух формируется на основе сравнения своего собственного произношения с эталонным произношением взрослых (Л. А. Пиотровская, 1999).

образа языка у ребенка и появление правильного произношения без скучных «дриллов», неподходящих для дошкольного возраста.

В обучении маленьких детей (особенно младшего и среднего дошкольного возраста) наиболее естественным представляется порядок, сходный с родным языком, — принцип «слушаем — говорим — произносим».

Тeddy Вear. Когда я занимаюсь с детьми двух-трех лет, ко мне иногда приходят родители и спрашивают, почему их сын или дочь все еще ничего не говорит по-английски, а если и говорит, то очень непонятно. Дело в том, что должно пройти определенное время, прежде чем язык из пассива, т. е. слушания и понимания, перейдет в «актив», т. е. в говорение (хотя слушание — это тоже очень активная деятельность!). У разных детей это время разное: одни детки (особенно девочки) уже через 2—3 месяца повторяют рифмовки и песенки, а другим нужен почти год, чтобы начать хоть как-то говорить.

Автор. Чем младше ребенок, тем дольше он задерживается на этапе преимущественного слушания, а затем на этапе слушания и говорения. Чем старше ученик, тем быстрее происходит переход от 1-го этапа ко 2-му, а затем к 3-му — работе над произношением. Ребенок шести-семи лет может начать говорить уже на первых занятиях (хотя это не значит, что его обязательно надо заставлять это делать: кому-то из детей, возможно, нужно больше времени на раскачку). И с первых же занятий со многими детьми этого возраста возможна работа над произношением. Однако, по нашему мнению, для ребенка психологически оправданно и более эффективно, если задачи понимать, говорить первые слова и правильно произносить ставятся перед ним не одновременно, а последовательно и постепенно.

Освоение маленьким ребенком иноязычного произношения базируется на неосознанной имитации: стремлении повторить за взрослым артикуляционные движения и воспроизвести услышанные звуки. Поэтому до пяти лет наиболее эффективный способ исправить или улучшить произношение конкретных слов, которые ребенок уже говорит, — повторение его реплик, но с четкой правильной артикуляцией и звучанием.

Тeddy Вear. Пока ушки, язычок и губы не натренировались как следует, все равно хорошего произношения не получится. А требовать от ребенка произнести звук «как положено», когда он к этому еще не готов, — отличный способ отбить у него желание заниматься иностранным языком.

Автор. Для того чтобы подготовить органы речи к дальнейшей активной работе над звуками, используются артикуляционные упражнения. В начале это «неспецифические» упражнения, развивающие общую подвижность и управляемость губ, языка, гортани и полезные как для родного, так и для иностранного языка.

Тeddy Вear. На каждом занятии мы тренируем язык и губы, укрепляем их, развиваем их подвижность. Я даже специально у логопедов спрашивал и книжки читал, какие упражнения для всех детей полезны. Например, мы делаем «блинчик» («лопаточку»), «конфетку», «часики» и т. д. Такие упражнения детям дают и русские логопеды*. Только мы называем эти упражнения по-английски (“pancake”, “lollypop”, “tick-tock”)**.

Еще мы делаем упражнения для правильного речевого дыхания и для управления голосом. Оказывается, даже в пять лет не все дети могут по своей воле повышать и понижать тон своего голоса. А некоторые дети (как и многие медвежата) не умеют издавать по своему желанию тихие звуки — они все время говорят «на полную мощность». Чтобы научиться управлять голосом и интонациями, мы разговариваем разными голосами — мышиными, кошачьим, петушиным и, конечно, медвежьим. А еще — ласковым, сердитым, просящим, требующим, испуганным, угрожающим. Знаете, сколькими способами можно сказать “thank you”? Десять способов мы легко придумываем!

Автор. Упражнения для развития фонематического слуха направлены на формирование умения отличать близкие фонемы, различать слова, отличающиеся по одной-двум фонемам, определять первый и последний звук в слове и число слогов в нем и т. д.

Тeddy Вear. Многие родители спрашивают меня, не помешают ли ребенку занятия английским научиться хорошо — четко и грамотно — говорить на родном языке. Особенно беспокоятся родители детей с логопедическими проблемами. Часто мне говорят про такого ребенка: «Он и по-русски-то не все правильно произносит, куда уж ему еще иностранным языком заниматься». Тревога этих родителей вполне понятна. Сейчас действительно очень многие дети плохо выговаривают звуки по-русски или имеют еще какиенибудь логопедические проблемы; и я согласен с логопедом — пусть сначала научатся четко все произносить на родном языке. Но я всегда подробно рассказываю обеспокоенным мамам и бабушкам

*См., например: Крутий Е. Л. Волшебная логопедия. М., 2000.

**Упражнения для развития речевого дыхания, артикуляционного аппарата, интонационной стороны речи приведены в Приложении 5.

(или иногда папам и дедушкам), что наши занятия скорее помогут, чем помешают ребенку в преодолении логопедических трудностей. Кроме того, мы никогда не торопимся и переходим к индивидуальной работе над английским произношением только тогда, когда видим, что малыш уже правильно и отчетливо говорит по-русски.

Автор. Активная работа над фонетической стороной речи на иностранном языке начинается приблизительно с четырех с поло- виной—пяти лет. Это прежде всего артикуляционные упражнения, помогающие научиться произносить звуки нового языка, и их целенаправленная отработка отдельно и в словах. Для автоматизации звуков можно использовать различные скороговорки.

Тeddy Вear. Точнее, это не скоро-говорки, а «нескоро-говорки». Потому что мы произносим их вначале очень медленно, и лишь когда все начинает проговариваться четко и правильно, можно переходить к обычному (но не ускоренному!) темпу говорения.

Автор. Нередко иноязычное произношение начинает появляться «само собой», когда ребенок к этому готов, если он имеет возможность слушать хорошую английскую речь. Хотя, конечно, отдельные особенно трудные звуки необходимо тщательно отрабатывать.

Тeddy Вear. И, знаете, по моим наблюдениям, пяти- и шестилетним детям обычно бывает несложно «переучиться» и «ввести» правильные звуки в уже известные слова. Может быть, потому, что не так уж много они их использовали до сих пор: все-таки занятия по 20—30 минут в детском саду (обычно 2 или 3 раза в неделю) — это не так много, чтобы неправильное произнесение слов прочно закрепилось. А может быть, потому, что именно в этом возрасте у детей очень высок интерес к языку, и, когда мы играем во множество интересных игр, звуки легко «встают» на свои места.

Автор. В возрасте около пяти лет дети начинают сознательно интересоваться тем, как мы говорим. В это время им интересно участвовать в беседах о различиях в произношении в разных языках и о том, как важно все отчетливо выговаривать.

Тeddy Вear. Я рассказываю ребятам смешные истории, которые происходили со мной, когда я плохо произносил какие-то слова или невнимательно слушал, что мне говорили другие. Мы сравниваем близкие, но не одинаковые русские и английские звуки, и это тоже помогает почувствовать особенности языков. Например, русский медведь рычит звонко, кончиком языка — «р-р-р», а я, английский медведь, рычу горловым звуком — “r-r-r”.

Автор. Другая сторона деятельности слушания (аудирования) — различение не только фонетического рисунка речи, но и