Теоретические проблемы системы гражданского процессуального права. Монография

§ 3. Нормативное построение

Одновременно все разновидности одного и того же конкретизированного предписания в связь с основной нормой вступать не могут, так как они носят взаимоисключающий характер. Например, если законодатель закрепляет вариантное предписание типа альтернативного (А-предписания), то не может быть одновременно и ситуационного предписания. Исключение составляют лишь вторичные нормативные предписания, которые могут вступать в связи с основной нормой все одновременно, т.е. вторичные и Доп-предписания, и П-предписания, и С-предписания, потому что вторичные не носят взаимоисключающий характер, а направлены на развитие друг друга.

Примером идеальной связи нормативных предписаний в гражданском процессуальном праве может служить связь норм, регулирующих вопрос представительства. Статья 28 Основ закрепляет право граждан вести свои дела в суде лично или через представителей (основная норма); это положение дополняется в ст. 43 ГПК РСФСР тем, что личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя (вторичное Доп-предписание); указание на возможность ведения дела юридических лиц в суде их органами или представителями, закрепленное в ч. 2 ст. 43 ГПК, выступает в качестве вариантного предписания; перечень лиц, которые могут быть представителями в суде, данный в ст. 44 ГПК, – детализированное (Д-предписание); нормы ст. 47 ГПК, указывая на лиц, которые не могут быть представителями в суде, выступают в качестве исключительных (И-предписаний).

Идеальный вид связи основной нормы с конкретизирующими нормативными предписаниями в гражданском процессуальном праве может и отсутствовать. Это обстоятельство объясняется тем, что законодатель при формулировании норм права исходит из диалектического единства абстрактного и конкретного. В частности, анализ норм гражданского процессуального права показывает, что конкретное в праве представлено как синоним диалектической взаимосвязи, расчлененной целостности, в то время как абстрактное – не противопоставление конкретному, а этап движения самого конкретного, не раскрывшееся, не развернувшееся, неразвившееся конкретное. А отсюда следует, что во всякой основной (абстрактной по отношению к конкретизированному предписанию норме) содержатся элементы конкретного, т.е. такие элементы, которые не требуют дальнейшей нормативной конкретизации. Кроме того, не все термины, к которым прибегает законодатель, требуют специальной расшифровки (дефиниции), так же как и не всякая основная

291

Глава VII. Система ГПП и вопросы законодательной техники

норма требует поддержки со стороны специальных (оперативных, коллизионных) норм.

Возможность отсутствия идеальной связи норм гражданского процессуального права предполагает и выпадение одного или нескольких звеньев связи. Так, ст. 32 Основ закрепляет норму об обеспечении иска (воспроизведена в ст. 133 ГПК); норма ст. 136 ГПК выступает

вкачестве вторичного процедурного (П-предписания); норма ст. 134 ГПК детализирует это положение, указывая на меры обеспечения иска (Д-предписание); а норма ч. 2 ст. 134 и ч. 3 ст. 135 ГПК являются вариантными предписаниями: в первом случае ситуационным (Ситпредписанием), а во втором – альтернативным (А-предписанием). В данном примере отсутствует связь всех перечисленных предписаний с исключительным нормативным предписанием.

Другой пример. Нормативные предписания, регулирующие вопрос о судебных штрафах в гражданском процессе, имеют такую конструкцию: Основная норма + Вторичное процедурное предписание (П-предписание) + Детализированное (Д-предписание). Здесь отсутствуют вариантные и исключительные предписания.

Количество примеров, указывающих на различные связи нормативных предписаний в гражданском процессуальном праве, можно было бы и увеличить. Однако из приведенных здесь уже видно, что связи нормативных предписаний могут быть самыми разнообразными, поэтому установить детально их последовательности не представляется возможным, но только в том широком аспекте, в котором это рассматривалось ранее. (Связи нормативных предписаний могут наблюдаться

впределах права в целом, отрасли, института и более дробных общностей.) Поэтому, говоря об ассоциациях нормативных предписаний, следует иметь в виду прежде всего такие общности, которые находятся на более низком структурном уровне, чем правовой институт, и которые предопределяют основания формирования правового института, но не определяют еще в полном объеме закономерностей этого формирования. Иными словами, говоря о закономерностях ассоциаций нормативных предписаний, не следует смешивать их с закономерностями построения более высоких уровней системы права (института, отрасли), хотя в некоторых случаях они могут и совпадать по своему фактическому содержанию.

При установлении закономерностей связи нормативных предписаний следует исходить прежде всего из того, что основная норма выступает независимой переменной по отношению ко всем остальным нормативным предписаниям, т.е. нормативные предписания явля-

292

§ 3. Нормативное построение

ются функциями основной нормы. Прибегнув к известной формуле зависимости переменных величин, это выражается Уn = F(х) (причем обозначает такое количество конкретизированных нормативных предписаний функций основной нормы, какое присуще ей на данном этапе развития права). Установление такой зависимости дает возможность подойти к определению (или выведению) ассоциации нормативных предписаний с двух противоположных позиций в зависимости от того, что нам дано (т.е. что известно законодателю или правоприменительному органу), а затем уже определить соответствующие неизвестные величины. Следует обратить внимание на то, что в нормотворческой и правоприменительной деятельности подход к определению неизвестного с той или иной позиции не должен противопоставляться. Другой вопрос, что практически бывает легче определить одну независимую переменную величину (основную норму), а затем уже все переменные зависимые от нее величины, т.е. ее функции. Но если достоверно известны все зависимые переменные величины, то не составляет особого труда определение и независимой переменной. Решение этого вопроса связано также еще и с областью правовой деятельности. В правоприменительной деятельности обычно проще отыскать основную норму, а через нее уже вывести и ее функции. Этот порядок применяется также и тогда, когда издаются вторичные нормативные акты, направленные на развитие, дополнение ранее изданных. Когда же речь идет о регламентации общественных отношений в первоначальной стадии, то легче определяются переменные зависимые величины, а через них происходит формулирование основной нормы. Здесь на помощь законодателю приходят цели и интересы правового регулирования, а также воля самого законодателя, отражающая

вконцентрированном виде волю господствующего класса (всего народа в социалистическом обществе).

Можно проиллюстрировать тот и другой вариант определения не-

известной величины на примере.

Первый вариант: Дано Yn выражается из:

n1) судья отказывает в принятии искового заявления, если имеется вступившее в законную силу, вынесенное по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение

суда;

n2) суд прекращает производство по делу, если имеется вступившее

взаконную силу, вынесенное по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям решение суда;

293

Глава VII. Система ГПП и вопросы законодательной техники

n3) для правопреемника все действия, совершенные в процессе до его вступления, обязательны в той мере, в какой они обязательны были бы для лица, которое правопреемник заменил.

На основании этих трех конкретных нормативных предписаний с неизбежностью следует, что по вступлении решения в законную силу стороны и другие лица, участвующие в деле, а также их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования и на том же основании.

Может возникнуть законный вопрос: если есть конкретные нормативные предписания, рейдирующие определенные стороны или элементы общественного отношения, то в чем смысл выведения более общего нормативного предписания? На этот вопрос можно ответить исходя из следующих обстоятельств:

●во-первых, в целях усиления правовой значимости того или иного положения законодателя оттенение наиболее значимых черт правового регулирования. Это положение имеет существенное значение, особенно в гражданском процессуальном праве, так как не всякое нарушение процессуального закона ведет к отмене постановления судебных органов;

●во-вторых, в целях формулирования общих дозволений или общих запретов, тем более что общие запреты могут быть сформулированы законодателем и в других отраслях законодательства, которым гражданское процессуальное законодательство предшествует по времени;

●в-третьих, выведение более абстрактных нормативных предписаний необходимо в правоприменительной деятельности, особенно там, где законодатель их сам не формулирует, а структурно растворяет

внормативном массиве. Структурное растворение свойственно для отдельных общих запретов или принципов права. Например, принцип диспозитивности в гражданском процессуальном праве не имеет конкретного нормативного выражения, однако правоприменительный орган должен знать о наличии такого принципа, должен вывести его из конкретных нормативных предписаний, иначе может иметь место

нарушение существенных прав сторон.

Второй вариант. Дано: x выражается в подведомственности судам дел по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых и колхозных правоотношений, если хотя бы одной из сторон в споре является гражданин или колхоз, за исключением случаев, когда разрешение таких споров отнесено законом к ведению административных органов. В данном конкретном случае зависимая переменная может выражаться практически в неограниченном количестве величин ис-

294

§ 3. Нормативное построение

ключительных предписаний, причем наличие их может зависеть от различного рода обстоятельств. В других случаях количество и характер конкретизированных нормативных предписаний непосредственно вытекают из абстрактного (общего) нормативного предписания, т.е. переменные зависимые величины обусловлены только самой переменной независимой величиной. Например, х выражается в праве суда произвести замену ненадлежащей стороны с согласия истца, соответственно Yn будет указывать, что:

n1) в случае несогласия истца на его замену надлежащий истец может вступить в процесс в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования на предмет спора;

n2) в случае несогласия истца на замену ненадлежащего ответчика другим лицом суд может привлечь это лицо в качестве второго ответчика;

n3) замена ненадлежащей стороны ведет к возобновлению дела с самого начала.

При определении неизвестных переменных величин следует руководствоваться определенными правилами, которые сводятся:

1) при определении независимой переменной величины:

а) если в наличии идеальная связь конкретизированных нормативных предписаний, т.е. имеются все виды их, то выведение общей нормы сводится к обобщению этих нормативных предписаний путем формулирования дефиниции или общего положения;

б) если имеется исключительное нормативное предписание, то в зависимости от его характера выводится общее дозволение или общий запрет. При этом следует иметь в виду, что исключительных нормативных предписаний (конкретных дозволений или запретов) не может быть без общих запретов или дозволений;

в) при наличии вариантного предписания, призванного к урегулированию общественных отношений в специфических условиях, определение общей нормы сводится к формулированию общих условий правового регулирования. Например, нормы ст. 118 ГПК, предусматривающие альтернативную подсудность, с неизбежностью предусматривают наличие общих условий подсудности. Поэтому, если на основании ст. 118 иск можно предъявить и по месту жительства истца, то отсюда следует, что общая подсудность характеризуется правом предъявления иска по месту жительства ответчика;

г) регулирование отдельных деталей общественного отношения с неизбежностью вырисовывает картину всего общественного отношения и его правовой регламентации;

295

Глава VII. Система ГПП и вопросы законодательной техники

2) при определении зависимой переменной величины:

а) неполная регламентация общественных отношений предполагает их дополнительное регулирование, а специальная терминология – необходимость ее раскрытия;

б) сложность, многогранность общественного отношения ведет к необходимости детального его урегулирования;

в) отсутствие практической возможности предусмотреть законодателем все жизненные ситуации в общей норме ведет к необходимости издания специальных ситуационных нормативных предписаний или альтернативных (вариантные предписания);

г) следует иметь в виду, что общему запрету или дозволению сопутствует исключение, т.е. конкретное дозволение или конкретный запрет.

Горизонтальные связи нормативных предписаний в гражданском процессуальном права не исключают наличия вертикальных связей и наоборот. Скорее всего, оба вида связей дополняют друг друга.

Однако выдвижение на первый план горизонтальных связей способствует образованию таких ассоциаций нормативных предписаний, которые затушевывают вертикальные связи, и наличие основной нормы отодвигается на второй план. Она больше подразумевается, чем проявляется непосредственно в такого рода ассоциациях.

В гражданском процессуальном праве имеют место следующие ассоциации нормативных предписаний, основанные на горизонтальной связи:

а) связь исключительных нормативных предписаний со всеми иными их видами. (Здесь не берутся во внимание дополнительные предписания, так как они являются в сущности основными, а поэтому могут находиться со всеми остальными нормативными предписаниями в связи, но лишь вертикальной). Например, предписание, закрепленное в ст. 65 ГПК РСФСР об обязанности представления письменных доказательств в подлиннике, является детализирующим, а исключением из него будет выступать правило, закрепленное в ст. 66 ГПК о возможности представления выписок из документов, осмотре и исследовании письменных доказательств в месте их хранения;

б) связь исключительных нормативных предписаний друг с другом. В отдельных случаях исключительные предписания сами могут иметь исключения. Например, в ч. 3 ст. 47 ГПК закреплено исключение из общего правила, указывающее на то, что представителями в суде не могут быть судьи, следователи и прокуроры, однако из этого исключения законодатель делает еще исключение: «это правило не распространяется на выступления в процессе указанных лиц в качестве

296

§ 4. Отраслевая типизация

уполномоченных соответствующего суда, прокуратуры или в качестве законных представителей»;

в) связь детализирующих нормативных предписаний с вариантами. Так, в ч. 2 ст. 83 ГПК РСФСР законодатель детализирует основную норму о цене иска, устанавливая конкретно обязанность истца указать цену иска, однако здесь же допускает вариантное регулирование этого вопроса, закрепляя правило о том, что «в случаях явного несоответствия указанной цены иска действительной стоимости отыскиваемого имущества цену иска определяет судья».

Ассоциации нормативных предписаний, основанных на горизонтальной связи, образуют тесное, неразрывное единство. Поэтому в целях сохранения этого единства и облегчения правоприменительной деятельности законодатель не должен искусственно его нарушать. Данное положение относится ко всем ассоциациям нормативных предписаний, возникающих на основе горизонтальной связи, но в большей степени к связям исключительных нормативных предписаний между собой и связи детализирующих и вариантных предписаний. А отсюда следует важный вывод: законодатель должен стремиться к формулированию конкретизированных нормативных предписаний, связанных между собой горизонтально в одной статье кодифицированного акта, а в отношении связи исключительных предписаний между собой и детализирующих предписаний с вариантными обязан поступать именно так.

В заключение следует отметить, что идеальный вид связи нормативных предписаний является той первоосновой, на которой базируется формирование правового института. Неполная вертикальная связь, а также горизонтальные связи нормативных предписаний определяют закономерности комплектования статей кодифицированного нормативного акта, в частности Гражданского процессуального кодекса РСФСР.

§ 4. Отраслевая типизация

1. Проблема изложения воли законодателя не решается окончательно исследованием и обобщением вопросов нормативного построения. Нормативное построение – это, можно сказать, первая ступенька в процессе перевода воли законодателя на «язык права». Одной из основных проблем строительства права, наряду с юридическими конструкциями и нормативным построением, является

297

Глава VII. Система ГПП и вопросы законодательной техники

проблема отраслевой типизации1. Отраслевая типизация выступает также средством юридической техники. «Нормативные предписания должны быть изложены таким образом, чтобы они не только образовывали логические нормы и стройные юридические конструкции, но включались в строго определенную отрасль права, соответствовали типическим чертам отраслевого правоотношения»2. Иными словами, законодателю необходимо всякую новую норму изложить так, чтобы она сразу же включалась в режим соответствующей отрасли права. Достигается это в результате воздействия специфической конструктивной модели, обеспечивающей изложение воли законодателя на «языке права». А в качестве этой модели выступает структурный тип правоотношения3.

Типовой режим отрасли гражданского процессуального права также, как и любой другой фундаментальной отрасли советского права4, определяет структурный тип гражданского процессуального правоотношения.

Основные структурные типовые черты гражданских процессуальных правоотношений сводятся к следующим моментам:

а) все процессуальные отношения, объединенные в рамках конкретного гражданского процесса, преследуют одну цель, направлены на решение единой задачи. На различных стадиях развития процесса могут возникать и требовать разрешения различные задачи для достижения различных целей, но все они возникают и направлены к одному разрешению спора между сторонами и установлению действительных прав и обязанностей сторон. Если, например, гражданские, трудовые, колхозные правоотношения могут существовать самостоятельно, независимо друг от друга, то процессуальные всегда образуют стройную систему связанных между собой правоотношений. Процесс их развития идет так, что с отмиранием одного появляется другое. Процессуальные правоотношения находятся в такой взаимосвязи, что образование одного из них немедленно ведет к возникновению в потенциальной

1 С.С. Алексеев отраслевую типизацию относит к одной из важнейших задач законодателя (см.: Алексеев С.С. Структура советского права. С. 69).

2 Алексеев С.С. Проблемы теории права. Т. 2, С. 147.

3 Там же.

4 В отличие фундаментальных отраслей комплексные отрасли не имеют четко выраженного структурного типа правоотношения. Поэтому и перед законодателем во всей своей сложности возникает проблема отнесения соответствующих норм к той или иной комплексной отрасли права. Что, кстати, выступает одной из причин отрицания жизненности комплексных отраслей права.

298

§ 4. Отраслевая типизация

форме другого, которое, в свою очередь, вызывает третье и т.д. Так, при приеме искового заявления реально возникает правоотношение «суд– истец». А это правоотношение, безусловно, предусматривает (содержит в себе возможность) возникновения правоотношений «суд–ответчик», «суд–прокурор», «суд–представитель», «суд–свидетель», и т.д. и т.п. Иными словами, возникновение одного гражданского процессуального правоотношения вызывает возможность возникновения целого ряда правоотношений.

Отсюда следует, что одной из основных структурных типовых черт гражданских процессуальных правоотношений является то, что они образуют собой единую стройную систему (систему-агрегат);

б) одной из основных типичных структурных черт гражданских процессуальных правоотношений является наличие обязательного субъекта в каждом гражданском процессуальном правоотношении. Таким обязательным субъектом является суд. Гражданские процессуальные правоотношения помимо суда не возникают и не развиваются. Поэтому если законодатель издает норму гражданского процессуального права независимо от того, на кого распространяется ее основное воздействие, независимо от ее содержания эта норма в качестве одного из субъектов правоотношения, возникающего на ее основе, должна предусматривать суд. В противном случае можно с уверенностью сказать, что данная норма не относится к отрасли гражданского процессуального права.

С этой типовой чертой гражданских процессуальных правоотношений тесно связаны следующие;

в) гражданские процессуальные правоотношения являются отношениями власти и подчинения, т.е. властеотношениями. Суд как обязательный субъект гражданских процессуальных правоотношений в то же время выделяется из всей совокупности других субъектов гражданских процессуальных правоотношений и занимает особое положение. Его положение характеризуется положением государственного органа, наделенного правом правоприменительной, правоохранительной деятельности. Поэтому норму гражданского процессуального права необходимо излагать так, чтобы она предусматривала это немаловажное обстоятельство. Если законодатель издает норму, предусматривающую равенство субъектов правоотношения, возникающего на ее основе, то такая норма не может рассматриваться в качестве гражданской процессуальной;

г) гражданские процессуальные правоотношения являются триедиными. Если в обычных двусторонних правоотношениях субъективному

299

Глава VII. Система ГПП и вопросы законодательной техники

праву всегда корреспондирует обязанность без дополнительных на то волеизъявлений иных лиц, то в триединых процессуальных правоотношениях обязанность появляется только тогда, когда действие лица будет, так сказать, «санкционировано» судом. До этого субъект, к которому оно направлено, не становится обязанным лицом, а следовательно, может совершать, а может и не совершать требуемые иным субъектом действия. После же «санкционирования» судом действия управомоченного субъекта совершение определенных действий становится обязанностью для другого субъекта;

д) система гражданских процессуальных правоотношений – это как бы результат гражданских отношений, т.е. если рассматривать систему процессуальных отношений в целом, то она (система) является охранительной по отношению к гражданскому правоотношению. Поэтому одной из основных типических черт гражданских процессуальных правоотношений является то, что они опосредствуют применение государственно-принудительных мер, охватываемых понятием юридических санкций. Если брать в целом, то субъективное право суда

вгражданских процессуальных правоотношениях состоит в правомочии по применению юридических санкций.

Правоотношения каждой отрасли права обладают специфическими отраслевыми признаками, так называемыми структурными типовыми чертами. Поэтому задача законодателя при переводе своей воли на «язык права» – подчинить соответствующую норму именно тем структурным типовым чертам правоотношения, к отрасли которого он хотел бы отнести данную норму права.

2.Если типовой режим отрасли гражданского процессуального права определяют структурные типовые черты правоотношения, то пути включения нормы в типовой режим сводятся: а) к включению норм

вкодифицированный акт отрасли права; б) подчинению конкретной нормы общим нормам отрасли; в) применению при нормативном изложении воли законодателя отраслевой терминологии; г) достижению ясности в построении типовой конструкции.

Включение норм в кодифицированный акт отрасли права является одним из наиболее эффективных средств отраслевой типизации норм права. Если отрасль права имеет основной (стержневой) кодифицированный акт, в который помещается норма, то она автоматически включается в типовой режим соответствующей отрасли права. Автоматическое включение нормы права в типовой режим отрасли происходит в результате воздействия диалектических законов взаимодействия целого и части, где в качестве целого выступает

300