Судебно-психологическая экспертиза и комплексные судебные исследования видеозаписей. Сборник научных статей

Хащенко Т.Г.

оретико-методологическом основании и богатом экспертном опыте ее авторов, интегрирующая возможности разных видов экспертиз (компьютерно-технической, психологической и психофизиологической, экспертизы аудио- и видеозаписей) существенно расширяет возможности и повышает надежность психологической экспертизы достоверности/ недостоверности информации, поступающей от участников процесса. Введенная авторами трактовка понятия «психологическая достоверность», описанные ими вербальные и невербальные признаки недостоверности в коммуникативном поведении участников процесса, а также детально описанная структурированная процедура психологической экспертизы достоверности/ недостоверности информации по видеозаписям следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий применимы к участникам судопроизводства с разным статусом (обвиняемым, свидетелям, потерпевшим).

Вместе с тем, для развития данного перспективного направления и совершенствования создаваемых в его контексте методик желателен ответ на остающийся открытым вопрос о принципиальной возможности определения психологической достоверности/недостоверности информации в тех случаях, когда отсутствие признаков неискренности в сообщении и коммуникативном поведении участника судопроизводства сочетается с объективной недостоверностью сообщаемой информации в силу того, что воспринятое «внешнее» преобразовалось, преломившись через «внутреннее» (актуальные состояния, внутреннее содержание личности, индивидуальные особенности ее когнитивных процессов и т. п.).

Сопоставительный анализ трактовок достоверности в разных науках (юриспруденции, психологии, философии) обнаруживает их совпадение в части основного критерия достоверности информации — степени ее соответствия объективной реальности. Несомненно, это соответствие не может быть абсолютным в силу специфики человеческого знания и особенностей психического отражения реальности. Поэтому психологическая экспертиза по видеоматериалам судопроизводства призвана установить не столько соответствие сообщаемой информации реальности, сколько выявить психологические признаки искренности/неискренности участника процесса, его готовности давать правдивую и полную информацию. Вместе с тем при проведении экспертизы специалист может столкнуться с ситуацией, когда достоверность «субъективная» (уверенность участника процесса в соответствии сообщаемой

161

3. Методологические вопросы судебно-психологического и комплексного исследования видеозаписей в судопроизводстве

им информации воспринятым обстоятельствам) и «объективная» (степень соответствия сообщаемой информации элементам реальности) могут не совпадать. И если выявление экспертом-психо- логом признаков лжи (вербальных и невербальных) существенно повышает надежность экспертного вывода о недостоверности информации, то отсутствие таких признаков не всегда может быть однозначно интерпретировано как доказательство соответствия сообщаемой информации реальным обстоятельствам (хотя и повышает его вероятность).

Указанное противоречие разрешимо в условиях, когда психологическая экспертиза достоверности/недостоверности сообщаемой информации по видеозаписям следственных и оперативно-розыск- ных мероприятий является частью более широкой по своим задачам экспертизы, предполагающей диагностику особенностей сенсомоторной, интеллектуальной, эмоционально-волевой сфер личности, а также наблюдение за поведением подэкспертного в экспериментально смоделированных ситуациях. Однако отказ участника процесса от непосредственного контакта с экспертом и от очного психологического обследования порождает необходимость использования содержащихся в материалах дела сведений об индивидуально-пси- хологических особенностях участника, которые в совокупности с наблюдаемыми при анализе видеозаписей особенностями его вербального и невербального коммуникативного поведения могут выступать индикаторами возможного несоответствия сообщаемой информации реальным событиям.

В связи с вышесказанным ответа ожидают вопросы о принципиальной возможности выявления в процессе анализа видеозаписей судопроизводства признаков вероятного несоответствия реальности сообщаемой участником информации, несмотря на отсутствие психологических признаков неискренности; возможности разработки технологии выявления в процессе анализа видеоматериалов психологических признаков вероятного несоответствия реальности информации, сообщаемой его участниками, с учетом их индивидуально-психологических особенностей; о возможности разработки и внедрения в практику опроса (допроса) компактного, но информативного элемента, позволяющего выявить в процессе анализа видеозаписи психологические признаки возможной неадекватности сообщаемой участником информации реальным событиям даже при отсутствии психологических признаков неискренности.

162

Чернышева Е.Г.

Чернышева Е.Г.

эксперт-психолог АНО Независимых судебных экспертиз

Вербальные и невербальные признаки психологической недостоверности сообщаемой информации

Информация, которую сообщают люди, может быть достоверной и недостоверной. В уголовном процессе достоверность информации играет важную роль. От показаний, сообщаемых участниками уголовного процесса, зависят судьбы людей. Лжесвидетельство затрудняет расследование, препятствует достижению истины по делу, затягивает сроки дознания и следствия, помогает виновным избежать ответственности за содеянное, а также может повлечь за собой наказание невиновных.

Судебно-психологическая экспертиза недостоверности / достоверности показаний участников уголовного процесса по видеозаписи следственных действий может дать ответ на вопрос: содержатся ли в поведении человека признаки (вербальные и невербальные) психологической достоверности / недостоверности показаний. При проведении данного вида экспертизы психолог устанавливает психологический компонент достоверности / недостоверности сообщаемой информации. Данный компонент не является тождественным юридическому компоненту достоверности / недостоверности информации. Согласно О.Д. Ситковской1, психологической достоверностью показаний является соответствие сообщаемой информации реальному положению дел. Если реальное положение дел не соответствует сообщаемой информации, то это говорит о психологической недостоверности.

Человек, заведомо сообщающий недостоверную информацию, искажает некоторые факты достоверной информации, конструирует их на основе имеющегося у него опыта2. То есть он составляет свою модель происшедшего события. Также при сообщении недостоверной информации человек может утаить некоторые факты.

1 Ситковская О.Д. Психологические признаки достоверности свидетельский показаний детей и подростков // Межвуз. науч.-практич. сборник. Ставрополь. Серия «Юридическая психология». 2001. № 18. С. 110–122.

2 Белянин В.П. Психолингвистика. Флинта, 2004. 432 с.

163

3. Методологические вопросы судебно-психологического и комплексного исследования видеозаписей в судопроизводстве

При проведении экспертизы достоверности / недостоверности информации, сообщаемой участниками уголовного процесса (по видеозаписи следственных действий), анализируется вербальное и невербальное поведение человека.

Нами было проведено исследование, позволяющие выявить вербальные и невербальные признаки недостоверности информации. В первой части исследования нами были выделены пять видеозаписей из двенадцати (при помощи студентов-медиков I курса, студентов-психологов V курса и магистрантов-психологов I курса), которые наиболее легко поддаются идентификации. Данные видеозаписи содержали интервью, в котором в произвольном порядке интервьюеры должны были давать недостоверные ответы. Во второй части исследования участники (сту- денты-психологи V курса) должны были просматривать отобранные видеозаписи и выявлять вербальные и невербальные поведенческие проявления, сопровождающие недостоверные высказывания. Результаты данного исследования отражены в таблице 1.

Таблица

Вербальные и невербальные признаки ложных сообщений

1 Чернышева Е.Г. Вербальные и невербальные признаки недостоверности информации Актуальные проблемы теории и практики развития экономики региона: Материалы 3-й Межвузовской студенческой научно-практической конференции / Калужский фил. Федерального гос. образовательного бюджетного учреждения высш. образования «Финансовый ун-т при Правительстве Российской Федерации»; под ред. Пироговой Т.Э., Никифорова Д.К. М.: ТРП, 2016. 401 с.: ил., табл. / 2016. С. 387–389.

164

Вкачестве наиболее часто встречающихся вербальных признаков ложных сообщений были отмечены паузы в речи (были выявлены

вчетырёх видеофайлах из пяти возможных). В качестве наиболее часто встречающихся невербальных признаков ложных сообщений была отмечены следующие. Фальшивая улыбка — улыбка, проявляющаяся в моменты, когда она совершенно не уместна (была выявлена

вчетырёх видеофайлах из пяти возможных). В качестве признаков ложных сообщений паузы в речи выделяли О. Фрай1, В.П. Белянин2, П. Экман3. Фальшивую улыбку в качестве критерия лжи выделял П. Экман4. Отведение взгляда (было выявлено в четырёх видеофайлах из пяти возможных). Отведение взгляда в качестве признака лжи выделяли П. Экман5, А.М. Столяренко6, О. Фрай7.

Признаки недостоверности информации (вербальные и невербальные) необходимо рассматривать в совокупности.

Вначале видеозаписи следственных действий идет процессуальная часть, в которой человек сообщает нерелевантную информацию

1 Фрай О. Детекция лжи и обмана. Олма-Пресс, 2005. 450 с. 2 Белянин В.П. Психолингвистика. Флинта, 2004. 432 с.

3 Экман П. Психология лжи. ПИТЕР, 2011. 304 с.

4 Там же.

5 Там же.

6 Прикладная юридическая психология / Под ред. Столяренко А.М. М.: Юни- ти-дана, 2001. 639 с.

7 Фрай О. Указ. соч.

165

3. Методологические вопросы судебно-психологического и комплексного исследования видеозаписей в судопроизводстве

(ФИО, дату рождения, адрес места жительства, контактный телефон, образование, место работы). Следует обращать внимание на вербальное и невербальное поведение человека в процессуальной части, так как именно в ней он демонстрирует свое естественное поведение.

Вданной части человек сообщает достоверную информацию, следовательно, проявляются признаки достоверности. В части видеозаписи, относящейся к интересующей ситуации, при недостоверном ее сообщении могут проявиться вербальные и невербальные признаки, которые не свойственны человеку в его естественном поведении.

Вданной части видеозаписи человек может сообщать недостоверную информацию, следовательно, могут проявиться признаки (вербальные и невербальные) недостоверности. Поэтому необходимо сравнивать эти две части видеозаписи и обращать внимание на те поведенческие признаки, которых не было в процессуальной части видеозаписи и которые появились при сообщении релевантной информации. Таким образом, процессуальная часть видеозаписи служит образцом естественного поведения человека.

Штеба А.А.

доцент кафедры романской филологии Волгоградского государственного социально-педа- гогического университета, эксперт-лингвист НП «Южный экспертный центр»

К проблеме определения воздействующего потенциала вопросительных высказываний

Всвоей методологической статье О.В. Гагина, В.О. Кузнецов

иТ.Н. Секераж (2015) предложили, на наш взгляд, удачный подход к проблеме наводящих вопросов. Авторы цитируемого исследования разделили основные типы вопросительных высказываний на две группы: вопросы, свободные от влияния на ответ адресата, и вопросы, влияющие на ответ адресата. К первому типу отнесены специальные вопросы, для построения которых обязательно использование вопросительных слов (кто, когда, где, почему и пр.) Ко второму типу отнесены общие, альтернативные вопросы, а также вопросительные высказывания, в которых «объем информации о неизвестном увеличен с помощью специальных языковых средств» в формах утвер-

166

Штеба А.А.

дительных или отрицательных частиц, интонационного выделения слов, утвердительных высказываний в форме вопросительных и пр.

Прототипическое (инвариантное) значение понятия вопрос — незнание. Известно, что вопросительное высказывание имеет скрытую семантику побуждения. Не противоречит сказанному О. Йокояма, которая указывает, что вопрос представляет собой директив, требующий, чтобы на него ответили1. Соответственно эталонный вопрос направлен на побуждение адресата сообщить необходимую в данной коммуникативной ситуации информацию для восполнения незнания. Некоторые вопросительные высказывания могут иметь форму вопроса, но отличное от прототипического содержание. В данном случае следует говорить о вопросительных высказываниях, к примеру, побуждающих адресата не сообщить новую для говорящего информацию, а согласиться с предоставляемой говорящим информацией. В результате первым критерием, который отличает свободные и не свободные от влияния на ответ вопросы, является соответствие/ несоответствие вопросительного высказывания прототипическому значению незнание.

Если говорящий пренебрегает данным инвариантным значением, обнаруживается такая особенность коммуникативного поведения говорящего, как скрытая уверенность в возможном ответе адресата. В таком случае проявляется фактор внутренней (обоснованной или необоснованной) убежденности говорящего в информации, которая запрашивается у адресата.

Для установления степени потенциального воздействия вопросительного высказывания на ответ целесообразно учитывать некоторые критерии, обладающие различной функционально-прагматической значимостью. К таким критериям следует относить селективность. Данное условие обнаруживается при сравнении специального и альтернативного типов вопроса: в случае постановки специального вопроса (Что Вы делали вчера вечером?) адресату предоставляется ограниченное только, в данном примере, временными рамками (вечернее время предыдущего дня) поле выбора, которое адресат восполнит недостающей информацией; в случае постановки иного вопроса (Вы были вчера вечером у дома № Х? или Вы были или не были вчера у дома № Х?) поле выбора у адресата сужается, поскольку, к примеру, общий вопрос от утвердительного будут отличать только формаль-

1 Йокояма О.Б. Когнитивная модель дискурса и русский порядок слов. М.: Языки славянской культуры, 2005. С. 139.

167

3. Методологические вопросы судебно-психологического и комплексного исследования видеозаписей в судопроизводстве

ные признаки (интонация или пунктуационные маркеры). На поле выбора (селективность) оказывают давление разного рода средства подчеркивания информации: они могут быть интонационными, лексическими, модальными; реализовываться в форме переспросов и перефразирования, сопровождающихся и нет преобразованиями сообщенных адресатом сведений.

Следующим критерием, который важен для дифференциации наводящего вопроса от ненаводящего, является критерий первичности/ вторичности информации. Данное условие важно, поскольку может выступать в функции обоснования возможности использования потенциально не свободных от влияния на ответ вопросов в ситуации следственного действия: если информация вторична (случаи переспросов, уточнения сообщенных адресатом сведений), подобные вопросы свободны от влияния, поскольку в них не содержится новой информации; если информация первична (т. е. о ней ранее в ходе анализируемого следственного действия не шла речь), то данные вопросы способны оказать влияние на ответ.

Незнание обладает разной степенью проявления, варьируясь от средней (альтернативные и общие вопросы) до высокой степени (скрытое утверждение в форме вопроса). Специальные вопросы могут оказывать влияние на ответ, когда в их препозиции располагается развернутое рассуждение говорящего, а в постпозицию помещается вопросительное высказывание. Альтернативные вопросы обладают разной степенью воздействия на ответ: от средней (возможному противопоставляются, как минимум, один возможный вариант развития событий) до высокой (возможному варианту развития событий противопоставляется невозможный вариант или лексическая единица с обобщающей семантикой). В таком случае альтернатива, предлагаемая адресату, является ложной.

При прогнозировании наличия/отсутствия влияния вопросительного высказывания на ответ следует учитывать фактор избыточности или плеонастичности. Последний важен при анализе вопросительных высказываний с утвердительными или отрицательными частицами. Так, если утвердительная частица следует за утвердительной препозицией вопросительного высказывания или отрицательная частица следует за отрицательной препозицией вопросительного высказывания, увеличивается степень воздействия вопроса на ответ. Однако данное условие по причине синтетичности языкового строя русского языка является факультативным (ср. Вы это не делали, да?

VS Вы это не делали, нет?).

168

Штеба А.А.

В русском языке сочетаемость вербальных и околовербальных знаков в высказывании (например, только расположение слов, сочетание невыделенных и выделенных интонацией слов, сочетаемость высказывания и типичного или нетипичного интонационного контура) является «мощным перцептивным орудием, которое используется для имплицитного, коннотативного, непропозиционального кодирования информации <…> когда порядок слов не несет денотативного пропозиционального содержания, его можно использовать для передачи коннотативной непропозициональной информации, такой, как метаинформационное знание и отношение»1. Значимым является наблюдение за темой, под которой понимается данная, известная, предсказуемая информация, и ремой как новой, непредсказуемой информацией. При анализе степени воздействия вопросительных конструкций данное положение о суггестивном потенциале порядка слов играет особую роль для общих, альтернативных вопросов и вопросов с утвердительными или отрицательными частицами.

Известно, что в экспрессивной речи, так же как, в целом, в спонтанной, позиция ремы тяготеет к центру или началу высказывания. Интонационный контур служит дополнительным к признаку порядка слов показателем новой, коммуникативно-значимой информации: так, позиция ремы выделяется интонационными конструкциями с повышением тона на гласном центра, сохранением высокого тона до конца конструкции (ИК-3, ИК-4). Помимо этого, значимым является сентенциальное (логическое) ударение, которое может отличаться от основной интонационной конструкции высказывания2. Порядок слов и интонация выполняют функцию выражения темы и ремы автоматически. Тема выделяется особым повышением тона, изменяющим интонационную структуру фразы, а интонационное ударение на реме может превышать по силе обычное фразовое3. Под фразовым ударением понимается наиболее сильное ударение в высказывании, которое скрепляет его как интонационную группу4. В неэкспрессив-

1 Йокояма О.Б. Когнитивная модель дискурса и русский порядок слов. М.: Языки славянской культуры, 2005. С. 226, 227.

2 Йокояма О. Нейтральная и ненейтральная интонация в русском языке: автосегментная интерпретация систем интонационных конструкций // ВЯ. 2003.

№5. С. 99–122.

3 Ковтунова И.И. Современный русский язык. Порядок слов и актуальное чле-

нение предложения: Учеб. пособие. М.: Едиториал УРСС, 2002. С. 57–58. 4 Там же. С. 97.

169

3. Методологические вопросы судебно-психологического и комплексного исследования видеозаписей в судопроизводстве

ных высказываниях тема не только не выделяется интонационно, но скрадывается; ударение на реме сильнее в экспрессивных высказываниях, она занимает интонационно сильную позицию.

В случае постановки потенциально способного оказать влияние на ответ вопросительного высказывания обнаруживается намерение говорящего посредством, как минимум, двойного кодирования (с помощью формы вопроса и интонационного выделения лексической единицы в высказывании) увеличить успех «суггестивного заряда», направленного на адресата, и побудить его к определенному ответу. Таким образом в общих вопросах говорящий может акцентировать внимание на определенной необходимой для него в ходе данной ситуации коммуникативного взаимодействия информации, заставить адресата сообщить определенные сведения. Аналогичное внимание при анализе альтернативных вопросов или общих вопросов с утвердительными или отрицательными частицами следует обращать на расположение элементов в высказываниях, а также на место логического ударения. В случае отсутствия нарушений порядка слов, а также учитывая, по умолчанию, наличие у говорящего специальной компетенции и навыков владения официально-деловым стилем общения, значимая часть информации будет концентрироваться в постпозиции высказываний.

Также следует учитывать, что построение альтернативного вопроса с помощью совмещения утверждения и отрицания с частицей не может ограничивать степень свободы в выборе ответа. Доказано, что дети в раннем возрасте не воспринимают речевые указания, которые строятся с использованием частицы не. Кроме того, считается, что использование данной частицы в ситуациях коммуникативного взаимодействия со взрослыми нежелательно, поскольку подобные суждения «актуализируют представления о неуспешных и ошибочных действиях, отрицательных результатах, вызывая негативные переживания»1, при этом высказывания с отрицательной частицей могут восприниматься как ориентировочная основа возможных действий. Указанные положения были доказаны экспериментально в исследовании цитируемого ученого, результаты которого указывают на то, что отрицание в стимульных высказываниях приводит к увеличению количества ошибок в реактивных действиях (ответах) испытуе-

1 Маланов С.В. Влияние отрицательных частиц в синтаксической структуре условных высказываний на эффективность актуализации семантического содержания // Экспериментальная психология. 2014. № 1. С. 73.

170