Психология вербального воображения функционально-системный подход

Глава 4. Функционально-системный подход как междисциплинарная ...

также ввести понятие «метасистемная функция», так как процесс создания таких социокультурных образований, как психические системы, требует регуляции и контроля.

Обоснуем роль компонента «системообразующая функция» в структуре системного подхода как методологии психологии.

Понятие «системообразующая функция» входит в один из 4-х принципов системного подхода в психологии, выделенных М. С. Роговиным:

1.Каждая рассматриваемая система обладает признаком целостности, т.е. у нее есть качественно новые свойства, не сводимые к свойствам суммы ее частей.

2.Система (ее строение) детерминирована своей функцией, которую называют системообразующей. Этот принцип является главным для функционального подхода, т.е. системный подход включает в себя функциональный.

3.Система находится в информационном и энергетическом взаимодействии со средой. Т.е. информационно-энергетический подход также включается в системный подход.

4.Любая система находится в процессе развития. Поэтому генетический подход также должен быть включен в системный подход (Роговин, 1977).

Как видно из п. 2, Роговин определяет значение функции для создания системы («строение системы детерминировано своей функцией»), однако не дает определения этого понятия, не выделяет его существенный признак и не вскрывает механизмов действия системообразующей функции.

Опираясь на законы развития искусственных систем, в соответствии с которыми любая искусственная система создается для выполнения определенной основной функции, автором данной работы (в соавторстве с

М.И. Мееровичем) при разработке структуры функционально-систем- ного подхода как методологии анализа искусственных систем выше были уточнены содержания понятий функционально-системного подхода (см. 4.1.6), в том числе понятие «системообразующая функция», и ее роль в создании искусственной системы. Напомним основные из них:

Элемент (компонент) — исходная структурная единица, которую можно выделить на основании различных характерных признаков.

Свойство элемента (компонента) — количественная и/или качественная характеристика элемента, которая проявляется при его взаимодействии с другими элементами.

131

Раздел 2. Методологические основы исследования воображения личности

Системообразующий фактор — это субъективная потребность (замысел) личности, которую нужно удовлетворить с помощью создания новой системы.

Система (искусственная) — комплекс взаимодействующих элементов, предназначенных для выполнения основной функции и создающих своим объединением новое системное свойство.

Системное свойство — свойство системы, возникающее при взаимодействии свойств элементов, составляющих систему и обеспечивающих ей возможность выполнять основную функцию.

Системный эффект — результат действия системного свойства созданной системы, удовлетворяющего субъективную потребность — системообразующий фактор (замысел) (Меерович, 2005; Меерович, Шрагина, 2004, 2008).

Исходя из принятого понятия «система» — совокупность взаимодействующих элементов, выполняющая определенную функцию и создающая своим объединением новое — системное — свойство, системообразующую функцию мы выше определили как комплекс действий, которые создают из отдельных элементов систему, обладающую необходимым системным свойством и обеспечивающую достижение системного эффекта (результата) (Шрагина, 2015и).

Однако, чтобы с помощью данного комплекса действий достичь результата, необходимо осуществлять управленческо-контролирующие действия, что позволяет нам, в контексте метасистемного подхода А. В. Карпова (Карпов, 2007), ввести понятие метасистемная функция — психическая функция, выполняющая управленческо-контролирующие действия при создании искусственной системы как во внешней среде, так и во внутреннем мире субъекта. Это понятие относится к метакогнитивным познавательным процессам, функция которых является управ- ленческо-контролирующей (Шрагина, 2016б).

Содержание предлагаемых понятий «системообразующая функция» и «метасистемная функция» в контексте психического согласуется с результатами исследований об одной из форм и сущности функционирования психики, полученными Е. Е. Соколовой: «Если психика является функцией деятельности субъекта в мире объектов, то деятельность — субстанцией психического. Таким образом, ни в какой форме, кроме деятельностной, психика не существует. <...> Психика как функция деятельности появляется, вообще говоря, одновременно с деятельностью, которая исходно существует лишь во внешне-практических своих формах» (Соколова, 2007).

132

Глава 4. Функционально-системный подход как междисциплинарная ...

Эффективность применения авторского функционально-системного подхода, в том числе его категориального аппарата, была показана нами

вряде работ при анализе психологической природы вербального воображения как социокультурного образования, что позволило отнести его к искусственным системам. Считаем возможным отметить, что данная проблема в психологии познавательных процессов не получала четкого ответа на протяжении всей истории психологии воображения, и предложенный подход может служить основанием для разработки теоретикометодологических основ вербального воображения личности.

Анализ возможности применения функционально-системного подхода, разработанного для анализа развития искусственных систем, как междисциплинарной методологии в психологии, позволил:

—  обосновать возможность его применения к анализу развития и функционирования психических функций как искусственных систем;

—  разработать схему анализа возникновения и развития искусственной системы;

—  уточнить содержание понятия системного подхода, в том числе «системообразующая функция» как комплекс действий, которые создают из отдельных элементов систему, обладающую необходимым системным свойством и обеспечивающую достижение системного эффекта (результата);

—  ввести понятие метасистемная функция — психическая функция, выполняющая управленческо-контролирующие действия при создании искусственной системы как во внешней среде, так и во внутреннем мире субъекта.

Вцелом результаты применения функционально-системного подхода

впроведенных исследованиях дают основание рассматривать возможности предложенного нами подхода как универсального методологического инструмента для анализа и поиска решения проблем в социально-пси- хологических науках.

133

Раздел 2. Методологические основы исследования воображения личности

4.3. Метакогнитивные процессы в контексте функционально-системного подхода

Проблемы невозможно решить, находясь на том же уровне мышления, на котором ты создал их.

А. Эйнштейн

4.3.1. Метакогнитивные процессы в структуре управления познанием

На протяжении истории развития психологии познавательных процессов в ХХ ст. психологи в явном и неявном виде ставили проблему управления этими процессами.

Проблема управления в любой сфере деятельности связана с выбором необходимых параметров, характеризующих процесс, и контролем их функционирования. При этом хорошо известная в технике проблема точности измерения параметров протекания любого процесса упирается в диалектическое противоречие: чтобы измерить эти параметры, прибор должен быть включен в данный процесс, но включение прибора как постороннего элемента искажает фактические (действительные) параметры измеряемых величин. Иначе говоря, прибор должен быть элементом системы, чтобы измерять — и не должен быть, чтобы не искажать процесс.

В психологии это противоречие имплицитно проявляется уже в конце ХIХ — начале ХХ веков в дискуссиях о том, чем, как и в каких единицах измерять «душу», ее происхождение, развитие и состояние. Так, В. Вундт в своей работе «Фантазия как основа искусства», обсуждая точки зрения исследователей на иерархию психических функций, приходит к выводу: «Следствием этого является замечательное противоречие: тогда как «психология способностей» Вольфа видит в воображении низшую, а в памяти высшую ступень душевных функций, современные философы и психологи склонны принять как раз обратное» (Вундт, 1914, с. 2). С точки зрения функционально-системного подхода — уже тогда ученые расходились во мнениях, на каком уровне находится каждая функция: что — система, а что — подсистема.

134

Глава 4. Функционально-системный подход как междисциплинарная ...

Т. Рибо, соглашаясь с мнением современных ему психологов, что функция творческого воображения — создавать новые образы и сравнивая механизмы действия воли и воображения, делает вывод: если воля управляет движениями, то, по аналогии, и «воображение» должно управлять психическими элементами для создания нового образа (Рибо, 1901, с. 4), но механизмы этого управления «внутри психики» объяснить не может.

К выводу о невозможности анализа сознания изнутри при разработке теории установки приходит Д. Н. Узнадзе и видит возможность выхода из этого противоречия в необходимости найти такую схему анализа, которая сама бы не принадлежала к категории явлений сознания (Узнадзе, 2001).

Понимание, что психика в целом, сознание и бессознательное в частности представляют собой возникшие в ходе приспособления к миру

функциональные органы деятельности субъекта, поэтому изучать закономерности психических явлений вне деятельности нет смысла, с первой половины ХХ ст. стало в психологии основополагающей концепцией для исследований: «Всякая целесообразная деятельность (выд. мной — Л. Ш.) предполагает факт отбора действующих на субъекта агентов, концентрацию соответствующей психической энергии на них и достаточно ясного отражения их в психике», считает Д. Н. Узнадзе (Узнадзе, 2001, С.85).

Не может выйти за пределы «мира психических явлений» и при этом анализировать психику М. С. Роговин, разрабатывая структурно-уровне- вые теории в психологии: «Структурно-уровневый подход отрицает, что весь психический мир человека состоит из относительно самостоятельных по своим функциям процессов (восприятия, мышления, памяти, эмоций), но при этом включает их в себя в виде частных подходов» (Роговин, 1977).

Описывая мыслительные операции, С. Л. Рубинштейн рассматривает их не как самостоятельные умственные действия, а как различные стороны «опосредования» — основной операции мышления, выявляющей существенные объективные связи и отношения, между которыми существуют отношения координации (Рубинштейн, 1989). Но процесс координации связей и отношений предусматривает их оценку, что требует проведения таких операций, как анализ и синтез на различных уровнях.

Опираясь на концепцию теории установки Д. Н. Узнадзе и теории деятельности Л. С. Выготского, А. Н. Леонтьева и А. Р. Лурия, уже в конце ХХ века к аналогичному выводу о невозможности анализировать психику без наличия соответствующей «единицы» и тем самым подтверждая ее

135

Раздел 2. Методологические основы исследования воображения личности

отсутствие, приходит А. Г. Асмолов: «Для того, чтобы изучить мир психических явлений, нужно выйти за их пределы и найти такую единицу анализа психического, которая сама бы к сфере психического не принадлежала» (Асмолов, 2002, с. 395).

На наш взгляд, выявление механизмов произвольной регуляции и звена, которое производит эту регуляцию, наиболее детально провел Ж. Пиаже, исследуя операционный состав мыслительного процесса. И хотя в качестве испытуемых были в основном дети от 5 до 12 лет, уже в 1 главе своей книги «Речь и мышление ребенка» автор подчеркивает, что мыслительные операции у детей и взрослых во многом аналогичны, просто у детей они более характерно выражены и потому легче поддаются изучению (Пиаже, 2008).

Рассмотрим кратко основные результаты этих исследований с позиций развития функции управления когнитивными процессами.

Мышление Пиаже определяет как процесс непрерывно совершающегося обратимого перевода информации с языка образов на психолингвистический, символически операторный язык, представленный речевыми сигналами. В результате такого процесса появляется мысль, а сам «перевод информации» обеспечивает нам феномен понимания.

К числу основных мыслительных операций, участвующих в поэтапном решении задачи, Пиаже отнес сравнение, анализ, синтез, абстракцию, обобщение (для выделения общих признаков) и конкретизацию — операцию, обратную по отношению к абстрагирующему обобщению, которая реализует возврат к специфичности осмысливаемого объекта.

Результаты исследований привели Пиаже к выводу, что возможность произвольной регуляции определяется такой характеристикой мыслительного процесса, как обратимость: «Для того, чтобы перейти от действия к операции, — пишет Ж. Пиаже, — необходимо, чтобы

действие стало обратимым». Под обратимой, в смысле строго психологическом, Пиаже понимает такую умственную операцию, «когда, исходя

из результата этой операции, можно найти операцию, симметричную по

отношению к первой, и когда она приводит к данным этой первой операции, не видоизменяя их» (Пиаже, 2008, §4). А поскольку обратимые операции лишены противоречия, появляется возможность выстроить логическую цепочку рассуждения и тем самым понять структуру процесса мышления.

В качестве примера таких операций Пиаже приводит операции математической логики. Чтобы мыслительные операции стали обратимыми (то есть, чтобы мы могли восстановить их ход от начала к концу), они

136

Глава 4. Функционально-системный подход как междисциплинарная ...

должны быть прежде всего целенаправленными (алгоритмизированными! — Л. Ш.) на поиск определенного решения конкретной задачи.

Обратимость мыслительных операций формируется в результате взаимодействия имитации и ассимиляции действительности организмом или

мыслью. «Имитация действительности состоит в воспроизведении (сначала при помощи жестов, а потом путем воображения) внешних движений, к каким организм принужден приноравливаться, а затем последовательности вообще или частной последовательности событий и явлений. Имита-

ция — это потребность моего «Я» постоянно воспроизводить (для того чтобы адаптироваться) историю вещей, причем неважно, будет ли это воспроизве-

дение телесным или умственным. А вот мысль, поскольку она является органом подражания, не имеет еще ничего обратимого» (Пиаже, 2008, § 4).

Устойчивость суждений, обнаруженных мыслью, обеспечивает ассимиляция: «Психологически, как и биологически, ассимилировать — значит

воспроизводить себя самого при помощи внешнего мира, иначе говоря, на-

столько преобразить восприятия, чтобы сделать их идентичными своей собственной мысли, то есть предшествующим схемам. Ассимилировать — значит сохранять и в известном смысле отождествлять» (Пиаже, 2008, § 4).

При этом Пиаже обращает внимание на возникающую проблему: для имитации новой деятельности необходимо разрушить стереотипы прежней деятельности. Аналогично — с ассимиляцией: чтобы «присвоить» новые способы деятельности, нужно отказаться от старых. И формулирует четкое противоречие: «поскольку имитация и ассимиляция антагони-

стичны, имеется необратимость мысли, а поскольку между этими двумя тен-

денциями устанавливается гармония, имеется обратимость».

Способ разрешения этого противоречия и, тем самым, устранения конфликта между имитацией и ассимиляцией позволит нам получить

психологическое представление о логической структуре мысли, считает Пиаже. Для этого необходимо, чтобы мыслительные операции стали обратимыми, чтобы имитация и ассимиляция от конфронтации перешли к сотрудничеству: «Нужно, чтобы ассимиляция и имитация находились в со-

трудничестве, вместо того чтобы дергать мысль в разные стороны, как это бывает на начальных стадиях». По сути Пиаже, не называя прямо закона диалектики о единстве и борьбе противоположностей, показывает, что

«имитация и ассимиляция спонтанно влекут друг друга с самого начала своего функционирования. Действительно, для мысли невозможно ассимилировать что-либо без некоего фактора различия, который сохранял бы в известной мере отличия ассимилируемых предметов, иначе говоря — без определенной имитации, и невозможно имитировать новое явление, не

137

Раздел 2. Методологические основы исследования воображения личности

создавая в себе самим этим фактом процесса, стремящегося продолжаться непрерывно и воспроизводить сколько-то раз образ этого явления, который перестает быть новым и входит в область ассимилированных предметов» (Пиаже, 2008, § 4).

Непрерывное воспроизводство образов, по Пиаже, и переход действительной обратимости в социализированные мысли происходит тогда, когда социальные факторы присоединяются к факторам биологическим и под действием точных и сознательных суждений об оценке явления переводят солидарность из механической в логическую или моральную.

Подводя итоги исследования, описанного в «§4. Психологический эквивалент непротиворечивости и понятие об умственной обратимости»,

Пиаже делает вывод: «Социальная жизнь, развивая одновременно взаим-

ность отношений и сознание необходимых связей, отнимает у ассимиляции и у имитирования их антагонистический характер и делает их взаимно зависимыми. Социальная жизнь, стало быть, содействует тому, чтобы сделать

умственные процессы обратимыми и вызвать этим появление логического рассуждения» (Пиаже, 2008, §4).

Как видно из сказанного выше, описывая процесс спонтанного влечения противоречивых операций к сотрудничеству, Пиаже выделяет те факторы, которые делают возможным появление мысли. Это, прежде всего, социальный фактор, связывающий человека с внешним миром и создающий потребность в освоении и присвоении новых знаний и навыков, фактор различия, обеспечивающий возможность отличать ассимилируемые предметы от известных, и фактор воспроизводства их образов в процессе ассимиляции.

В контексте функционально-системного подхода мы можем интерпретировать результаты, полученные Ж. Пиаже, и сделать на их основе такие выводы:

1.Мышление как высшая психическая функция есть система искусственная, развивающаяся под влиянием внешних факторов как следствие потребности человека осваивать и присваивать новые знания и навыки.

2.Развитие мышления происходит как способность управлять познавательными процессами через преодоление противоречий, с которыми сталкивается субъект, взаимодействуя с внешней средой, и соответствует законам развития искусственных систем (Меерович, 2004; Меерович, Шрагина, 2016).

3.Сам процесс развития мышления происходит на основе непрерывного создания образов и их одновременной оценки с целью выявления

138

Глава 4. Функционально-системный подход как междисциплинарная ...

различий (и/или разрешения противоречий) между свойствами, имеющимися в опыте человека, и свойствами новых объектов и явлений — до достижения им понимания и усвоения нового.

4. Процессы регулирования на основе оценки и выявления различия, которые можно рассматривать как рефлексивные процессы, требуют участия как надсистемных, так и подсистемных психических операций.

В соответствии с законами развития искусственных систем, одно из направлений развития системы — это повышение уровня ее управляемости (Меерович, 2004; Меерович, Шрагина, 2016). Как показывает проведенный литературный анализ, идея о наличии в психике процесса, управляющего когнитивными процессами, более-менее явно в различных вариантах присутствует в работах всех исследователей. Опираясь на работы Ж. Пиаже, эту способность психики человека контролировать выполняемые им познавательные процессы и таким образом управлять своей познавательной деятельностью, находиться над процессом, «вне его» (meta), наиболее четко сформулировал Дж. Флэйвелл, определив как метапознание (metacognition) — «познание о познании». В дальнейшем Флэйвелл выделил четыре компонента метапознания как четыре метакогнитивных процесса: метакогнитивные знания (metacognitive knowledge), метакогнитивный опыт (metacognitive experiences), задачи или цели (tasks or goals) и стратегии или действия (strategies or activities) (Flavell, 1976).

Метакогнитивные знания Флэйвелл относит к познавательной деятельности (ее целям, задачам и действиям) и знания о собственных индивидуальных особенностях восприятия, памяти, решения задач. Метакогнитивные опыты — это любые сознательные опыты, относящиеся к интеллектуальному процессу. Метакогнитивные знания и опыт обеспечивают способность субъекта интроспективно просматривать и отслеживать ход своей интеллектуальной деятельности. Метакогнитивные цели и страте-

гии — это процессы, которые направлены на контроль и регуляцию познания.

В этом заключается их отличие от когнитивных процессов, которые, по мнению Флэйвелла, призваны осуществлять познавательный процесс. Эти разработки послужили началом изучения метакогнитивных процессов и стали предметом исследования нового направления, получившего название «метакогнитивная психология» (Flavell, 1976).

Позиция Дж. Флэйвелла в вопросе о содержании метапознания вызвала большой интерес и получила в конце прошлого столетия развитие в теоретических и экспериментальных работах многих западных исследователей. Так, С. Тэйлор (Taylor S., 2002) определяет метапознание как знание

139

Раздел 2. Методологические основы исследования воображения личности

о том, как применить свои знания эффективно и надежно (Taylor, 2002). А. Браун (Brown A., 1987) определяет метакогнитивные процессы как процессы, контролирующие и регулирующие обучение, они состоят из планирования и контроля результатов познавательной деятельности (Brown, 1987). Р. Клюве (Kluwe R., 1987) выделил два вида метакогнитивных процессов, которые при поиске решения задачи контролируют и регулируют последовательность действий и ожидаемый результат (Kluwe, 1987).

Всвоей работе Д. Ридли, П. Шетц, Р. Гланц и С. Вайнштейн (Ridley D., Schuts P., Glanz R., Weinstein C.) определяют метакогниции как процесс использования рефлексии для сознательного изучения своего мышления, осознания собственных стратегий мыслительной деятельности. Они включают в себя планирование, выбор стратегий деятельности и мониторинг познавательной деятельности (Ridley, Schuts, Glanz, Weinstein, 1992).

Ввосточноевропейской литературе метакогнитивные процессы конкретизированы в таких понятиях, как «мышление о мышлении» (метамышление), «память о памяти» (метапамять), «вторичное внимание», «метакогнитивный мониторинг» и традиционно определяются как рефлексивные процессы и феномены, обеспечивающие способности к самоорганизации, включающие контроль над внешним взаимодействием с окружающей средой, и внутренний — над познавательной деятельностью (Карпов, 2007). К метакогнитивным способностям относит М. А. Холодная когнитивные стили, которые, по результатам ее исследований, отвечают за контроль процессов переработки информации и интеллектуальной саморегуляции (Холодная, 2004).

4.3.2. Метасистемный подход и метакогнитивные процессы

Используя идеи Флэйвелла о метакогнитивных процессах и понятие «метасистемный уровень», предложенный (но без четкого определения) еще Л. Берталанфи в работах по общей теории систем (Берталанфи, 1969), А. В. Карпов, развивая системный подход как методологию психологии, сформулировал концепцию структурно-уровневой организации системы психических процессов, которая включает процессуальные образования, несводимые к традиционно выделяемым классам психических процессов (Карпов, 2004, 2015).

По мнению А. В. Карпова, «в самом содержании систем (в том числе и психики), может существовать такой уровень, который одновременно яв-

140