Одинокому везде пустыня. Часть I-IV

В А Ц Л А В М И Х А Л Ь С К И Й

человек, оказывается, так устроен, что способен превозмочь нечеловеческое. Ни свыкнуться, ни смириться с этим нельзя, но ты понимаешь, что ты должен это делать, потому что кроме тебя это не сделает никто. И тогда возникает «запредель! ное торможение»1 нервной системы – ты видишь, осязаешь, обоняешь, осознаешь, но не восприни! маешь всю полноту отрицательных эмоций. Зап! редельное торможение наступило, и ты живешь и действуешь за этим прозрачным щитом, за пре! делом человеческих возможностей.

Так и летели дни и ночи… 3 августа 1942 года, день в день через де!

вять месяцев, у Карена!маленького и хохотушки Нади родился сын Артем, и все они как бы очну! лись и снова собрались дома у Сашеньки и Анны Карповны отметить это событие.

III

Когда в пристройку к кочегарке ввалились молодые радостные Карен, Марк, Сашенька и Надя с младенцем на руках, у Анны Карповны уже был накрыт стол. Даже более богатый, чем в день свадь! бы, на этот раз позаботился о продуктах лично за! меститель начальника госпиталя по тылу Ираклий Соломонович Горшков. Про него не зря ходила бай! ка: «Что ему недоставало, он тотчас же доставал, – самый лучший доставала из московских доставал». Секрет данного успеха был в том, что к тому вре! мени Марк уже переквалифицировался из обычно! го дантиста в челюстно!лицевого хирурга и достиг

миком А.А.Ухтомским (1875–1942).

14

О Д И Н О К О М У В Е З Д Е П У С Т Ы Н Я

на этом новом для него поприще удивительных успехов, он еще не был лучшим в госпитале, но дело к этому шло. А что касается Ираклия Соло! моновича Горшкова, то ему Марк привел в боевое состояние обе челюсти, и тот не знал, как его от! благодарить, отсюда и продукты на столе: и сухая колбаса, о которой все собравшиеся думали, что ее давно уже нет в природе, и шпроты, и канад! ская белейшая мука для пышек, и даже бутылка шампанского, Бог весть из каких запасников.

–Та како воно манэсэнько! Ой, хлопчик гарний! Ой, гарний! – затютюкала над маленьким Анна Карповна, и тут же они с Надей положили его на кровать и стали менять пеленки. Младенец обкакался, и это было громогласно признано все! ми как добрый знак, а точнее, намек на будущее богатство.

–Богатый будет! – первым сказал Марк, ко! торый всегда старался сказать первым, и все под! хватили:

–Богатый! Уй, богатый!

И тут же рассмеялись: откуда у человека взяться богатству при советской власти? Хотя ошиблись. Артему Кареновичу действительно предстояло богатство, притом настоящее: со сче! тами в иностранных банках, с большим загород! ным домом в ближнем Подмосковье, с телохрани! телями, с челядью и т.д. и т.п. Но разве тогда хоть кто!нибудь мог это вообразить? Нет, конечно, не мог… Но до этой превратности в судьбе Артема Кареновича было еще полвека с маленьким гаком. А пока будущего буржуя помыли, запеленали и взя! ли за стол на первое в его жизни пиршество. На руках у Анны Карповны он вел себя вполне при!

15

В А Ц Л А В М И Х А Л Ь С К И Й

лично – уснул после первого же тоста в его честь

ине просыпался во время всего застолья.

–Тетя Аня, – сказала Надя, – вы прямо сек! рет какой!то знаете. Как это он у вас вдруг уснул?

Анна Карповна улыбалась и кивала голо! вой – она ведь не говорила по!русски.

Всем было хорошо. Карен гордился тем, что у него родился продолжатель рода. Марк был рад тому, что есть возможность посидеть рядом с Сашенькой, – он все так же неустанно оказывал ей знаки внимания и все так же не имел ни малей! шего успеха. Надя светилась от счастья: у нее и муж, и сын, и все, слава Богу, идет нормально, даже обещали дать комнату, а пока они жили по разным общежитиям – Карен в мужском, а она, Надя, в женском. Но Ираклий Соломонович Гор! шков вчера сказал: «Я буду не я, если я эту комна! ту для вас не вицыплю!» Теперь они верили, жда! ли, Ираклий Соломонович слов на ветер не бро! сал. Надя похудела и похорошела, с материнством она даже как бы вдруг поумнела, а может быть, просто стала меньше тараторить по любому по! воду, и все сочли это поумнением. Сашенька тоже сияла от счастья и была вся напряжена, видимо, от какой!то одной ей известной тайны.

На скрипке на этот раз не играли, времени на гулянку было отпущено всего четыре часа. А по! том Карен и Марк заступали на дежурство, каждый в своем отделении. У Сашеньки и Анны Карповны было что!то наподобие выходного дня и полной свободной ночи – такое выпадало примерно раз в три!четыре недели. У Нади была в запасе уйма вре! мени, может, неделя, а то и все две! Чего в обще! житии сидеть? А как будет с малышом, Бог его зна!

16

О Д И Н О К О М У В Е З Д Е П У С Т Ы Н Я

ет. Как!нибудь все устроится, девчонки помогут, Ка! рен поможет, Анна Карповна, – все помогут, тут даже и говорить никому ничего не надо.

Ни о войне, ни о работе в госпитале за сто! лом не говорили. Только Надя вспомнила про пса Хлопчика и про кошек: Тусю, Мусю, Марысю и Панночку, которые несмотря на войну прекрасно жили в «затишке» при посудомойке. Котят разби! рали теперь не так охотно, как до войны, поэто! му их скопилось за последнее время довольно мно! го. Старшие кошки не давали особой воли своим отпрыскам и драли их беспощадно, а подросших котов вообще изгоняли за больничный забор. Ис! ключение было сделано только для некоего Мур! зика, сына Панночки, который вошел в такое до! верие к Хлопчику, что спал вместе с ним в его буд! ке, ловил на нем блох и еще исполнял такой цирковой номер, на который сбегалось посмот! реть полгоспиталя, фактически, все ходячие: ни мало, ни много Мурзик засовывал свою буйную голову в огромную широко раззявленную пасть Хлопчика, и так они замирали на десять!дведцать секунд – такая у них была игра на доверие.

Застолье пролетело как одна минута.

–Ого! – взглянул на свои наручные часы Марк, – пора бежать. – Но не встал из!за стола, а налил себе и Карену спирту и сказал: – Извините, что молчал. Ну, в общем, так получилось, добился я, наконец… послезавтра ухожу в действующую ар! мию. Давай, Карен, выпьем на дорожку.

Мужчины чокнулись, выпили.

–Да, – сказал Карен, – на госпитал разна! рядк пришел, я знай. Шест человек разнорядк. Кто точно, я не знай.

17

В А Ц Л А В М И Х А Л Ь С К И Й

Сашенька побледнела. Марк благодарно улыбнулся ей, потому что подумал, что это она по! бледнела из!за него. Анна Карповна перепелены! вала на кровати маленького и не видела этой сцен! ки, и еще они о чем!то шептались с Надей. Надя по!русски, Анна Карповна по!украински, но, види! мо, они достаточно хорошо понимали друг друга, языки!то родственные.

Мужчины простились и ушли, а женщины остались помыть посуду и почаевничать. День сто! ял жаркий, томительный, а здесь, в пристройке к кочегарке с ее толстенными стенами было впол! не сносно, так что малыш спал в свое удоволь! ствие. Попили чайку с сахарином, потом Надя вдруг сказала, пряча глаза:

–Сашуль, ты отдохни, а мы тут с тетей Аней сходим по моим делам.

–Ради Бога, – пожала плечами Сашенька, – не бойся, я за ним присмотрю.

–Да мы его тоже возьмем, – сказала Надя.

–А его зачем? Ма, зачем вы в такую духоту берете Артема?

Но Анна Карповна в этот момент уже выхо! дила из двери и сделала вид, что не услышала Са! шеньку.

Надя подхватила на руки малыша и выбе! жала вслед за Анной Карповной.

Сашенька сразу смекнула, что от нее хотят скрыть что!то очень важное. Она чуточку приот! крыла дверь и проследила в щелочку, как ее мать

иНадя с младенцем торопливо пересекли их ши! рокий двор и скрылись за углом. Недолго думая, Сашенька пустилась за ними следом, она пошла им наперерез через проходной подъезд, и скоро

18

О Д И Н О К О М У В Е З Д Е П У С Т Ы Н Я

они попали в поле ее зрения. Куда они шли, пока было не ясно. «Ну, что ж, – решила Сашенька, – куда они – туда и я». Минут через десять стало по! нятно, что направляются беглянки прямиком к Елоховскому собору. Собор действовал. Нужно сказать, что с войной позиция власть придержа! щих в отношении верующих заметно смягчилась. И это было понятно: чтобы удержать дух народа на высоте, годилось все, и в первую голову, ста! рые средства, испытанные веками.

Анна Карповна и Надя с младенцем напра! вились к черному ходу собора. Сашенька тоже зна! ла здесь каждый уголок и ей не составило труда прокрасться за ними следом и пока не выдавать себя. В храме было пусто и полутемно, особенно со света, но через минуту!другую Сашенька при! смотрелась: Надя с младенцем на руках приткну! лась в темном углу и зверовато озиралась по сто! ронам – было сразу понятно, что не только в этом соборе, а вообще в церкви она в первый раз в жиз! ни. Анны Карповны не было видно, значит, она скрылась где!то в боковой двери, наверняка, ищет батюшку. Зачем? Теперь!то понятно. «Значит, ма! ленькому Артему предуготована участь крестить! ся в той же купели, что и Пушкину? – подумала Са! шенька. – Что ж, быть тогда мне крестной мате! рью!»

Скоро появился низкорослый батюшка в темной рясе, а за ним Анна Карповна – по всему было видно, что они успели договориться.

– Ну, шо, молодайка, – весело обратилась Анна Карповна к Наде, – пан отець згоден1.

1батюшка согласен (укр. разг.)

19

ВА Ц Л А В М И Х А Л Ь С К И Й

Иони деловито направились к купели, и Надя с младенцем на руках поспешила за ними.

– А что армяненок, то не беда, – степенно говорил пожилой грузный батюшка, лица которо! го Сашеньке не было видно. – Я и китайчонка, было дело, крестил, а армяненок – это тебе не штука, ар! мяны они почти православные, а этот по матери тем более русак. Крещеного Бог лучше сохранит.

Ачто армяненок, ничего, война и не такое спишет. По!моему, там воды нету, – заглянув в купель, доба! вил батюшка, – надо принести со двора, если под! качать колонку, то, может, и набежит ведерко.

Анна Карповна взяла от купели два пустых ведра и быстро пошла знакомой ей дорогой на вы! ход. А как только она вышла, тут!то Сашенька и вы! дала себя, неловко переступив с ноги на ногу. Реак! ция у батюшки была мгновенной, только за писто! лет не схватился:

– А вы как здесь, гражданка?

– Саня, ты что, тебе нельзя, – испуганно за! шептала Наденька, – тебя накажут, ты что!

– А тебя? – усмехнулась Сашенька.

– Да я за ради Артемки на все готова! – вдруг горячо сказала Надя, сказала тоном совершенно на нее не похожим, неслыханным от нее доселе.

– Я дочь Анны Карповны, – обратилась Са! шенька к батюшке.

– А!а, другое дело… а вы, барышня, сами крещеная?

– Да, я крещеная. И сейчас хочу быть крес! тной матерью этому мальчику Артему.

Анна Карповна принесла полные до краев ведра воды и сделала вид, что совсем не удивилась Сашеньке. Она слышала последние слова Сашень!

20

О Д И Н О К О М У В Е З Д Е П У С Т Ы Н Я

ки, они ее не смутили, а только порадовали – в конце концов, будь, что будет! Сколько можно все это терпеть, молчать, таиться. Тем более не дело играть в дурика в храме Божьем!

Младенец крестился вполне благополучно и радостно, он даже не заплакал – имя ему было дано Артемий, а крестной матерью записана Алек! сандра Галушко.

Анна Карповна передала батюшке и тот по! весил на шею новокрещеному легонький оловян! ный крестик.

Из церкви Надя с Артемом побежала в об! щежитие, пришла пора сцеживать молоко, а Анна Карповна и Сашенька пошли вечереющими улоч! ками Москвы к себе домой. Улочки были тихи и безлюдны, жара спала, они шагали не спеша и го! ворили между собой по!русски.

–Теперь тебя затаскают, – сказала мать.

–А как они узнают?

–Это элементарно. У них все на контроле.

–Не успеют, – жестко сказала Сашенька. – Ма, ты прости, что я до сих пор молчала, но я как и Марк…

–Понятно, – сказала мать после долгой па! узы, – и что, в одну часть?

–Вряд ли. – Сашенька улыбнулась. – Какой он все!таки нудный…

–Просто у тебя другой на уме. Что о нем слышно?

–Софья Абрамовна говорит, что он на пе! редовой, а где, она толком не знает, говорит – глав! ный хирург, а чего, тоже толком не знает – то ли госпиталя, то ли целой бригады или армии, гово! рит, семья за него хорошо получает.

21

ВА Ц Л А В М И Х А Л Ь С К И Й

–Слава Богу! Хирург он, конечно, отмен! ный, а что за человек, не знаю…И когда ты ухо! дишь?

–Послезавтра с вещами, а куда, не знаю.

–Что ж, – сказала Анна Карповна, – дело военное, рассуждать тут не о чем. А, может, оно и

клучшему – развеешься, встретишь кого…

–Мне никто не нужен.

–Нужен не нужен – жизнь подскажет. Толь! ко еще раз прошу тебя – не пей на фронте!

–Да ты что, ма! Ты что?

–Саша, не будь наивной. Разве ты не ви! дишь, сколько пьют у нас в госпитале? А это еще не фронт, не ад, это только предбанник ада. И пьют не от распущенности, а от страха, от жизни, от смерти чужой заслоняются, от боли. И женщины многие попивают, а для них это дорога в бездну. Женский алкоголизм безвозвратен, его не лечат.

–Ма, ну я ведь тебе обещала? Я же покля!

лась!

–Ой, смотри, смотри, доченька, благими намерениями дорога в ад вымощена.

–Ма, ну я поклялась, сколько можно!

–Ладно. Больше не буду об этом. Немец рвет! ся к Волге, сегодня утром я слушала – идут бои под

Сталинградом. Наверное, туда вас и бросят. Там все главное только и начинается, помяни мое слово1.

противник потеснил ослабленные в предыдущих боях части Юго! Западного фронта и к 15 июля овладел Богучаром и Миллеровым. В районе большой излучины Дона враг был временно задержан резервными войсками, выдвинутыми Ставкой Верховного Глав! нокомандующего для прикрытия Сталинграда. С 17 июля нача! лась борьба на дальних подступах к Сталинграду. Сталинградская битва была развязана.

22

О Д И Н О К О М У В Е З Д Е П У С Т Ы Н Я

–Ма, а как ты разбираешься в стратегии, откуда у тебя это?

–Не знаю, – засмеялась мама, – у нас ведь род армейский да флотский. Чего тут разбирать! ся – если немец возьмет Сталинград, будет очень плохо, – бакинская нефть, Кавказ, – все будет от! резано.

–Ма, а какую роль в нашей жизни сыграл папин денщик Сидор Галушко?

–Большую. Потом как!нибудь расскажу, это отдельная история.

–Когда же, потом, я ведь на фронт ухожу?

–А вот придешь с фронта, я и расскажу, – нежно глядя на дочь, улыбнулась Анна Карповна.

–Ма, а мы победим?

–Непременно.

–Ма, а хороший был человек этот Сидор Галушко или очень хороший?

–Неплохой.

Мама явно уходила от разговора, и Сашень! ка настояла на его продолжении.

–А хоть фамилию его носить не стыдно?

–Раз мы столько лет носим, значит, не стыдно. Что, графская кровь заговорила? – усмех! нулась мама.

–Да, – засмеялась Сашенька, – получается, что так… Раньше мне до того не нравилась наша фамилия, что я ее, ух, как не любила! А теперь, когда знаю, что есть и другая, настоящая, я вроде бы смирилась.

–Ну да, – сказала весело мама, – это когда у тебя в гардеробе висит хороший костюм, то мож! но поносить и плохонький, притом совершенно спокойно. Так человек устроен – ему главное знать,

23