Методология анализа метаморфозов социально-исторического процесса. Монография

Таким образом, литературная окрашенность нашего исторического самосознания выступает объективной мыслительной формой, выражающей особенности становления и развития русской истории. Классическая русская литература является вторичным образованием общественного сознания, придающим всеобщность и завершенность этой своеобразной «литературности» восприятия самой исторической жизни. Такое кажущееся доминирование литературности над историчностью в самосознании на самом деле выражает специфичное для России стремление постичь историю не столько логически («умом Россию не понять»), сколько, прежде всего, символически; или, как выражался П. А. Флоренский, дать «символическое знаменование действительности». Таким образом, именно русская литература явилась той формой общественного сознания, которая давала «общее освещение» всем формам сознания сложившейся в XIX веке духовной формации русского общества. Трудность заключается не в том, чтобы установить, что та или иная формация, эпоха, страна выражает себя наиболее полно и адекватно в определенной форме сознания, а в том, чтобы понять, почему именно в этой форме. «Наивная русская душа» именно в своей великой литературе преодолела внутренний разрыв, усиливавшийся и обострявшийся от одной псевдоморфозы к другой. В литературе Россия нашла форму, позволившую ей не только преодолеть исторический невроз, подпитываемый накатывающимися валами «шоковых терапий» псевдоморфозов, но и сохранять обретенное единство исторического самосознания, спокойно и с иронией всматриваясь и находя знакомые черты в ситуациях и исторических типах грядущих «шоковых терапий», несущих душе новые раздвоения и разрывы, когда:

Èотвращение от жизни,

Èк ней безумная любовь,

Èстрасть и ненависть к отчизне¾

Èчерная, земная кровь

Сулит нам, раздувая вены, Все разрушая рубежи, Неслыханные перемены, Невиданные мятежи¾

À. Áëîê. «Возмездие»

141

Если подвести итоги всему сказанному, то, во-первых, следует отметить, что рассмотренная выше диалектическая традиция понимания социально-исторических формообразовательных процессов предполагает, прежде всего, рассмотрение духовных формаций в неразрывном, континуальном единстве с экономическими формациям. Разрыв этих моментов континуума бытие–сознание неизбежно приводит к тому, что духовная формация начинает выступать как квазицелостность, имеющая основание в самой себе. И тогда мы имеем дело с вариантом гегелевского понимания развития сознания из самого себя, посредством рефлексии (неважно, будет ли это рефлексия абсолютной идеи или нашей вечно мятущейся интеллигенции).

Во-вторых, выявленная диалектика формообразования предполагает, что общественно-исторические процессы должны рассматриваться в единстве своих всеобщих и особенных моментов. Поэтому ни для Гегеля, исследовавшего «формации духа», ни для Маркса, изучавшего развитие прежде всего экономических формаций, не было необходимости отделять «формационный подход» от «цивилизационного подхода», а затем объединять их в «формационно-цивилизационном подходе», пополняя тем самым философскую коллекцию кентавров рассудочного мышления (бисоциальная сущность человека, гносеологически-социологический подход к изучению сознания и т. п.). Диалектика как форма разумного мышления по определению предполагает мыслить любой развивающийся предмет в единстве его всеобщих и особенных моментов. Очень показателен в этом смысле опыт Мишеля Фуко. Исследуя развитие дискурсов и обнаружив недостаточность понятия «структура» как инструмента исторического познания, он вводит, не без влияния Маркса, понятие «дискурсивная формация». При- чем для рассмотрения диалектики взаимодействия «дискурсивных формаций» и «дискурсивных практик» Фуко не нужно выделять «формационный» и «цивилизационный» аспекты или подходы к проблеме, поскольку он не сочиняет исторические схемы для всех времен и народов, наподобие известной «пятичленки» схоластического марксизма, а, подобно Марксу, исследует духовную жизнь конкретных исторических эпох, возникающих в результате «разрывов» в общественном развитии.

142

Совершенно очевидно, что «первоначальный смысл» понятия «форма общественного сознания» у Маркса и Энгельса не сводится к значению термина «для обозначения» «самого факта» структурности общественного сознания. Напротив, в этом понятии представлена вся марксова диалектика категории «форма», диалектика, которую он развил в «Капитале». Нельзя не согласиться с тем, что «опыт “Капитала” является лучшим аргументом против довольно распространенной манеры искать объяснения тех или иных особенностей общественного сознания, его структуры, относительной самостоятельности и т. д. в некоем абстрактном общественном бытии вообще, а не в данном способе материального производства. Вместе малоплодотворного соотнесения некоего общественного сознания и общественного бытия вообще, в надежде получить универсальные законы их взаимодействия (на самом деле таким образом можно в лучшем случае лишь еще раз пересказать открытые принципиально иным методом законы), опыт “Капитала” ориентирует на конкретно-исторические исследования и выведение структуры общественного сознания, закономерностей его функционирования

èразвития из исторически определенного общественного бытия людей» [34, с. 67].

Поскольку саму форму сознания это понятие рассматривает исторически, во всех ее метаморфозах, то оно предполагает изу- чение конкретного материала. Без изучения реальной истории мышления это понятие «выдыхается». В таком случае, задача заключается не в том, чтобы, исходя из современного общественного сознания, существующего в развитых, «ослепительных» формах, проецировать эти формы на всю предшествующую историю, везде отыскивая только их, а в том, чтобы понять эти формы как результат исторических переворотов, «разрывов» (Фуко) обусловивших метаморфозы мыслительного материала прошлого. Поэтому «всю историю надо изучить заново, надо исследовать в деталях условия существования различных общественных формаций, прежде чем пытаться вывести из них соответствующие им политические, частноправовые, эстетические, философские, религиозные и т. п. воззрения» [82, с. 371].

Ñточки зрения выявленной диалектики формы сознания ясно, что в истории общественного сознания существовало вовсе не шесть

èне семь форм, как это до сих пор изображают наши учебники.

143

Если диалектическому идеалисту Гегелю удалось уместить формы сознания на 434 страницах своей «Феноменологии духа», то нам порою хватает для этого одной главы учебника. Неискушенный взгляд, пожалуй, усмотрит в такой лаконичности преимущество материализма перед идеализмом. Однако это не лучший способ демонстрировать такое преимущество. В данном случае «Феноменология духа» как раз является примером «умного идеализма». Ведь диалектическое понимание категории «форма» позволило Гегелю на феноменологическом уровне зафиксировать идеальное и в формах человеческой субъективности (субъективный дух), и в формах объективной идеальности вещей (объективный дух), и в формах абсолютного духа, духа «в себе и для себя», когда идеальное превращается в особый предмет и начинается производство идеального. «Он не довольствовался простой регистрацией мысленных вещей, он пытался изобразить и акт их производства», – оценивал Маркс заслуги Гегеля [49, с. 16]. Отсюда гибкость и многозначность гегелевского понятия «форма сознания», другое дело, что, зафиксировав метаморфозы идеального, он одновременно мистифицировал само идеальное.

Понятие «форма общественного сознания», выработанное в результате переосмыслении достижений «умного идеализма» на основании материалистического понимания истории, как раз и ориентирует на познание всего многообразия исторических форм общественного сознания. Поэтому в заключении лучше всего привести высказывание Маркса, которое прекрасно резюмирует рассмотренную диалектику развития духовной формации. «Чтобы исследовать связь между духовным и материальным производством, прежде всего необходимо рассматривать само это материальное производство не как всеобщую категорию, в определенной исторической форме. Так, например, капиталистическому способу производства соответствует другой вид духовного производства, чем средневековому способу производства, если само материальное производство не брать в его специфической исторической форме, то невозможно понять характерные особенности соответствующего ему духовного производства и взаимодействия обоих. Дальше пошлостей тогда не уйдешь» [42, с. 279]. Лучше не скажешь!

144

Литература

1.Анисов А. М. Типы существования // Вопросы философии. 2001. – ¹ 7.

2.Бакулов В. Д. Социокультурные метаморфозы утопизма. – Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 2003. – 352 c.

3.Балашов Л. Е. Мир глазами философа (Категориальная картина мира). – М.: ACADEMIA, 1997.

4.Брюсов В. Я. Избранные сочинения: в 2 т. – М.: Худож. литература, 1955. – Т. 1. – С. 43.

5.Брюханов А. В., Пустовалов Г. Е., Рыдник В. И. Толковый физический словарь. – М: Русский язык, 1987. – 232 c.

6.Вазюлин В. А. Логика «Капитала» К. Маркса. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1968. – 293 c.

7.Васильев С. А. Категории мышления в языке и тексте // Логикогносеологические исследования категориальной структуры мышления. – Киев: Наукова думка, 1980.

8.Взаимодействие форм общественного сознания. – М.: Èçä-âî Ìîñê. óí-òà, 1964. – 311 c.

9.Воробей Ю. Д. О практически-духовной природе художественного творчества // Творчество и социальное познание. – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1982. – С. 228–248.

10.Ãàê Ã. Ì. Учение об общественном сознании в свете теории познания. – М.: Изд-во ВШ и АОН, 1960. – 200 c.

11.Гегель Г. В. Ф. Наука логики: в 3 т. – М.: Мысль, 1970. – Т. 1. – 501 c.

12.Гегель Г. В. Ф. Наука логики: в 3 т. – М.: Мысль, 1970. – Т. 2. – 248 c.

13.Гегель Г. В. Ф. Феноменология духа. Соч. – М.: Изд-во социальноэкономической литературы, 1959. – Т. 4. – 440 с.

14.Грифцова И. Н. Логика как теоретическая и практическая дисциплина. К вопросу о формальной и неформальной логике. – М.: Эдиториал УРСС, 1998.

15.Дел¸з Ж., Гваттари Ф. Анти-Эдип: Капитализм и шизофрения. – Екатеринбург: У-Фактория, 2007. – С. 210.

16.Джонс П. Э. Символы, орудие и идеальное у Ильенкова // Вопросы философии. 2004. – ¹ 3. – С. 85–93.

17.Дмитриев Ю.Я. Учение И. Канта о категориях // Категории. Философский журнал. – М., 1997. – ¹ 1.

18.Дубровин В. Н. Гуманизм и идеалистическая диалектика Гегеля // Проблемы гуманизма в марксистско-ленинской философии. – Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 1977. – С. 92–97.

145

19.Духовное в производстве. Социально-философский аспект проблемы духовной деятельности. – М.: Наука, 1981. – 352 c.

20.Ерыгин А. Н. Восток–Запад–Россия (Становление цивилизационного подхода в исторических исследованиях). – Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 1993. – 120 c.

21.Журавлев В. В. Проблемы духовной жизни общества. – Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 1972. – 144 c.

22.Ильенков Э. В. Диалектическая логика. Очерки истории и теории. – М.: Политиздат, 1974. – 271 c.

23.Ильенков Э. В. Проблема идеального // Вопросы философии. 1979. –

¹6. – Ñ. 128–140.

24.Ильенков Э. В. Проблема идеального // Вопросы философии. 1979. –

¹7. – Ñ. 145–158.

25.Ильенков Э. В. Субстанция // Философская энциклопедия. – М.: Советская энциклопедия, 1970. – Т. 5. – С. 151–154.

26.Каган М. С. Метаморфозы бытия и небытия // Вопросы философии. 2001. – ¹ 6.

27.Калле В. Ж., Ковальаон М. Я. Формы общественного сознания. – М.: Политиздат, 1959. – 263 c.

28.Книгин А. Н. Философские проблемы сознания. – Томск, 1999.

29.Кузьмин В. П. Принцип системности в теории и методологии К. Маркса. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1980. – 312 c.

30.Кутырев В. А. Оправдание бытия¾ // Вопросы философии. 2000. –

¹4.

31.Латур Б. Когда вещи дают сдачи: Возможный вклад «исследований науки» в общественные науки // Вестник МГУ. Сер. «Философия». 2003. – ¹ 3.

32.Лобастов Г. В. К логическим определениям сознания: Э. В. Ильенков и И. Кант // Вопросы философии. 2004. – ¹ 3. С. 56–65.

33.Лосев А. Ф. История античной эстетики: Ранняя классика. – М.: Высшая школа, 1963. – 584 c.

34.Мамалуй А. А. Методология «Капитала» К. Маркса и системное единство диалектического и исторического материализма (опыт постановки и обсуждения вопроса). – Харьков: Изд-во при Харьковском гос. ун-те изд. объединения «Вища школа», 1979. – 174 c.

35.Мамардашвили М. К. Анализ сознания в работах Маркса // Вопросы философии. 1968. – ¹ 6. – С. 14–25.

36.Маньковский Л. А. Теоретико-познавательный характер метода исследования в «Капитале» К. Маркса (о генезисе и диалектическом доказательстве) // Диалектика – теория познания. Историко-фило- софские очерки. – М.: Наука, 1964. – С. 97–131.

146

37.Маркович М. М. К вопросу о специфике отличия искусства и религии как форм отражения предметно-практической деятельности // Некоторые вопросы исследования форм общественного сознания: сборник трудов / ред. коллегия: Ф. И. Гаркавенко. – М., 1973.

38.Маркс К. К критике политической экономии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1959. – Т. 13. – С. 1–167.

39.Маркс К. Капитал. Критика политической экономии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1960. – Т. 23.

40.Маркс К. Критика Готской программы // Маркс К., Энгельс Ф. Со- чинения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1961. – Т. 19. – С. 9–32.

41.Маркс К. Наброски «Гражданской войны во Франции». Первый набросок «Гражданской войны во Франции» // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1960. – Т. 17. – С. 499–577.

42.Маркс К. Теории прибавочной стоимости // Маркс К., Энгельс Ф. Со- чинения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1962. – Т. 26. – Ч. 1. – 476 c.

43.Маркс К. Теории прибавочной стоимости // Маркс К., Энгельс Ф. Со- чинения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1964. – Т. 26. – Ч. 3. – 674 c.

44.Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т. 3 // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1962. – Т. 25. –

×.2.

45.Маркс К. Теории прибавочной стоимости // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1963. – Т. 26. – Ч. 2.

46.Маркс К. Экономические рукописи 1857–1959 годов // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1969. – Т. 46. –

×.I.

47.Маркс К. Экономическо-философские рукописи 1844 года // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1974. – Т. 42. – С. 41–174.

48.Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т. 3 // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1961. – Т. 25. –

×.I.

49.Маркс К., Энгельс Ф. Фейербах. Противоположность материалисти- ческого и идеалистического воззрений. (Новая публикация первой главы «Немецкой идеологии»). – М.: Политиздат, 1966.

50.Маркс К., Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии // Сочи- нения. 2-е изд. – М.: Политиздат, 1955. – Т. 4. – С. 419–459.

51.Марксистско-ленинская философия. Исторический материализм / под ред. А. Д. Макарова и др. – М.: ВШ, 1968. – 367 c.

52.Науменко Л. К. Монизм как принцип диалектической логики. – АлмаАта: Наука, 1968. – 327 c.

53.Ойттинен В. Апории идеального в диалектической концепции Эвальда Ильенкова // Вопросы философии. 2004. – ¹ 3. – С. 94–100.

147

54.Поршнев Б. Ф. Контрсуггестия и история // История и психология. – М.: Наука, 1971. – C. 7–35.

55.Поршнев Б. Ф. О начале человеческой истории (Проблемы палеопсихологии). – М.: Мысль, 1974. – 487 c.

56.Поршнев Б. Ф. Социальная психология и история. 2-е изд. – М.: Наука. – 232 c.

57.Потемкин А. В. О специфике философского знания. – Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 1973. – 188 c.

58.Потемкин А. И. Проблема специфики философии в диатрибической традиции. – Ростов н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 1980. – 160 c.

59.Ðàéë Ã. Категории // Понятие сознания. – М., 2000.

60.Режабек Е. Я. Всеобщий труд в сфере науки // Социальная природа познания: Теоретические предпосылки и проблемы. – М.: Наука, 1979. – С. 55–71.

61.Режабек Е. Я. Категории органической целостности в диалектике Гегеля // Известия СКНЦ ВШ. – Общественные науки. 1981. – ¹ 3.

62.Режабек Е. Я. Особенности органических систем и принцип историзма // Вопросы философии. 1981. – ¹ 5.

63.Режабек Е. Я., Щульман М. М. Категории органической системы и история науки // Актуальные методологические проблемы современной науки: сб. науч. трудов. – Краснодар, 1980.

64.Солодухо Н. М. Бытие и небытие как предельные основания мира // Вопросы философии. 2001. – ¹ 6. – С. 176–185.

65.Солоухин В. Славянская тетрадь. – М.: Советская Россия, 1972. – 384 c.

66.Социология науки. – Ростов н/Д: Èçä-âî Ðîñò. óí-òà, 1968. – 226 c.

67.Спиркин А. Г. Сознание // Философская энциклопедия. – М.: Советская энциклопедия, 1970. – Т. 5. – С. 43–48.

68.Тексье Жак. О детерминации в конечном счете (Маркс и/или Альтюссер) // Французские марксисты о диалектике. – М.: Прогресс, 1982.

69.Уледов А. К. Структура общественного сознания: (Теоретико-социо- логическое исследование). – М.: Мысль, 1968. – 324 c.

70.Флоровский Г. Пути русского богословия. – Киев, 1991.

71.Формы общественного сознания. – М.: Èçä-âî Ìîñê. óí-òà, 1960. – 379 c.

72.Фурман А. Е. Исторический материализм (курс лекций). – М.: Изд-во Моск. ун-та, 1970. – 371 c.

73.Харчев А. Г. О некоторых закономерностях развития общественного сознания // Проблемы развития в природе и обществе. – М., Л., 1958. – 218 c.

74.Чаадаев П. Я. Сочинения. – М.: Правда, 1989.

148

Бакулов В. Д.

ГЛАВА III

ПРИРОДА, СУЩНОСТЬ И ГЕНЕЗИС ПРЕВРАЩЕННЫХ ФОРМ КОНТИНУУМА ДУХОВНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

(ВМЕСТО ВВЕДЕНИЯ)

Социокультурный уровень исследования социально-предмет- ных и духовных феноменов, выступающий уровнем их осмысления как моментов и компонентов активной целенаправленной деятельности исторических субъектов, открывает возможность реконструкции их духовно-практической природы, их понимания как органических целостностей. А значит понимания в единстве объективной и субъективной сторон этих целостностей, реальных причинно-следственных взаимосвязей, специфических особенностей в самых различных условиях динамики сложных социальных систем, в многообразных, как адекватных, так и превращенных, формах выражения их внутреннего содержания. На этом уровне становится понятно, что превращенные формы жизнедеятельности социальных систем представляют собой следствия сложных метаморфоз различных видов и форм деятельности социальных субъектов, выступают как ее проявления и эффекты.

Анализ превращенных форм выражения содержания сложных социальных целостностей, имеющих ярко представленную духовнопрактическую природу, с необходимостью предполагает включение в свою категориальную систему таких понятий, как «деятельность», «практика», «труд» и целый ряд других.

При всем разнообразии способов и форм деятельности, как специфически человеческого отношения к миру, сложности и мно-

150