Конституционное регулирование и правоприменение в современных условиях глобализации права. Том 1. Сборник статей и докладов по материалам научных меро

Тригубенко М. Е.

авиации (ИКАО) самолеты летают в контролируемом воздушном пространстве и должны предоставить информацию о рейсе, планы полетов для учреждений, предоставляющих сопутствующие услуги и поддерживать радиоконтакт с районным центром управления воздушным движением в Хошимине. Тем не менее, китайская сторона не выполнила положения Международной Организации гражданской авиации. Руководитель Агентства гражданской авиации Вьетнама Лай СуанТхань направил письмо протеста в Пекин, а также жалобу на действия Китая в Международную организацию гражданской авиации (ИКАО) — специализированное учреждение ООН, устанавливающее международные нормы гражданской авиации и координирующее ее развитие. «Китайские воздушные суда проигнорировали все нормы и правила ИКАО: не предоставили планы полета и не поддерживали радиоконтакт с вьетнамским районным центром (РЦ) управления воздушным движением (УВД)», — заявил он.

Разрастающийся морской конфликт между Вьетнамом и Китаем проходит почти не замеченным мировыми СМИ, так как их больше интересуют события на Украине. Это неслучайно, отмечает доктор исторических наук, профессор СПбГУ Владимир Колотов: подобная же тактика использовалась Китаем и в прошлом, когда общество было поглощено другими мировыми событиями.

Владимир Колотов приводит 1988 год, когда незадолго до вывода советских войск из Афганистана китайские корабли в районе острова Спратли «тихо» захватили группу островов и рифов, на которые, подтверждает ученый, претендуют Вьетнам, Филиппины, Тайвань, Малайзия и Бруней. Китайские корабли открыли огонь по вьетнамским сторожевым катерам. Несмотря на гибель более 60 вьетнамских матросов, мировая пресса фактически проигнорировала те события.

«Это традиционная китайская тактика — поедать землю соседей, как шелковичный червь поедает ветви тутового дерева», — приводит китайское изречение российский эксперт. По его мнению, Китай «под шумок» расширяет зону своего контроля.

3. Попытки СРВ решения проблемы спорных территорий мирным путем

Как и прежде, позиция Ханоя по всем вопросам, связанным с архипелагом Спратли и расположенными по соседству с ним Пара-

271

Конституционное регулирование и правоприменение в современных условиях глобализации права

сельскими островами последовательна. Вьетнам имеет юридические основания и доказательства для подтверждения своего суверенитета над островами Чыонгша (Спратли) и Хоангша (Парасельские). Руководители Вьетнама твердо придерживаются политики решения спорных вопросов о территориальной принадлежности островов в Южно-Китайском море мирным путем.

Входе визита в Китай в октябре 2011 г. генерального секретаря компартии Вьетнама Нгуен Фу Чонга велись переговоры с председателем КНР Си Цзиньпином. Пекин и Ханой по итогам визита достигли предварительной договоренности относительно путей разрешения проблем, связанных с Южно-Китайском морем.

11 октября 2011 г. главы правительственных переговорных делегаций по территориальной границе между Вьетнамом и Китаем подписали соглашение об основных руководствующих принципах решения морских вопросов между Правительством Социалистической Республики Вьетнам и правительством Китайской Народной Республики (далее Соглашение) в рамках визита в Китай Генерального секретаря ЦК Коммунистической партии Вьетнама Нгуен Фу Чонг.

Соглашение определило некоторые основные принципы, которые будут определять решения проблем споров в Южно-Китай- ском море мирным путем.

Во-первых, Соглашение было определено на основе международного права, в частности Конвенции по морскому праву Организации Объединенных Наций в 1982 году, что как Вьетнам, так

иКитай являются членами этой Конвенции для урегулирования споров в Южно-Китайском море. Это содержание особенно важно, так как это будет правовой основой для обеих сторон, чтобы решить эту проблему в море. Если обе стороны будут строго придерживаться этого принципа, то обязательно найдут справедливое решение, приемлемое для обеих сторон, по урегулированию споров в Южно-Китайском море.

Встатье 2 Соглашения также указывается «необходимость в полной мере соблюдать правовые доказательства» — это означает, что доказательства, юридические документы будут приниматься в качестве основной базы для разрешения споров, другие элементы, такие как история, топография... будут рассматриваться как дополнительные факторы в процессе урегулирования споров. Это

272

Тригубенко М. Е.

полностью согласуется с международной практикой в разрешении проблем границ и территории в мире.

Во-вторых, статья 3 Соглашения, изложенных в переговорном процессе по морским вопросам, обе стороны должны строго соблюдать соглашение и общее понимание того, что лидеры двух стран достигли, строгое соблюдение принципов и духа «Декларации о поведении сторон в Южно-Китайском море» (DOC). Это содержание имеет большое значение для поддержания мира и стабильности в Южно-Китайском море.

В-третьих, очень важное содержание Соглашения — видение Вьетнама о путях решения проблемы на двусторонней и многосторонней основе было отмечено в статье 3 настоящего Соглашения: «морские споры между Вьетнамом и Китаем решаются путем переговоров и дружественных консультаций. Если споры, связанные с другой страной, то будут согласоваться с другими сторонами». Это также первый раз, когда Китай подписал официальный документ, в котором споры предполагает участие нескольких сторон то должны обмениваться мнениями с теми сторонами. Это согласуется с общей позицией стран в регионе и за его пределами, в соответствии с практикой в споре Южно-Китайского моря и в соответствии с тенденцией урегулирования споров с участием нескольких сторон в современном международном отношении.

На саммите АТЭС во Владивостоке в сентябре 2012 г. во время встречи с президентом СРВ ЧыонгТанШангом бывший председатель КНР Ху Цзиньтао озвучил свое мнение, что Китай и Вьетнам должны успокоиться и проявить сдержанность в вопросах Южно-Ки- тайского моря, споры отложить и начать совместную эксплуатацию1.

Но одновременно Китай развернул новые инициативы. На загранпаспортах граждан Китая личные данные были обозначены на фоне карты КНР и всех районов Южно-Китайского моря внутри «Линии U».

В 2013 году появились некоторые признаки продолжения диалога Китая и Вьетнама по разрешению вопроса спорных территорий. Во время официального визита в КНР президента СРВ ЧыонгТанШанга 19 июня 2013 г. председатель КНР Си Цзиньпин заявил о стремлении искать решение территориального спора

1 URL: www.ChinaDaily.com 09.2012.

273

Конституционное регулирование и правоприменение

всовременных условиях глобализации права

вЮКМ «политическим путем и не допускать, чтобы эта проблема влияла на двусторонние отношения».

На саммите АСЕАН в Брунее летом 2013 г. Китай выразил согласие начать совместную работу над проектом Кодекса поведения в Южно-Китайском море и сделать море зоной дружбы и сотрудничества.

Однако Китай нарушил свое обещание, произошла новая провокационная акция по поводу введения 23 ноября 2013 г. в воздушное пространство над Восточно-Китайским морем Зоны идентификации ПВО. Здесь Китай конфликтует с Японией. Любые нарушения иностранными воздушными лайнерами этой Зоны подлежат их уничтожению, как заявило министерство обороны КНР.

ВЗону включен контролируемый Японией архипелаг Дяоюйдао (по-японски Сенкаку), находящийся в Восточно-Китайском море. Китай заявил, что намерен ввести подобные Зоны ПВО в других районах, в том числе по периметру Южно-Китайского и Желтого моря — зоны островного конфликта с Республикой Корея.

Попытки по примирению и разрешению островного спора продолжились в 2014 г. Премьер-министр СРВ НгуенТанЗунг принял участие в 24-м саммите АСЕАН, состоявшемся в Нейпьидо (Мьянма) в мае 2014 г. Выступая на открытии саммита в качестве председателя саммита, президент Мьянмы, господин ТейнСейн подчеркнул, что солидарность и единство являются ключевым преимуществом

впроцессе создания мирного и процветающего сообщества АСЕАН

к2015 году. На саммите в Нейпьидо руководители стран АСЕАН выразили глубокую озабоченность событиями в Южно-Китайском море, заявив, что они угрожают миру, стабильности, безопасности и свободе мореходства в этом районе. Участники саммита потребовали серьезного соблюдения норм международного права, в частности, Конвенции ООРН по морскому праву от 1982 года и Декларации о правилах поведения сторон в Южно-Китайском море. Подтвердили готовность решать споры мирным путем, не использовать силу или угрожать применением силы, не совершать действия, вызывающие дестабилизацию ситуации в регионе, высказались за то, чтобы в скорейшем времени принять Кодекс о правилах поведения сторон в Южно-Китайском море.

Участвовавшие в 24-м саммите АСЕАН в Мьянме все главы дипломатических ведомств, включая Вьетнам, сделали совместное

274

Тригубенко М. Е.

заявление «О ситуации в Восточном (Южно-Китайском) море». В нем они выразили глубочайшую озабоченность событиями в ЮКМ, которые приводят к росту напряженности во всем восточноазиатском регионе, потребовали от конфликтующих сторон проявлять сдержанность и избегать действий, угрожающих миру и стабильности в регионе, решать споры мирным путем на основе общепринятых принципов международного права и Конвенции ООН по морскому праву от 1982 года, не прибегать к использованию силы или угрожая применением силы. Подтвердили важность поддержания мира, стабильности, безопасности и свободы мореходства и воздушного транспорта в ЮКМ. Подчеркнули необходимость соблюдения «Заявления АСЕАН из 6 пунктов по ЮКМ» и 15-го совместного заявления АСЕАН-КНР, сделанного по случаю 10-й годовщины со дня принятия Декларации о правилах поведения сторон в ЮКМ. В совместном заявлении глав МИД АСЕАН была подчеркнута необходимость скорейшего принятия

вОрганизации Объединенных Наций Кодекса о принципах поведения сторон в Южно-Китайском море.

Россия — стратегический и торгово-экономический партнер Вьетнама — прямо не участвует в разрешении островного конфликта с КНР. Среди крупных совместных инвестиционных проектов, осуществляемых во Вьетнаме, находятся проекты по разведке и добыче нефти и природного газа на континентальном шельфе Южного Вьетнама, причем некоторые осваиваемые месторождения находятся вблизи спорных территорий Южно-Китайского моря.

Вьетнамская государственная нефтегазовая компания Petro Vietnam с российским ОАО «ГК Газпром» в форме совместного предпринимательства с 2007 г. работает на четырех блоках № 129-132

вЮжно-Китайском море, которые не находятся в спорной акватории Китая и Вьетнама. В апреле 2012 г. Эта госкомпания приняла участие в новом проекте освоения нефтегазовых блоков в ЮКМ № 15.2 и № 05.3, где доля в СП у российской стороны на условиях СРП равна 49% акций. Запасы природного газа в этом районе оцениваются в 55 млрд т. Китайская оффшорная компания CNOOC

виюне 2012 г. объявила тендер среди иностранных компаний на разработку девяти новых участков в Южно-Китайском море, в том числе там, где работает «ГК-Газпром». Правительство Вьетнама через руководство PetroVietnam заявило, что этот тендер должен

275

Конституционное регулирование и правоприменение в современных условиях глобализации права

быть немедленно отменен, поскольку участки, которые на него выставила CNOOC, расположены в континентальном шельфе Вьетнама.

Вчисле участков, выставленных CNOOC, оказались те, на работу в которых лицензию от Вьетнама получил «ГК Газпром».

ОАО «ГКГазпром» — государственная холдинговая компания,

ицель ее сотрудничества с вьетнамской компанией Petro Vietnam заключается в получении прибыли. В официальном же заявлении КНР по поводу этой российской компании, работающей во Вьетнаме, было сказано, что китайская сторона рассматривает ее как выражение российской государственной политики.

Во время официального визита в СРВ 13 ноября 2013 г. В. В. Путина было подписано «Совместное заявление о дальнейшем укреплении отношений всеобъемлющего стратегического партнерства между Российской Федерацией и Социалистической Республикой Вьетнам».

ВЗаявлении В. В. Путин и президент Вьетнама Чыонг Тан Шанг отметили, что территориальные и иные споры на пространстве АТР должны решаться исключительно мирным путем, без применения силы или угрозы силой согласно действующему международному праву, прежде всего Уставу ООН и Конвенции ООН по морскому праву 1982 года. Они выступают за выполнение Декларации о поведении сторон в Южно-Китайском море 2002 года и скорейшее принятие юридически обязывающего Кодекса поведения в ЮКМ.

Во время официального визита в РФ ноября 2014 г. генерального секретаря ЦК КПВ Нгуен Фу Чонг президент РФ Путин

иНгуен Фу Чонг сделали совместное заявление, которое касается ситуации в Южно-Китайском море. Лидеры двух стран вновь подтвердили необходимость соблюдения международного права

иКонвенции ООН по морскому праву в Южно-Китайском море, Россия и Вьетнам поддерживает полное и эффективное выполнение декларации о поведении сторон в Восточно-Китайском море (DOC) и скорейшее принятие юридически обязывающего Кодекса поведения в Южно-Китайском море.

Российские эксперты ссылаются на реакцию США по поводу Южно-Китайского моря. Вашингтон уже назвал планы Китая провокационными и угрожающими стабильности во всем регионе, так как опасается, что Пекин сможет установить полный контроль над прилегающими водами в западной части Тихого океана.

276

ЧАСТЬ 4

Регулирование и защита прав местного самоуправления

по материалам круглого стола от 9 декабря 2016 года и Школ молодого ученого от 7 октября 2016 года и 18 ноября 2016 года

Андриченко Л. В.

главный научный сотрудник отдела конституционно-правовых исследований РГУП, д-р юрид. наук, профессор

Предметы ведения муниципального образования как основа жизнедеятельности населения муниципального образования

Основной правовой категорией, выработанной наукой и законодательной практикой, которая характеризует содержание деятельности любого субъекта социального управления, является компетенция. Понятие «компетенция» происходит от латинского «competere», что означает добиваться, соответствовать, подходить.

Компетенция — сложная категория, в юридической науке понятие «компетенция» традиционно принято определять через две другие базовые категории — предметы ведения и полномочия. Соответственно, компетенция муниципального образования складывается из предметов ведения муниципального образования и полномочий его органов и должностных лиц.

Конституция Российской Федерации и федеральное законодательство не используют понятие «предметы ведения муниципального образования» при обозначении компетенции муниципального образования. В то же время это не исключает возможности использования данного понятия в научной и учебной литературе, учитывая, что предметы ведения — необходимый элемент правового статуса каждого муниципального образования. Именно благодаря компетенции определяется и правосубъектность самого муниципального образования, которая в этом плане сопоставима с осо-

278

Андриченко Л. В.

бенностями определения правосубъектности иных публичных образований — Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

В Конституции Российской Федерации (ст. 130), Федеральном законе от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (далее — Федеральном законе «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации») для характеристики предметов ведения муниципального образования используется понятие «вопросы местного значения». Помимо этого, названный Федеральный закон в круг предметов ведения муниципальных образований включает также и так называемые «иные вопросы». Под ними в Федеральном законе понимаются вопросы, не отнесенные к компетенции органов местного самоуправления других муниципальных образований, органов государственной власти и не исключенные из их компетенции федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации1. По сути, их можно обозначить как «ничьи вопросы», поскольку они не закреплены законом (федеральным законом или законом субъекта Российской Федерации) ни за одним уровнем власти, но уставом муниципального образования они могут быть приняты к исполнению органами местного самоуправления соответствующего муниципального образования.

Таким образом, к предметам ведения муниципального образования на сегодняшний день относятся, во-первых, вопросы местного значения; во-вторых, иные вопросы. И первые, и вторые должны найти обязательное закрепление на уровне правовых норм.

Предметы ведения муниципального образования — это закрепляемые нормами муниципального права те области жизнедеятельности населения муниципального образования, в рамках которых реализуются полномочия местного самоуправления.

Следует отметить, что в научной и учебной литературе нередко к предметам ведения муниципального образования относят также и отдельные государственные полномочия, которые реали-

1 О них говорится в частях 2 статей 14, 15, 16 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации». // СПС «КонсультантПлюс».

279

Конституционное регулирование и правоприменение в современных условиях глобализации права

зуются на уровне местного самоуправления. Однако с данной позицией вряд ли можно согласиться, поскольку нельзя смешивать между собой такие понятия, как «предметы ведения» и «полномочия».

Полномочия органов власти всегда вытекают из предметов ведения и ими определяются. Отдельные государственные полномочия, которые передаются или в осуществлении которых участвуют органы местного самоуправления, не могут относиться

кпредметам ведения муниципальных образований, поскольку государственные полномочия могут быть обусловлены и вытекать только из предметов ведения Российской Федерации (ст. 71 Конституции РФ), либо из предметов ведения субъектов Российской Федерации (ст. 73 Конституции РФ), либо из предметов совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (ст. 72 Конституции РФ).

Государственные полномочия не могут относиться к предметам ведения муниципальных образований, так как они не могут относиться одновременно и к государственному ведению, и к ведению муниципальных образований. Эти полномочия остаются в государственном ведении, но их реализация передается для осуществления органам местного самоуправления. Таким образом, на период их осуществления они становятся частью компетенции муниципального образования, однако при этом они обусловлены предметами государственного ведения, а не предметами ведения муниципального образования. Отсюда утверждение, что государственные полномочия относятся к предметам ведения муниципальных образований, принципиально неверно.

Отнесение государственных полномочий к государственным предметам ведения отличает их от рассмотренных выше «иных вопросов». Последние не отнесены к ведению Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, их совместному ведению, либо ведению муниципальных образований, соответственно данные вопросы, если они приняты к исполнению на уровне муниципального образования, и до тех пор, пока они не отнесены

кведению другого субъекта права (Российской Федерации или ее субъектов), можно относить к ведению соответствующего муниципального образования и рассматривать в качестве предмета его ведения.

280