Конституционное регулирование и правоприменение в современных условиях глобализации права. Том 1. Сборник статей и докладов по материалам научных меро

Попова С. П., Умнова (Конюхова) И. А.

Так в 2010 г. Н. А. Алексеев выиграл процесс против Российской Федерации в ЕСПЧ. Дело касалось неоднократных запретов проведения московскими властями публичных мероприятий, нацеленных на привлечение общественного внимания к дискриминации сексуальных меньшинств1. ЕСПЧ счел нарушенными в данном деле ст. 11 Конвенции (право на свободу мирных собраний), а также ст. 13 (право на эффективное средство правовой защиты) и 14 (запрещение дискриминации) во взаимосвязи со ст. 11 Конвенции.

Однако Н. А. Алексеев на этом не остановился и подал жалобу в Конституционный Суд РФ2. Конституционный Суд РФ, в отличие от ЕСПЧ, остался непреклонен в понимании границ права на свободу с целью защиты безопасности семьи и общества. В своем постановлении он указал, что по смыслу названных конституционных положений семья, материнство и детство в их традиционном, воспринятом от предков, понимании представляют собой те ценности, которые обеспечивают непрерывную смену поколений, выступают условием сохранения и развития многонационального народа Российской Федерации, а потому нуждаются в особой защите со стороны государства. Также Конституционный Суд РФ подчеркнул, что ни из Конституции РФ, ни из принятых на себя Российской Федерацией международно-правовых обязательств не вытекает обязанность государства по созданию условий для пропаганды, поддержки и признания союзов лиц одного пола. При этом Конституционный Суд РФ сделал оговорку, отметив, что подача соответствующей информации в нейтральном (просветительском, художественном, историческом) контексте все же возможна, но такое информирование должно быть лишено признаков пропаганды3.

Таким образом, Конституция РФ, закрепляя запрет на любые виды дискриминации, ориентирует правоприменителя на сбалансированный учет частных и публичных интересов, на системную защиту конституционных ценностей-целей, обозначенных в ч. 3

1 Постановление ЕСПЧ от 21.10.2010 «Дело «Алексеев (Alekseyev) против Российской Федерации» (жалобы № 4916/07, 25924/08 и 14599/09) // Бюллетень Европейского Суда по правам человека. 2011. № 11.

2 Постановление Конституционного Суда РФ от 23.09.2014 № 24-П // СПС «КонсультантПлюс».

3 См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 23 сентября 2014 г.

№24-П // СПС «КонсультантПлюс».

111

Конституционное регулирование и правоприменение в современных условиях глобализации права

ст. 55 Конституции РФ, к числу которых относятся нравственность, здоровье, права и законные интересы других лиц, безопасность государства. Поэтому новые жалобы гражданина Алексеева Н. А., его последователей, а также решения ЕСПЧ, поддерживающие иски таких заявителей, вступают в противоречие с положениями ч. 3 ст. 55 Конституции РФ.

Практика рассмотрения дел о проведении публичных мероприятий Верховным Судом РФ основывается на решениях Конституционного Суда РФ. Судьи Верховного Суда РФ ссылаются на позиции Конституционного Суда и полностью солидарны с ними1.

Таким образом, несовпадение позиций высших российских судов

иЕСПЧ по ряду вопросов, связанных с реализацией конституционных прав человека на уровне муниципальных образований с вовлечением в эту деятельность органов местного самоуправления как исполнителей и правоприменителей (ограничение публичных мероприятий, депортация, привлечение к ответственности за пропаганду, установление пределов реализации права на свободу совести

ивероисповедания и др.) свидетельствует о важности активизации диалога между российскими и международными судами по вопросам правопонимания и применения норм Конституции РФ, связанных с обеспечением гражданского мира и безопасности государств.

Сафонов В. Е.

зав. кафедрой конституционного права имени Н. В. Витрука РГУП, д-р юрид. наук, профессор

Проблемы национальной безопасности России в современную эпоху глобализации (тезисы)

Понятия «национальной безопасности», «государственный суверенитет», «территориальная целостность» непосредственно связаны

стемой конференции, которая затрагивает такие ключевые катего-

1 СМ.: Определение Верховного Суда РФ от 25.02.2015 № 85-АПГ15-1 «Об оставлении без изменения решения Калужского областного суда от 12.11.2014 // СПС «КонсультантПлюс».

112

Сафонов В. Е.

рии, как «глобализация», «геополитика», определяющие характер политических институтов и процессов XXI века, так как именно в условиях глобализации национальные интересы различных социальных групп и государств носят противоречивый характер, создающий условия непредсказуемости и неопределенности.

Тезисно картина выглядит следующим образом:

1.На фоне неуклонного продвижения НАТО к границам России вокруг создаются реальные военные базы бывших социалистических стран и союзных республик. Запад применяет насилие во всех ее интересующих позициях экономики, политики права

ипропагандирует его как продвижение демократии, свободы народам, хотя в реальности ни демократии, ни свободы народы Сирии, Ирака, Ливии и т.д. не приобрели и не смогут приобрести. Но иллюзия есть, которая затмевает здравый смысл.

2.На уровне использования метода наблюдения можно констатировать, что после разрушения СССР и мировой системы социализма, ликвидации такого мощного фактора мировой жизни, как национально-освободительное движение, жизнь народов на планете стала совсем другой. Сейчас разрушены традиционные ценности, связи и отношения между странами и людьми. Они в большей степени обусловливаются уже не национальным самосознанием

идаже не традиционными идеологическими образцами, моделями, стандартами, типа коммунистических или монархических, а придуманными политтехнологами психологическими алгоритмами, литературными понятиями-пассажами, установками, направленными на разрушение и уничтожение человеческого в человеке.

3.На наш взгляд, эти технологии фальшивы, так как десятилетиями правительства США, Великобритании, Германии, Франции, Италии объединяли свои усилия для разрушения своего мирового оппонента СССР как тоталитарного и авторитарного государства

игонителя свободы и прав человека. На деле оказалось, что в этих странах положение с данными вопросами еще хуже. Так в своей статье «Оруэлл, двадцать лет спустя» профессор Йельского университета Тимоти Снайдер отмечает: «Современный президент США постоянно толкует об американском миролюбии, свободе прав человека, демократии, а между тем единственной новинкой, которую его администрация внесла во внешнюю политику, является установка на превентивную войну, и это стало стержнем его политики».

113

Конституционное регулирование и правоприменение в современных условиях глобализации права

Хотелось бы обратить внимание на сам стиль военно-политиче- ской деятельности администрации США. Среди наиболее настораживающих моментов многие ученые и политические деятели признают входящее в привычку правило Вашингтона назначать противников и международных «изгоев» по своему усмотрению, не особенно сообразуясь с реальностью, произвольно аргументировать необходимость проведения военных операций против тех или иных стран. На этот раз таким изгоем стала Россия.

Тот факт, что в России сохранились крупнейшие в мире территории с малонарушенными естественными экосистемами, образующими Северный Евроазиатский центр стабилизации окружающей среды, то исключить территориальные притязания к нам также нельзя.

Если же учесть тот факт, что в современном мире нарушен баланс сил мира и войны, добра и зла, ослаблен авторитет международных организаций, в том числе ООН, США и ее ближайшими сторонниками (союзниками) игнорируется мнение других стран мирового сообщества, общественно-политических движений, то объективно поле экспансии в нашу страну не уменьшится, а, скорее, увеличится.

4. Критики, в особенности международной, в адрес России хоть отбавляй. Однако в последнее десятилетие она приобретает поистине экстремистский характер, и Россия для Запада — это мировое зло. И здесь невольно возникает сравнение с исторической фигурой Ивана Грозного.

Безусловное большинство западных и не только западных ученых, публицистов, писателей и т.п. рассматривают его как тирана и деспота. Наивно было бы оспаривать, что Иван IV не был деспотическим и жестоким правителем.

Но нельзя все же не учитывать, что западноевропейские современники Ивана Грозного — испанский король Филипп II, король Англии Генрих VIII и французский король Карл IX самым жестоким образом казнили сотни тысяч людей. Так, например, именно за время правления Ивана Грозного — с 1547 по 1584 — в одних только Нидерландах, находившихся под властью Филиппа II, «число жертв... доходило до 100 тыс.» — причем речь идет прежде всего о казненных или умерших под пытками «еретиках». Мы это знаем из популярного исторического романа Шарля де Костера «Легенда об Уленшпигеле и Ламме Гудзаке».

114

Сафонов В. Е.

Стоит сказать о том, что массовый террор XVI века нередко целиком «списывают» на инквизицию. Но это неверно; в Англии вообще не было инквизиции, а террор был не менее массовым. Но еще более важно отметить, что инквизиция представляла собой только судебную инстанцию, а приговор приводился в исполнение по воле королевской власти и ее средствами.

Французский король Карл IX 23 августа 1572 года принял активное «личное» участие в Варфоломеевской ночи, во время которой были зверски убиты «более 5 тыс. гугенотов» — только за то, что они принадлежали к протестантству, а не к католицизму. Таким образом за одну ночь было уничтожено примерно столько же людей, сколько за все время террора Ивана Грозного! «Ночь» имела продолжение,

и«в общем, во Франции погибло тогда в течение двух недель около 30 тыс. протестантов». В Англии Генриха VIII только за «бродяжничество» «было повешено 72 тысячи бродяг и нищих».

Словом, если на Руси Иваном Грозным было казнено около 5 тысяч человек, то в странах Западной Европы (Испании, Франции, Нидерландах, Англии) в те же времена и с такой же жестокостью казнено около 400 тысяч человек! И все же, как это ни странно и даже поразительно, в западном сознании Иван Грозный предстает, как ни с кем не сравнимый, уникальный тиран и палач. И это выражение зла Западом было превращено в чисто «русское зло». Картина Репина «Иван Грозный убивает своего сына». Уже доказано, что Иван IV не убивал своего сына, тот умер из-за отравления ртутью. Запад сознательно распускает ложную информацию об Иване IV, так как при нем русское государство становилось централизованным и сильным, шла борьба против феодалов. Та же демонизация идет и сегодня. Россия представляется исчадием ада, как и ее глава государства.

5.Несмотря на глубокие и многочисленные изменения, происходящие в мире в эпоху глобализации, национальная безопасность

игосударственный суверенитет остается основой конституционного строя большинства государств. И здесь снова всплывает исторический документ: Вестфальский договор. Однако положения, закрепленные Вестфальскими мирными договорами, остаются незыблемыми: верховенство, независимость и самостоятельность государственной власти на территории государства, независимость в международном общении, обеспечение целостности и неприкосновенности территории.

115

Конституционное регулирование и правоприменение в современных условиях глобализации права

Сейчас много говорят о необходимости пересмотра ряда между- народно-правовых норм и принципов. В первую очередь это касается пункта 7 статьи 2 главы I Устава Организации Объединенных Наций, в котором провозглашается принцип невмешательства «во внутреннюю компетенцию любого государства». Однако принципы соблюдения государственного суверенитета предлагается заменить принципами управления глобальной безопасностью, которое осуществлял бы «обновленный» Совет Безопасности. При этом как-то забывается, что сама ООН возникла и существует только благодаря воле суверенных государств, которые поставили цель не допускать впредь всемирных катастроф, подобных Второй мировой войне.

Вместе с тем ООН является наследницей Вестфальской политической системы, в рамках которой сформировались и начали активно действовать первые межправительственные и международные неправительственные организации. Такие как постоянная комиссия по судоходству по Рейну, затем появляются Международный телеграфный союз, Всемирный почтовый союз и т. п. Две мировые войны ХХ века не смогли поколебать эту систему, существенно окрепшую после создания ООН.

И вот теперь, в XXI веке, возникла самая серьезная и самая вероятная угроза существованию Вестфальской системы, а значит, и самих основ конституционного устройства национальной безопасности суверенных государств.

6. Вестфальскую систему атакуют по двум направлениям. Во-пер- вых, права человека и права нации на самоопределение. Во-вторых, национальные государства упрекают в неспособности обеспечить эффективное управление в условиях глобализации. То есть, говоря другими словами, создаются предпосылки для развала любого государства. Наибольшая угроза не дефолт, не постоянно усиливающееся социальное неравенство, не рост масштабов бедности и распространение социальных пороков, таких как преступность, коррупция, пьянство, наркомания и проституция, а именно распад страны! Потому что, если все другие социальные кризисы и антисоциальные явления можно пережить или преодолеть, то распад государства необратим.

Новейшая история показывает: распад государства практически всегда сопряжен с актами массового насилия, ущемления прав граждан или даже геноцида. Что же способно предотвратить развал суверенных государств, реально защитить государственный суве-

116

Сафонов В. Е.

ренитет от сепаратизма и нарушений территориальной целостности? Важную роль должны играть нормы международного права, сформулированные в процессе взаимодействия международного

ивнутригосударственного права.

7.Существует и второе направление наступления на Вестфальскую систему: национальная безопасность, национальные государства, мол, не способны обеспечить эффективное управление в условиях глобализации. Дескать, мешают застарелые территориальные инстинкты национальных государств, как писал Жан-Фран- суа Ришар. В связи с этим выдвигается идея управления по сетевому принципу и построения по тому же принципу организаций, призванных решать глобальные проблемы.

Иными словами, с точки зрения такой идеологии, «под снос» предназначено все: Вестфальская система, государственные суверенитеты, территориальная целостность и, следовательно, сложившаяся система международного права.

Отказ от Вестфальской системы мироустройства помимо всего прочего приведет к тому, что политика, требующая механизма многосторонних согласований, будет вытеснена и уже вытесняется односторонней эгоистичной политикой. Нельзя не согласиться с Мануэлем Кастельсом, утверждающим, когда многополярному миру навязывают логику одной страны, наступает хаос, где действует лишь одно право — право сильных и агрессивных.

8.В американской политической аналитике все чаще встречается словосочетание «мягкие суверенитеты». «Право этносов и регионов на самоопределение» и «гуманитарные интервенции» противопоставляются национальным суверенитетам. Такой крупный политик, как Генри Киссинджер, заявил о смерти Вестфальской системы и бессмысленности идеи государственных суверенитетов.

Более того, уже имеется агрессивное «научное» обоснование уничтожения Вестфальской системы. Так Майкл Гленнон, один из американских идеологов, работающих в этом направлении, полагает, что «создатели истинно нового мирового порядка должны покинуть эти воздушные замки и отказаться от воображаемых истин, выходящих за пределы политики, таких, например, как теория справедливых войн или представление о равенстве суверенных государств. Эти и другие устаревшие догмы покоятся на архаических представлениях об универсальной истине, справедливости и морали.

117

Конституционное регулирование и правоприменение в современных условиях глобализации права

Логика такого подхода ясна: любое национальное право архаично и не требует защиты. Нет «архаичной» морали — а значит, нет никакой морали — нет и права, «соответствующего политике». Есть уничтожение международной и национальной законности как таковой.

Сегодняшняя опасная тенденция ведет к тому, что конкретные понятия «национальная безопасность», «государство» и «государственный суверенитет» вытесняются юридически неопределенными, не имеющими опоры ни в одном праве географическими и социально-экономическими терминами.

Отсюда и насущная потребность в том, чтобы наша конференция специалистов по конституционному праву тщательно проанализировала проблему глобализации, национальной целостности и национальной безопасности. Этот анализ должен учитывать как императивы либеральной демократии, так и необходимость обеспечивать все компоненты сильной и правовой (именно правовой) власти. От этого сейчас зависит сохранение и укрепление мировой субъектности суверенных государств во всех ее измерениях — политическом, экономическом, социальном.

Яковлева Ю. Г.

младший научный сотрудник отдела конституционно-правовых исследований РГУП

Налоговая безопасность как конституционно-правовая категория

В условиях глобального кризиса и санкционной политики западных стран проблемы экономической безопасности, защиты национальных ценностей и интересов приобретают особую значимость. Основной задачей для государства является разработка эффективной концепции и реализации стратегии национальной безопасности в экономической, денежно-кредитной, налоговой политике. Состояние национальной безопасности Российской Федерации напрямую зависит от экономического потенциала страны и эффективности функционирования финансовой системы.

118

Яковлева Ю. Г.

Впервые термин «безопасность» встречается в толковом словаре LeGrandRobert 1190 г. и обозначает спокойное состояние духа человека, считавшего себя защищенным от любой опасности,

вдальнейшем его значение связывается с основной целью государства — обеспечение общего благосостояния и безопасности, и интерпретируется как: состояние, ситуация спокойствия, которая проявляется в условиях реальной угрозы, опасности, а также материальные, экономические, политические условия, соответствующие органы и организации, способствующие созданию данной ситуации1.

Вюридической литературе правовая категория «безопасность» рассматривается как явление противоположное угрозам социаль- но-правовой жизни и как результаты социально-правовой деятельности по обеспечению внутренней, внешней защиты государства, общества во всех сферах проявления экономических, политических, правовых и иных угроз и опасностей.

С точки зрения публично-правового аспекта, по словам Умновой И. А., безопасность — это состояние общественных отношений, позволяющее говорить о наличии гарантий для существования и развития субъекта и объекта данных отношений2.

Булавин В. И. пишет, что «безопасность — это состояние общественных отношений, при котором развиваются способности и реализуются социально значимые потребности человека и гражданина (личности); надежно защищены от внутренних и внешних угроз его права и свободы; обеспечивается сохранность и развитие материальных и духовных ценностей общества, территориальная целостность и суверенитет, функционирование и развитие конституционного строя правового государства» [4, С. 10]. По мнению многих ученых, в том числе Михалкина Н. В., безопасность следует отожествлять с отсутствием опасности, ситуацию, при которой

вотношении какого-либо субъекта отсутствует всякая опасность и тем более угроза трудно представить3.

Серебрянников В. определяет безопасность как деятельность людей, общества, государства, мирового сообщества, народов

1 Олейникова Е. А. Экономическая и национальная безопасность. М.: Экзамен, 2005. С. 13, 14.

2 Умнова И. А. Право мира: Курс лекций. М.: Эксмо, 2010. С. 39.

3Михалкин Н. В. Безопасность Российской Федерации. Вопросы теории

ипрактики. М., 1993. С. 7.

119

Конституционное регулирование и правоприменение в современных условиях глобализации права

по выявлению (изучению), предупреждению, ослаблению, устранению (ликвидации) и отражению опасностей и угроз, способных погубить их, лишить фундаментальных материальных и духовных ценностей, нанести неприемлемый (недопустимо объективно и субъективно) ущерб, закрыть путь для выживания и развития [6, С. 16].

Следует подчеркнуть, что безопасность — это важный элемент правовой системы Российской Федерации, а Конституция РФ служит исходной точкой процесса правового регулирования безопасности в Российской Федерации, получившего свое развитие в федеральных законах, законах субъектов РФ и иных нормативных правовых актах, принятых по вопросам обеспечения различных видов безопасности. В Конституции Российской Федерации неоднократно употребляется термин безопасность, конституционные нормы отображают различные аспекты реализации безопасности, в том числе экономической безопасности (статьи 34, 35, 36).

Принимая во внимание многоаспектность конституционноправовой категории «безопасность», можно сделать вывод: нормы Конституции РФ являются основополагающими и должны быть конкретизированы в отраслевом законодательстве.

Всоответствии со статьей 5 Федерального закона от 28.12.2010

№390-ФЗ «О безопасности» правовую основу обеспечения безопасности составляют: Конституция РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры, федеральные конституционные законы, федеральные законы и иные нормативные правовые акты РФ, законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ, органов местного самоуправления, принятых в пределах их компетенции в сфере безопасности.

Однако, несмотря на то, что нормы Федерального закона «О безопасности» закрепляют правовые основы обеспечения безопасности личности, общества и государства, определяют функции системы безопасности, устанавливают порядок организации и механизм контроля и надзора за законностью органов обеспечения безопасности, определение понятия «безопасность» отсутствует. Ранее действующий Закон РФ от 05.03.1992г. № 2446-1 «О безопасности» толковал «безопасность» как состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз. Помимо федеральных законов правовое

120