Гештальт. Искусство контакта. Новый оптимистический подход к человеческим отношениям
.pdf
Начиная с 1959 года она указывала: «Мне кажет ся, что существуют самые разные точки зрения и огромная неразбериха относительно допустимости физического контакта в терапии». Как известно,
такие контакты все еще подвергаются бурной критике (спустя 40 лет), даже «табуируются» в многочисленных культурах и субкультурах*: в тра6
диционном психоанализе, в многочисленных ре6
лигиях…и в большинстве англосаксонских стран!
Со своей стороны Лора Перлз не отделяла Геш6
тальт от художественной и телесной экспрессии. К тому же она сама получила музыкальное и танцевальное образование, а также параллельно с психоаналитической подготовкой специально
обучалась различным телесным техникам (Алек6
сандер, Фельденкрайс, эвритмия Рудольфа
Штейнера и т.д.).
Однако же некоторые известные гештальт6тера6 певты крайне редко используют тело активным или интерактивным способом: они предпочитают его наблюдать или обращаться к нему вербально, не вовлекая свое собственное тело. Между тем
* Проксемика изучает символическое значение пространства в различных культурах (Эдвард Холл, 1971), социально санкцио6 нированные дистанции и контакты: пожатие руки, объятия, прижимание к груди, поцелуи, и т.д. Тема оптимальной дистан ции между двумя партнерами является центральной в Гешталь6 те, ведь, очевидно, что это обусловливает качество контакта.
1 5 1
вызывает недоумение, когда терапевт побуждает
клиента к целостной и полностью объединенной
экспрессии его существа, но сам при этом не вы6 ходит за пределы экспрессии, ограниченной вер6
бальным контактом!
Конечно, фундаментальные теоретические прин6
ципы и особая методология Гештальта не включа6
ют в качестве обязательной телесную мобилизацию: феноменологический глобальный подход, теория self, осознавание (awareness) текущего процесса в
«здесь и теперь» отношении, выявление наруше6 ний в цикле контакта и всевозможных защит, и т.д. — все это вовсе не обязательно предполагает активное вмешательство тела. Между тем, на мой
взгляд, «бестелесные» терапевты все же лишают6
ся мощного терапевтического рычага, способству6
ющего интенсивности и глубине работы, что по6
зволяет повысить ее эффективность и уменьшить
еепродолжительность.
Итак, подавляющее большинство терапевтов, практикующих в настоящее время в Гештальте, единодушны относительно особого места теле сного опыта клиента —впрочем, как и телесно го переживания самого терапевта. Они инте ресуются как рецептивной чувствительностью
(«Что чувствуешь ты в данный момент?»), так и
моторной деятельностью организма («Я тебе предлагаю встать и сделать несколько шагов…»)
1 5 2
и при этом не задумываясь движутся сами (из меняя в случае необходимости материальное рас стояние или порой устанавливая телесный кон такт — доходящий иногда до «терапевтической мягкости» или физического столкновения). Воп рос стоит уже не только о том, чтобы говорить о теле, а скорее о том, чтобы разговаривать со своим телом, посредством своего тела, «телом к телу» — как говорит «душа с душой». Разуме ется, такой очень близкий контакт предполага ет взаимное доверие и строгий деонтологичес кий контроль. На практике такой тесный телесный контакт в индивидуальной терапии слу чается редко, где существует риск двусмыслен ного истолкования; но к нему часто прибегают в ситуации группы.
«Игры» и «упражнения»
В калифорнийскую эпоху расцвета Гештальта (196461974) было придуманы различные невербаль ные упражнения, направленные на то, чтобы спо6 собствовать контакту, такие, например, как:
•переместиться по комнате, поддерживая в бод6
рствующем состоянии все свои чувства (смот6
реть, касаться, ощущать и т.д.);
•найти себе «самое лучшее место» в комнате;
1 5 3
•разговаривать с партнером с закрытыми глаза6
ми или спиной к спине;
•защитить физически свою «территорию»;
•проверить свое доверие, позволив себе упасть
на руки члену группы;
•или свое недоверие, намеренно отгородившись от него…
Такие упражнения помогают разогреву и снима6 ют некоторые культурно обусловленные тормо6
жения; они могут касаться как всей группы, так и
одного единственного клиента. Эти упражнения нацелены на получение самого разного опыта, связанного с осознанием переживаемой забро6 шенности, отпускания6притягивания, нежности,
заточения, противостояния, риска, открытия,
доверия, ограничений и т.д.; они позволяют от6
крыть в самом себе новые грани, сделать более
явной имплицитную ситуацию, путем ее проигры6
вания или амплификации.
Но если они используются без достаточного ос6 нования, помимо интересов текущего момента, то могут вызвать эмоциональную или отношен6 ческую ситуацию, спровоцированную извне и совер6
шенно не соответствующую актуальному чувству
каждого участника. В настоящее время, в общем6
то, предлагают использовать такие «игры» лишь
по случаю, отдавая приоритет тому, что проявля6 ется в спонтанном «здесь и сейчас» переживании
1 5 4
каждого конкретного клиента (как правило, ра6
бота остается индивидуализированной, проводится
ли она в диадной ситуации или в рамках группо6 вого опыта).
В диадной ситуации непосредственное телесное взаимодействие между терапевтом и его клиентом
крайне ограничено и очень деликатно вследствие
нескольких причин:
•материальных: отсутствие партнеров;
•психологических: чувства, связанные с перено6 сом терапевта, могут бессознательно влиять на переживания клиента (например, терапевт мо6 жет репрезентировать родительский образ, об6
раз супруга или партнера клиента и т.д.);
•деонтологических: риск сексуальных двусмыс6
ленных коннотаций в обычной манифестации
нежности, а также сдерживание прямого агрес6
сивного противоборства.
В ситуации же группы такие контакты можно сме6 ло использовать, их можно амплифицировать и во всяком случае пространно комментировать:
•«Что ты чувствуешь, когда опираешься на меня?»
•«Что происходит, когда ты чувствуешь себя по6
давленным?»
•«Я всегда мечтал устроиться на коленях отца» и т.д.
1 5 5
Как бы там ни было, такие «опыты» или «проигры6
вания ситуаций» редко удается запрограммировать
заранее (кроме как в ситуации разогрева — как мы говорили — в ситуации начала работы семинара).
Недостаток некоторых терапевтов состоит в том, что в процессе терапевтической практики они со6
храняют моменты телесной работы, чередующиеся
с моментами вербального обмена, тогда как речь идет как раз о том, чтобы одновременно работать в
физическом, эмоциональном, интеллектуальном,
социальном и духовном плане. Такая манера по6 ведения противоречит самому духу Гештальта — который предусматривает при работе с человечес6 ким существом (в ситуации конкретного поля) гло бальный, холистический способ обращения, с уче6
том всех пяти основных качеств человека и их
постоянных обоюдных взаимодействий*.
Телесное осознавание (Awareness)
На самом деле гештальт6практик всегда предпо6 читает работать с постоянным осознаванием, ко6 торое спонтанно появляется «как это произошло
и когда это произошло». Он особенно внимателен
ко всем телесным проявлениям своего клиента:
позы и явные движения, а также полуавтоматичес6
* См. гл.1 Пентаграмма Гингера
1 5 6
кие микрожесты, что6то вроде «промашек тела», в
которых выражаются процессы, часто бессозна6
тельные; как, например, постукивание пальцами, качание ногой, минисжатия челюстей. Разумеется,
он следит также за тоном и голосом, ритмом дыха ния, а также кровообращением — особенно заметные изменения на уровне сонной артерии или прояв6
ляющиеся в бледности или покраснении кожи. Он
постоянно помнит, что тело одновременно явля6 ется как языком персональной экспрессии («я себя
чувствую уставшим»), так и языком межличност ной коммуникации («я тебе показываю, что устал»).
Как я уже говорил в 1 главе, в Гештальте телесный симптом (временный или постоянный) — такой,
как чувство удушья, мигрени, боли в спине —
обычно используется как «вход», позволяющий
осуществить прямой контакт с клиентом; «вход»,
который учитывает, чаще всего бессознательно,
тот путь, который «выбрал» сам клиент.
Итак, клиента побуждают к тому, чтобы он был внимателен к тому, что он чувствует: это и есть гло6 бальное осознание или «awareness». Ему как пра6 вило предлагают амплифицировать, или усилить,
свои чувства или свой симптом — с тем, чтобы его
можно было как можно лучше рассмотреть (как
через лупу) и в некотором роде «позволить ему го6
ворить». В этом заключается своеобразная уста6 новка Гештальта, отличая его от традиционного
1 5 7
медицинского подхода, нацеленного как раз на6
оборот на ослабление симптома: действительно,
если тело привлекает наше внимание и если его не слышат, оно начинает «кричать» все громче и гром6
че! Целью психотерапии является не «излечение», а именно «открытие».
Не давайте пищу симптомам
Гештальтист не пытается во что бы то ни стало «де6
кодировать» все множество симптомов — что дохо6 дило порой до «подпитки симптома», как выразил6 ся знаменитый психоаналитик Лакан. На самом деле вопреки очень распространенному мнению понима ние — даже точное — природы или значения какого6
то психологического симптома не всегда помогает
его одолеть; напротив, оно может способствовать его
культивированию, путем его подтверждения.
Например, некто говорит: «если я агрессивный и буйный, то это из6за идентификации с моим от6 цом» или «если я бессильный, так это вследствие гиперопеки моей матери, которая меня всегда «ка6 стрировала», пресекая всякую инициативу»; по6
следствием этих слов может быть детерминистс6
кая покорность: «я прощен за то, что агрессивен и
беспомощен; принимая во внимание мое детство,
это нормально, что я таков» или даже «с такими предками я обречен остаться таким!».
1 5 8
Тело также обманывает
Практикующий в Гештальте избегает любой интер претации какого бы то ни было жеста или всякого
«считывания с тела» согласно предварительно уста новленному коду, именно такая техника проповеду6 ется Александром Лоуэном в биоэнергетике. Часто
надеются выявить безосновательное подтвержде6
ние Лоуэна, согласно которому «тело не врет!». Между тем, мы нередко действуем против самих
себя, когда ни в чем себе не отказываем: я могу по6
чувствовать себя в форме, после того, как выпил что6то алкогольное. Тело может ошибаться: баналь6 ное воспаление зубов может вызвать невероятные мучения и страдания, тогда как онкология может
развиваться незаметно; эрекция может появиться
самопроизвольно, но она же может сильно подка6
чать, когда меня одолевает страстное желание. …На
самом деле слепо нельзя верить ни телу, ни словам!
Прежде чем попытаться интерпретировать чужое поведение, гештальт6терапевт пытается подтол6 кнуть клиента к тому, чтобы он сам шел тем пу6 тем, который ему спонтанно открывается. Так, посредством последовательных ассоциаций ощу6
щений, жестов, образов, звуков или слов, часто
появляются слабые наметки осознания (инсай ты), базирующиеся на актуальном поведении или
же на стереотипных архаических реакциях, став6 ших бессознательными.
1 5 9
Терапевт всегда вмешивается и остается актив ным, но между тем он нисколько не «директивен»:
например, он просит амплифицировать (усилить) наблюдаемые феномены или даже поэксперимен тировать с новыми установками (с теми, которые выбрал клиент), и обычно он сам реагирует, но при этом он не задает направление действия.
Тело терапевта
Гештальт6терапевт вмешивается не только слова ми, но также и молчанием. Он вмешивается свои6 ми установками, своей позой, но также и своей неподвижностью — точно так же, как своими дви6
жениями и произвольными жестами.
«Что бы мы ни делали, мы не мо жем не общаться!»
Школа Palo Alto
Тем самым говорится, что терапевт также вопло6 щен …и тем лучше! Его собственное тело будет ему активно, посредством контролируемой вовлеченно сти помогать сопровождать клиента. Его спон6
танное телесное ощущение будет служить ему
«компасом» для ориентации в лабиринтах отно6
шений. Если он себя чувствует напряженным, съеженным, неспокойным, скучающим или воз6
1 6 0