В Сербию из Саратова. Русские добровольцы в борьбе за национальную свободу южных славян (1876). Документальная монография

О.В. Кочукова С.А. Кочуков

В Сербию из Саратова

Русские добровольцы в борьбе за национальную свободу южных славян (1876)

РОССПЭН

Москва

2023

УДК 94(470.44+497.11)"1876" ББК 66.4(4/8)

К75

Издание осуществлено при поддержке Фонда «История Отечества»

Рецензенты:

кандидат исторических наук Т.А. Филиппова, доктор исторических наук Э.В. Костяев

Кочукова О.В., Кочуков С.А.

К75 В Сербию из Саратова. Русские добровольцы в борьбе за национальную свободу южных славян (1876). Документальная монография / О.В. Кочукова, С.А. Кочуков. – М. : Политическая энциклопедия, 2023. – 296 с.

ISBN 978-5-8243-2544-7

Издание имеет целью восстановление в исторической памяти подвига русских добровольцев 1876 г., принимавших участие в борьбе за национальную свободу славян Балканского полуострова. Важнейшим историческим фактором, определившим цели и ценности Русско-турецкой освободительной войны 1877–1878 гг., было масштабное славянское движение в России середины 1870-х гг., а участие русских добровольцев в Сербо-турецкой войне 1876 г. стало прологом освободительного подвига русской армии в период войны с Османской империей. Добровольческое движение охватило всю Россию, но до сих пор остается наименее изученным его региональный аспект. В центре документальной монографии – записки и воспоминания добровольцев, отправившихся на войну за свободу славян из Саратовской губернии.

Публикуемые исторические источники позволяют реконструировать картину общественных настроений накануне Русско-турецкой войны, полнее представить мотивы участников добровольческого движения, способы формирования его организационных центров, его историческое значение и трагизм судьбы добровольцев. Яркие и живые свидетельства непосредственных участников исторических событий, людей с разными взглядами, принадлежавших к различным социальным слоям общества, многообразны по жанровой форме и внутреннему содержанию. Тексты публикуемых источников снабжены историческими комментариями. Во введении и вступительных очерках документальной монографии на материалах архивных и опубликованных источников освещаются особенности славянского добровольческого движения 1870-х гг. в масштабах России в целом и непосредственно в Саратовской губернии.

Издание предназначено для специалистов-историков, студентов, учащихся и всех интересующихся историей России и славянских народов.

УДК 94(470.44+497.11)"1876" ББК 66.4(4/8)

Воформлении обложки использована гравюра «Отъезд русских волонтеров в Сербию»

Рис. К. Брож; грав. К. Вейерман, 1876. Журнал «Всемирная иллюстрация»

ВВедение

В истории XIX в. Русско-турецкая война 1877–1878 гг. занимает особое место и является одним из важнейших событий, оказавших влияние на исторические судьбы целого ряда европейских народов. Освободительная война России на Балканах закончила целую эпоху, «эпоху восстаний, войн и международной дипломатии»1 в разрешении Восточного вопроса. Военные и дипломатические победы России сыграли ключевую роль в становлении государственности Болгарии, Румынии, Сербии, Черногории.

Обретение балканскими народами национальной независимости в значительной мере явилось результатом внешней политики России и того большого отклика, который славянский вопрос имел в российском общественном мнении. Все события национальноосвободительного движения балканских народов, среди которых восстание в Боснии и Герцеговине 1875 г., Апрельское восстание в Болгарии 1876 г., Сербо-черногорско-турецкая война 1876 г., нашли деятельную поддержку в России. Российское общество было охвачено единым порывом оказать помощь «братьям-славянам». В России развернулась целая информационная кампания, направленная на формирование общественной поддержки славянской борьбы за национальную свободу. Славянская тема была основной на страницах прессы, о бедствиях православного населения Балкан говорили священники в церковных проповедях, общественные и сословные организации вели масштабный сбор материальных пожертвований на нужды пострадавшим от карательных акций Османской империи.

Кульминационной точкой общественного подъема в России стало добровольческое движение, когда значительное число представителей российского общества, сочувствовавших и сопереживавших сла-

1 См.: Искендеров П.А. Великий Восточный кризис 1875–1878 гг. и его военно-по- литические последствия: мифы и реальность // Славяне и Россия: Россия, Болгария, Балканы. Проблемы войны и мира. XVIII–XXI вв. Сб. статей / под ред. К.В. Никифорова. М., 2019.

4

вянской борьбе за свободу, отправилось на фронты Сербо-турецкой войны 1876 г. Движение русских добровольцев было памятником героизму и человеколюбию, гимном бескорыстному подвигу во имя справедливости, неожиданным исполнением в «железном девятнадцатом веке», в эпоху реализма, евангельского призыва к самопожертвованию и любви, ибо «нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя» (Ин. 15:11). Это движение охватило всю Россию, нашло отклик во всех ее частях.

Общественный деятель Саратова И.Я. Славин в 1911 г. написал небольшую заметку в газету «Волга» в качестве отклика на 35-летний юбилей Сербо-турецкой войны 1876 г. и участия в ней добровольцев из России. Заметка И.Я. Славина называлась «Памяти саратовских добровольцев»1. Автор называл добровольцев «русскими жертвами славянской войны», чрезвычайно высоко оценивал подвиг борьбы и смерти многих из них «за други своя» и сожалел, что история добровольческого движения 1876 г. в Саратовской губернии еще не написана. К сожалению, ситуация не изменилась за целое прошедшее столетие. Настоящее издание ставит перед собой задачу восстановления в исторической памяти подвига русских добровольцев 1876 г., отправившихся в Сербию из Саратовской губернии.

В центре документальной монографии записки саратовских добровольцев – участников Сербо-турецкой войны 1876 г. Публикацию источников авторы сочли необходимым сопроводить введением с кратким экскурсом в историю изучения темы и вступительными очерками, в которых освещаются особенности славянского движения 1870-х гг. в масштабах России в целом и непосредственно в Саратовской губернии.

* * *

Идейно-политическая обстановка в России в период Балканского (Восточного) кризиса 1875–1878 гг. и Русско-турецкой войны 1877– 1878 гг. существенным образом отличалась от времени Крымской войны. Прежде всего, неизмеримо возросла роль общественного мнения, прессы, общественных организаций. Общественное мнение оказалось вовлеченным еще в процесс подготовки участия России в разрешении Великого Восточного кризиса2. В октябре 1875 г. председатель Московского славянского комитета И.С. Аксаков писал:

1 Славин И.Я. Памяти саратовских добровольцев // Волга. 1911. 3 августа. № 162. См. также: Государственный архив Саратовской области (ГАСО). Ф. 1283. Оп. 1. Д. 15. Л. 1–3.

2 См.: Кочуков С.А. «За братьев-славян»: Русско-турецкая война 1877–1878 гг. в восприятии общества, власти и армии Российской империи. Саратов, 2012. С. 196.

5

«Я держусь того мнения, что на политическую европейскую арену при настоящих обстоятельствах необходимо вывести русское общественное мнение и чувство. Европа не может с ним не считаться, и оно, полагаю, может быть полезно и самому русскому правительству как точка опоры…»1

Русское общество было уже совершенно иным, нежели в период неудачной для России Крымской кампании. Время «Великих реформ» оставило свой след и в сфере внешнеполитических доктрин, выдвинутых властью и обществом. Изменившееся общество (речь идет о начале складывания элементов гражданского общества, частичном признании гласности, существенных подвижках в области местного самоуправления, суда и т. д.) впервые столь открыто, ярко, с небывалым энтузиазмом, произносило свое слово в вопросах внешней политики. Эти вопросы прежде относились исключительно к сфере полномочий государственной власти. Концепт «славянского единства» выдвинулся на первый план в сложное для Российской империи время, когда общество уже обсуждало не только первые позитивные итоги реформ, но и истоки многих неудач (архаичная политическая надстройка страны, нехватка национального единства, достаточно заметные сословные пережитки и т. п.), и к тому же, находилось в состоянии углублявшейся конфронтации различных со- циально-политических сил и течений в общественном движении. В определенном смысле война за освобождение славян являлась своеобразной попыткой найти «общую точку опоры» власти и общества. Самая главная, смыслополагающая идея войны с Османской империей (защита угнетенных братьев-славян) в конечном итоге объединяла все социальные группы и течения в общественном движении России.

Восприятие целей, интересов и ценностей внешней политики России на Балканах было поставлено в самый центр общественных дискуссий. Балканское направление во внешней политике и общественном мнении России было связано не только с ее геополитическими интересами, но и с национально-культурными ценностями; точно так же взаимосвязи России и балканских народов формировались на дипломатическом и культурном уровнях. В российском общественном мнении была необыкновенно востребованной идея «славянской взаимности», которая понималась в смысле этноконфессионального братства и являлась одной из базовых ценностей, определивших конкретные внешнеполитические интересы балкан-

1 Россия и восстание в Боснии и Герцеговине. 1875–1878: Документы / сост. В.И. Косик, Д.Ф. Поплыко, В.М. Хевролина. М., 2008. С. 155.

6

ской политики России1. Представление об особой исторической миссии России в освобождении православных славянских народов от владычества Османской империи было положено в основу концепции освободительной войны России на Балканах.

Тот факт, что непосредственному военному участию России в разрешении Балканского кризиса 1870-х гг. предшествовал этап масштабного славянского движения в России, выдвигает на первый план историографическую проблему об общественных инициативах в качестве фактора внешней политики Российской империи накануне и в период Русско-турецкой войны 1877–1878 гг.

Две принципиально различные точки зрения на то, какую роль стал играть фактор общественного движения во внешнеполитической деятельности Российской империи с начала Балканского кризиса середины 1870-х гг., были высказаны еще современниками. Общественный деятель Б.Н. Чичерин, затрагивая в своих мемуарах восприятие в России известий о восстаниях в Боснии, Герцеговине и Болгарии и об их жестоком подавлении турецкими властями, высказывал следующее предположение: «Восточные замешательства и болгарская резня произвели в русском обществе небывалое возбуждение. Само правительство не только его поддерживало, но и поджигало. Не решаясь на первых порах вступить прямо и открыто на этот скользкий путь, оно действовало исподтишка. Своим орудием оно избрало Московский славянский комитет. Он не только послал в Сербию генерала Черняева, но направлял туда массы добровольцев, снабжал их деньгами и оружием, отправлял даже пушки. Это я знаю от самого Ивана Сергеевича Аксакова, который с удивлением восклицал: “Славянский комитет вел войну с Турецкою империей!” Однако война Комитета вышла неудачною, и русское правительство, затеявшее эту опасную игру, наконец, само было вовлечено в военные действия»2. Видный государственный деятель П.А. Валуев, напротив, полагал, что российское правительство было втянуто в войну на Балканах, помимо его воли и изначальных намерений, «прославянскими» силами в общественном движении («славянофильствующей публикой»). По его мнению, «если бросить взгляд назад, то под конец окажется, что мы доведены до порога войны не событиями, не интересами государства, а просто Обществом Красного Креста», и даже:

1 См.: Гришина Р.П. Российское общественное мнение и Балканы (1870-е гг.) // Человек на Балканах глазами русских / отв. ред. Р.П. Гришина, А.Л. Шемякин. СПб., 2011. С. 150–151.

2 Чичерин Б.Н. Воспоминания: Московский университет. Земство и Московская дума. М., 2010. С. 253.

7

«…не будь дамского усердия в его своеобразных видах, не будь постепенного раздувания огня без своевременного употребления надлежащих спасательных труб, не было бы и раздолья славянских комитетов, не было бы Черняева, добровольцев и всего прочего»1. В самом деле, общественные и благотворительные организации, прежде всего, славянские комитеты и Общество Красного Креста, активно содействовали росту славянского движения в России.

Впоследствии историки давали различные, порой противоположные по смыслу, ответы на волновавший еще современников вопрос: направлялись ли общественные инициативы в преддверии Русскотурецкой войны 1877–1878 гг. властью либо, напротив, будучи от нее независимыми, воздействовали на внешнеполитический курс государства2.

Уже первые исследователи истории и предыстории Русскотурецкой войны 1877–1878 гг. проявляли большое внимание к вопросу о роли общественных настроений в стране. Одним из первых обратился к понятию «русское общество» как к значительному фактору войны России с Османской империей председатель Военноисторической комиссии, созданной для описания ее истории, гене- рал-майор С.П. Зыков. «Вообще война 1877 г. с Турцией, – писал Зыков, – благодаря возвышенности и необыкновенной популярности ее цели, представляется небывалым явлением в ряде европейских войн, производившихся в большинстве случаев из-за целей честолюбивых и всегда более или менее туманных для понимания народных масс»3. Так, в труде Зыкова получило историографическое оформление представление о бескорыстном характере целей правительства и общества в войне за освобождение христиан Балканского полуострова. Профессор военной истории Академии Генерального штаба и участник войны с Турцией П.А. Гейсман полагал, что освободительные настроения прочно укоренились не только в общественном сознании, но и в сознании народных масс4.

В дореволюционной историографии применительно к Русскотурецкой войне 1877–1878 гг., а в ряде случаев и к ее предыстории, связанной с движением русских добровольцев, принявших участие в славянской борьбе за национальное освобождение, стали применять

1 Дневник графа П.А. Валуева. 1847–1860, 1866–1884 / под ред. Р.В. Малкова. Саратов, 2015. С. 495.

2См.: Никитин С.А. Славянские комитеты в России в 1858–1876 годах. М., 1960.

С.261–265.

3 Война 1877 и 1878 гг. / под ред. С.П. Зыкова: В 3 т. Т. 1. СПб., 1881. С. 40.

4 Гейсман П.А. Славяно-турецкая борьба в 1876–1878 гг. и ее значение в истории развития восточного вопроса: В 2 ч. СПб., 1887–1889.

8

название «освободительная война»1. В целом, в общественных настроениях 1870-х гг., как и в ранний период историографии, концепция освободительной войны доминировала, и ее понимали как бескорыстное выполнение исторической миссии России по освобождению братских славянских народов. Так, в одном из первых сочинений о войне на Балканах, сочетавшем черты публицистического текста и исторического исследования, П. Апостольский писал: «Нам выпала доля исполнить волю царскую, святой завет предков наших. Не для завоевания идем мы, а на защиту поруганных, угнетенных братьев наших, на защиту веры Христовой. Итак, вперед! Дело наше свято, и с нами Бог!..»2

Примером близкого соединения первых исторических сочинений по теме и публицистики эпохи можно считать труды русского социолога, публициста, основателя цивилизационного подхода в истории Н.Я. Данилевского. В своем главном труде «Россия и Европа» он впервые изложил теорию культурно-исторических типов. Особую роль Данилевский отводил славянскому культурно-историческому типу. По его словам, «для всякого славянина: русского, чеха, серба, хорвата, словенца, словака, болгарина (желал бы прибавить и поляка), – после Бога и Его святой Церкви, – идея славянства должна быть высшею идеею, выше науки, выше свободы, выше просвещения, выше всякого земного блага, ибо ни одно из них для него недостижимо без ее осуществления – без духовно, народно и политически самобытного, независимого славянства; а, напротив того, все эти блага будут необходимыми последствиями этой независимости и самобытности»3.

В 1890 г. Данилевский выпустил «Сборник политических и экономических статей»4, в котором обращался к теме славянства. В статье «Война за Болгарию» предметом исследования явились два вопроса: цели Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. и отношение европейских государств к «русско-турецкой распре»5. Определение Данилевским целей войны находилось в прямой зависимости от его общей концепции: «Решение Восточного вопроса в политическом смысле может быть выражено весьма краткой формулой: независимость и единство славянства. Но зато только одна эта формула и разрешает его.

1 См., напр.: Епанчин Н.А. Освободительная война 1877–1878 гг. СПб., 1902; Богданович Л.А. Двадцатипятилетие великой освободительной войны. М., 1902.

2 Апостольский П. Нравственные основы настоящей войны. СПб., 1877. С. 14. 3 Данилевский Н.Я. Россия и Европа. СПб., 2003. С. 301.

4 Данилевский Н.Я. Сборник политических и экономических статей. СПб., 1890. 5 Там же. С. 42.

9

Независимость без единства ослабит славянство, сделает его игралищем посторонних интересов и интриг, вооружит части его друг против друга; единство без независимости лишит его свободы, широты и разнообразия внутренней жизни»1. По мнению Данилевского, «вся Европа, официальная и неофициальная», находилась на стороне Османской империи2.

Продолжением традиций публицистики 1870-х гг. в историографии явились исследования И.В. Преображенского и Л.А. Богдановича3. Несмотря на то, что работа Преображенского носит описательный характер, в ней немало интересного. Исследователь называет четыре войны, которые так или иначе предопределили существование России: война против иностранных интервентов в 1612 г., Северная война, Отечественная война 1812 г. и Русско-турецкая война 1877–1878 гг. Причем автор исследования считал, что последняя война с Турцией была «войной народной»4. Это утверждение Преображенский постарался доказать тем, что на протяжении XIX в. все русское общество было заинтересовано в решении Восточного вопроса, причем не только силовыми методами. В данном случае имелась в виду деятельность славянофилов и создание Славянских благотворительных комитетов, которые развернули «невиданную до того момента агитацию»5. По мнению автора: «Агитация наших славянофилов, выдвинувших идею Великой славянской империи, горячие статьи большинства газет, где рассказывалось об угнетении наших братьев по крови и вере, присутствие во главе сербской армии популярного М.Г. Черняева, движение в Сербию русских добровольцев, наконец, речь императора Александра II, все это разжигало воинственное настроение России»6.

Работа Л.А. Богдановича «Двадцатипятилетие великой освободительной войны» также восходит к славянофильской публицистике периода Русско-турецкой войны. Следует отметить, что автором было выдвинуто утверждение о ведущей роли общественных сил накануне и в начале войны 1877–1878 гг. Богданович писал, что именно Славянские благотворительные комитеты являлись тем двигателем, который заставил включиться в вооруженную борьбу не только русское общество, но и самого царя Александра II. Труд Богдановича был написан на основе большого количества фактического материала из

1 Данилевский Н.Я. Сборник политических и экономических статей. С. 32–33. 2 Там же. С. 44.

3 Преображенский И.В. За братьев славян. СПб., 1903; Богданович Л.А. Указ. соч.

4 Преображенский И.В. Указ. соч. С. 3.

5 Там же. С. 21.

6 Там же. С. 4.

10