Глава 8. Обычное право башкир

125

Среди институтов обычного права, регулирующих хозяйственные отношения, можно выделить хаун, уму, внутриродовую взаимопомощь.

Хаун (надой. - Башк.) заключался в праве использования молока ко- ровьГили кобылицы сородича при материальных затруднениях. Его надо отличать от внутриродовой взаимопомощи, когда скот передавался в полную собственность. При хауне собственником переданного скота оставался его прежний владелец, и скот в дальнейшем подлежал возвра­щению. Однако поскольку часто быстрый возврат скота был невозможен, между собственником и «хаунщиком» возникали своеобразные отноше­ния клиентелы. Своеобразие данных отношений в том, что они, как пра­вило, приобретали традиционную родоплеменную форму («патрон» ста­новился главой состоящего из его окружения и клиентов родового под­разделения).

Ума - помощь сородичу при выполнении работ, требующих значи­тельных трудовых затрат, за угощение. С помощью данного «нерыноч­ного» института социально незащищенные слои общества могли без особых финансовых затрат оперативно производить необходимые рабо­ты (например, постройку дома, забой скота, сенокосные работы).

Нормой обычного права была и внутрнродоиая взаимопомощь. При падеже скота при джуте или по другим причинам, приведшим к разоре­нию, каждый башкир мог рассчитывать на помощь сородичей. Как пра­вило, он наделялся достаточным количеством скота, чтобы вести свое хозяйство. При аналогичном случае он также был обязан участвовать в восстановлении хозяйства пострадавшего сородича. Выбор применения норм хауна или внутриродовой взаимопомощи определялся многими обстоятельствами. «Хаунщиками» становились больше новопринятые члены рода, лица, не могущие вести отдельное хозяйство. А внутриродо- вая взаимопомощь в первую очередь оказывалась коренным сородичам, пользующимся определенным уважением и оказавшимся в затрудни­тельном положении именно благодаря случаю.

Одними из первых общеправовому регулированию были подвергну­ты семейно-брачные отношения. Норма о недопустимости брака между родственниками вплоть до седьмого колена исходит из глубокой древно­сти. Данная норма не потеряла своего авторитета, башкиры и сегодня стараются избегать близкородственных браков, но в прошлом соблюде­ние ее было обязательным.

Еще одна древняя норма - правило левирата (женитьба младшего брата на вдове умершего старшего брата), которое позволяло роду со­хранить женщину (так она могла вернуться в род отца) и тем самым не ослабляться.

Правовое положение женщины в башкирском обществе во многом определялось сильным остаточным влиянием матриархата. Мифология, дошедшие до наших дней игры и обычаи, содержащие скрытую сакраль­

Часть II. Раннее Средневековье

ную подоплеку, свидетельствуют о высоком статусе женщины. Напри­мер, во время празднования древнего праздника Сабантуй женщины об­ливали водой мужчин, «символизируя и показывая, что женщины в об­ществе выше мужчин, как Небо - Хауа возвышается над землей Ер - Ир,

которого она, женщина, питает в детстве своим молоком, как небо питает

228

дождем землю» . Еще 3. Валиди участвовал в народной игре, в которой джигит на своем коне пытается настичь девушку-всадницу, если ему это удается, он получает право на поцелуй, если же нет - то удар камчой по спине²²⁹. Он же отмечал, что «обычаи башкир и мишаров аула заметно отличались. Башкирские девушки, к примеру, ходили с открытым лицом, повадками были схожи с джигитами и ездили верхом. <...> Махуб боро­лась с желающими взять в жены парнями и отвергала побежден­ных...»²³⁰. Обычай упомянутой борьбы в прошлом был, по-видимому, более распространен и выполнял сакральные функции (он упоминается во многих легендах, например в эпосе «Акбузат» Наркас говорит Хауба- ну: «Хоть девушка я, но матерью // Смелой, как мужчина, рождена, // На всей Уральской земле // Многих батыров повидала я. // Я и ка, деда твое­го, // В единоборстве одолела я...» ^3|).

Женщина всегда занимала довольно высокое место в обществе как мать, жена и как член общества. Известно, что башкирки участвовали вместе с мужчинами в военных походах (показательны слова Маян сво­ему отцу в легенде «Маянхылыу и Марган»: «Называться мужчиной - // Не черта батыра, // А длинноволосой девушкой - // Не черта слабака»²³², которыми она отстаивает свое право возглавить войско). Женщины могли возглавлять племенные союзы и государственные объединения. Общеизвестна царица сако-массагетов Томирис, которая в 512 году отра­зила экспансию персов²³³. Историк А. Асфандияров в доказательство активного участия башкирских женщин в общественной жизни приводит следующие факты. Так, согласно легенде борьбу против монголов, после смерти Сураман-батыра, возглавила его жена. Женщины и в годы вос­станий были в первых рядах повстанцев: например, в ходе башкирского восстания 1735-1740 годов были взяты в плен с оружием в руках Ш. Ку- симова, Ф. Биктимирова, сестры Бикбаевы²³⁴.

²²⁸ Галлямов С. Великий Хау Бен. С. 248.

²²⁹ Валиди 3. Воспоминания. Уфа, 1994. С. 45.

²³⁰ Там же. С. 206.

²³¹ Башкирский народный эпос. С. 417.

²³² Башкирское народное творчество. Эпос. Уфа, 1982. С. 48. Башк.

²³³ Мажитов Н., Султанова А. История Башкортостана с древнейших времен до XVI века. С. 61.

²³⁴ Асфандияров А. 3. Семья и брак у башкир в XVIII - первой половине XIX в. Уфа, 1989. С. 75.