9.8. Церковь и культура

Это тема ряда статей Булгакова 1900-1910-х годов и ей посвящена более поздняя работа «Тихие думы». Он обращается к вопросу о значении Просвещения XVIII века и наследников этой деятельности в XIX веке. В целом он охарактеризовал это как всемирно-историческое удаление от Бога, уход из отчего дома — из Церкви. В России люди культуры пошли по пути Просвещения гуманизма как раз тогда, когда на Западе многие осознавали, что им уже нечем духовно питаться в той культуре, где они надеялись обрести полноту жизни.

Булгаков истолковал это, привлекая притчу о блудном сыне. Блудный сын — это культурная элита в «постхристианской» Европе и подражающая ей часть российской интеллигенции. Блудного сына можно в какой-то мере понять, что не означает его полного оправдания: этот творчески активный человек решил, что он стал взрослым и что ему тесно в отчем доме. Он решил испытать свои силы на стороне. В Церкви блудного сына смущало историческое предание и аскетическое отношение к жизни, которое он не хотел применять к себе. Если на Западе инквизиция и папизм отдаляли чутких людей от Католичества, то и в России синодальная система многих отталкивала от Церкви.

Творческие деятели светской культуры, пусть не все и не сразу, но многие после долгих поисков осознают, что испытывают духовный голод. В их сердцах пробуждается тоска по отчему дому. Они тянутся в Церковь, они готовы вернуться, но старший брат, который не уходил, смотрит настороженно и не хочет признать в блудном сыне своего брата. Блудный же сын имеет более открытую душу и больше готов к покаянию.

Задача, пишет Булгаков, состоит в том, чтобы оба нашли общий язык: каждый должен признать свою вину — и тот, кто ушел из отчего дома, и тот, кто, оставшись, мнил себя единственным его истинным хранителем. На основе взаимного покаяния следует прийти к взаимопониманию, чтобы созидать подлинно церковную христианскую культуру. Булгаков настаивал, чтобы в Церкви культурный уровень стал не ниже, чем за ее пределами, чтобы люди, которые считают себя взрослыми и самостоятельными, будучи вне Церкви, обнаружили, что члены Церкви не менее взрослы, ответственны и результативны в своей работе.

Церковь, писал Булгаков, это не только храм, обряд, Богослужение, но и люди, их культура и ответственность. Он призывал к воцерковлению деятелей культуры, чтобы через культуру, науку, философию церковная духовность могла проникать в окружающий мир. Он не требовал воцерковления самой культуры — он призывал скорее к взаимодействию со светскими людьми за пределами Церкви, к свидетельству в мире веры Церкви. В конце концов, настаивал Булгаков, ничего чисто светского не должно быть. Церковь должна заявлять свою позицию и духовно присутствовать во всех областях человеческой жизни, свидетельствовать правду Божию в культуре, политике, экономике: «…Нужно любовно, без кичливости, но с христианским смирением, — писал Булгаков, — открыть свое сердце “светскому” миру, и, может быть, тогда и старший брат вместе с Отцом дождется радостного дня, когда увидит, что блудный сын был мертв и ожил, пропадал и нашелся» (3, с. 77-78).

Булгаков делал акцент больше на культуре, чем на политике, которую он воспринимал как периферийное социальное служение, где Церковь тоже должна себя явить. Он считал, что через культуру Церковь может действовать намного более эффективно, долговременно и результативно, чем через политические инициативы в Думе или где-то еще. Сам он Думой, впрочем, не пренебрегал. Он считал, что время Средних веков миновало, что культуру уже невозможно воцерковить целиком и сделать ее достоянием Церкви. Известный тезис Дж. Фрэзера «вся культура — из храма» он считал применимым к древности и к средневековью, но не к ХХ веку. Он призывал христиан быть чуткими и понимать, чем живет светский мир, уметь говорить с этими людьми так, чтобы они понимали и принимали Церковь.

В преддверии Конца эта работа важна еще и вот почему: тесно сплотившаяся община должна быть готова встретить «последнего врага и последнюю битву». Нужно не перечеркивать, не предавать культуру анафеме, а внести в нее животворящее начало, чтобы слово Церкви вновь стало теми самыми дрожжами, которые всквашивают все тесто общественной жизни.

Осуществимо ли это? Нужно упорно трудиться и не думать, все ли мы сможем сделать. Наше дело сеять на любые почвы, сеять неустанно и не скорбеть слишком сильно о том, что на одних почвах что-то выросло, а на других — ничего. Трудиться, пока есть силы, иначе мы будем, как тот персонаж из притчи, который спрятал талант в землю, а когда пришел грозный Судия, ему нечего было сказать в свое оправдание. Нужно, писал Булгаков, разжигать пламя христианского творчества и вдохновения. Современная душа, выросшая в сомнительном окружении светской культуры, нуждается в том, чтобы ей дать пищу куда более чистую, живую и прекрасную.

Приведем теперь также ряд его соображений в пользу творческого призвания христианина, использовав для этого работу Зандера «Бог и мир» (9, т. I, с. 379-80). Христианство дает поддержку культуре следующим образом:

— оно возводит космичность человека на новую ступень, чтобы он творчески соучаствовал в становлении мира;

— оно научает любить землю, где ходил Христос, трудиться на земле так, как трудился сам Господь, и любить человека;

— оно научает любить мир творчески, в труде и ответственности за мир;

— «все истинное, что есть в культуре, в творческом отношении к миру, принадлежит Христу и будет явлено в своей принадлежности Церкви» (с. 380);

— нередко творческое служение включается в дело спасения (так, некоторые святые — это культурно-исторические деятели, например, равноапостольные князья и цари, великие учители Церкви, иконописцы, духовные писатели, врачи);

— любому культурному творчеству присуща антиномия дерзновения и послушания; послушание Церкви рождается из полноты душевных сил, из духовной зрелости человека; подлинное творчество и церковность поэтому нераздельны;

— тот, кто отвергает творчество во имя аскетизма, в действительности делает это во имя нигилизма; подлинный аскетизм следует рассматривать как величайшую творческую силу в мире;

— высшие достижения культуры теургичны; художнику нужно духовно родиться, чтобы увидеть высшую божественную Красоту и явить ее в своем творчестве; культ — колыбель культуры, но это — потерянный рай; однако призвание культуры служить религии никто не отменял, поэтому нужно ждать и молиться, чтобы его осуществление действительно стало реальным;

— творчество человека не может иметь абсолютного значения, не заменяет собой эсхатологию, а принадлежит этому веку;

— а главное, мы должны помнить слова Христовы: «без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15:5).

Вопросы:

1. Каковы исходные принципы философии хозяйства о. Сергия Булгакова?

2. Почему его софиология несостоятельна?

3. В чем критерии оценки качества религиозного опыта?

4. Как понимал о. Сергий взаимоотношения Церкви и культуры?

Литература:

1. Булгаков С. Автобиографические заметки. P., 1991.

2. Булгаков С. Н. Свет Невечерний. М., 1994.

3. Христианский социализм: С. Н. Булгаков. Новосибирск, 1991.

4. Елена, монахиня [Казимирчак-Полонская]. Проф. прот. Сергий Булгаков (1871-1944). — «Богословские труды». М., 1986. № 27. (Полный текст издан в виде кн.: Монахиня Елена. Проф. прот. Сергий Булгаков 1871-1944. Личность, жизнь, творческое служение, осияние фаворским светом. М., 2003.)

5. Бердяев Н. Собр. соч. Т. 3. P., 1989.

6. Булгаков С. Н. Соч. в 2-х тт. М., 1993.

7. Булгаков С. Н. Тихие думы. М., 1996.

8. Лосский Вл. Спор о Софии. Статьи разных лет. М., 1996.

9. Зандер Л. А. Бог и мир (Миросозерцание отца Сергия Булгакова). В 2-х тт. Р., 1948.

10. Флоровский Г., прот. О почитании Софии, Премудрости Божией. — «Вестник Рус. Зап.-европ. патриаршего экзархата». P., 1987. N 115.

11. Антоний, митр. Ленинградский и Ладожский. Из истории новгородской иконографии. — «Богословские труды». М., 1986. № 27.

12. Тайна Израиля: «Еврейский вопрос» в русской религиозной мысли конца XIX — первой половины ХХ вв. СПб., 1993.

13. Хоружий С. С. После перерыва. Пути русской философии. СПб., 1994.

14. Лосский Н. О. История русской философии. М., 1994.

15. Зеньковский В. В. Дело об обвинении о. Сергия Булгакова в ереси. Вестник РХД, 1987. № 149.

16. Булгаков С., прот. Философия имени. СПб., 1999.

17. Булгаков С. Два града. СПб., 1997.

18. Зернов Н. Русское религиозное возрождение ХХ в. P., 1991.

19. Флоренский П. Соч. в 4-х тт. М., 1994-98.

20. Булгаков С., прот. Автобиографические заметки. Дневники, Статьи. Орел, 1998.

21. Серафим (Соболев), архиеп. Новое учение о Софии Премудрости Божией. София, 1935.

22. С.Н. Булгаков: pro et contra. T. 1. СПб., 2003.