Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Юридическое образование и юриспруденция в России во второй трети XIX века. Учебное пособие
.pdf
§
1. Итоги развития юридического образования и научной юриспруденции
лись, здесь и там, изложением постановлений действующего законодательства, не разъясняя его историческими изысканиями, и не стараясь, посредством благоразумного употребления философского метода, проникнуть
в общий дух изучаемого законодательства… Что же касается древнейших
памятников законодательства, то, хотя важнейшие и обширнейшие из них
были уже известными, множество других оставались еще закрытыми для
исследователей истории русского права. Не удивительно, что, при таком
состоянии источников, законоведы ограничивались в преподавании и в сочинениях, по большей части, весьма неполным изложением действующего
законодательства, упуская из виду его историю»
1
.
Г. С. Гордеенко, характеризуя состояние российского юридического образования первой трети XIX века, отмечал: «Учение юридическое
в высших учебных заведениях было, или так называемое теоретическое,
передававшее начала и общие понятия римского и естественного права, иногда же общего германского права, с применением к ним немногих
узаконений, или так называемое практическое, основанное на упражнении в примерном делопроизводстве и применении законов, и искавшее
сим путем достигнуть общности законоведения»2.
Эти особенности юридического образования налагали свой отпечаток на литературу, посвященную юриспруденции. Подавляющее большинство юридических произведений, изданных в указанный период,
относилось к категории учебных книг — руководств и наставлений по
праву. Их содержание, определявшееся в значительной мере той методологией, на основе которой осуществлялось обучение юридическим наукам, было так же оторвано от действовавшего в России законодательства, как и состав юридического образования.
Между тем в период правления Александра I заметно совершенствовались не только тексты законов, но и приемы юридической техники.
В рамках Комиссии составления законов шла разработка научных оснований систематизации законодательного материала, критериев классификации правовых норм, понятийного и терминологического аппарата
научной юриспруденции3. Однако юридическая литература указанного
1
Станиславский А. Г. О ходе законоведения в России и о результатах совре-
менного его направления. С. 38–40.
2
Гордеенко Г. С. В чем должно состоять ученое уголовное законоведение в
России в настоящее время? С. 11–12.
3
См. об этом: Томсинов В. А. Юридическое образование и юриспруденция
в России в первой трети XIX века. М.: Зерцало-М, 2010. С. 198–236.
11
Глава 1. Новые тенденции в развитии юридического образования
времени оставалась в стороне от этих тенденций законодательной практики. П. И. Дегай писал в 1831 году: «Положение сие литературы нашего законоведения тем менее представляет успехов, что юристы в самых
законах наших: Воинском уставе, Межевой инструкции, Учреждении о
губерниях, Уставе Благочиния имели прекраснейшие систематические
примеры. Редакторы сих постановлений были русские; но частные современные сочинения о праве не походят на сии глубокомысленные произведения и служат доказательством, что в России успехи законодательства опередили успехи частных юридических сочинений, тогда когда в
других государствах усовершенствование законоучения обыкновенно
предшествует усовершенствованию законов отечественных»
1
.
Г. С. Гордеенко поддержал эту оценку российской юридической литературы в своей диссертации, представленной в 1838 году на соискание
ученой степени доктора прав. Тезис о том, что «в России успехи законодательства далеко опередили успехи науки правоведения», он привел в
качестве первого из ее положений, вынесенных на защиту2. Данный вывод не помешал ему увидеть в научных трудах правоведов первой трети
XIX века немало полезного для дальнейшего развития русского правоведения. «Они трудились не напрасно, — признавал Гордеенко, — они
приготовили многое для позднейших усовершенствований. Теоретики,
излагая общую теорию европейского правоведения, объяснили начала,
из коих каждый род законов должен происходить, связь их между собою, пределы их и взаимное отношение; хотя они не проникнули национальности нашего законодательства, но законодательство всякого
народа, при национальных его чертах, имеет физиономию общую, человеческую, которую мы узнаем и в законах Мойсеевых, и в праве Юстиниановом, и в Кодексах новейших европейских народов. Следовательно,
начала, изложенные прежними теоретиками, и их системы не были совершенно бесполезны; но оставалось только их приспособить к российскому законодательству, разгадать его видоизменение, и сообразно тому
сделать частные изменения в оных системах, что даже и сделано было
ими с успехом для некоторых частей права»3.
1
Дегай П. И. Пособия и правила изучения российских законов. С. 141–142.
2
Гордеенко Г. С. В чем должно состоять ученое уголовное законоведение в
России в настоящее время? С. 94.
3
Там же. С. 12–13.
12
§
1. Итоги развития юридического образования и научной юриспруденции
Одной из причин, по которой научная разработка русского права в
первой трети XIX века не пошла дальше отдельных попыток или опытов
осмысления общих его начал, краткого изложения его истории и описания его системы1, было, по общему признанию, хаотичное состояние
российского законодательства. «Законоведцы, жившие прежде нашего
времени, — писал по этому поводу А. А. Благовещенский, — не могли
создать науки отечественного законоведения, главным образом, потому,
что не имели ни Полного собрания, ни Свода законов. Ныне сии источники открыты во всевозможной чистоте и полноте, и еще непрестанно
обогащаются новым приливом законодательства и истории»
2
.
Г. С. Гордеенко заявлял в своей диссертации, что «основной причины недостаточного и одностороннего учения, равно и ограниченных
успехов в обработывании науки правоведения, должно искать не в недостатке рвения и деятельности со стороны отечественных законоведцев, из которых иные, напротив, удивляют нас необыкновенным своим
трудолюбием, но более в неизвестности и трудности самого предмета — российского права. Как начертать учебную систему законов, не
зная с достоверностию самых законов, во всей их совокупности? Ни от
вышеизъясненного теоретического учения, ни от каких частных усилий
наших законоведцев не можно было ожидать ученого законоведения.
Основание его лежит на правильном составе самых законов. Оно начинается в полном значении с изданием Свода. Теперь только можно помышлять об учебных книгах и твердом образовании нашего юношества
в отечественных законах»3.
1
коноискусства» представлял следующим образом: «Сей труд содержит в себе
общее понятие о российских правах и законах; начало и происхождение оных,
разделение их на разные части, роды и виды и их особенности, или всю систему
российских законов, с приложением картины, представляющей их в надлежащей связи». Это указание он поместил на первой странице «Всеобщего обозрения книги», а также привел его на титульном листе своего произведения.
С. 51.
в России в настоящее время? С. 14. Последние пять фраз приведенного высказывания Гордеенко почти дословно заимствованы им из «Обозрения исторических сведений о своде законов» М. М. Сперанского, но почему-то ссылка на эту
книгу в его диссертации отсутствует. М. М. Сперанский писал: «Как начертать
учебную систему законов, не зная с достоверностью самых законов во всей их совокупности? Сему недостатку желали пособить введением в высших училищах
З. А. Горюшкин суть своего «Руководства к познанию российского за-
2
Благовещенский А. А. История метод законоведения в XVIII и XIX веке.
3
Гордеенко Г. С. В чем должно состоять ученое уголовное законоведение
13
Глава 1. Новые тенденции в развитии юридического образования
В отсутствии доступного всем свода действующих законов видел
главную причину низкого уровня научной разработки отечественного
законодательства и А. Орлов. По его словам, «до издания Свода наука
законоведения была в самом жалком положении. Читали римское право,
объясняли институты и пандекты, излагали историю римского права,
раскрывали кой-какие теории государственного, гражданского и уголовного права, а русское законодательство стояло на самом последнем
1
плане»
.
§ 2. Влияние «Полного собрания» и «Свода законов»
Российской империи на характер юридического
образования и научной юриспруденции в России
С появлением «Полного собрания» и «Свода законов» в России
возникли новые условия для развития юридического образования и
научной юриспруденции. При этом нетрудно было понять, в каком направлении пойдет это развитие. А. А. Благовещенский в своем диссертационном сочинении «О методах науки законоведения» назвал условия,
необходимые для дальнейшего поступательного развития русской научной юриспруденции. «Наука отечественного законоведения, — заявил
он, — будет полная, истинная и совершенная, когда она будет: а) обнимать весь состав российских законов; b) излагаться в порядке и словами,
извлеченными из существа и намерения самых законов, именно: как они
предлежат в законных книгах (в Своде), которые должны быть основа-
наших права римского, Но законы римские всегда для нас будут законы чуждые...
их система должна быть приспособлена к нашей, а не наша к ним: ибо римские законы не достоинством системы отличаются: напротив, известно, сколь она вообще
недостаточна; но они отличаются самым существом их, здравым, практическим
их смыслом, остатками древнего высокого знания и опытности. Из сего явствует,
что ни от пособий так называемого римского права, ни от частных усилий наших
законоведцев, нельзя нам ожидать ученого законоведения. Основание его лежит на
правильном составе самых законов. Оно начнется в полном его значении с изданием
Свода. Тогда только можно будет помышлять об учебных и ученых книгах и твердом образовании нашего юношества в отечественных законах» (Сперанский М. М.
Обозрение исторических сведений о своде законов. СПб., 1833. С. 101–103). Курсивом я выделил фразы Сперанского, воспроизведенные Гордеенко.
1
Орлов А. О современном юридическом образовании в России // Совре-
менник. 1850. Том 21. С. 95.
14
§
2. Влияние «Полного собрания» и «Свода законов» Российской империи
нием и в отправлении дел и в учебном образовании; c) обозревать каждый
род законов во всей полноте бытия, т. е. догматически, исторически и
философически...; d) непрестанно соображать и сравнивать законы отечественные с законами других народов и времен, ближайших и отдаленных, сродных и чуждых; e) соединять теорию с практикою, так, чтобы
они непрестанно друг друга проникали, восполняли и поддерживали; и
f) одушевляться единым духом Православия, Самодержавия и народно-
сти. В сем гармоническом соединении и взаимодействии опыта, истории, философии и искусства процветет наша наука и сохранит себя в
1
вечном обновлении и красоте»
.
Молодой правовед выражал в этих словах не только собственное
мнение, но и тенденции, которые к началу 30-х годов XIX века уже наметились в развитии юридического образования и научной юриспруденции, причем во многом под влиянием сознательной политики государственной власти.
Декларируя необходимость одушевлять отечественную юриспруденцию «единым духом Православия, Самодержавия и народности»,
А. А. Благовещенский всего лишь повторял требование, выдвинутое
С. С. Уваровым2 в циркулярном предложении от 21 марта 1833 года
о вступлении в управление Министерством народного просвещения.
«Наша обязанность, — объявлял исправлявший должность министра
народного просвещения попечителям учебных округов, — состоит в том,
чтобы народное образование, согласно с ВЫСОЧАЙШИМ намерением
АВГУСТЕЙШЕГО МОНАРХА, совершалось в соединенном духе Православия, Самодержавия и народности»3.
Требование излагать науку отечественного законоведения в порядке и словами, соответствующими содержанию и смыслу самих законов,
а именно: в том виде, в каком они были помещены в «Своде законов
Российской империи», также не было изобретением Благовещенского. Данный Свод изначально замышлялся не только для упорядочения
1
Благовещенский А. А. История метод законоведения в XVIII и XIX веке.
С. 51–52.
2
В должности министра народного просвещения Сергей Семенович Уваров (1786–1855) будет утвержден императором 21 апреля 1834 г. Его деятельность на этом посту продолжалась до 20 октября 1849 г.
3
Циркулярное предложение г. управляющего Министерством народного
просвещения начальствам Учебных округов о вступлении в управление Министерством от 21 марта 1833 года // ЖМНП. 1834. Ч. 1. № 1. С. XLIX–L.
15
Глава 1. Новые тенденции в развитии юридического образования
судебной практики. По признанию М. М. Сперанского, «в нем желали
соединить две цели: удобство употребления их при производстве дел и
средства к систематическому их изучению, так чтобы те же законные
книги, а не две системы разные, были основанием и в отправлении дел,
и в учебном образовании»
1
(курсив мой. — В. Т.). Свод задавал основные
параметры и учебной программы юридических факультетов, и распределения действовавшего в России законодательства, а значит и научной
юриспруденции на отрасли.
С выходом в свет «Полного собрания» и «Свода законов» Российской империи в распоряжении правоведов оказался огромный систематизированный и легкодоступный материал для изучения русского права. Характер русской научной юриспруденции неизбежно должен был
решительно измениться уже вследствие одного этого обстоятельства: из
науки абстрактно-теоретической, оторванной от практики правовой жизни, она должна была превратиться в науку, ориентированную на познание действующего российского законодательства, то есть стать теорией,
соединенной с практикой. Такое соединение воплощал собой «Свод законов Российской империи». Он состоял из действовавших на практике
законов, однако система расположения правовых норм, благодаря которой разрозненная их совокупность стала систематизированным сборником — сводом, являлась произведением теоретической юриспруденции.
Многие из понятий и терминов, которыми выражалось содержание законов, были выработаны многовековой практикой законотворческой и
судебной деятельности. Но немалая часть понятийного и терминологического аппарата «Свода законов» была сконструирована с помощью
приемов научной юриспруденции. Он создал, таким образом, новое соотношение между теоретическим и практическим правоведением. Развивавшиеся прежде по отдельности эти две ветви русской юриспруденции
сплелись в нем воедино. Идея единства теории и практики в изучении
юриспруденции, которая высказывалась еще С. Е. Десницким, перестала быть всего лишь благим пожеланием, но стала отражением реального
состояния русской юриспруденции. Выражая эту идею, К. А. Неволин
говорил в речи, произнесенной в 1835 году в торжественном собрании
Университета Св. Владимира: «Теория есть та же практика, но взятая во
1
Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о своде законов.
СПб., 1833. С. 125–127. См. подробнее об этом в книге: Томсинов В. А. Юридиче-
ское образование и юриспруденция в России в первой трети XIX века. М.: Зерцало-М, 2010. С. 263–265.
16
§
2. Влияние «Полного собрания» и «Свода законов» Российской империи
всей ее обширности, сознанная, выраженная в ее внутреннем, чистейшем
существе, приведенная в единство, переведенная в область общей мысли
и понятия. Практика есть та же теория, но рассеянная по множеству дел
жизни, существующая без сознания о себе самой, во внешности бытия
и посреди всего его случайностей и дробностей. Обе они представляют
нам один и тот же предмет, но теория в его единстве и сосредоточенности, практика в его множественности и раздробленности»
1
.
Выдвижение свода действующего отечественного законодательства
в качестве главного объекта научного изучения вела к смене методологического инструментария русской юриспруденции. Российское законодательство было глубоко укоренено в прошлом: его содержание, его дух,
понятийный и терминологический аппарат являлись в значительной
мере традиционными — перешедшими в XIX век из предыдущих столетий. Плодотворное изучение такого законодательства возможно было
только с позиции его истории.
Между тем исследование старинного юридического быта русского
общества пребывало в России в зачаточном состоянии. Единственным
местом, где история древнерусского права изучалась целенаправленно и
плодотворно, был юридический факультет Императорского Дерптского
университета. А ведущими его исследователями выступали преподававшие здесь профессора Иоганн Филипп Густав Эверс (1781–1830) и Алек-
сандр Магнус Фромгольд фон Рейц (1799–1862). Первый из них написал
произведение на тему «Древнейшее право русских в его историческом
развитии», которое вышло в свет на немецком языке в Дерпте в 1826 году2. Второй издал в 1829 году в Митаве на немецком языке книгу «Опыт
истории российских государственных и гражданских законов»3.
1
Неволин К. А. О соединении теории с практикою в изучении законов и
в делопроизводстве. Речь, произнесенная в торжественном собрании Императорского Университета Св. Владимира 1835 года 15 июля // ЖМНП. 1835. Ч. 8.
№ 12. С. 456.
2
См.: Evers I. F. I. Das älteste Recht der Russen in seiner geschichtlichen Entwickelung. Dorpat, 1826. В 1835 г. эта книга выйдет в Санкт-Петербурге в переводе И. Платонова на русский язык. См.: Эверс И. Ф. Г. Древнейшее русское право
в историческом его раскрытии. СПб., 1835.
3
Reutz A. M. F. Versuch über die geschichtliche Ausbildung der russischen
Staats- und Rechts- Verfassung. Als Leitfaden seiner Vorlesungen. Mitava, 1829.
В 1836 году данное произведение выйдет в Москве в переводе на русский язык,
с предисловием Ф. Л. Морошкина. См.: Рейц А. М. Ф. Опыт истории российских
государственных и гражданских законов. М., 1836.
17
Глава 1. Новые тенденции в развитии юридического образования
Этот факт кажется весьма странным, но он вполне объясним. «Справедливость требует, однако, сказать, — отмечал А. Г. Станиславский, — что
для истории русского законодательства в первые тридцать лет настоящего
столетия (XIX века. — В. Т.) сделали более других профессоры Дерптско-
го университета: Мютель, Нейман, и в особенности, Эверс и Рейц. Несмотря на успехи историко-юридической критики и богатство материалов
нашего времени, Эверсово Древнейшее право руссов и Рейца Опыт исто-
рии российских государственных и гражданских законов занимают самое
видное место в ряду исследований об истории русского законодательства,
и останутся навсегда настольными книгами каждого юриста. При этом невольно рождается вопрос, почему именно дерптские ученые — не русского
происхождения — с бóльшим успехом занимались историею русского законодательства, нежели юристы отечественные? На этот вопрос отвечать
нетрудно. Между тем как в прочих университетах господствовало, как мы
уже видели, практико-догматическое направление, мало благоприятствовавшее успехам ученого законоведения, — между тем как преподаватели
этих университетов и те, которые под их руководством получили юридическое образование, в сочинениях своих следовали исключительно или,
по крайней мере, преимущественно этому методу, — профессоры Дерптского университета успели уже ознакомиться совершенно с выводами
юридической исторической школы, которая в последние годы прошедшего
и, в особенности, в первые годы нынешнего столетия достигла в Германии
окончательного развития и приобрела решительное влияние на преподавание наук законоведения и на юридическую литературу»
1
.
Издание «Полного собрания законов Российской империи», которое призвано было служить пособием для разъяснения смысла вошедших в «Свод законов» действующих законодательных актов, существенно облегчало задачу развертывания на юридических факультетах
российских университетов исследований истории русского права. Правительство поддерживало историческое направление в отечественной
юриспруденции. Оно оказывало содействие ученым, путешествовавшим по России в поисках старинных юридических документов2, финан-
1
временного его направления. С. 50–51.
под руководством историка Павла Михайловича Строева (1796–1876) ездила
по России, разыскивая и собирая старинные рукописные документы. Она осмотрела около 200 библиотек и архивов в монастырях, губернских правлениях и
казенных палатах четырнадцати губерний северной и средней полосы Европей-
Станиславский А. Г. О ходе законоведения в России и о результатах со-
2
В течение шести лет — в 1829–1834 гг. — археографическая экспедиция
18
§
2. Влияние «Полного собрания» и «Свода законов» Российской империи
сировало их научные издания1. Молодые люди, обучавшиеся юридическим наукам при Втором отделении Собственной Его Императорского
Величества канцелярии для того, чтобы занять должности профессоров
на юридических факультетах, направлялись слушать лекции в Берлинский университет, где в юридическом образовании всецело господствовала историческая школа права и среди преподавателей царил признанный ее глава профессор Карл Фридрих Савиньи
2
.
Естественно-правовое направление, определявшее развитие русской
научной юриспруденции в течение XVIII и первой четверти XIX века,
стало терять свое прежнее значение еще до выхода в свет «Полного собрания» и «Свода законов» Российской империи. 10 сентября 1829 года
министр народного просвещения князь К. А. Ливен предписал приостановить преподавание естественного права в Императорском Казанском
университете. В постановлении Совета данного учебного заведения говорилось, что Совет «не находит нужным до издания нового Устава университетов устанавливать курса естественного права на каких бы то ни было
основаниях». При этом пояснялось, что «в обозрении европейского права
будет изложена пропедевтика права и краткое изображение философии
права, что достаточно для приуготовления студентов к слушанию положительного правоведения»3.
ской России. В результате было обнаружено почти 3000 старинных юридических
документов, относящихся к периоду с 1340 до 1700 г. Для подготовки собранного
в этой экспедиции материала к изданию 24 декабря 1834 г. при Министерстве
народного просвещения была учреждена Археографическая комиссия. Поиски
старинных документов с целью их публикации и тем самым сохранения продолжались и в дальнейшем. Археографическая комиссия действовала до 1922 г.
См.: Каталог изданий Археографической комиссии, вышедших в свет с 1836 по
1870 год. СПб., 1870; Библиографический указатель изданий Археографической
комиссии, 1836–1936. Л., 1985.
1
См.: Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи археологическою экспедициею Императорской Академии наук. Дополнены и изданы
Высочайше учрежденной комиссиею. Тома 1–4. СПб., 1836; Акты юридические
или собрание форм старинного делопроизводства. Изданы Археографическою
комиссиею. СПб., 1838. Указанные сборники были напечатаны в типографии Второго отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии.
2
в России в первой трети XIX века. М.: Зерцало-М, 2010. С. 114–118.
разования в России. Том 3: Университетская профессура и подготовка Устава
1835 года. М., 2003. С. 126.
См. об этом: Томсинов В. А. Юридическое образование и юриспруденция
3
Цит. по: Петров Ф. А. Формирование системы университетского об-
19
Глава 1. Новые тенденции в развитии юридического образования
23 апреля 1833 года Николай I распорядился создать особый комитет
из профессоров под председательством начальника Второго отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии М. А. Балугьянского
«для начертания руководства по части естественного права с общим обозре-
1
нием энциклопедии и литературы юридических наук»
, с тем, чтобы труд
этот был передан на предварительное рассмотрение действительного тайного советника Сперанского. В тот же день управляющий Министерством народного просвещения С. С. Уваров предписал попечителям учебных округов
приостановить с окончанием текущего учебного года преподавание естественного права до тех пор, пока не будет издано надлежащего руководства
по этому предмету2. В качестве причины принятия такой меры была названа
забота о том, чтобы «в преподавание сего предмета, столь важного как в политическом, так и в философском отношении, не могло вкрадываться что-либо
несоответственное существующему в государстве порядку вещей»3.
§ 3. Программа преподавания юридических наук
в проектах нового университетского устава
Наметившиеся в начале 30-х годов XIX века новые тенденции в развитии юридического образования и научной юриспруденции заметно проявлялись и в проектах нового университетского устава.
Необходимость обновления университетской организации и учебных
программ факультетов стала остро ощущаться как в правительстве, так и в
самих российских университетах еще в 1819–1820 годах, однако до тех пор,
пока университетскими делами управлял в должности министра духовных
дел и народного просвещения князь А. Н. Голицын, серьезных практических
шагов в этом направлении не предпринималось. Именным, данным Синоду,
указом от 15 мая 1824 года Александр I повелел отделить Министерство народного просвещения от Министерства духовных дел4. Министром народ-
1
ЖМНП. 1834. Ч. 1. № 1. С. V.
2
Там же. С. VI.
3
Там же.
4
Дословно в данном Указе говорилось следующее: «Назначив особого
Министра народного просвещения, Повелеваем: делам Святейшего Правительствующего Синода, до назначения Министра духовных дел, иметь то же течение,
в каком они находились до учреждения сего Министерства 24 октября 1817 года» (1-ПСЗРИ. Том 39. № 29914. С. 319).
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]