Христианство. Век за веком. Очерки по истории христианской Церкви

Никольского монастыря, места его заточения, не от­ходила народная толпа. Тогда Иван приказал увезти Филиппа из Москвы в Тверской Отрочь монастырь.

В христианской Церкви юродство ради Христа как определенный тип святости возник еще в IV веке. Древний церковный историк Евагрий говорит об этом подвиге как о высшем выражении православного под­вижничества. Юродство изначально было характерно только для византийской религиозности. Оно никогда не было распространенным на Западе. С XIV века юродство исчезает в Византии и становится исключи­тельно русским явлением. Из сорока юродивых, про­славленных всей Православной Церковью, лишь шесть жили в Византии, остальные — на Руси. Сегод­ня известно более четырехсот юродивых, почитае­мых в Русской Православной Церкви. Практически каждый крупный город Русской земли имел своего юродивого. Термин «юродивый» произошел от слова,

Не раз Василий обличал Ивана Грозного. По воспоминаниям путешествовавшего по Руси ино­странца, «он сумел упрекнуть царя в жестокости, ос­тавшись при этом живым». Иван боится тронуть бла­женного. Василий оказывается в Новгороде во время казней и погрома города в 1570 году. Он зазывает к себе Ивана и угощает его в Великий пост сырым мя­сом. Иван, увидев мясо, отказался от него, сказав юродивому: «Я христианин и в пост мяса не ем». На что блаженный возразил: «А кровь христианскую пьешь!» Обличенный царь приказывает остановить казни и спешно покидает город.

монархов с собственным народом посредством инкви­зиции.

Начало деятельности инквизиции как особого цер­ковного суда Католической Церкви было положено в XIII веке папой Иннокентием. Свое название инкви­зиция получила от латинского термина, обозначавше­го «розыск» или «расследование». В обязанность инк­визиторов входило расследование преступлений против католической веры и суд над теми, кто эти преступления совершал. Инквизиция действовала почти во всех католических странах. Однако, чтобы еще более расширить ее полномочия, в середине XVI века папа Павел III учредил особую, папскую инквизицию, которая стала называться также «свя­щенной канцелярией». Она получила от папы право действовать во всем христианском мире. Эта папская инквизиция просуществовала до XX века и была реорганизована только в 1965 году.

Учреждение инквизиции пытались оправдать призывом Христа: «Любите врагов ваших». Инквизи­торы объясняли весь ужас пыток и смерть на костре проявлением любви к врагам Церкви. Будто бы через физические страдания и смерть еретика они заботятся о спасении его души. Их лозунгом были слова: «Лучше разрушить тело, чем дать погиб­нуть душе». Однако те методы, которыми инквизито­ры пытались спасти души еретиков не поддаются описанию. По высказыванию историков инквизиции: «Перо опускается, не в силах вынести тех зверств и ужасов, которые творились “священной канцеля­рией”».

Самой же кровавой в истории инквизиции счи­тается испанская инквизиция. Она свирепствовала под непосредственным руководством испанских монархов. Даже в 1826 году там еще пылали костры «священной канцелярии», но это уже был закат непо­бедимой организации.

В 17 лет Лютер отправился учиться в Эрфуртский университет, где по настоянию отца он стал занимать­ся законоведением. Однако надеждам отца не сужде­но было сбыться. Возвращаясь в университет после очередных каникул, Мартин был застигнут в поле внезапной грозой. «Упав лицом в траву, — позже вспо­минал Мартин, — я в ужасе ждал, что сейчас меня убьет молнией. Губы автоматически начали шептать молитву: “Господи, спаси, заступись, помилуй!” И вдруг, неожиданно для себя, но чувствуя, что в том слове, которое сейчас произнесу, будет большая сила, чем во всех громах и молниях, я сказал: “Постри­гусь!” И понял, что спасен. Над самым моим теменем что-то вспыхивало и гремело. В воздухе пахло серой. По лицу дождем и градом хлестал вихрь. Молнии падали и падали так часто и близко, что казалось, не могли не убить. Но я уже ничего не боялся. Встав во весь рост, я кричал: “Постригусь! Постригусь! По­стригусь!”, — и чувствовал, что одним этим словом, как нерушимой стеной, огражден от грозы». На сле­дующий день Мартин прекратил работу над магис­терской диссертацией, а через неделю стал послуш­ником в монастыре.