Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Формы ограничений свободы совести и перспективы секуляризма в современном мире
.pdf
1. Свобода совести и коллективные формы ее реализации
Еще одним явлением в этом контексте стало увеличение процента
неверующего населения во многих странах. Кроме того, если ранее
национальная, этническая принадлежность и религия были зачастую
связаны, то теперь их соотношение становится менее автоматическим. Многие религиозные меньшинства не имеют этнической основы. Все эти обстоятельства как минимум означают, что реалии религиозных различий должны приниматься во внимание при решении
многочисленных правовых вопросов.
В-третьих, вместе с духовным возрождением и ростом плюрализма традиционные религии продолжают занимать очень важное место
во многих государствах. Как правило, они имеют глубокие корни в
обществе и в целом сыграли значительную роль в истории и культуре
этих стран, а также в формировании и сохранении национальной
идентичности. Из-за их центрального места в культуре традиционные
религии легко становятся значительным фактором в государственном
строительстве. В целом политики удовлетворяют требования таких
религиозных организаций, чтобы заручиться их поддержкой. Но, несмотря на доминирующее положение, преобладающие религии часто
чувствуют угрозу и мотивированы на поиск новых способов укрепления своих позиций в обществе. В результате вопросы религиозных
прав часто окрашены политически, а поддержка позиций религиозного меньшинства вызывает негативную реакцию среди последователей
традиционных религий. Так, например, в Индии в последние годы
наблюдается постоянная напряженность между сторонниками Хиндутва (идеология индуистской культурного национализма) и теми,
кто защищает в принципе равенство всех религий1. Сам термин
«Хиндутва» впервые был использован в 1923 г. Винаяком Дамодара
Саваркара. Однако, как отметил в своем постановлении Верховный
1
См.: Mahmood T. India // Religion and the Secular State: National Reports /
J. Martínez-Torrón, W.C. Durham, Jr., eds. Madrid, 2015. P. 395–411; Mahmood T.,
Mahmood S. Introduction to Muslim Law. New Delhi, 2014. 330 p.; Baird R.D. Traditional Values, Governmental Values, and Religious Conflict in Contemporary India //
BYU Law Review. 1998. № 2. P. 337–357.
71
Формы ограничений свободы совести и перспективы секуляризма
Суд Индии, нет точного значение понятий «индус», «Хиндутва» и
«индуизм», и при их абстрактном толковании не нужно ограничиваться узкими рамками религиозного толкования, за исключением
содержание индийской культуры и наследия1.
В этом плане можно говорить еще об одной современной тенден-
ции, а именно о попытке отхода от провозглашенного в конституционных текстах принципа светского государства под давлением религиозного общества. Так, например, в Турции формирование светского
государства проходило в ХХ в. в рамках модернизации государственного устройства, направленного на достижение и защиту независимости публичной власти от всеобъемлющего влияния религиозных организаций. Этот фактор был инициирован непосредственно высшими
руководителями и политической элитой и направлен на правовое
обеспечение независимости государственных институтов от влияния
господствующей религии и соответствующих организаций. Ислам с
принятием Конституции 1982 г. законодательно перестал быть государственной религией.
Однако сейчас республика отходит от провозглашенных в 1924 г.
принципов секуляризма. Так, Конституция Турецкой Республики в ст. 24
обязывает государство обеспечить всеобщее обучение религиозной
культуре и этике в начальной и средней школе, что противоречит
принципам современного светского государства. В республике в соответствии с Лозаннским мирным договором от 24 июля 1923 г. предоставляется преференциальный правовой статус «немусульманским
меньшинствам», последователи которых вправе отказаться от такого,
мусульманского по своему содержанию, образования. Хотя по тексту
акта не определено, каким именно образом. Действующее правительство, в свою очередь, трактует положения соглашения весьма узко и
предоставляет соответствующие гарантии только трем признанным
группам – иудеям, греческим и армянским православным. Например,
1
Dr. Ramesh Yeshwant Prabhoo vs Shri Prabhakar Kashinath Kunte & Others : Judgment of 11 December 1995 / Supreme Court of India. URL: https://indiankanoon.org/
doc/925631/ (access date: 01.07.2017).
72
1. Свобода совести и коллективные формы ее реализации
алевизты и последователи сирийской христианской церкви как непризнанные меньшинства лишены такого права.
Другим отступлением от принципа секуляризма является создание
Управления по делам религий (турец. Diyanet Işleri Başkanliği). Это
государственное учреждение отвечает за регулирование религиозной
жизни всех мусульман, проживающих в стране. Оно назначает религиозных деятелей (включая имамов и муфтиев), выплачивает содержание религиозным деятелям и руководит более чем 70 тыс. мечетей.
Управление по делам религий получает значительные средства от
государства (ежегодно примерно 5% от общереспубликанского бюджета), которые, однако, не предоставляются немусульманским организациям (например, еврейским или христианским общинам, алевизтам). Государственная помощь оказывается только мусульманам, а
общества иных конфессий содержатся за счет средств их членов. Доступ в тюрьмы и государственные больницы имеют только официально назначенные Управлением по делам религий имамы. Однако в немусульманских религиозных больницах священники и раввины могут
свободно предлагать духовную помощь членам соответствующих
объединений1. Таким образом, в этой стране с населением, не готовым принять демократические европейские веяния, после стабилизации жизни идет процесс восстановления клерикальных исламских
традиций в том виде, как это было до революции.
Другим примером может служить современный Непал, где при-
мерно 81% населения исповедуют индуизм. Вплоть до революции
2006 г. эта религия являлась официальной в этой стране. В 2008 г.
была упразднена монархия, Непал стал светским государством, но в
стране наблюдался постоянный рост влияния индуистских националистов во главе с промонархической Национальной демократической
1
См.: Öktem N. Religion in Turkey // BYU Law Review. 2002. № 2. Р. 371–404;
Ҫınar Özgür H., Yıldırım M. Freedom of Religion and Belief in Turkey. Cambridge,
2014. 240 p.; Kucukcan T. State, Islam, and Religious Liberty in Modern Turkey: Reconfiguration of Religion in the Public Sphere // BYU Law Review. 2003. № 2. Р. 475–506.
73
Формы ограничений свободы совести и перспективы секуляризма
партией Непала (англ. the Rastirya Prajatantra Party Nepal). 14 сентября 2015 г. Учредительное Собрание, голосовавшее по проекту новой
конституции страны (вместо временной 2007 г.), отвергло предложение снова сделать Непал официально индуистским государством. Это
вызвало протесты религиозных групп, часть из которых настаивала на
отмене принципа разделения церкви и государства. В принятой
20 сентября 2015 г. новой Конституции Непала положение о светском
характере государства все же удалось сохранить.
В-четвертых, в то время как в большинстве стран мира закрепле-
ны конституционные гарантии свободы совести и свободы вероисповедания, их реализация неодинакова. По данным форума «Пью» по
вопросам религии и общественной жизни (англ. Pew Research Center),
значительная часть населения мира (примерно 70%) живет в странах,
где введены государственные ограничения на право свободно исповедовать свою веру1.
В странах с развитой демократией, в том числе в России, имеет
место кризис свободы совести, который выражается в том, что на фоне весьма полной и последовательной защиты свободы совести и свободы вероисповедания люди апатично относятся к ним, забывая об их
первостепенном значении. От нашего внимания зачастую ускользает
информация о тяжелой судьбе христиан, спасающихся от преследований на Ближнем Востоке; христиан-горцев из Вьетнама, столкнувшихся с насильственной сменой веры и массовыми убийствами на
основе принадлежности к религии, отличной от ислама; христиан,
ахмадийцев и представителей других религиозных меньшинств,
преследуемых в Пакистане; религиозных групп, которые были лишены помещений и других мест отправления своего культа, подвергшихся насилию, вплоть до убийства, в результате межобщинных
1
См.: Rising Tide of Restrictions on Religion. URL: http://www.pewforum.org/
Government/Rising-Tide-of-Restrictions-on-Religion.aspx (access date: 01.07.2017);
Grim B.J. Rising Restrictions on Religion: A Global Overview // BYU Law Review.
2012. № 3.
74
1. Свобода совести и коллективные формы ее реализации
войн в Индии; буддистов, мусульман и христиан, которые столкнулись с преследованиями в Китае, и пр. По сравнению с этим возникающие в России и европейских странах вопросы, связанные с альтернативной гражданской службой для последователей отдельных
культов, религиозной символикой и ношением головного платка
в общественных местах1 и т.п., кажутся незначительными. Но и на
них нужно обращать внимание, чтобы свобода совести и свобода вероисповедания предоставлялись и гарантировались повсеместно.
Все указанные тенденции, безусловно, находят свое отражение не
только в законодательстве и правоприменительной практике государственных органов различных стран, но и в научной мысли. Однако
думается, что они не носят глобального всеобъемлющего характера.
Для каждой страны направления развития научных исследований,
актуальные вопросы, которые обсуждаются и решаются учеными,
будут различными и обусловленными, прежде всего, геополитической
реальностью и историко-культурными предпосылками, которые имеют место в конкретной стране. Хотя их можно сгруппировать по отдельным географическим регионам.
Так, например, для ученых стран Европы актуальны вопросы места религии в жизни общества, в публичной сфере и определения особенностей реализации светской концепции государства в рамках конкретной страны, борьба с религиозным экстремизмом и негативные
последствия притока мигрантов-мусульман. С одной стороны, ученые
изучают последствия крайней религиозной толерантности (Италия,
Турция), а с другой – формы поддержки традиционных религий, что
характерно для более восточных стран (Венгрия, Польша).
В США исследователи останавливаются на вопросах места и роли
свободы совести и религии среди прочих прав человека, ее значения
1
Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.07.2013
№ 9-АПГ13-2. URL: http://www.vsrf.ru/indexA.php?i1p1=1&i1text=&number=&i
DateB=10.07.2013&iDateE=&iDoc=0&iPhase=0&iSpeaker=0&Frash=0&search.x=41
&search.y=12 (дата обращения: 01.07.2017).
75
Формы ограничений свободы совести и перспективы секуляризма
как первой свободы1. Отсюда делается попытка переосмыслить содержание свободы совести в контексте современных правоотношений, что постоянно востребуется на практике. Сейчас в США весьма
широко обсуждается ситуация, когда сотрудники организаций вынуждены заниматься той или иной деятельностью вопреки своим религиозным убеждениям. Например, случаи, когда врачи или медсестры
обязаны участвовать в совершении абортов2 или когда религиозные
организации вынуждают регистрировать однополые браки. В качестве реакционной меры в отдельных штатах (например, Арканзасе,
Джорджии, Индиане) начали вносить законопроекты, которые призваны помочь защитить права религиозных людей, если они считают,
что обслуживание геев, лесбиянок и трансгендеров противоречит их
убеждениям3. Критики же утверждают, что эти законы, если будут
приняты, позволят фактически легализовать дискриминацию и сделают бессмысленными нормы о защите прав ЛГБТ сообщества. Так,
губернатор штата Джорджия Джон Натан Дил, налагая вето на соответствующий законопроект, заявил, что он не думает, что акт был необходим. Не нужно кого-то дискриминировать, защищая общины,
основанные на вере в Джорджии4. Свое влияние оказали в этом во-
1
См.: Durham W.C., Jr. Religious Freedom in a Worldwide Setting: Comparative Reflections // Pontifical Academy of Social Sciences. 2011. 30 Apr.; Oaks Elder Dallin H.
Preserving Religious Freedom // Chapman University School of Law. 2011. 04 Feb.;
Clinton H.R. On International Religious Freedom // Carnegie Endowment for International Peace. 2012. 30 July; Torfs R. The international crisis of religion freedom // Religion and Civil Society. 2011. Vol. 4, is. 2. P. 17–27; Bradley L.V. Religious Freedom,
the Good of Religion and the Common Good: The Challenges of Pluralism, Privilege and
the Contraceptive Services Mandate // Ox. J Law Religion. 2013. Vol. 2, is. 1. P. 25–49.
2
Cook E.Q.L. Religious Liberty : Lecture in Notre Dame Sydney School of Law. Sydney, 27 May 2015. URL: http://www.mormonnewsroom.org/article/notre-damesydney-school-of-law-religious-liberty-lecture (access date: 01.07.2017).
3
Georgia House Bill 757 2015-2016. URL: https://legiscan.com/GA/bill/HB757/2015;
http://www.legis.ga.gov/Legislation/en-US/display/20152016/HB/757 (access date: 01.07.2017).
4
Georgia Gov. Nathan Deal to veto 'religious liberty' bill. 2016. URL:
http://edition.cnn.com/2016/03/28/us/georgia-north-carolina-lgbt-bills/ (access date:
01.07.2017); Georgia governor vetoes religious freedom bill criticized as anti-gay.
2016. URL: https://www.washingtonpost.com/news/post-nation/wp/2016/03/28/georgiagovernor-to-veto-religious-freedom-bill-criticized-as-anti-gay/ (access date: 01.07.2017).
76
1. Свобода совести и коллективные формы ее реализации
просе и крупные бизнес-компании (Дисней, Национальная футбольная лига, Кока-Кола, отдельные кинокомпании), которые пригрозили
вывести свой бизнес из соответствующих штатов, если проекты законов будут приняты.
Для африканских государств на первый план выходят вопросы на-
хождения баланса между традиционным укладом жизни, его нормами
регулирования, обычным правом и демократическими стандартами
регулирования статуса личности1. Научный интерес вызывают также
вопросы ограничений религиозного плюрализма и регистрации религиозных меньшинств. Актуальными остаются проблемы защиты прав
женщин и детей, а также особенности правового статуса жен в полигамном мусульманском браке.
1
Kirkham D.M., Durham W.C., Jr. Foreword: Law and religion in Africa – Comparative practices, experiences and prospects // African Human Rights Law Journal. 2014.
№ 14. P. 61–68.
77
Формы ограничений свободы совести и перспективы секуляризма
2. ФОРМЫ ОГРАНИЧЕНИЙ СВОБОДЫ СОВЕСТИ
И СВОБОДЫ ВЕРОИСПОВЕДАНИЯ В РОССИИ
И ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАНАХ
2.1. Формы проявления враждебности в отношении
той или иной религии со стороны общества
Государства, закрепляя в законодательстве и осуществляя на прак-
тике меры по реализации свободы совести и свободы вероисповедания, не всегда в равной степени гарантируют их. Однако возникающие ограничения могут иметь различные источники. Ими выступают
либо государственные ограничения и юридические препятствия
свободы религии (англ. government restrictions), либо социальная
враждебность в отношении той или иной религии (англ. social
hostilities involving religion), которая может проявляться как со стороны отдельных лиц, так и их групп, в том числе организованных.
Уровень социальной враждебности, безусловно, в разных странах
неодинаков. На него влияют как исторические, культурные, геополитические факторы, уровень социально-экономического развития конкретной страны, так и степень государственных ограничений свободы
религии. По данным форума «Пью» в 2015 г., который был пока последним исследованным периодом1, к государствам с самым низким
индексом враждебности общества в отношении религии относятся
Уругвай, Португалия, Палау, Мальта, Монако, Куба, Эстония, Туркменистан, Перу, Сенегал, Эквадор, Узбекистан и т.д. Наивысший индекс присвоен Сирии, Нигерии, Ираку, Индии и т.д. Российская Федерация до 2014 г. была также отнесена к группе стран с наивысшим
индексом враждебности общества в отношении религии, но 2014 г.
была переведена в группу стран с высоким индексом, где занимала
1
Global Restrictions on Religion Rise Modestly in 2015, Reversing Downward
Trend. URL: http://www.pewforum.org/2017/04/11/global-restrictions-on-religion-risemodestly-in-2015-reversing-downward-trend/ (дата обращения: 01.07.2017).
78
2. Формы ограничений свободы совести и свободы вероисповедания
8-е место после Египта и Алжира1. Однако в 2015 г. Россия была
вновь включена в прежний перечень, где занимает 7-е место из 11
после Израиля и Йемена.
Справедливости ради надо отметить, что в России также проводились подобные исследования, например Информационно-аналитическим
центром «Сова» и Аналитическим Центром Юрия Левады (ЛевадаЦентр). Исходя из их результатов можно заключить, что ситуация в
нашей стране не так критична как ее оценивают международные и
зарубежные эксперты. Так, 6 октября 2014 г. Центр изучения национальных конфликтов (ЦИНК) опубликовал результаты исследования
«Гроздья гнева : рейтинг межэтнической напряженности в регионах
России. Весна–осень 2014 года»2. Это уже второе подобное исследование, первое было опубликовано в апреле того же года. Исследователи создали интерактивную карту России, распределив регионы по
степени межэтнической и межконфессиональной напряженности.
Было выделено 5 групп субъектов федерации с очень высокой, высокой, средней, низкой и очень низкой степенями напряженности.
Согласно результатам Москва, Дагестан и Ханты-Мансийский автономный округ оказались регионами с наиболее высоким уровнем
межэтнической напряженности. Также проблемными, по мнению авторов, являются Санкт-Петербург, Краснодарский край, Республика
Крым, Республика Татарстан, Саратовская область, Ставропольский
край, Челябинская область (регионы с высокой степенью напряженности). Таким образом, всего 10 из 85 регионов России вызвали опасения у исследователей.
Определение уровня напряженности было проведено путем подсчета количества этнически мотивированных конфликтов в регионе и
анализа результатов опроса экспертов: ученых, правозащитников,
1
Trends in Global Restrictions on Religion. URL: http://www.pewforum.org/
2016/06/23/trends-in-global-restrictions-on-religion/ (access date: 01.07.2016).
2
Гроздья гнева : рейтинг межэтнической напряженности в регионах России. Вес-
на–осень 2014 года. URL: http://club-rf.ru/thegrapesofwrath/02/ (дата обращения:
01.07.2017).
79
Формы ограничений свободы совести и перспективы секуляризма
специалистов по демографии и миграции и др. Кроме того, при составлении рейтинга учитывались различные факторы, косвенно характеризующие, по мнению авторов, состояние межэтнических отношений.
Например, экономические факторы, такие как динамика приобретения
вновь прибывшими объектов собственности, политические – наличие и
активность националистических групп в регионе, социальные – степень
развитости социальной и досуговой инфраструктуры и т.д.
Основные выводы исследования декларируют снижение уровня
межэтнической напряженности из-за событий в Украине, отодвинувших на второй план все остальные проблемы. Однако, по мнению исследователей, несмотря на это, принципиально этноконфессиональная
ситуация в последнее время не изменилась и остается напряженной.
Выделяется целый набор причин, из-за которых, по мнению авторов,
уровень межэтнической напряженности остается высоким. Например,
фактическое неравноправие российских регионов, сохранение системы «негласного этнического квотирования должностей в национальных республиках», высокий уровень преступности в среде мигрантов,
экспансия радикального ислама и др.
Исходя из анализа международной ситуации можно признать, что
во всем мире существует растущая угроза свободе вероисповедания.
Ранее наибольшая враждебность к религии проявлялась со стороны
светских авторитарных или тоталитарных режимов. Сейчас в этом
плане наибольшие опасения вызывает ситуация с правами человека в
Северной Корее и Эритрее1. Но со временем ситуация стала меняться.
На сегодняшний день наиболее активные преследователи религиозных меньшинств и инакомыслящих – религиозные экстремисты.
1
Report of the detailed findings of the Commission of Inquiry on Human Rights in
Eritrea 5 June 2015 A/HRC/29/CRP.1 / United Nations. URL: http://www.ohchr.org/
Documents/HRBodies/HRCouncil/CoIEritrea/A_HRC_29_CRP-1.pdf (дата обраще-
ния: 01.07.2017); Report of the detailed findings of the commission of inquiry on hu-
man rights in the Democratic People’s Republic of Korea 7 February 2014
A/HRC/25/CRP.1 / United Nations. URL: http://www.ohchr.org/EN/HRBodies/HRC/
CoIDPRK/Pages/ReportoftheCommissionofInquiryDPRK.aspx (дата обращения:
01.07.2017).
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]