Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Формирование русского средневекового права в IX -XIV вв.. Монография
.pdf
2. Особенности генезиса и эволюции средневекового гос. права
61
о территории земли Русской. Так, в договорах Смоленска с Ригою
территория княжества именуется Русью, а население, проживающее на этой территории, русины1. В свою очередь русско-византийские договоры заключены от имени Руси, Русской земли.
В тех же договорах клялись по закону русскому, и назначение
наказания также предусматривалось законом русским. Сознание
единства русской нации образуется в IXXI вв. и выражается в XI
XII вв. в законодательных памятниках2. Понятия Русь и Русская
земля, по мнению известного историка А. В. Соловьева, означали
все восточнославянское единство. В области внешней политики и
церковной жизни эти понятия не изменились и сохраняли свое первостепенное значение и в период феодальной раздробленности. Идеей
единства Русской земли пронизаны многие художественные произведения: Слово о полку Игореве, Слово о погибели земли русской и некоторые другие. Однако сознание национального единства
в XII в. не было еще полным и всеобщим, как отмечает М. Ф. Владимирский-Буданов. Русской землей специально называлась Южная Русь (в частности, Киевская земля) в противоположность Северной и Западной3.
К концу XII в. некоторые государственные образования на
территории Руси формируются в более крупные государственные
общности, где на северо-востоке такой крупной государственной
единицей становится Новгород, на юго-западе Галиция, а в центральной части на первый план выходит Суздаль и т. д. Таких государственных образований в исследуемый период можно назвать
около десяти. Позднее они составили основу территории Московского государства. Как отмечает известный исследователь Древней
Руси Б. Флоря, XIV век в истории восточного славянства можно считать важнейшим хронологическим рубежом: С этого момента есть
все основания говорить о разных исторических судьбах отдельных
частей восточного славянства в рамках новых многоэтничных государств. Начиная с этого времени, постепенно нарастают различия
между социальным строем тех частей восточнославянского единства,
которые вошли в состав Великого княжества Литовского и Польского
королевства, с одной стороны, и тех, которые вошли затем в состав
формирующегося Русского государства. Параллельно с различиями в социально-экономическом строе постепенно формировались и
важнейшие различия в характере политической культуры, социальной психологии, а затем и в круге общекультурных интересов4.
1
Памятники русского права. Вып. 2. М., 1953. С. 58. С. 63.
2
Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории русского права. Ростов н/Д.,
1995. Ñ. 51.
3
Òàì æå. Ñ. 51.
4
Флоря Б. Н. Óêàç. Ñ. 13.

62
Формирование русского средневекового права в IXXIV вв.
Подводя некоторые итоги, следует заметить, что государственность в средневековой Руси стала формироваться еще в недрах
родоплеменных отношений. Процесс расселения восточных славян
не был связан лишь с одним направлением, а именно приднепровским, как полагали до недавнего времени многие исследователи.
Основными плацдармами, с которых в VVII вв. н. э. началось заселение Приднепровья и Севера будущего Древнерусского государства, были не только Карпаты, но и побережье Балтийского моря.
Это серьезно меняет официальную концепцию формирования территории Древнерусского государства, разработанную еще А. А. Шахматовым. Уже в IVV вв. славяне были не единым народом, вступив в Средневековье расчлененными как в культурном, так и в этнографическом плане. Процесс формирования территории славян
был делом сложным, неодноактным, многоплановым, несколькими
миграционными потоками из разных мест. Территория будущего
славянского государства включала в себя, по крайней мере, на начальной стадии своего формирования две важнейшие региональные
компоненты. А более конкретно северо-западную и южно-русскую
территории. В ранний период формирования славянских территорий в Восточной Европе существовали независимо друг от друга два
политических образования, объединяющих различные племена и
союзы племен на северо-западе и юге, интеграция которых в дальнейшем привела к созданию Древнерусского государства. Процесс
формирования средневековой государственности на Руси проходил
на многофакторной основе. Еще до образования Древнерусского государства на территории Руси существовал целый ряд политических образований, находящихся на разных ступенях государственности. Важнейшими политическими центрами были Новгород и Киев,
которые на начальном этапе формирования государственности были
разобщены как в социальном, так и в политическом плане. Постепенно, в процессе подчинения княжеской власти, отдельные земли,
носившие независимый или полунезависимый характер, были подчинены или втянуты в орбиту влияния Новгорода и Киева. Важным
мероприятием по формированию территории восточнославянского
государства становятся административные реформы княгини Ольги, связанные с организацией новых органов государственного управления на местах, и упорядочение системы взимания дани. Включение в территорию восточнославянского государства происходило
путем распространения взимания дани на покоренные племена, а
также назначением представителей публичной власти в виде наместников, в руках которых были все нити управления и судопроизводства. В таких условиях Древнерусское государство представляло из себя своеобразную федерацию, включающую различные политические образования.
В середине IXX вв. государственность восточных славян была
уже организована по территориальному признаку, постепенно на-

2. Особенности генезиса и эволюции средневекового гос. права
63
чался процесс отделения публичной власти от общества путем сосредоточения ее в руках князя и его дружины, сохраняя при этом
огромное своеобразие форм этой власти на юге и на севере. Славяне
в исследуемый период обладали развитым этническим самосознанием и ощущали свою принадлежность к могучей древнерусской
державе. Однако говорить о прочной государственной организации
в эту эпоху еще трудно Покоренные племена отпадают при первой возможности и приходится их покорять сызнова Каждый князь
начинал свое правление с того, что приводил опять в подчинение
племена, входившие при его предшественниках в состав державы1.
2.2. У ИСТОКОВ ОБРАЗОВАНИЯ ПУБЛИЧНОЙ ВЛАСТИ
Подходя к проблеме исследования власти как правового явления, следует обратиться к ее формально-юридическим признакам,
таким как суверенность, безличность, признание ее подвластными,
и некоторым другим. Но все эти компоненты власти отражают ее
сложившиеся устойчивые правовые формы, которые скорее характерны для сформировавшегося государства. Как отмечал Н. М. Коркунов в своем курсе Русское государственное право, власть это
только условное выражение для обозначения причины явления государственного властвования. Что такое власть, можно вывести только путем выяснения общих свойств этих явлений2. Поэтому для
историка права больший интерес представляет проблема формирования таких признаков через призму исторической действительности. И как следствие для того, чтобы исследовать процесс формирования публичной власти, необходимо обратить свои взоры к периоду более раннему, чем IX в.
В VI в. н. э. славяне переживали последнюю стадию развития
общинно-родового строя. Основой социального устройства в этот
период была патриархальная семейная община. И хотя власть в то
время генетически связана с общинными структурами, но по своей
направленности, формам организации, способам ее обеспечения она
принципиально отличалась от власти в первобытном обществе. Уже
в этот период времени у славян обнаруживается ярко выраженная
потребность в специальном выделении военной, административной,
хозяйственной и другой деятельности. Так как такая функциональная дифференциация требовала социального закрепления, то общество динамично стратифицировалось. На высшей ступени такой
социальной стратификации оказывались вожди и князья племен,
1
Бахрушин С. В. Держава Рюриковичей // Вестник древней истории.
1938. ¹ 1. Ñ. 95.
2
Коркунов Н. М. Русское государственное право. СПб., 1908. Т. 1. С. 22.

64
Формирование русского средневекового права в IXXIV вв.
среднее положение занимали простые общинники (мужи), низшая
группа была представлена зависимыми, полузависимыми и холопами, или челядью.
Обращаясь же к проблеме генезиса публичной власти у восточных славян, следует отметить, что власть вождя, предводителя,
главы общины на первых порах формируется путем выборности.
Избирали наиболее достойного из рода. Очевидно, для того, чтобы
кого-то избрать, следовало определиться с таким выборным органом. Наверное, это было некое представительство племен, которое в
более позднее время в процессе создания городов и своей эволюции
трансформировалось в вече. Выборы же военного руководителя были
необходимы в моменты, когда социальная общность была перед лицом
внешней агрессии и нуждалась в руководителе, способном организовать отражение врага. Таким руководителем становился князь.
Власть князя на первых этапах формирования была производна от
власти веча. Поэтому с методологической точки зрения будет верным, если характер и основные черты этого элемента публичной
власти начнут исследоваться первыми.
2.2.1. ÂÅ×Å
Первые упоминания о наличии институтов коллективного управления у восточных славян можно найти у Прокопия Кесарийского, который пишет, что эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве, и
поэтому у них счастье и несчастье в жизни считается общим делом1.
Как отмечает В. И. Сергеевич, опираясь на Лаврентьевскую летопись, по мнению начального летописца и позднейшего, жившего в
конце XII в., вече было всегда2. По его мнению, вече как явление
обычного права существует с незапамятных времен3. Это архаический институт, своими корнями уходящий в далекое прошлое4, детище старины глубокой, демократии восточных славян5. Как показывают исторические факты, деятельность вече не прекращалась
ни в Х, ни в XI, ни в XII вв.6. Говоря о компетенции вече, нужно
отметить, что этот инструмент государственной власти был высшим органом народного самоуправления и суда7. На демократичес-
1
Прокопий из Кесари. Война с готами. М., 1950. С. 297.
2
Сергеевич В. И. Русские юридические древности. 2-е изд. СПб., 1900. Т. 2.
Ñ. 33.
3
Òàì æå. Ñ. 34.
4
Фроянов И. Я. Киевская Русь: Очерки социально-политической истории.
Ë., 1980. Ñ. 184. Ñ. 160.
5
Òàì æå. Ñ. 180.
6
Òàì æå. Ñ. 184.
7
Свердлов М. Б. Генезис и структура феодального общества С. 49.

2. Особенности генезиса и эволюции средневекового гос. права
65
кий характер вечевых собраний обращает внимание И. Я. Фроянов,
который говорит, что вече это народное собрание, являющееся
частью социально-политического механизма древнерусского общества, и хотя в его состав и входила племенная знать, а впоследствии князья и бояре, древнерусская знать не могла саботировать
его решения1. Следует обратить внимание на то, что не все согласны с мнением о демократичности вечевых собраний, предполагающим возможность принятия государственных решений участниками таких собраний. Так, например, П. П. Толочко полагает, что вече
никогда не было органом народовластия, широкого участия демократических низов в государственном управлении.
Следует сказать, что вече в своем развитии проходит несколько этапов от племенных собраний, где, несомненно, все взрослые
мужчины (домовладыки) принимали активное и реальное участие
в выработке государственных решений, до этапа, когда в вече решающую роль начинают играть власть имущие, т. е. собственники,
как это было в Новгороде, или князь со своими боярами, как это было
на юге Руси. На это обращает внимание известный исследователь
институтов древнего государственного управления в Новгороде академик В. Л. Янин, который, подчеркивая специфику Новгородского
веча, отмечает, что это искусственное образование возникло на основе кончанского представительства. Так как Новгород в административно-территориальном отношении был разбит на пять административно-территориальных единиц, на пять концов, каждый
такой конец был своеобразной самоуправляющейся единицей,
делегированно представленной в Новгородском вече. Но постепенно
характер такого представительства со временем начинает меняться. Он все больше и больше становится аристократическим, отражая общую тенденцию возрастания социальной роли собственника
во взаимоотношениях с государственной властью. Таким образом,
вече по мере своего развития и последующей эволюции трансформируется из народного собрания в собрание уже аристократов, как
правило, представляющих группу земельных собственников. Характер такой эволюции отмечает М. Б. Свердлов: Источники позволяют установить различные судьбы народных собраний в Древней Руси:
местные собрания, сельские и, возможно, кончанские (в развивающихся крупных городах) трансформировались в феодальный институт местного самоуправления, племенное вече верховный орган
самоуправления и суда свободных членов племени с образованием государства исчезло, а в наиболее крупных территориальных
центрах-городах (правда, не во всех русских землях) вече как форма политической активности населения появилось в XIIXIII вв.
вследствие растущей социально-политической самостоятельности
1
Фроянов И. Я. Óêàç. ñî÷. Ñ. 184.

66
Формирование русского средневекового права в IXXIV вв.
городов1. Компетенция веча, судя по историческим источникам, была
весьма обширной. На вече принимались решения о войне и мире, о
заключении международных договоров, обсуждались вопросы взимания налогов, распоряжения денежными средствами города и земельной собственностью. Иногда вече выступало в качестве судебной инстанции.
Подводя некоторые итоги процесса формирования и последующей эволюции веча как элемента публичной власти, следует отметить, что надо различать вечевые собрания IXX вв. и аналогичные собрания XIIIXIV вв. По мере развития вечевые собрания
утрачивают демократичность, меняется и социальный состав веча.
К участию в работе, а самое главное при принятии решений по
вопросам, обсуждаемым на вече, приглашаются крупные собственники, политическая элита. Постепенно в процессе эволюции вечевые собрания становятся аристократическими, а не народными. В
зависимости от формы политического устройства и политического
режима государственного образования меняется и состав представительства вече.
2.2.2. КНЯЖЕСКАЯ ВЛАСТЬ
Другим важнейшим элементом формирующейся публичной
власти является княжеская власть. Первоначально власть князя была
родовой и сопровождалась соправительством. В Повести временных лет отмечается, что владеющее кождо родомъ своимъ2. В
этот период власть принадлежит не одному князю, а всему роду3.
То есть, судя по данным летописи, поляне еще до появления у них
легендарных Кия Щека и Хорива, управлялись собственной княжеской династией. А уж потом эта власть в управлении родом перешла
им, поэтому летописец пишет, что Кий княжаше в своем роде
Князь представляет род и осуществляет руководство родом. Власть
в этот период времени еще не имеет монархических очертаний, о
чем и свидетельствуют факты родового соправительства. Та же
Повесть временных лет рассказывает о соправительстве двух
киевских князей Аскольда и Дира.
Уже с VI в. н. э. отчетливо наблюдается тенденция к образованию крупных восточнославянских объединений5. Образование таких
крупных племенных объединений вносит свои коррективы в харак-
4
1
Свердлов М. Б. Генезис и структура феодального общества Древней Руси
C. 56.
2
Повесть временных лет 2-е изд. С. 9.
3
Греков Б. Д. Киевская Русь. М., 1949. С. 71.
4
Повесть временных лет 2-е изд. С. 9.
5
Фроянов И. Я. К истории зарождения Древнерусского государства // Из
истории Византии и византиноведения. Л., 1991.

2. Особенности генезиса и эволюции средневекового гос. права
67
тер и объем княжеской власти. Князья у восточных славян из родовладык или вождей отдельных племен1 превращались во властителей огромных межплеменных союзов, проживающих с прежними
родовыми обычаями, что, разумеется, не могло осуществляться без
общественных столкновений и борьбы2.
Постепенно начинается процесс формирования монархического
признака княжеской власти в форме передачи ее по наследству. Но
перед формированием такого монархического признака власти существовала традиция назначения своих сыновей в другие города в
качестве князей. Так, Константин Багрянородный в своем трактате
Об управлении империей отмечает, что Святослав сидел в Новгороде во время княжения его отца в Киеве3. Постепенно в процессе
эволюции, опираясь на формирующуюся традицию назначения своих
сыновей в качестве князей в другие земли, княжеская власть становится наследственной. Основой для формирования монархического признака княжеской власти стала правовая возможность передачи княжеской власти по наследству. Вначале, когда такой признак еще не был сформирован, борьба за власть существовала как
ожесточенное соперничество за княжеский стол между ближайшими родственниками князя. Все это расшатывало государственную
власть, децентрализовало ее, требовало настоятельно поиска такой
формы передачи власти, которая бы ее укрепляла и стабилизировала. Подобной формой передачи власти стало выделение родственной линии отца к одному из его сыновей, как правило, старшему для
продолжения княжеской династии. И хотя передача власти к старшему сыну проходила не всегда гладко, порой в обстановке интриг
и даже покушений на жизнь претендента постепенно этот принцип
укрепился. В последней трети Х в. княжеская власть становится не
просто наследственной, но уже и единоличной. О такой трансформации княжеской власти сказано в Повести временных лет: А
Ярополк посадники своя пасади в Новегороде, и бе володея един в
Руси. Единовластие приписывает Нестор и князю Владимиру: И
начал княжити Володимер в Киеве един4. И с этого момента мы
можем говорить о рождении монархической власти. Эти изменения
сыграли большую роль в укреплении княжеской власти и в ее стабилизации. О такой закономерной эволюции и наследственном происхождении власти отмечается в политическом трактате Слове о
Законе и Благодати Киевского митрополита Иллариона, написанном им в XI в.5 Другим способом установления княжеской власти
1
Там же. Киевская Русь: Очерки социально-политической истории. Л.,
1980. Ñ. 1011.
2
Фроянов И. Я. Древняя Русь. М.; СПб., 1995. С. 28.
3
Древняя Русь в свете зарубежных источников. М., 1999. С. 99.
4
Повесть временных лет 2-е изд. С. 54, 56.
5
Исаев И. А., Золотухина Н. М. История политических и правовых уче-
íèé. Ì., 1995. Ñ. 14.

68
Формирование русского средневекового права в IXXIV вв.
было его избрание. К участию по избранию князя приглашались
только мужчины, достигшие определенного возраста, домохозяева,
представители племен. Такое собрание называлось вече, от слова
вещати говорить. Наверное поэтому молодежь, не имеющая
возможности участвовать в работе веча, называлась отроками,
т. е. лицами, не имеющими права голоса на собрании. Избирался князь
в случае прекращения княжеского рода или при его отсутствии.
Символами приобретения княжеской власти было посажение князя
на стол народом. Вначале это было какое-то возвышение, которое
использовалось на княжьем дворе с целью показа нового князя, а
уж затем это возвышение приобретает очертания некоего трона,
который возвышался своим положением над всеми присутствующими и создавал символическую форму верховенства княжеской власти. Функции первых князей заключались в организации военных
ополчений, расширении территории государства за счет покорения
новых племен, контроле за торговыми путями и т. д. До принятия
христианства власть князей носила языческий, сакральный характер1, что было закономерно. Любой лидер, побывавший у кормила
власти, пытался остаться здесь навсегда. И здесь прибегают к помощи сакрализации власти. Именно сакрализация власти является
первой, еще еле видимой ступенью ее узурпации одним человеком.
Сакрализация власти способствует самому главному. Она превращает живого человека (князя), т. е. какую-то личность, в символ
власти расщепляет личность и делает ее абстрактной для окружающих, а значит, отрывает ее от человеческого коллектива. Такая
трансформация в мировоззрении очень важна для понимания генезиса государственной власти. Теперь власть не связывается с конкретной персоной. Она не персонифицируется, и такая деперсонализация лежит в основе отделения власти от народа. Эту особенность тонко подметил еще Г. Ф. Шершеневич, который писал, что
наиболее типичным признаком власти надо признать ее безличность2. Постепенно роль личности становится все меньше при
осуществлении власти. Если личность в индивидуальном плане не
способна к выполнению функций, это восполняется умом и умением
растущего государственного аппарата, его помощников. Деперсонализация власти рождает не просто право на власть, а право на божественную власть. Такой сакральный характер власти определяет форму контроля и параметры ее полномочий. Это находит отражение и на княжеском авторитете. Авторитет князя базировался как
на рациональной, так и на иррациональной основе. На раннем этапе
формирования княжеской власти светская и религиозная власть
глубоко синкретичны. Князю принадлежало право не только госу-
1
Иловайский Д. И. История России. М., 1906. Т. 1. С. 55.
2
Шершеневич Г. Ф. Общая теория права. М., 1910. С. 302.

2. Особенности генезиса и эволюции средневекового гос. права
69
дарственного управления, но и организации жертвоприношений
богам после удачных походов1. Как уже отмечалось ранее, авторитет княжеской власти базировался на многофакторной основе. Это
могли быть физическая сила, возраст, мудрость, умственные способности, способности в качестве военного руководителя и т. д. Его
должен был отличать талант организатора, умение вести общие дела,
предвидеть негативные последствия. Князь выступал символом единства и благополучия того общества, которое он возглавлял. Другим
немаловажным социальным фундаментом власти князя является
признание его власти остальными членами общества, что часто
выражалось в дани, которую эти подвластные платили князю. То не
были отношения зависимости и подчинения в буквальном смысле
этого слова, а, скорее, особые межличностные отношения, пронизанные взаимными обязательствами. На первый план в расширении влияния княжеской власти выходила задача не столько обретения дополнительно имущества, сколько завоевания авторитета у окружающего сообщества. Именно престиж и авторитет были основой стабильности княжеской власти и условием ее процветания. Человек
по своей природе тщеславен и амбициозен, поэтому чей-то престиж
не дает ему покоя хочется занимать соответствующее положение или в лучшем случае находиться в тени такого престижа и авторитета. Как отмечает Б. А. Кистяковский, в социально-психологическом смысле власть зарождается там, где при отношении двух
или нескольких лиц одно лицо благодаря своему духовному, а иногда телесному превосходству, благодаря качествам своего характера
и своей энергии занимает руководящее и господствующее положение, а другое лицо, становясь в зависимое положение, следует за
ним2. Эта социально-психологическая мотивация детерминировала
желание многих бороться за соответствующий социальный ранг. Естественная борьба выдвигала на первый план наиболее способных,
которые и возглавляли сообщество. Однако для укрепления авторитета княжеской власти кроме личных качеств требовались с его
стороны и позитивные действия. В отношении дружины это были
обязательные совместные пиры, дарение князем оружия, коня, доспехов, украшений. Такие демонстративные дары делали князя сильнее в глазах его окружения, и престиж его власти заметно возрастал. Как отмечает известный французский антрополог М. Мосс,
дарение возвышает, принятие дара принижает, и это характерно для
всех форм человеческого существования. Таким образом, возможность распоряжаться совместно добытым имуществом предопределяла и в дальнейшем особый социальный статус князя. Взаимные
обязательства требовали взамен таких даров подчинение власти
1
Повесть временных лет 2-е изд. С. 58.
2
Кистяковский Б. А. Философия и социология права. СПб., 1998. С. 277.

70
Формирование русского средневекового права в IXXIV вв.
князя и участие во всех его начинаниях. Именно в таких условиях
происходит первоначальное отчуждение власти от общества, дружины, ее узурпация ограниченным числом лиц или даже одним
лицом. Постепенно идет монополизация общественных должностей
теми лицами, которые распоряжаются общественным достоянием1.
Привилегированное положение князя, а более верно, особое,
было вызвано не его господством в сфере вещных отношений, а в
сфере межличностных отношений, пронизанных, как уже отмечалось ранее, взаимными обязательствами. В условиях усложнения
социальных функций, возложенных на княжескую власть, обстановке
постоянных войн постепенно намечается переход княжеской власти от военно-демократических форм организации публичной власти к военно-иерархической организации, возглавляемой князем. В
начале формирования он считается первым среди равных. Как уже
отмечалось, первоначально княжеская власть была родовой по своему происхождению, в дальнейшем она трансформируется в территориальную.
Методология исследования генезиса и последующей эволюции
княжеской власти была предложена еще И. Я. Фрояновым2. Трансформация власти вождя в государственную власть проходила по мере
того, как он начинал узурпировать компетенцию родоплеменных
органов3. Постепенно власть князя становится наследственной. И
именно с этого момента она приобретает свои первые монархические формы. Обычный порядок наследственной передачи власти происходил по порядку старшинства членов рода. Но это было не везде, например, в Новгороде, на начальном этапе развития государственности княжеская власть была выборной, и лишь впоследствии
она приобретает черты договорной, так как базируется на договоре
(ряде). (Более подробно о характере такой формы власти и о ее
особенностях будет сказано в следующем разделе, посвященном
особенностям государственного устройства Новгорода.)
Формирующиеся наследственные правовые традиции способов приобретения княжеской власти наталкивались порой на остатки
языческого восприятия верховной княжеской власти. Только этим
можно объяснить, что после неслыханного факта убийства князя
Игоря древлянами последовало непонятное сватовство древлянского князя к его супруге Ольге4. Это говорит только об одном: что
1
Павленко Ю. В. Раннеклассовые общества (генезис и пути развития).
Êèåâ, 1989. Ñ. 251252.
2
Фроянов И. Я. Киевская Русь: Очерки С. 18.
3
Рогов В. А. К вопросу о развитии княжеской власти на Руси // Древняя
Русь: проблемы права и правовой идеологии: Сб. науч. тр. / ВЮЗИ. М., 1984.
С. 52.
4
Рыбаков Б. А. Киевская Русь и русские княжества ХIIХIII вв. М., 1982.
Ñ. 360361.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
