Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Формирование русского средневекового права в IX -XIV вв.. Монография
.pdf
Введение
11
кого понимания причинности в истории и от представления об однолинейности развития, убедительно обосновав идею о неодинаковых ритмах развития всех сторон социального процесса.
Закономерный отход в последнее десятилетие от идеологических максим, задававших вектор научным дискуссиям, привел и теорию, и историю права к определенному эклектизму во взглядах на
характер, генезис и эволюцию правовых институтов. Это в некоторых случаях создало основы для методологической неразберихи,
которая в итоге привела к возможности под прикрытием плюрализма
мнений в обществе и науке говорить о методологической многозначности, которая и без того рыхлую методологическую основу правовых исследований привела к необоснованной расплывчатости. Именно
поэтому методологически верно при обсуждении вопроса о формировании права, особенно в эпоху Средневековья, не ограничиваться
в изучении предмета исключительно позитивистским или естественно-правовым подходом, а рассматривать право как элемент культурологического строя социума; нормативно-институциональный
выразитель и носитель адекватных определенному типу правосознания, типу культуры данного общества представлений, идей, идеалов, моделей возможного и желаемого поведения, эталонов обязанности и ответственности, социальных стереотипов мышления и действия субъектов; часть (компонент) духовной сферы общества, сегмент
универсальной духовной матрицы, где выражены общие конкретные представления о справедливости др.1 И еще одно обстоятельство, на которое хотелось бы обратить внимание, обсуждая проблему формирования права.
Одним из факторов, долгие годы затруднявших развитие историко-правовой науки, являлся и является здоровый консерватизм юристов, корни которого лежат в исключительно позитивном
отношении к праву, где под правом понимается система права, производная от воли законодателя (государства). Такое отношение к
праву возвышало роль государства в формировании права, именно
с государством, с его функционированием и деятельностью связывались порядок и гармония социального устройства и развития права.
Государство рассматривалось как механизм, разрешающий социальные конфликты, где общество покоится на фундаменте права в
виде свода законов, стройного комплекса норм, объединенных в
правовые институты. И как следствие делался вывод: если общество лишено такого свода законов, то оно не имеет права. Но ведь
история права говорит скорее об обратном, делая аксиомами тезис
о мире и гармонии древних обществ, жизнь которых была подчинена определенным системам духовных ценностей, являющихся нор-
1
Байниязов Р. С. Правосознание и правовой менталитет в России. Введе-
ние в общую теорию. Саратов, 2001. С. 11.

12
Формирование русского средневекового права в IXXIV вв.
мативными регуляторами и воплощенных в разнообразные формы
соционормативной культурой, в соответствии с которой люди выстраивали свою линию поведения. Отсутствие же правовых норм, в
современном их понимании, или же незначительное их присутствие
в культуре этих народов не нарушало целостности и гармонии социального устройства.
Как часть культуры право становится синтезирующим началом в обществе и уже на ранних этапах своего созревания обладает
высочайшей этической ценностью, а именно: являясь способом социальной интеграции, обладает глубоким символическим смыслом
единства и благополучия коллектива, способного противостоять всем
видам внешней агрессии.
Культура, в свою очередь, формирует духовные ценности, которые определяют мотивы поведения людей, их поступки во всех
сферах общества. Феномен права нуждается в изучении не только
в качестве абстрактной логической системы, удовлетворяющей неким всеобщим критериям добра, справедливости, гуманизма, но и в
аспекте конкретных культур, в которых право приобретает полноту своих жизненных интересов1. В особенности это касается Киевской Руси, где духовная культура по степени зрелости значительно превосходила современные государства Западной Европы2.
Исследуя процесс формирования права, нельзя не обратиться
к культуре. Она оказывала и продолжает оказывать на него главное влияние. Возникнув наряду с материальными предпосылками,
культура обретает собственные формы и оказывает мощное интегрирующее влияние на все стороны общественной жизни. Материальные предпосылки и культура не существуют автономно друг от
друга, они не доминируют одна над другой, но взаимно дополняют
друг друга. Основой культуры выступает генерация обществом духовных ценностей, стандартов поведения и его мотивации. Культура как итог накопленного социального опыта помогает интеграции
человека в сообщество. Она не только обеспечивает связь между
всеми сферами общества, выступая субъективной стороной социальных институтов, но и легитимирует весь социальный строй. Тем
самым она демонстрирует удивительную устойчивость к социальным
изменениям, сохраняя традиционное ядро общества3. Таким образом, именно культура, выраженная в системах духовных ценностей,
мировоззренческих, знаковых и символических системах, задает
контуры правовой формы на этапе рождения права. А право в свою
очередь легитимирует культуру, законодательно оформляя ее, при-
1
Синюков В. Н. Российская правовая система. Введение в общую теорию.
Саратов, 1994. С. 45.
2
Томсинов В. А. Политическая и правовая мысль Киевской Руси // Ис-
тория политических и правовых учений. М., 1999. С. 111.
3
Честнов И. Л. Провопонимание в эпоху постмодерна. СПб., 2002. С. 10.

Введение
13
давая ей общеобязательный характер, создавая устойчивые основы
для естественного развития общества. Таким образом, государство
не формулирует нормы права, а формирует их социокультурные условия.
Смыслом изложенного является вывод о том, что право и культура два взаимосвязанных между собой и одновременно неразделимых социальных института, которые своей взаимосвязью обеспечивают поступательно эволюционное развитие общества. Эффективность же права зависит от политической культуры, которая в
своей основе ориентирована на политическое и правовое сознание
населения. В лоне культуры всегда находятся факторы, которые
могут способствовать узаконению действующей публичной власти
и в конечном итоге режиму законности в обществе, и наоборот, являться разрушительными, деструктивными элементами в реализации санкционированного властью законодательства, если действия
власти не соответствуют политической культуре и правовому сознанию, традиционным представлениям населения о справедливом характере этой власти.
Такие новые подходы к пониманию права возвращают в историю права простого человека с его обыденным сознанием, где производственные отношения являются не абстрактным понятием, а
категорией, связанной с людьми, с их сознанием, активно влияющим на все стороны общества. Право все больше и больше рассматривается как часть культуры социума, как часть системы духовного производства. Оно тесно увязывается с материальными предпосылками и рассматривается как средство адаптации человека к природе, а также к тем изменениям в обществе, которые возникли вследствие освоения природы.

1. ПРЕДМЕТ, ИСТОЧНИКИ
И ИССЛЕДОВАННОСТЬ ПРОБЛЕМЫ
Предметом настоящего исследования стал процесс формирования и последующей эволюции русского средневекового права в IX
XIV вв., где эволюция средневекового права представляется зарождением новых юридических форм, вызванных потребностями развивающегося общества, где предшествующие юридические конструкции не уничтожаются обществом, а отодвигаются на окраины
правового ландшафта, удаляясь из поля зрения действующего права. Описание процесса формирования права русского Средневековья немыслимо без тщательного анализа исторических источников,
причем по-прежнему письменные источники приоритетны в качестве доказательств в истории права перед всеми остальными.
Данное историко-правовое исследование, опираясь на некоторые методологические новации, обозначенные ранее, преследует
помимо анализа процесса формирования права еще и такую важную цель, как введение в научный оборот новых источников познания права. Исследование проводится с включением принципиально
новой источниковедческой базы по сравнению с той, которой пользовалась историко-правовая наука ранее. Во-первых, это вызвано тем,
что дореволюционная историко-правовая наука опиралась на менее
широкую, по сравнению с современной, источниковедческую базу,
вызванную состоянием археологических данных и в целом комплексом исторических знаний в тот период времени. С другой стороны,
это вызвано тем, что советская историко-правовая наука, оставаясь
на строгих позициях юридического позитивизма сугубо дисциплинарного подхода, неохотно учитывала достижения в таких междисциплинарных областях, как археология, филология, психология,
социология и юридическая антропология. В этих областях научных
знаний за последние 50 лет был накоплен значительный багаж знаний, позволяющий существенно расширить сведения о процессе
формирования русского средневекового права в IXХIV вв.
В последние полвека в России сделаны серьезные археологические открытия, которые привели к многократному увеличению
материальных памятников, обнаруженных на территории средневековой Руси. Археологические раскопки во многом стали прояснять
фон летописных рассказов, которые и по сию пору являются одним
из важнейших источников, позволяющих судить о правовой пано-

1. Предмет, источники и исследованность проблемы
15
раме тех дней. Новые археологические данные способствуют уточнению нормативных положений таких известных памятников русского средневекового права, как Закон Русский, Русская Правда,
Княжеские уставы церкви, Новгородская и Псковская судные грамоты. Хотя Новгородская судная и Псковская судная грамоты по
официальной версии отнесены по времени составления к XV в.,
вопрос о времени составления этих памятников права в историкоправовой науке остается по-прежнему дискуссионным. Многие авторитетные историки права, такие, например, как М. Ф. Владимирский-Буданов, М. Дьяконов, Л. В. Черепнин, М. К. Рожков и другие,
относили создание этих правовых документов к периоду более раннему, т. е. к XIV в.1, аргументированно отмечая тот факт, что существовали разные редакции этих памятников, которые на протяжении XIVXV вв. постоянно пополнялись за счет включения все новых и новых статей. Это мнение разделяется и авторами Российского законодательства XXX вв.2 Этой точки зрения придерживаемся и мы, так как это особенно важно в контексте исследования,
которое предполагает изучить процесс формирования права, а не
дату официального принятия памятника права.
Помимо этих известных памятников права следует уделить особое внимание летописям, памятникам древнерусского канонического права, византийскому законодательству, а также непосредственно правовым актам в виде международных договоров, договоров
между князьями, договоров между князьями и церковью, жалованных грамот в пользу церкви, частных лиц, духовных грамот великих и удельных князей, судных списков и правовых грамот, а также правовых актов на землю в виде данных, купчих, меновных,
закладных, духовных, брачных контрактов, дарственных, заемных,
ссудных, оброчных, договорных, складных. Включив сюда правовые
акты, касающиеся судопроизводства, в виде докладов, челобитных,
приставных памятей, судебных протоколов, требуется проанализировать зарубежные источники, а именно: античные, византийские,
восточные, западноевропейские, скандинавские, которые проливают свет на проблему формирования средневекового права на Руси.
Часто факты, известные по древнерусским источникам, приобретают совершено иную интерпретацию или объемность и наполняются
новым содержанием при привлечении такого рода источников.
Интересный содержательный материал, ранее не использованный юристами, содержится в канонических сборниках, а также в виде
сборников типа Правосудье митрополичье, Пчела, Цветник,
1
Ñì.: Черепнин Л. В. Русские феодальные архивы. Ч. 1. 1948; Рожков М. К.
К вопросу о происхождении и о составе Псковской судной грамоты. М.; Л., 1927
и др.
2
Российское законодательство ХХХ вв. / Под ред. О. И. Чистякова. М.,
1984. Ñ. 330.

16
Формирование русского средневекового права в IXXIV вв.
Измарагда и т. д. Так, например, Пчела содержит ценную информацию о системе поучений, касающихся правового положения
сторон в браке. Другим не менее важным источником при изучении
права этого периода времени могут стать патерики, которые включали выдержки из летописей или частную переписку священнослужителей. В них можно увидеть те правила поведения, которые в
художественной форме излагались в виде нравственных установок
для общественной жизни той далекой эпохи.
Богатый содержательный материал о внутрисемейных отношениях содержится и в таких памятниках политико-правовой мысли,
как Моление и Послание Даниила Заточника, Слово о Законе
и Благодати Иллариона, Поучения Владимира Мономаха и др.
Нельзя обойти вниманием и анализ актовых печатей, которыми пользовались и в государственных структурах, и в семье и которым, к сожалению, ни современные историки права, ни дореволюционные юристы так до сих пор и не уделили должного внимания
как одной из форм права, как средству обеспечения права и как
элементу в системе доказательств в судебном процессе средневековой Руси. Впервые попытка определения правового смысла печати
была предпринята Д. М. Мейчиком, который в своих рассуждениях
о печати как о правовом документе связывал печать с подписью,
подчеркивая что только печать наполняла документ подлинным
юридическим смыслом и силой, подтверждая подлинность подписи1. Причина такого невнимания дореволюционных историков к проблеме средневековой печати кроется в том, что у исследователей того
периода времени не было сфрагистического материала в количестве,
необходимом для введения в научный оборот. Действительно XIX
век серьезно уступает веку ХХ, особенно его второй половине, когда
сумма археологических данных была существенно увеличена. В поле
зрения историков находятся сейчас более 2500 печатей XXV вв.,
из которых соответственно к домонгольскому времени относятся 1200.
При этом постоянно растет число вновь найденных. Огромную работу по систематизации и анализу этих материальных объектов
провел академик В. Л. Янин2. Оказалось, что правильная хронологическая классификация печатей воспроизводит многие социальные
процессы, отражающие характер формирования и последующей
эволюции институтов княжеской власти, судоустройства, судебного
процесса, вещного и обязательственного права. Другой причиной
отсутствия должного интереса у историков права к печати как к
источнику права является то обстоятельство, что в нормах памят-
1
Мейчик Д. М. Грамоты XIVXV вв. Московского архива Министерства
юстиции. М., 1883.
2
ßíèí Â. Ë. Актовые печати Древней Руси. Т. 1: Печати XXIII вв. М.,
1970. Т. 2: Новгородские печати XIIIXV вв. М., 1970.

1. Предмет, источники и исследованность проблемы
17
ников русского средневекового права нет прямого указания на печать как средство обеспечения юридической силы акта. И на этом
основании некоторые дореволюционные исследователи средневекового права гипотетически предполагали, что все формы договоров и
видов доказательств в судебном процессе эпохи раннего Средневековья исключительно устные.
Анализ материалов показывает, что печать как средство обеспечения права выпадает практически из всех схем описания судопроизводства в русском средневековом праве. При всей противоречивости разнообразных причин, объясняющих в той или иной мере
отсутствие интереса к печати как форме права, на первый план, как
представляется, выступает главная, которая может быть связана с
отсутствием в отечественной юриспруденции концепции юридической силы печати, или, как еще ее называют, права печати. Такая
концепция была сформулирована в западноевропейской юриспруденции, где под правом печати понимается комплекс формальноюридической силы и функций печати, становление которых осуществлялось на протяжении многих веков.
Становление печати как правового явления представляет собой длительный и сложный процесс, в своей основе отражающий и
сам процесс формирования права. Печать вырастает из первобытного амулета, защищавшего человека от злых сил природы, из личного опознавательного отличительного знака и затем становится
меткой собственности. Как одна из форм, выражавших, а затем уже
и доказывавших право владения и собственности, печати встречаются уже в первой половине V тыс. до н. э. Как о юридических формах, о печати говорят варварские правды. Таким образом, метка
(тавро) превращается в печать с появлением частной собственности. И делалось это в интересах охраны частной собственности. Эта
функция печати сохранилась и по сию пору. В Средние века происходит дальнейшая трансформация печати как формы права. Эти
изменения были вызваны изменениями характера судебного процесса. Чем больше характер судебного процесса эволюционировал от
гласного состязательного к розыскному, где формальные моменты,
определенные правом, были более значимыми, тем больше возрастала роль печати как средства формальной фиксации правового
документа. Именно внешние признаки были гарантией подлинности документа, а подлинность документа становилась презумпцией
истинности ее содержания. В качестве такой обязательной правовой формы выступала печать. Печати были не только формой, подтверждающей подлинность документа, но и формой документа, подтверждающего статус какого-либо чиновника. Так, например, мечники (государственные чиновники) в средневековой Руси, собирая
налоги с подвластного населения, имели печати, которыми скрепляли специальные мешки, куда помещались предметы налога.

18
Формирование русского средневекового права в IXXIV вв.
Перспективным является и исследование функционального
назначения печатей. Печатью скреплялись разнообразные документы, рождающие правовые отношения. По сию пору печатями скрепляются важнейшие правовые документы от международных договоров до частных актов самого разного характера. С печатью связывается возникновение правоотношения, она же является символом начала этого правоотношения. Существуют и определенные параллели, связывающие процедуру оформления правоотношений
в глубокой древности и современности. Появление печати некий
этап в формировании права и одна из древнейших конструкций
закрепления права. Об этом уверенно свидетельствует нотариальная традиция копирования документа с целью контроля.
Нотариальная традиция по сей день фиксирует всегда два документа подлинник и его копию, скрепляя возникающие правоотношения печатью. То же самое происходило в эпоху Средневековья. Известно, что на Руси правовой акт выпускался в двух противнях, один из которых выдавался заинтересованному лицу, а
другой оставался в архиве. В качестве архива выступала, как правило, церковь. Археологами зафиксированы факты выдачи копий
подлинника, которые скреплялись более поздней печатью. Печать в
связи с этим служит символом, знаком, определенной формой права, с которой вступающие в правоотношение связывают его начало
или конец. Таким образом, печать как символическая форма права
придавала текстуальной форме документа реальную правовую действительность. Печать становилась в этом случае предельно лаконичным, но и содержательным моментом в возникновении права.
Текст права, скрепленный печатью, заменял правовую действительность. Печать здесь выступала не только в виде формы права, но и
в качестве средства его обеспечения. Только наличие печати на документе является свидетельством подлинного правоотношения, независимо от того, что перед нами: подлинник документа или его ко-
пия, ведь в правовом отношении эти документы равнозначны, и
только наличие печати может вдохнуть в документ юридический
смысл и жизнь правоотношения. Все это наглядно свидетельствует
о том, что печать является как источником познания, так и формой
выражения средневекового права.
Другими важными источниками познания русского средневекового права, которые вводятся в оборот, становятся берестяные
грамоты, являющиеся частноправовыми актами в виде судебных
протоколов, обязательств, правовых актов отчуждения земли, завещаний и т. д.
Находки берестяных грамот открывают новую возможность
изучения русского средневекового права во всех его формах от
частного до публичного, давая возможность сравнения правовых коллизий, рожденных живыми правоотношениями, с сухой буквой зако-

1. Предмет, источники и исследованность проблемы
19
на, оставленной нам той интереснейшей эпохой. Со времени открытия первой берестяной грамоты 26 июля 1951 г. в России к 2000 г.
обнаружено более 1000 грамот: свыше 900 в Новгороде; 36 в
Старой Русе, около 15 в Смоленске, 14 в Торжке. Даже в Москве найдена одна берестяная грамота XV в. И каждый год благодаря усилиям археологов их число возрастает. По оценкам археологов, количество берестяных грамот, еще находящихся в земле, составляет более 20 000.
Долгое время в советской России частное право, в силу идеологических максим, было предано забвению и практически не стало
предметом широких научных дискуссий. Заполняя этот пробел, мы
обращаемся к содержанию берестяных грамот. Берестяные грамоты в связи с этим уникальны как по форме, так и по содержанию.
Во-первых, это непосредственные письменные свидетельства времени, исключающие субъективизм летописцев и поэтому занимающие в череде источников познания права особое место. Они позволяют исследователю увидеть на исторической сцене не абстрактных
исполнителей слепых закономерностей, а живых людей, действующих под воздействием определенных мотивов и стимулов, вызванных ценностной ориентацией русского средневекового общества. С
помощью частноправовых актов, содержание которых раскрывают
берестяные грамоты, перед исследователем открывается спектр возможностей индивида в данной среде, и через них можно уловить не
только общие характерные черты правового поля, в рамках которого частное лицо существует, но и уникальность складывающейся в
каждом конкретном случае правовой коллизии.
У нашего соотечественника есть причины интереса к частному
праву. После долголетнего навязывания мнения о второстепенности
всего личного, частного наступает время пробуждения подлинного
интереса к тому, что у нас принято называть частным правом. Соотношение частного и публичного в праве становится объектом пристального внимания и детального исследования историков права.
Историко-правовое мышление находится под сильным влиянием
социального окружения. Изучение же правовой действительности
через призму анализа частноправовых актов, каковыми во многом
являются берестяные грамоты, позволяет высветить своеобразное
соотношение стереотипов и нестандартного поведения у людей средневековой эпохи. Новые подходы в исследовании истории частного
права выражаются в изучении ментальных стереотипов, обусловливающих поведение людей в процессе реализации ими норм права. Современной историко-правовой наукой деятельность частного
лица стала рассматриваться как функция специфических представлений о государстве и праве, господствующих в том или ином обществе. Императивом исследования становится изучение массовых
политико-правовых феноменов с анализом индивидуального пове-

20
Формирование русского средневекового права в IXXIV вв.
дения людей различного социального, правового статуса. Именно
взаимодействие стереотипного и индивидуального выступает сегодня,
пожалуй, как самое интригующее в истории права. Исследование
своевольного, нестандартного или, наоборот, законопослушного поведения частного лица представляет особый интерес, давая возможность сопоставления стереотипных ментальных установок и конкретного поведения частных лиц. Отклонение от установленных норм
и правил поведения дает соответствующий резонанс, который зачастую является важным в эволюции права в том или ином направлении. И, самое главное, изучение сокровенных переживаний (через анализ частноправовых актов) помогает пролить свет на своеобразие публичного и частного права в прошлом, на важность внутренней работы души для изменений самого человека и окружающего его правового пространства. Всякое сильное состояние сознания
есть источник жизни, в том числе и права. Нравственные установки, вырабатываемые обществом, становятся душой права. Со временем волей суверена эти идеи делаются законом для всех.
Такой анализ правовых идей, новых археологических данных,
ранее не введенных в оборот письменных источников позволяет
перемещаться во времени, окунаясь в эпоху раннего Средневековья на Руси.
Междисциплинарный подход в исследовании русского средневекового права позволяет учитывать данные, полученные в смежных отраслях знаний. Так, открытия филологов в вопросах языкознания позволяют опираться на новые данные, изменяющие характер
представлений о системе власти и путях формирования права. Современная неюридическая наука широко обсуждает проблемы праславянского языка, славянской этнонимии, топонимии и ономастики в целом, древнеславянской производственной лексики, межъязыковых контактов славян, изучается мифология и религиозная обрядность, нормы древнейшего славянского права, формы быта и др.
Параллельно процессу обобщения материала, поиска закономерностей идет углубление источниковедческих изысканий. Следует отметить, что, несмотря на существенное возрастание значения
новейших археологических материалов, позволяющих обстоятельно изучить проблему формирования русского средневекового права, несмотря на интенсификацию изучения лингвистами славянских языковых реликтов, письменные свидетельства о славянах попрежнему приоритетны при воссоздании картины формирования
русского средневекового права.
Серьезные шаги вперед за последние 20 лет сделаны не только
в области археологии, но и психологии, этнографии, юридической
антропологии, социологии права. Научные данные, полученные в этих
областях знаний, позволяют изменить устоявшиеся представления
о процессах формирования права. Все это в комплексе дает возмож-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
