Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Философия. Учебник для студентов вузов
.pdf
14. Идеальное бытие сознания
381
дает замечательным кумулятивным эффектом. Каждый случайно
возникший частичный «успех», если он дает преимущество, сохраняется и подхватывается отбором. Путем постепенного усложнения,
где каждый этап дает пусть небольшое, но преимущество, можно
получить структуры очень высокой сложности за совсем небольшое
время. Так что появление сознания как формы отражения высочайшей сложности в принципе вполне укладывается в русло идей
традиционного эволюционизма.
Èòàê, ïîä сознанием обычно понимают присущую только чело-
âåêó способность целенаправленно и обобщенно воспроизводить дейст-
вительность в идеальной форме, обеспечивающей возможность как
свободной ориентации в окружающей среде, так и ее преобразования в процессе предметно-практической деятельности.
Функции и свойства сознания
Роль сознания в социальном бытии человека описывают его основные функции: ориентирующая, познавательная, целеполагающая,
регулятивная, контролирующая, креативная (созидательная), аксиологическая, прогностическая и др.
Из многочисленных свойств сознания наиболее важными счи-
таются три:
(1) идеальность;
(2) интенциональность;
(3) креативность.
О первом из них много говорилось выше. Второе — интенцио-
нальность — означает предметность и направленность сознания.
Этот термин введен немецким философом Э. Гуссерлем. Он понимал интенциональность как смыслоформирующее отношение сознания к предмету, т.е. буквально — акт придания смысла предмету
сознания.
Креативность сознания означает его способность создавать не-
что новое, не возникающее в материальном мире естественным порядком. Таковы в принципе все предметы и явления материальной
и духовной культуры. Способность эта базируется на возможностях
абстрактного мышления, умеющего отвлекать от объективной реальности общие свойства и комбинировать их в нужных человеку
вариациях. Сознание в буквальном смысле этого слова творит социальный мир. Но в отличие от Бога творческая активность сознания человека не абсолютно произвольна, а ограничена объективными законами природы.
382
III. Проблемы онтологии и гносеологии
14.5. Сознание и бессознательное
Сознание составляет лишь часть нашей психики. Другую ее часть,
не попадающую под контроль сознания, принято обозначать категорией бессознательное. Заслуга открытия и разработки метода исследования неосознаваемой сферы человеческой психики принадлежит З. Фрейду
анализу психических явлений заключается в том, что поведение
человека оказывается определяемым не его сознательными планами, а борьбой его ß с бессознательными устремлениями организма.
Человек не знает о существовании этих устремлений. Он наивно
полагает, что в психике есть только то, что доступно сознанию. Периодически же прорывающиеся туда естественные животные мотивы, не отвечающие требованиям общественной морали и идеологии
(Сверх-Я), испуганно вытесняются обратно в бессознательное (Îíî).
Но вытесненные стремления никуда не исчезают. Они вновь и
вновь пытаются прорваться в сферу сознания, обманывая цензуру
сознания превращением в благопристойные символы или используя
состояния, при которых психологическая защита ß ослаблена, и пр.
В итоге практически все виды человеческой активности (работа,
наука, искусство, спорт) оказываются у Фрейда сублимацией бессознательных устремлений, т.е. превращением их в социально приемлемые формы.
В такой интерпретации сознание человека оказывается лишь
верхушкой психического айсберга, основная масса которого недоступна прямому наблюдению и оценке.
Заложенная Фрейдом иррационалистическая традиция истолко-
вания психики активно поддерживалась в ХХ в. многими учеными.
Из классиков неофрейдизма наиболее убедителен и популярен был
Ê.Ã. Þíã. Его главные аргументы против рационалистической трактовки психики таковы:
(1) никогда не было доказано, что жизнь и мир рациональны.
Заложенная еще эпохой Просвещения традиция истолковы-
вать человека и общество как сферу действия разума или ра-
зумной воли не выдерживает проверки реальностью: если бы
это было так, разум давным-давно положил бы конец бес-
смысленному истреблению людей в кровавых войнах, нако-
плению чудовищных арсеналов ядерного оружия и т.п. Ис-
тория ХХ в., однако, выглядит в таком разрезе совершенно
неразумной;
1
Изложение его концепции дано в гл. 9 разд. II.
1
. Концептуальная новизна фрейдовского подхода к
14. Идеальное бытие сознания
383
(2) другая ошибочная традиция, укорененная рационализмом
Просвещения, состоит в предположении, что человек при
рождении подобен чистой доске и что при благоприятных
социальных условиях и соответствующем воспитании люди —
вполне разумные и добрые существа. Но кто же тогда несет
ответственность за ошибки и злодейства истории?
Как правило, это некие анонимные другие — общество, госу-
дарство, тираны, деспоты, тоталитаризм, административно-командная система и пр. Большинство же людей вполне безгрешны, они
ни за что не несут ответственности и не совершают ошибок. Вот и
выходит, что лишь злодей Гитлер (ну в крайнем случае и его ближайшее окружение) виноват в зверствах Второй мировой и лишь
тиран Сталин виновен в уничтожении множества добросовестных
строителей коммунизма.
Вряд ли это так. Ведь тогда придется признать большинство че-
ловечества этакими несмышленышами, которые не ведают, что творят. Самолюбивое человечество никогда в этом не признается и,
скорее всего, будет право. Чтобы выйти из этого логического тупика, Юнг предлагает постулировать следующие положения:
(1) психическое вообще наряду с личным и коллективным соз-
нанием включает в себя также личное è коллективное бессоз-
нательное;
(2) последнее возникает в результате окультуривания человека и
соответственно обуздания и подчинения им своей инстинк-
тивной, животной природы, психическая энергия которой
вытесняется из сферы сознания; культурный слой человече-
ской психики необыкновенно тонок по сравнению с мощ-
ными слоями первобытной психики (ведь цивилизации
всего лишь несколько тысяч лет), которые и формируют
«коллективное бессознательное», состоящее из унаследо-
ванных инстинктов и форм восприятия или понимания,
характерных для целой группы — семьи, нации, расы и т.д.
(Эти формы восприятия и понимания Юнг называет àðõå-
типами.);
(3) чрезмерный нажим социального и интеллектуального разви-
тия Европы последних столетий на рационализм и непри-
ятие им религий, суеверий, т.е. всего иррационального, при-
вели к подавлению бессознательного содержания нашей
психики. В итоге коллективное бессознательное взбунтова-
лось. Разряжение же подавляемой энергии принимает форму
384
III. Проблемы онтологии и гносеологии
массовых психозов, оформляющихся в соответствии с тре-
бованиями цивилизации в виде политических движений;
(4) тот же грех лежит и на личности. Человек, не сознающий в
себе злого начала (проявлений древних пластов психики),
лишается многомерности, психологической глубины. Не-
признаваемую, не совместимую с сознанием низшую часть
личности Юнг называет тенью. Тень — это сумма всех тех
непривлекательных качеств, которые мы предпочитаем скры-
вать, энергично вытесняя их из сферы сознания. Но чем
больше она вытесняется в личное и коллективное бессозна-
тельное, тем сильнее становится и в конце концов мстит
нам своим возвращением в виде массовых психозов и асо-
циального поведения.
Итоговый же диагноз Юнга таков: западная цивилизация пора-
жена тяжелым неврозом, который проявляется в современных политических конфликтах, войнах, терроризме и т.п. Следовательно,
глубинная основа всех этих явлений — психологическая. Поэтому
выход предлагается такой: следует признать наличие в каждом из
нас способностей и наклонностей к совершению всего того зла, что
совершается в истории. Нужно научиться жить с осознанием своей
тени, т.е. зла в своей собственной природе. Необходимо также изменить современную социально-культурную практику, которая не
дает выхода нашим иррациональным душевным импульсам. Нужно
найти цивилизованные формы выражения личного и коллективного
бессознательного (религия, спорт, политика), чтобы оно перестало
прорываться наружу в социально опасных формах.
Таков общий контур концепции Юнга, в которой, как нетрудно
заметить, личное и коллективное бессознательное превратились в
главных героев человеческой истории. Согласиться с таким глобальным обобщением трудно: не доказано, что жизнь и мир иррациональны. При всей основательности критических аргументов
психоаналитическая концепция остается по существу метафизической, т.е. не поддающейся опытной проверке. Пока еще не найдено
способа, которым можно было бы точно определить, насколько весома неосознаваемая часть нашей психики. Является ли она преобладающей и командующей нашим сознанием или же, наоборот,
меньшей и ему подчиненной. Выбор исходной позиции определяется лишь интуицией исследователя. Но то, что иррациональный,
неосознаваемый компонент нашей психики существует и имеет немаловажное значение в ее функционировании, — это можно считать вполне доказанным.
14. Идеальное бытие сознания
Вопросы для размышления
1. В чем заключается противоположность материального и идеального?
2. В чем обнаруживается взаимосвязь сознания и материально-пред-
метной деятельности человека?
3. Поясните, какую роль в формировании мышления играют язык и
ðå÷ü.
4. Объясните, почему сущность сознания считается социальной, а не
биологической.
5. Что такое идеальное?
6. В чем заключается специфика проявления идеального в социальной
реальности?
7. Как соотносятся понятия «психика», «сознание», «мышление», «иде-
альное»?
8. Каковы основные свойства и функции сознания?
Библиографический список
1. Дубровский Д.È. Сознание, мозг, искусственный интеллект. М.: Стра-
тегия Центр, 2007.
2. Ильенков Э.Â. Диалектика идеального // Ильенков Э.В. Философия и
культура. М.: ИПЛ, 1991.
3. Леонтьев А.Í. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Смысл: Academia,
2004.
4. Мареева Е.Â., Мареев С.Í. Проблема мышления: созерцательный и
деятельностный подход. М.: Академический Проект, 2013.
5. Проблема идеальности в науке. М.: АСМИ, 2001.
6. Проблема сознания в философии и науке. М.: Канон, 2009.
7. Семенов Ю.È. Введение в науку философии. Кн. 5: Проблема исти-
ны. Мышление, воля и мозг. М.: Либроком, 2013.
8. Õàíò Ã. О природе сознания. М.: АСТ, 2004.
9. Эволюция. Мышление. Сознание / Под ред. И.П. Меркулова. М.:
Канон+, 2004.
10. Þíã Ê.-Ã. Структура и динамика психического. М.: Когито-Центр,
2008.
385
ГЛАВА 15
Познание как предмет
философского анализа
Философская дисциплина, исследующая проблемы познания, называется гносеологией. (Хотя в англоязычных странах больше используется другой термин — эпистемология, от греч. episteme — знание.)
Главные гносеологические проблемы можно кратко обозначить следующими вопросами: что есть знание? как оно возможно? какими
путями достижимо? что такое истина и каковы ее критерии?
Наш здравый смысл, как правило, пребывает в непоколебимой
уверенности в принципиальной познаваемости окружающего мира.
Но как выяснилось в критическом философском анализе, логически вывести непознаваемость мира гораздо легче, чем доказать обратное. Такое положение, однако, не сделало всех философов агностиками, но, напротив, заставило усилить поиск абсолютных и достоверных оснований знания, критериев отличения истин от заблуждений, причин появления многочисленных иллюзий и т.д. Один из
результатов этого поиска можно сформулировать так: безошибочное
познание невозможно в принципе; единственное, что можно сделать, — свести возможность ошибок к минимуму. А для этого надо
сделать все познавательные процедуры как можно более ясными и
строгими. Именно этим и занимается в общетеоретическом плане
философская гносеология.
15.1. Что есть знание?
При всей тривиальности этого вопроса ответ на него заслуживает
некоторых размышлений. Положим, мы знаем, что скорость света
превысить нельзя (так, по крайней мере, утверждает теория относительности). Но если в некотором будущем будут обнаружены объекты, движущиеся быстрее скорости света, сможем ли мы назвать
наши сегодняшние представления знанием? Вряд ли, ведь если они
неверны, значит, это незнание. Таким образом, в определение знания нужно обязательно включать свойство истинности. Неистинным, неверным знание быть не может.
15. Познание как предмет философского анализа
387
Но всякую ли соответствующую истине информацию можно на-
звать знанием? Допустим, вы заблудились в большом городе и
спрашиваете прохожего, как пройти к ближайшей станции метро.
Прохожий оказывается приезжим, где находится метро, он не знает, но, не желая этого обнаружить, показывает в первом попавшемся направлении — метро там. Вы идете в указанном направлении и
в самом деле обнаруживаете искомую цель. Информация оказалась
верной, но можно ли ее назвать знанием? Ведь прохожий в действительности íå çíàë, где находится метро, а тот, кто положился на
его указания, тем более! Значит, действительным знанием может
быть названа только та истинная информация, которая имеет äîñ-
таточные основания, а не угадана случайно.
Но и это еще не все. Предположим, нам сообщили, что человек
появился в результате эволюции животного мира. Мы усвоили эту
информацию, но в сам факт происхождения человека от животного
не верим (предпочитая иные объяснения). Будет ли эта имеющаяся
у нас информация знанием? Нет, поскольку мы не верим ее содержанию, значит, не считаем ее истинной, а знание неистинным быть
не может по определению. Отсюда следует, что знание непременно
должно сопровождаться сознательной верой в истинность составляющей его информации.
Обязательность такого компонента знания, как вера, обусловле-
на также и тем что знание в человеческой культуре — феномен
коллективный. Один человек просто физически не может проверить достоверность всего имеющегося знания и вынужден доверять
различным авторитетам. Если нам сообщают, что галактики в нашей Вселенной удаляются друг от друга, мы же не бросаемся это
утверждение проверять. Мы просто верим (или не верим), что ученые не ошиблись.
Таким образом, знание можно определить как заслуживающую
доверия истинную и достаточно обоснованную информацию о реальности.
Каждый из включенных нами в определение признаков знания
скрывает за собой целый ряд гносеологических проблем. Большинство из них коренятся в диалектической (т.е. противоречивой) природе взаимоотношений знания и воспроизводимой им реальности.
Знание, например, конечно и ограничено, а представляемая им
Вселенная бесконечна и безгранична. Знание стремится к точности,
определенности, предсказуемости. Но это возможно лишь в статичном, устойчивом положении. Реальность же подвижна, изменчива,
непредсказуема.
388
III. Проблемы онтологии и гносеологии
Возьмем для примера такую характеристику знания, как доста-
точную обоснованность. Какое обоснование можно считать достаточным? Положим, мы знаем, как добраться из Москвы в СанктПетербург. Надо просто приехать на вокзал и сесть в поезд. Наше
знание основано на том, что мы когда-то этот путь совершили, и
вполне успешно. Такое обоснование может быть достаточным для
подтверждения истинности имеющейся в нашем распоряжении информации, если только: железнодорожники не изменили расписание, не отменили поездов, не устроили забастовку, не продали всех
билетов, если не сломались стрелка или семафор, не возникли
снежные заносы или размывы пути и т.д. Короче говоря, абсолютная достаточность оснований истинности знания требует учета бесконечного числа обстоятельств. Это в принципе невозможно, но
практически в большинстве случаев и не нужно. Бесконечный регресс оснований мы останавливаем прагматически — если знание
практически срабатывает, значит, его основания достаточно хороши. Но, к сожалению, допустимый предел точности измерений сегодня может оказаться недостаточным завтра. Поэтому знание в
принципе не должно быть статичным. Его задача — стремиться ко
все большей достаточности оснований, непрерывно подвигая границу знания и незнания.
Правда, и непрерывное движение знания не спасает его от па-
радоксальности. Помните знаменитое кредо Сократа: «Я знаю, что
я ничего не знаю»? Смысл этого тезиса принято истолковывать
примерно так. Допустим, я что-то знаю и объем моего знания может быть представлен неким кругом. Наверняка кто-то знает больше меня, и объем его знания будет изображен кругом большего
диаметра. Площадь круга — знание, а то, что вне его, следовательно, — незнание. Поэтому если у кого-то круг знаний больше, то и
граница знания и незнания (длина окружности) тоже больше! Значит, чем больше человек знает, тем больше он не знает. Иначе говоря, чем больше человек узнает, тем лучше он понимает, как же
много он на самом деле не знает и каково истинное соотношений
маленького островка его знания с океаном незнания. Так что Сократ своим известным тезисом демонстрировал скромность скорее
не личную, а общечеловеческую.
Но каким бы маленьким ни был островок человеческого зна-
ния, он пусть и постепенно, но неотвратимо расширяется. Знание
стало одной из ведущих ценностей современной цивилизации. Но
знание — это конечный результат весьма сложного процесса познания. Вопрос о том, как этот результат получается, также составляет
предмет внимания гносеологии.
15. Познание как предмет философского анализа
389
15.2. Структура и динамика процесса
познания
Философия традиционно выделяла в акте человеческого познания
два его различных вида — чувственное (перцептивное) и рациональ-
íîå. Первый самоочевидно связан с деятельностью наших органов
чувств (зрения, слуха, осязания и пр.), второй подразумевает работу
разума — абстрактно-понятийное мышление человека.
Формы чувственного и рационального
познания
1. Основные формы чувственного познания — ощущения, воспри-
ятия и представления. Разница между ними такова:
(1) ощущение — это элементарный психический процесс, со-
стоящий в запечатлении отдельных свойств предметов и явлений материального мира в момент их непосредственного
воздействия на наши органы чувств;
(2) восприятие — целостное отражение в сознании предметов и
явлений при их непосредственном воздействии на органы
чувств. Наиболее важные особенности восприятия: предметность (т.е. отнесенность к объектам внешнего мира), целостность и структурность (воспринимается фактически абстрагированная от отдельных ощущений обобщенная структура — не отдельные ноты, а мелодия, например);
(3) представление — сохраненные памятью образы предметов,
когда-то воздействовавших на наши органы чувств. В отличие от ощущений и восприятий для представлений не нужно
непосредственного контакта органов чувств с предметом.
Здесь психическое явление впервые отрывается от своего
материального источника и начинает функционировать как
относительно самостоятельный феномен;
(4) рациональное познание в основном сводится к понятийному
абстрактному мышлению (хотя есть и мышление непонятийное). Абстрактное мышление представляет собой целенаправленное и обобщенное воспроизведение в идеальной
форме существенных и закономерных свойств, связей и отношений вещей.
Основные формы рационального познания — понятие, сужде-
ние, умозаключение, гипотеза, теория.
(1) Понятие — это мысленное образование, в котором обобща-
ются предметы некоторого класса по определенной сово-
390
III. Проблемы онтологии и гносеологии
купности признаков. Обобщение осуществляется за счет абстрагирования, т.е. отвлечения от несущественных, специфических особенностей предметов. При этом понятия не
только обобщают вещи, но и расчленяют их, группируют в
некоторые классы, тем самым отличая их друг от друга.
В отличие от ощущений и восприятий понятия лишены чувственного, наглядного своеобразия.
(2) Суждение — форма мысли, в которой посредством связи по-
нятий что-либо утверждается или отрицается.
(3) Умозаключение — рассуждение, в ходе которого из одного
или нескольких суждений выводится новое суждение, логически следующее из первых.
(4) Гипотеза — выраженное в понятиях предположение, имею-
щее целью дать предварительное объяснение какому-либо
факту или группе фактов. Подтвержденная опытом гипотеза
трансформируется в теорию.
(5) Теория — высшая форма организации научного знания, даю-
щая целостное представление о закономерностях и существенных связях определенной области действительности.
Таким образом, в процессе познания аналитически достаточно
четко выделяются две человеческие познавательные способности —
сенситивная (чувственная) è рациональная (мыслительная). Ясно, что
конечный результат (истина) достижим только «совместными усилиями» этих двух составляющих нашего познания. Но какая из них
более фундаментальна? Другими словами, где искать наиболее достоверную, базовую основу нашего познания — в чувствах или в
мышлении?
Сенсуализм и рационализм
Как мы помним из историко-философской части учебника, разные
варианты ответа на этот вопрос привели к оформлению в философии двух конкурирующих направлений — сенсуализма (эмпиризма)
è рационализма. Сенсуалисты (Д. Локк, Т. Гоббс, Д. Беркли) надеялись обнаружить фундаментальную основу познания в чувственном
опыте. Рационалисты (Р. Декарт, Б. Спиноза, Г. Лейбниц) пытались приписать ту же роль абстрактно-логическому мышлению. Аргументы сторон примерно таковы.
Сенсуализм утверждает:
x Нет ничего в разуме, чего первоначально не было бы в чувст-
вах. Разум непосредственно с внешним миром не связан. Без
чувственного опыта (ощущений, восприятий) он глух и слеп.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]